Speaker A
могу и я. Значит, смотрите, тема, которую мы сегодня хотим обсуждать, а именно вот фашизм, что это такое и как с ним бороться, эта тема очень непростая в силу того, что существует целый ряд различных отношений к тому, что такое
Лекция о фашизме: разбор определений Димитрова, Бухарина, Умберто Эко и Муссолини, роль буржуазии, корпоративизм и отличия фашизма от нацизма.
Key Takeaways
- Определение фашизма требует выделения системных признаков, а не пропагандистских ярлыков
- Фашизм — форма капиталистического господства, использующая насилие против левых, когда буржуазия теряет контроль
- Корпоративизм и отказ от классовой борьбы — центральные признаки фашистского государства
- Фашизм и нацизм нельзя отождествлять
What the video covers
- Фашизм обсуждается как определённая государственно-политическая система, а не любое политическое насилие
- Существует несколько определений фашизма: Димитрова (VII конгресс Коминтерна, 1935), программы Коминтерна (1928), Бухарина и Умберто Эко
- Различия между итальянским, германским, испанским и португальским фашизмом объясняют множественность определений
- Фашизм рассматривается как инструмент буржуазии для предотвращения прихода коммунистов к власти (пример Чили, 1973)
- Фашизм и нацизм различаются: нацизм появился раньше и не является синонимом фашизма
- Ключевая черта фашистского государства — корпоративизм, отрицание классовой борьбы и провозглашение классового мира
- Фашистские режимы уничтожают или подчиняют профсоюзы и независимые организации
- Фашизм тесно связан с кризисным управлением и идеологией врагов извне и их агентов внутри
- Приводятся примеры связи крупного капитала с фашистскими режимами, например аризация экономики в Германии
- Лектор критически оценивает определение Умберто Эко как политически мотивированное
Chapters
- 00:00Введение: что такое фашизм и почему его сложно определить
- 02:14Определения фашизма: Коминтерн, Бухарин, Димитров
- 06:00Фашизм как инструмент буржуазии против левых
- 10:40Фашизм и нацизм: различия
- 16:00Корпоративное государство и классовый мир
- 22:40Фашизм и экономика крупного капитала
- 30:00Профсоюзы, кризисное управление и враги извне
Full Transcript — Download SRT & Markdown
Speaker A
фашизм. Есть отношение пропагандистское, которое заключается в том, что всё, любое насилие, любое любой акт политического насилия, любой акт политического террора есть фашизм. Например, разогнанная демонстрация, повитые люди, арестованные без суда и следствия и задержанные проявления фашизма.
Speaker A
Есть другой подход, который исходит из того, что фашизм это, конечно, определённая система. Это система, которая проводится через организации, через определённые государственные институты и так далее.
Speaker A
То есть фашизм должен иметь определённые свои определения. Я думаю, что мы в целом будем придерживаться этого второго подхода, хотя и о первом тоже скажем несколько слов. А вот что касается второго, то здесь тоже не всё так просто.
Speaker A
Определений фашизма можно насчитать несколько. Все знают классическое определение, данное Георгием Димитровым на седьмом конгрессе Коминтерна в 1935 году. Есть ещё менее известное определение фашизма, которое содержится в программе Коминтерна, которая была принята шестым конгрессом Коминтерна в 1928 году. Есть определение фашизма, которое
Speaker A
было сформулировано Николаем Ивановичем Бухариным в его выступлении на четырнадцатом съезде ВКПБ в связи с событиями, которые происходили в Италии.
Speaker A
Вот. И есть целый ряд других определений. Значит, почему определений этих так много? Это не значит, что те, кто говори- э-э, давали эти определения, они не представляли себе, что такое фашизм.
Speaker A
Нет, очень даже представляли. Но дело в том, что сам фашизм в разных странах имел определённые отличия.
Speaker A
Итальянский фашизм отличался от германского фашизма. Э-э, германский отличался от испанского или португальского и так далее.
Speaker A
И вот выделить в во всех этих моделях общее и особенное не всегда получалось. Поэтому эти определения не противоречат друг другу, а я бы сказал так, друг друга дополняют.
Speaker A
Хотя, например, Коммунистическая партия Греции, ну, скажем так, э-э, критически высказывается по отношению к определению, которое было дано Георгием Димитровым, в пользу того, которое дано в программе Коминтерна. Значит, фашизм начал использоваться буржуазией для того, чтобы предотвратить приход коммунистов к власти.
Speaker A
Как только буржуазия теряет контроль над буржуазным, своим буржуазным государством, она отбрасывает демократические нормы и э-э, пользуется методами прямого политического насилия.
Speaker A
Чили, э-э, семьдесят третий год. Там левые пришли к власти, но после того, как не удалось с ними справиться чисто экономическими методами, был использован фашистский переворот Пиночета, э-э, для того, чтобы вот эту левую коммунистическую и социалистическую традицию пресечь.
Speaker A
Так вот, значит, э-э, фашизм, ещё раз повторю, он традиционно использовался буржуазией для борьбы с э-э, коммунистами, для борьбы с теми, кто мог лишить буржуазию власти.
Speaker A
Но пример заразителен. И сегодня, когда идёт борьба между буржуазией национальной и буржуазией глобалистской, фашистские методы начинают использоваться уже кем? Уже одной частью буржуазии против другой.
Speaker A
Минуточку, Денис. Да. Э-э вот это тоже одно из э-э одна из новых черт. Начала.
Speaker A
Конечно, фашизм и нацизм бывают часто связаны, но это абсолютно не синонимы, это разные понятия. И нацизм появился, скажем так, задолго до фашизма.
Speaker A
Так вот, поэтому э-э вот нацисты, получившие после войны, допустим, места в парламентах, это не фашизм, это нацизм.
Speaker A
Так вот, э-э то, что касается времён перестройки, когда объявляли КПСС фашистской организацией и так далее, это же тоже делалось не на голом месте. То есть есть определения самые разные, их действительно много. Одно из наиболее известных определений фашизма - это
Speaker A
определение Умберто Эко, который был умным человеком, но при этом э-э люто ненавидел э-э Советский Союз и поэтому постарался сделать такое определение, чтобы Советский Союз по максимальному количеству признаков под него подходил ну подходил.
Speaker A
То есть определение в итоге получилось отстойное, но так как оно было популярное, то его активно использовали. И как раз хорошо получалось использовать именно против Советского Союза.
Speaker A
И э-э наконец-таки то, что касается самого популярного в мире определения э-э Георгия Димитрова, оно определением не является вообще.
Speaker A
То есть определение - это то, что нам позволяет какое-то вот подмножество, какой-то объект, который мы исследуем, выделить с помощью определителей, то есть каких-то характерных особенностей, из э-э общего множества.
Speaker A
Вот э-э Георгий Димитров, он не ставил себе даже цель дать определение фашизма, он дал очень яркую и совершенно точную вот характеристику, оценку фашизма.
Speaker A
То есть, что фашизм является вот именно этим. Но это не определение, потому что, например, та же самая французская республика Тьера после подавления Парижской коммуны, она полностью попадает под это определение.
Speaker A
Но фашистским не является. То есть, фашизм это ясно, во-первых, что одна из форм капитализма, то есть, собственно говоря, если мы берём более ранние формации, например, феодальные или допустим социалистическую фор, ну, социалистическое общество, там фашизма быть не может. И вот какие особенности,
Speaker A
собственно отличают фашизм от иных капиталистических государств. Что самое интересное, кажется, что это не те особенности, которые указаны Георгием Димитровым, только они являются, ну, обязательными для фашизма.
Speaker A
Так вот, но есть особенности, о которых вот можно было бы спросить у того, кто собственно сам термин придумал.
Speaker A
У Бенито Муссолини. То есть, ясно, так сказать, что у него это именно пропагандистская штамповка, так сказать, то, чем нужно обманывать своих сограждан, но это то, чего они декларировали. То есть, мы учредили корпоративное фашистское государство, государство национального общества, государство охраняющее контролирующее
Speaker A
гармонизирующее, регулирующее интересы всех социальных классов, получающих, вот здесь ключевой момент, равную защиту. Между тем, как прежде, во времена демолиберального строя, рабочие массы смотрели с неодобрением на государство, были вней против государства, считали его своим врагом во всякий день и всякий
Speaker A
час, ныне нет работающего итальянца, который не искал бы своего места в корпорации, федерации, который не стремился бы стать живой молекулой великого, огромного, живого организма, каким является национальное, корпоративное, фашистское государство.
Speaker A
Ну, ясно, что Муссолини, так сказать, при всей своей это склонности врать, был достаточно талантливым журналистом, так сказать, хорошо подкованным, поэтому вот он вот состряпал такую вещь. Но ключевым здесь является что? Что?
Speaker A
Фашистское государство любое всегда является корпоративным государством. Корпоративное государство это которое не берёт сторону официально какую-то в классовой борьбе, ну как то же самое правительство Тьера, которое совершенно чётко боролось против трудящихся.
Speaker A
Оно объявляет о классовом мире и о том, что классового антагонизма и классовой борьбы не существует вообще. В этом случае суть корпоративизма. Собственно говоря, многие сталкиваются с корпоративной этикой на уровне банальных вот этих вот Мы одна семья.
Speaker A
Да, ну В одной лодке. Да, ну вот это корпоративные мероприятия и так далее, когда вот мы одна семья и там владелец компании пьёт со своими, так сказать, сотрудниками и так далее, ну вот показывает, что действительно мы вместе, но как только нужно кого-то
Speaker A
сократить, то член семьи получает пинка под зад и на его место берут либо более низкооплачиваемого члена семьи, либо вообще он не нужен. Так вот, то есть вот такой вот корпоративизм был и в фашистских государствах. То есть это просто та же самая вот корпорация, вот
Speaker A
корпоративистский дух, переложенный на уровень государства. В чём в чём, собственно говоря, и заключалось изобретение Муссолини.
Speaker A
Это оказалось самым эффективным на тот момент, дело в том, что после Первой мировой войны э-э, влияние коммунистических идей в мире было колоссальным.
Speaker A
И э-э, левые, по сути, в Италии в это время, ну можно сказать, что де-факто победили.
Speaker A
И вот именно фашизм позволил э-э, выбить почву э-э, из-под ног у многих трудящихся, то есть как, он, во-первых, опирался э-э, вот в продвижении своих э-э, вот этих вот фашистских идей, насаждении их, на мелкобуржуазный элемент, то есть лавочники, крестьяне и
Speaker A
так далее, они очень активно поддерживали фашистов на раннем этапе. Они постоянно говорили о своём, вот кстати, вот э-э, когда говорят, что, мол, фашизм мимикрирует, это меняется.
Speaker A
Нет, фашизм всегда строился на мимикрии. То есть первые фашистские организации, они мимикрировали под социализм. Потом, когда нужно, они всегда меняли. То есть для фашистов переобуваться в воздухе вот просто молниеносно за одну секунду, это норма.
Speaker A
То есть мимикрия это как раз-таки одно из характерных особенностей фашизма. Так вот, и вот фашистские, э-э, государства всегда отличаются чем? Во-первых, то, что это корпоративистские государства.
Speaker A
Второе, в них отсутствует какая бы то ни было внятная, за которую нужно отвечать, политическая программа. То есть всегда есть в фашистском государстве, в абсолютно любом, без исключения, вождь нации, вокруг которого всё строится, и однопартийная система. Однопартийная не де юре, а де факто. То есть, если партия
Speaker A
имеет, э-э, подавляющее большинство, то, э-э, ну, это, допустим, партия Колорадо, э-э, в той же самой, м-м, Парагвае.
Speaker A
в том же самом Парагвае, где партий существовало несколько десятков, но партии Колорадо принадлежало 95% мест в парламенте. И то есть, соответственно, мнение остальных партий абсолютно никого не интересовало. Это тоже однопартийная система. То есть юридически, где-то вводилась однопартийная система, как в
Speaker A
Германии, как в Италии, а где-то вот, как в Португалии, не вводилась. Но де факто, это всегда однопартийная система, где, э-э, партия не имеет какой-то особой своей собственной политической программы, а всё строится вокруг того, что партия всеми силами поддерживает
Speaker A
вождя нации. Так вот, вот это, э-э, тоже важный такой момент. Кроме того, в фашистских государствах практически всегда, по-моему, вообще всегда, существуют те или иные парамилитарные образования.
Speaker A
Дело в том, что так как отказываются от э-э, инструментов буржуазной демократии, то есть они формально могут оставаться, но фактически от них отказываются, то часто приходится принимать какие-то решения, э-э которые м-м, должен кто-то выполнять, но официально не государство. Это вот как
Speaker A
раз коричневорубашечники в Германии, это чернорубашечники у Муссолини. То есть это, э-э, вот, парамилитарес, они есть практически во всех фашистских государствах. То есть это тоже обязательный достаточно элемент, потому что у них государство именно является а-а покровителем и отцом всех, поэтому а-а расправляться с теми,
Speaker A
кто чем-то не устраивает, должно не государство в этом случае, а недовольные а-а политически не равнодушные граждане.
Speaker A
То есть вот это очень такой вот э-э важный элемент опять же фашистского государства. То есть фашизм не меняется, он под разные системы мимикрирует. Об этом собственно говоря писал известный русский фашист а-а философ Ильин, который вот после Второй мировой войны прямо так
Speaker A
и писал, что фашистам что они обязательно вернутся и так далее, но им придётся выступать под другими названиями и скорее всего даже под названием антифашистов.
Speaker A
Это как раз тот самый элемент мимикрии. То есть то, что они могут себя даже антифашистами объявить, могут объявить себя кем угодно, но при этом сама суть фашистского государства корпоративного, которое как раз-таки а-а м-м выставляет всех врагов снаружи государства
Speaker A
и а-а полностью топит а-а любые попытки показать классовую борьбу, потому что это для него недопустимо, классовой борьбы там нету.
Speaker A
Да. А-а в любом фашистском государстве а-а каждый человек является винтиком, то есть идёт только через через интерфейс государства.
Speaker A
И вот простой рабочий какой-нибудь там карбонарий итальянский является мелким винтиком в этом государстве, но необходимым в этом механизме.
Speaker A
А какой-нибудь крупный магнат является большим винтиком, но тоже также необходим. И они вместе, так сказать, трудятся на благо государства. Вот в этом основная идея а-а фашизма. И поэтому определение, в принципе, дать несложно, но официально его принимать никто не будет.
Speaker A
А, кстати, маленький момент очень важный. Тут было сказано, что фашизм, вот то, что вот как рабочее определение используется, что фашизм это капитализм без буржуазной демократии, это определение тоже не является определением, оно неверно. То есть как?
Speaker A
Любой фашизм это капиталистическое государство без буржуазной демократии, но не любое капиталистическое государство без буржуазной демократии является фашизмом.
Speaker A
Ну, справедливо. Капиталистическая экономика фашистских государств, она всегда сползает в сторону госкапитализма. Это связано с самой идеологией фашизма. То есть нужно показывать, что страной вот государством управляют не монополии, не финансовый капитал, а государство управляет всей экономикой, а те же самые
Speaker A
представители финансового капитала, монополии, они находятся на службе у государства. Поэтому происходит всегда, это и в Италии было, и в Германии, это и в Испании, кстати, при Франко было, собственно говоря, и в Корее, происходит синдикализация промышленности. То есть, во-первых,
Speaker A
принудительно мелкие собственники и средние собственники загоняются в монополии. Например, в Германии в своё время, там, там, когда нацисты пришли к власти, был принят закон, который запрещал акционерные общества создавать с капиталом меньше 500.000 марок.
Speaker A
Так вот, и принудительная синдикализация промышленности, когда просто брали и, отбирая предприятия, присоединяли их к крупным корпорациям.
Speaker A
Или, допустим, когда шла аризация экономики, например, та же самая компания Mannesmann, которую активно поддерживал Гитлер, так вот, она в ходе аризации экономики получила пять крупнейших металлургических предприятий и удвоила свой капитал. То есть, это нормальная такая практика, но при этом
Speaker A
это считалось как бы уже не совсем частной собственностью государства. То есть, например, один из крупнейших промышленников нацистской Германии, Крупп он стал уже теперь не м-м э-э крупным монополистом, олигархом, а стал э-э видным государственным деятелем, так сказать, ну как у нас сейчас такое
Speaker A
должность называли бы, это государственный топ-менеджер. То есть он возглавил э-э имперский комитет по промышленности.
Speaker A
масс. Ну ну вот да, кстати, это э-э фактически то же самое, то есть методы одни и те же.
Speaker A
Так вот, то есть идёт обязательная вот это вот э-э синдикализация промышленности, укрупнение э-э промышленности, то есть сильно растёт э-э благосостояние э-э олигархов, но при этом средний э-э класс и всякие мелкие предприниматели, они благополучно вымываются, то есть исчезают.
Speaker A
То есть основная опора фашизма как раз-таки первая попадает под удар. Но это неизбежное, я говорю, следствие того, что нужно изображать, что э-э государство является, допустим, владельцем, не совладельцем предприятий и так далее, поэтому есть госкорпорация.
Speaker A
То, что в этой госкорпорации представлены конкретные олигархи, зачастую даже зарубежные, это никого абсолютно не колышет. Например, в той же самой Германии э-э частью членов этих вот э-э имперских комитетов были представители американского капитала.
Speaker A
Ну и собственно говоря, вот эти вот подвергшиеся синдикализации предприятия, типа э-э электрического концерна АЭГ, допустим, или заводов Юнкерс и так далее, они принадлежали американскому капиталу.
Speaker A
Ну при этом были государственными корпорациями, то есть у них всё хорошо, благополучно уживалось. Так вот, и кроме того э-э в фашистских государствах всегда, во всех, это и в Германии было, это и в Италии было, это и в Румынии было. Так
Speaker A
вот, э-э ставится э-э всё под глобальный контроль, то есть вводятся государственные монополии. На всё, но при этом как государственные монополии? Они как бы вводят монополии, но передают это аффилированным с государством э-э представителям крупного бизнеса, крупного капитала.
Speaker A
То есть ещё больше увеличивает власть того самого финансового капитала. Ну потому что фашизм он в первую очередь именно интересы финансового капитала, тут кстати вот Димитров был совершенно прав.
Speaker A
В первую очередь я обслуживаю. То есть это как раз и порождение финансового капитала и есть.
Speaker A
И вот начинается ещё и абсолютно подавляющий учёт. На первых в той же самой Германии, вот я просто из своей статьи, вот я просто распечатал свою собственную статью, Угу.
Speaker A
которой 17 лет по фашизму как раз. Так. И тут просто очень занятные цифры есть по этому.
Speaker A
А ну вот, в Германии в тридцать третьем году введена государственная и жировая монополия на распространение маргарина, животные и растительные жиры. Так вот, введены регулируемые цены на сельхозпродукцию, введена монополия на молоко и яйца.
Speaker A
Утверждены, так сказать, твёрдые цены на зерно. Там ещё есть такой интересный момент, что если управление имперское отказывалось у крестьянина покупать продукцию, он всё равно не имел права продавать это на рынке.
Speaker A
То есть либо через государство, ну либо сам сожри. Так вот, и дальше идёт вот как вот такая вещь, которую мы, думаю, многие тоже могут даже сейчас где-нибудь поискать, найти в мире, не у нас, у нас такого быть не
Speaker A
может. Так вот Да. Так вот Обложили монополиями и запретами, но в дополнение к этому ввели подворную карточку учёта всей производимой продукции.
Speaker A
Регулярно дворы обходились, подворные карточки сверялись с наличием, в них делались соответствующие записи. Ну это как вот наличие курей, там вот это вот там овец ну поросят, ну всё. Так вот Ежели выявлялось нарушение, то как уже говорилось, крестьянин отдавался под
Speaker A
суд. То есть вот, собственно говоря, сама картина ключевая фашистской экономики. То есть когда устанавливается фашистский режим, то происходит определённая фашизация экономики. И при этом темпы монополизации в этой экономике резко возрастают, но формально э-э промышленность, так сказать, и сельское
Speaker A
хозяйство формально чисто начинает принадлежать государству. Ну, так как государство принадлежит представителям финансового капитала, олигархов, то, ну, собственно говоря, всё равно принадлежит ему.
Speaker A
Вот то, что хотелось сказать по поводу фашистской экономики, именно её особенности, отличий от обычной буржуазной экономики, среднестатистической, так сказать.
Speaker A
Всё, готов передать слово дальше. Э-э хотелось, во-первых, э-э внести всё-таки небольшое пояснение, что э-э в любой буржуазной олигархической стране всё делается в интересах крупных монополий. Фашизм это в первую очередь средство борьбы с левым движением.
Speaker A
То есть, когда вот этот олигархический капитал начинает чувствовать себе какую-то угрозу и хочет от неё подстраховаться. То есть, фашизм это средство, способ борьбы с левым движением и иногда поэтому бывают даже моменты, что э-э монополистический капитал идёт на некоторое самоограничение.
Speaker A
То есть, э-э чуть-чуть убавляет свои амбиции, чтобы помочь фашистам задушить левых. И всегда уничтожается вот э-э упоминается использование профсоюзов в борьбе с фашизмом. Это, в принципе, невозможно, потому что первое, что делают фашизмы фашисты, это либо уничтожают профсоюзы, либо полностью их
Speaker A
выхолащивают, превращая в такую, вот, ну, абсолютную игрушку. Э-э как я сказал, фашизм для того, чтобы э-э иметь возможность нормально мимикрировать, менять позицию и так далее, э-э он не имеет вообще политической и экономической программы как таковой.
Speaker A
То есть, ни в одной фашистской партии вы внятной программы, там реформ, развития или даже внятной консервативной программы не найдёте.
Speaker A
Там всегда идёт борьба с каким-то злом, защита каких-то светлых идей, типа, вот, там э-э Италия должна, так сказать, править Средиземным морем и так далее. И для того, чтобы вот им сохранить такую свободу манёвра, если у нас какая-то партия, то у этой партии должна быть
Speaker A
какая-то программа конкретная, правильно? А если у нас есть вождь, то вот вождь идёт и мы за ним. То есть решил вождь завоевать Эфиопию, мы идём за ним. Решил не воевать Эфиопию, вывести оттуда войска, мы всё равно идём за ним.
Speaker A
То есть вот вождизм, он даёт как раз-таки вот направление, к чему прислоняться народу, то есть за кем идти.
Speaker A
Ну а почему это не может быть в партии вот тогда? Потому что партия требует наличия программы, если партия тоже не следует за вождём.
Speaker A
Я говорю, вождизм развязывает руки, он даёт свободу манёвра. То есть построить иначе фашистское государство, фашистскую идеологию довольно тяжело.
Speaker A
Можешь попробовать даже просто вот сам смоделировать в свободное время как-нибудь, попробовать смоделировать фашистское государство без вождя. То есть что конкретно говорить народу, куда вести?
Speaker A
То есть от кого исходит сакральная истина? Она же не исходит от тех самых демократических институтов или от конституции страны, на которую в любом фашистском государстве всегда было плевать.
Speaker A
Потому что капиталистическая система подавляет любое движение рабочих и и пытается установить абсолютную власть капитала всегда. То есть например, тот же самый кодекс Наполеона, он строго про это, когда допустим, рабочим запрещено было требовать чего-то типа коллективных договоров и взаимоотношения между
Speaker A
капиталистом и рабочим всегда было вот как двухсторонний договор. С этим, кстати, очень любят на Западе до сих пор носиться. Но это не является фашизмом. Дело в том, что фашизму, в данном случае в Соединённых Штатах, вот окончательно его достроить мешает как
Speaker A
раз-таки то, что из-за наличия двух партий приходится апеллировать к конституции, в какой-то мере пытаться хотя бы демонстративно её соблюдать.
Speaker A
Так вот, и партиям приходится постоянно демонстрировать какую-то политическую позицию, политическую программу. Так вот, поэтому, ну как, э-э, здесь нельзя чётко провести вот это вот буржуазная демократия, да, а вот это вот у нас фашистская, э, диктатура.
Speaker A
Э-э, есть огромное количество промежуточных состояний. Вот как раз почему мы вспоминали про режим чёрных полковников, там как раз-таки, э-э, вот близко к границе. Вот, э-э, Соединённые Штаты сейчас даже под руководством Трампа, они ещё до режима чёрных полковников в этом плане немножко не
Speaker A
доросли, а нужно перерасти. То есть, чтобы устраивать уже Да, то есть, гнобить трудящихся, лишать их всяких прав и так далее можно и не при фашизме.
Speaker A
При фашизме обязательно, чтобы отрицалась вообще классовая борьба и объявлялся классовый мир. То есть, корпоративное государство, то есть, корпоративизм, там это обязательно. В Соединённых Штатах, принципе, это в какой-то мере сейчас даже есть.
Speaker A
Да, да, если говорить Да, я бы дополнил насчёт Хотел, э-э, только дополнить. Э-э, дело в том, что на самом деле незачем им нужен этот социально-демократический этап, можно сразу переходить к диктатуре пролетариата. Для этого должен быть готов только сам пролетариат, всё. Но
Speaker A
просто вот для примера, это вот чтобы вот люди задумались, в Российской империи, э-э, пролетариат весь, считая сельский, насчитывал 8% населения.
Speaker A
Остальное это в основном мелкобуржуазные элементы и так далее. То есть, э-э, с пролетариата было очень мало. Однако даже этого пролетариата, в принципе, в итоге, вот по по итогам нескольких революций хватило.
Speaker A
А сейчас пролетариат составляет большую часть населения. Не 8%, а процентов 60-70. И поэтому сейчас революцию устроить и, э-э, объявить диктатуру пролетариата можно просто явочным порядком.
Speaker A
То есть, даже восстания не надо. Но просто когда большая часть пролетариев вмещает мечтает о том, чтобы съездить на Мальдивы или чтобы у них был, допустим, хороший автомобиль и красивая двухэтажная дача, а не о том, чтобы жить в обществе социальной
Speaker A
справедливости, это немножко сложно. Дело в том, что гражданскую войну ведут, защищая интересы правящих классов, не сами правящие классы, а те, кто мечтают к ним присоединиться.
Speaker A
Поэтому простой народ защищал и феодализм в своё время, и капитализм. Блин, приписывать свойство фашизму то, что это очень малопродолжительный режим.
Speaker A
Это всегда режим совершенно вот такой вот кризисного управления, то есть долго фашизм существовать нормально не может, то есть он либо, ну, от него либо вынуждены отказываться, но чаще он просто приводит, учитывая, что основная идеология фашизма строится на том, что
Speaker A
все враги извне, а те, кто внутри, это агенты тех, кто извне. Так вот, то фашизм приводит к войне.
Speaker A
То есть фашизм либо скатывается к войне, ну, в войну, либо отменяется, как тот же самый режим Франко, который ты упомянул, он же был свёрнут фактически при при живом Франко ещё при Франко фашистский режим фактически был свёрнут, точно так же, как фашистский
Speaker A
режим Гоминьдана был свёрнут на Тайване. Сергей Анатольевич. Вот смотрите, какая вещь. В XX веке действительно фашизм был своего рода аномалией для капитализма, аномалией системной, но тем не менее аномалией. Почему?
Speaker A
Потому что капитализм фашизм ну, конфликтовал с определённым уровнем конкурент конкуренции, который был присущ империализму в XX веке.
Speaker A
Вот сейчас в XXI веке ситуация меняется, и современный в современном капитализме всё меньше рынка и всё больше контроля.
Speaker A
И с этой точки зрения вот делать выводы о современной фашизации на основе того, что было в XX веке, не совсем, наверное, правильно. Тут нам надо изучать основы и истоки.
Speaker A
Вот смотрите, а приписывать свойства фашизму то, что это очень малопродолжительный режим. Это всегда режим, а совершенно вот такой вот а кризисного управления. То есть долго фашизм существовать нормально не может.
Speaker A
То есть он либо, ну, от него либо вынуждены отказываться, но чаще он просто приводит, учитывая, что основная идеология фашизма строится на том, что все враги извне, а те, кто внутри, это агенты тех, кто извне.
Speaker A
Так вот, то а фашизм приводит к войне. То есть фашизм либо скатывается к войну ну, в войну, либо отменяется, как тот же самый режим Франко, который ты упомянул.
Speaker A
Он же был свёрнут фактически при при режиме Франко ещё Франко фашистский режим фактически был свёрнут. Точно так же, как фашистский режим Гоминьдана был свёрнут на Тайване.
Speaker A
А Сергей Анатольевич Вот смотрите, какая вещь. А в XX веке действительно фашизм был своего рода аномалией для капитализма, аномалией системной, но тем не менее аномалией. Почему?
Speaker A
Потому что капитали фашизм ну, конфликтовал с определённым уровнем конкурент конкуренции, который был присущ империализму в XX веке.
Speaker A
Вот сейчас в XXI веке ситуация меняется и современный в современном капитализме всё меньше рынка и всё больше контроля.
Speaker A
И с этой точки зрения вот делать выводы о современной фашизации на основе того, что было в XX веке, не совсем, наверное, правильно. Тут нам надо изучать основы и истоки.
Speaker A
Потому что сегодня сам капитализм все, кто предлагает, вот смотрите, вот в девяностые годы было неоконсервативное наступление, когда все говорили, вот для того, чтобы нам было лучше жить, должно быть больше рынка, больше конкуренции, больше, э, значит, каких-то стимулов и так далее.
Speaker A
Вот сейчас, если в посмотреть на современную буржуазную политическую экономию, наоборот говорят, для того, чтобы капитализм выжил, должно быть больше правил, должно быть больше контроля, должно быть, э, значит, э, должны быть обеспечены там, э, доступ к, э, источникам сырья и энергии, э,
Speaker A
нерыночными методами. То есть современные методы спасения капитализма, они не то что некапиталистические, они нерыночные.
Speaker A
Вот, по этой причине мы с вами можем наблюдать процесс фашизации достаточно длительным, но это пока гипотеза. Но для этой гипотезы есть определённые основания.
Speaker A
Спасибо. Какие последствия?
Topics:фашизмнацизмкорпоративизмДимитровКоминтернМуссолинибуржуазияУмберто Экоклассовая борьбаЧили
