Speaker A
В 1972 году французский геолог Мишель Сифер 6 месяцев прожил в пещере в Техасе. Эксперимент был выполнен в рамках одного из проектов NASA, предпринятый с целью изучения влияния длительной изоляции на тело и мозг участников будущих межпланетных экспедиций. Сифер расположился в пещере глубоко под землёй, куда ему поставляли воду и пищу, и где установили оборудование, регистрировавшее сон. В рамках эксперимента освещённость и температура в пещере с течением времени никак не менялись. У Сифера не было часов, он никаким образом не смог бы определить, который час, сколько времени прошло или даже тот день сейчас или ночь. Он жил в свободном ритме, то есть бодрствовал, включая в пещере свет по собственному желанию. Люди очень плохо переносят подобные эксперименты. Сифер страдал от приступов депрессии, провалов в памяти, забывчивости и даже помышлял о том, чтобы оставить наш бренный мир. Но самое интересное — это то, что произошло с его восприятием времени. В первые дни его сутки растянулись до 25-26 часов, что необычно. Однако это было только начало. Постепенно субъективный день Сифера, когда он бодрствовал, достиг 32 часов, а ночь, когда он спал, — шестнадцати, тем самым иногда его сутки достигали аж 48 часов, что в два раза выше нормы. На 179-й день цифру объявили, что эксперимент закончен, и он был очень удивлён, потому что считал, что пробыл в пещере только 151 день. То есть его внутреннее ощущение времени замедлилось по сравнению с реальным настолько, что он ошибся на 28 дней. И это странно. Одно дело, если бы он проводил время с удовольствием, но недооценивать проходящие часы, когда ты сходишь с ума в одиночестве в пещере. Однако подобная форма субъективного растяжения времени наблюдалась и в куче других похожих случаев изоляции людей, иногда в ещё более сильной форме. В 1988 году Вероника Лигун прожила в пещере во Франции 111 дней, а когда вышла на поверхность, считала, что прошло только 42 дня. В 1989 году итальянский дизайнер интерьеров Стефания Фали провела 4 месяца в пещере на большой глубине, но сама она считала, что пробыла под землёй только 2 месяца. В 1993 году итальянский социолог прожил в подземной пещере целый год, а выбравшись на поверхность, как он считал летом, узнал, что на календаре уже зима. Эти случаи ярко демонстрируют, что наше субъективное восприятие времени необъективно. Вы скажете, али, как и любой субъективный опыт. Субъективное время — это порождение мозговой деятельности, и оно не существует за пределами человеческого черепа, точно так же, как, например, никакого цвета в природе не существует. Цвет — это лишь интерпретация мозгом узкого спектра электромагнитных волн. Между ними столько же общего, сколько есть общего между буквами алфавита и звуками, которые мы им присвоили. Ну и разумеется, подобно большинству субъективных ощущений, чувство времени подвержено влиянию иллюзий и искажений. Да, но погодите. Действительно, когда мы смотрим вокруг, то видим некую созданную мозгом целостную картину мира. Однако когда речь идёт о субъективном феномене, например, том же цвете, мы знаем, насколько это вообще можно знать. Мы знаем, что у цвета есть физический эквивалент, и этот эквивалент — длина волны электромагнитного излучения. То есть мозг, пусть субъективно, но интерпретирует какое-то объективное реально существующее в природе явление. Но что интерпретирует мозг, когда мы говорим о чувстве течения времени? Какой в реальности у этого ощущения есть эквивалент? Если вам кажется, что это вообще тупой вопрос, ответ на который очевиден, то вы не знаете даже то немногое, что известно науке о времени на сегодняшний день. Потому что то, что вы испытываете прямо сейчас — ощущение настоящего момента — это одна из главных неразрешённых научных загадок. Мне нужен раст. Мне нужен человек, который написал этот код. Ты уничтожил очень много семей, Саша, из-за своей выгоды. Понятно, но давайте не будем торопиться и пока оставим наш субъективный опыт. Что вообще такое время? Объективное? С этим тоже есть большие проблемы. Ещё блаженный Августин, философ и богослов, более полутора тысяч лет назад писал: «Если никто меня об этом не спрашивает, я знаю, что такое время. Если бы я захотел объяснить, спрашиваю — нет, не знаю». А физик Ричард Фейнман говорил: «Было бы неплохо, если бы мы смирились с фактом, что время — одна из тех вещей, которым мы, вероятно, не сможем дать определение». Действительно важно не то, как мы определяем время, а то, как мы его измеряем. Так что рабочее определение буквально звучит как: время — это то, что показывают часы. Но если всё-таки пытаться как-то развёрнуто ответить на этот вопрос, то большинство интуитивно придёт к выводу, что время — это последовательность событий, протекающая из прошлого в будущее через настоящее. При этом реален только настоящий момент, потому что каждое мгновение, уходящее в прошлое, тут же просто исчезает, а будущему ещё только предстоит произойти, и пока оно не существует. И вообще, прошлое и будущее — это просто наши абстракции. Но современная физика недвусмысленно намекает, что в действительности настоящая картина мира совсем не похожа на это описание и что чем бы время ни являлось, наше его интуитивное понимание просто никуда не годится. Многие даже не представляют себе, насколько. Давайте рассмотрим один мысленный эксперимент, о котором в той или иной форме каждый слышал уже столько раз, что он стал настолько заезженным, что мы просто перестали обращать на него своё внимание и уж тем более даже не пытаемся задуматься о том, насколько парадоксальные выводы об окружающей действительности из него могут следовать. Я быстро его опишу. Представьте странный пояс с одним-единственным вагоном длиной 400 000 км, который движется строго по прямой со скоростью 200 000 км в секунду. Ровно в его середине стоит человек, у него в каждой руке по пистолету. Один пистолет направлен в окно в начале вагона, другой — в окно в его конце, и пистолеты эти настолько мощные, что скорость выпущенной из них пули составит 200 000 км в секунду. Когда человек в вагоне выстрелит, ровно через одну секунду оба стекла разобьются, и произойдёт это одновременно. Вроде как очевидно. Однако если бы в момент выстрела человек в вагоне поравнялся с человеком на неподвижной платформе, то человек на платформе увидел бы кое-что другое. Пуля, посланная назад, разбила бы стекло также через секунду. Относительно поезда её скорость была бы 200 000 км в секунду, относительно платформы — 0 км в секунду, и всё это абсолютно законно. Но вот пуля, выпущенная вперёд, относительно вагона движется со скоростью 200 000 км в секунду, а относительно платформы — уже 400 000 км в секунду. Именно такая скорость у неё должна быть с точки зрения человека на платформе, чтобы она за секунду долетела до переднего окна. Однако мы знаем, что 400 000 км в секунду — это невозможная скорость, она аж на 100 000 км в секунду выше, чем скорость света. Поэтому время пули из-за эффектов специальной теории относительности замедлится, и согласно расчётам с точки зрения человека на платформе на деле её скорость вместо 400 составит только [музыка] 277. Стёкла разобьются вовсе не одновременно: сначала разобьётся заднее стекло, и только потом с запозданием — переднее. И дело тут не в каком-то обмане зрения. Нет, это объективный факт. Специальная теория относительности проверена таким количеством способов и с такой чудовищной точностью, что мы можем сказать однозначно: если провести вышеописанный эксперимент по-настоящему, то всё будет именно так. Этот феномен называется относительностью одновременности, и он нам говорит нечто несусветное о мире, в котором мы живём. Как будто бы у нас есть две разных реальности, в одной из которых оба окна либо одновременно целые, либо одновременно разбитые, но в другой существует момент, когда заднее окно уже разбито, а переднее ещё нет. Это не две разные вселенные. Оба человека находятся в одной и той же вселенной, потому что если они поговорят друг с другом, то не согласятся относительно того, когда разбились окна. Так чья же реальность реальна? Каким бы странным это ни казалось, специальная теория относительности говорит нам, что обе реальности абсолютно равноправны. Если вы смотрели видео с описанием подобных мысленных экспериментов, то я не знаю почему, но на этом моменте обычно все просто останавливаются и не идут дальше.