Подростки звереют? Скулшутеры, скины и гоп-банды | «Сло… — Transcript

Анализ подросткового насилия в России: скулшутинг, банды, нападения и причины роста агрессии среди школьников.

Key Takeaways

Подростковое насилие в России растет и становится более жестоким и организованным.
Рост подростковой преступности связан с политическими, наркотическими и социальными факторами.
Скулшутинг, банды и радикализация подростков — взаимосвязанные явления, требующие комплексного подхода.
Психологическая помощь и поддержка пострадавших крайне важны для их реабилитации.
Общество и правоохранительные органы должны активнее реагировать на случаи насилия и препятствовать безнаказанности.

Summary

В видео рассматриваются случаи массовых драк и нападений подростков с применением оружия в российских школах и общественных местах.
Приводятся конкретные примеры из разных регионов, включая Ярославль, Пермский край, Волгоградскую область, Майкоп и Ижевск.
Обсуждается рост подростковой преступности в 2025 году, особенно связанный с политическими и наркотическими делами.
Рассказывается история избиения 14-летней девочки Дианы в Майкопе и сложности с возбуждением уголовного дела из-за связей нападавших.
Поднимается тема радикализации подростков, возрождения скинхедов и гопников, а также роста ксенофобии среди школьников.
Автор анализирует причины агрессии среди подростков и влияние социальных и культурных факторов.
В видео представлены мнения экспертов и психологов о подростковом насилии и возможных способах борьбы с ним.
Показано, как подростки снимают насилие на видео и распространяют его в соцсетях, что усугубляет проблему.
Обсуждается роль родителей и общества в предотвращении насилия и поддержке пострадавших детей.
Видео направлено на понимание сложной ситуации и поиск решений для снижения уровня подростковой агрессии.

Full Transcript — Download SRT & Markdown

Speaker A

Несколько десятков подростков со всех ног бегут по тротуару. Позже стало ясно, забег носит не спортивный, а скорее криминальный характер. Затем молодые люди переместились в торговый центр и устроили драку возле фудкорта на глазах изумлённых посетителей.

Speaker A

Эта драка произошла в Ярославском ТЦ «Аура» 9 марта. В разборке участвовали по меньшей мере 80 подростков. В ход шли ножи, перцовые баллончики и электрошокеры. Подростки бегали с оружием внутри здания и у выходов. В итоге пострадали четыре человека.

Speaker A

Конечно, эта история важна сама по себе, и сегодня я о ней ещё расскажу. Но пугает другое. Подобные новости в последнее время появляются постоянно.

Speaker A

Шесть ударов, два из которых в шею. В Пермском крае ученик седьмого класса ранил ножом другого школьника.

Speaker A

Выпускник хотел убить одноклассницу во время последнего звонка в одной из школ Волгоградской области. Нападение на общежитие Башкирского медуниверситета произошло в субботу.

Speaker A

Тихий, неприметный, замкнутый и безобидный семиклассник пришёл в класс на урок биологии с ножом, молотком и муляжом пистолета.

Speaker A

Вот лишь несколько случаев за последние месяцы. В Петербурге школьники напали на пенсионерку из-за замечания. В Майкопе толпа девочек избила четырнадцатилетнюю школьницу возле дома.

Speaker A

В гимназиях и колледжах чуть ли не каждые две недели происходит нападение с ножами и другим оружием. Среди подростков есть изнасилование, унижение, доведение до истерики и даже убийства.

Speaker A

Некоторые объединяются в банды, избивают бездомных и вообще похожи на скинхедов из нулевых. Другие травят одноклассников, снимают это на видео, а потом выкладывают в соцсети.

Speaker A

В Ижевске шестеро подростков двое суток издевались над знакомым прямо у него в квартире, а четырнадцатилетняя девочка снимала это всё на видео.

Speaker A

Статистика подростковой преступности в двадцать пятом году впервые выросла. По словам экспертов, рост дают политические и наркотические дела. Но всё равно сложно отделаться от ощущения, что за время войны среди подростков стало больше реального насилия. Я решил разобраться, что происходит, и вывод

Speaker A

оказался совсем неочевидным. Сегодня вы узнаете, почему подростки нападают на сверстников и стало ли это происходить чаще, как связаны скулшутинг, подростковые банды, новое поколение скинхедов и гопники? Почему среди школьников вновь растёт уровень ксенофобии? Кто прямо сейчас больше радикализует восприимчивых

Speaker A

подростков? Ну и, наконец, можно ли с этим что-то сделать? В этом ролике я расскажу историю пострадавших и агрессоров, а также тех, кто задумывался о скулшутинге. Заодно поговорю с экспертами о подростковой преступности и в итоге объясню, откуда взялся этот

Speaker A

всплеск насилия. Сейчас просто я возьму ружьё, и мы посмотрим, кто здесь как заговорит. Когда они, например, отбили кого-то, я помню, что я вообще ничего не чувствовала.

Speaker A

Социальная жизнь детей, вообще-то, полна насилия. Сейчас она уже дома, с ней активно работает психолог.

Speaker A

Их поведение сформировано определёнными культурными стандартами. Ничего нового, просто теперь это ещё удобнее. Чиназис бот, через который можно открыть карту и оплачивать все зарубежные сервисы. Пополнять карту вы можете рублями или криптой в одном месте. Пара секунд и готово. Ссылочка в

Speaker A

описании.

Speaker A

Это город Майкоп, столица республики Адыгея. Там в январе двадцать шестого года толпа подростков жестоко избила четырнадцатилетнюю школьницу прямо возле жилой многоэтажки. Девочку били более часа, ставили на колени и заставляли извиняться.

Speaker A

Это были девочки, пять девочек было. И получается, ну, я не знаю даже точно, меня там не было, по головам не считала, но примерно где-то 10 мальчиков.

Speaker A

Мальчики и были незнакомые, какие-то знакомые, какие-то нет, и они снимали всё это на камеру, а девочки били.

Speaker A

Юлия — мама избитой девочки Дианы. По её словам, нападение организовала другая девочка-подросток после личного конфликта.

Speaker A

Это была бывшая девушка друга Дианы.

Speaker A

Она, вероятно, заревновала и подговорила нескольких девушек из других школ напасть на Диану.

Speaker A

Те назначили ей встречу сразу после занятий.

Speaker A

Она говорит: «Мам, ну я думала, что я сама с этим разберусь. Их какие-то там сплетники, слухи про меня вообще меня не касались. Я знаю за себя правду. Я на это даже особо не реагировала, что будет какое-то физическое насилие.

Speaker A

У меня и в голове такого не было. Я не ожидала такого. Поэтому, ну, как бы, ну, естественно, если бы я знала об этих угрозах, я бы, конечно же, тут же бы среагировала, и это всего бы можно было избежать». Избиения увидели

Speaker A

прохожие и спасли девочку. Они же увезли Диану на скорую в травмпункт. Там сняли побои.

Speaker A

Девочки, которые били, одна занимается, другая занимается тхэквондо. Ну насколько поставлены сильные удары, вы понимаете, да, что и в травмпункте сделали нам рентген. Кости, слава богу, целые. Опять же, потому что быстро среагировали люди и быстро просто спасли. Я не знаю,

Speaker A

сколько бы они били, если бы не люди, когда бы они остановились, потому что очевидцы говорят, они в такой кураж вошли, что когда бы они остановились, я не знаю.

Speaker A

Диана полтора месяца провела в больнице, а потом ей пришлось обращаться к психологу из-за возникшего ПТСР.

Speaker A

Сейчас она уже дома, с ней активно работает психолог. Конечно, это бесследно психологически не прошло, потому что она боится выходить из дома.

Speaker A

Её девчонки-одноклассницы, слава богу, учителя хорошие оказались, которые поддержали, которые и одноклассницы хорошие, которые поддержали, и они её встречают около дома, когда она идёт в школу, потому что в школу надо возвращаться, не вариант пропускать. У нас впереди экзамены, нам столько, мы

Speaker A

столько и так в больнице, будучи столько пропустили. Ну и сидеть дома теперь это тоже не выход. Я говорю: «Дианочка, пожалуйста, ну работать с психологом надо, надо возвращаться в школу». Ну и вотная академия — это вечернее время.

Speaker A

Она возвращается в 6:00. Мы с бабушкой по очереди теперь её встречаем, потому что у ребёнка просто, ну вот страх психологический, морально.

Speaker A

Добиться возбуждения уголовного дела оказалось сложно. Юля подала заявление, но быстро выяснила, что одна из нападавших — дочь высокопоставленного следователя по республике Адыгея и что в действительности нет ни возбуждения дела, ни запросов на запись с камер наблюдения и так далее. Женщина активно

Speaker A

делилась историей в соцсетях, с жалобами дошла до Москвы. Пост об избиении Дианы опубликовала, в том числе, Екатерина Мизулина. И лишь после этого московские следователи изъяли мобильные телефоны нападавших. Так удалось восстановить уже удалённые видео избиения.

Speaker A

Следствие сейчас идёт, очные ставки уже проведены. Впереди у нас учебно-психолого-психиатрическая экспертиза. А что касается тех детей, повторюсь, ни грамма жалости, ни грамма раскаяния я не увидела в их глазах. Это вот на очной ставке было всё явно видно и понятно. Но что говорят дети из других школ? Кто, ну, кто-то учится с этой девочкой, кто-то учится с той девочкой.

Speaker A

От многих отказались и многие сейчас не общаются. Мамы нападавших утверждают, что Юля преувеличивает. Мол, конфликт был, но дети просто договорились встретиться с Дианой заранее. Местному телевидению одна из матерей показала скрин переписки. Она уверяла, что это было не

Speaker A

групповое избиение, а, цитата, лишь пара пощёчин. Вот здесь моя дочь переписывается с Дианой Кругловой. А договариваются о не о встрече. Диана предлагает в пятницу встретиться, а Ангелина пишет, что в пятницу она не может, так как у неё тренировка. Инициатором встречи вообще

Speaker A

переписка происходила между моей дочерью и Дианой Кругловой. То есть переписка. Алина даже не участвовала ни в переписке, ни в назначении встречи. Это да, это моя дочь была. Как сказала моя дочь. Мы её хотели позвать на разговор, чтобы она в лицо сказала, зачем она

Speaker A

оскорбляла, да, зачем она писала такие вещи грубые. История с избиением Дианы вызвала резонанс, в том числе из-за громких для города имён. Среди родителей нападавших оказался, например, глава республиканского следственного управления Следственного комитета. Но резонанс скорее...

Speaker A

тобой. Да и то я даже не хотела тебя расстраивать и до последнего впутывать в это. А есть дети, которые боятся своих [музыка] родителей, боятся что-то им сказать. И многие дети не идут к школьному психологу так боятся, что это

Speaker A

дойдёт до классного руководителя. Классный руководитель расскажет родителям и так далее. По данным ЮНЕСКО, почти каждый третий школьник в мире сталкивается с травлей.

Speaker A

В России, по данным в ЦОМом, каждый четвёртый взрослый ранее переживал школьную травлю. Среди людей 18-24 лет доли ещё выше. Социальная жизнь детей, вообще-то, полна насилия, полна насмешек, издевательств. Они ещё для начала не умеют, во многих случаях не умеют просто по-другому не умеют

Speaker A

договариваться. Например, раз это психолог Юрий Лапшин. До 2022 года он возглавлял психологическую службу в одной из московских школ. Во-вторых, школа - это территория оценок, территория оценивания и сравнения. И здесь довольно часто возникают отношения, ну, я не знаю, отношения там

Speaker A

презрения, опять же, насмешек, да, в общем-то, и коллективной травли, которую дети сами распознать не умеют, поскольку в какой-то ситуации прикольно посмеяться над кем-то, а для многих посмеяться над кем-то означает избежать риска быть осмеянными самим. И это взрослые, те,

Speaker A

кто должны помогать детям понимать, что так нельзя, что так не надо. Подростковое насилие, в какой бы форме оно не было, не возникает из ниоткуда.

Speaker A

Обычно до него уже были унижения или травля, ощущение безнаказанности, компания, в которой жестокость даёт статус, а ещё взрослые, которые либо не видят проблему, либо вмешиваются слишком поздно. Я бы сказал, родителям прежде всего стоит переживать за потерю контакта со своими детьми в подростковом

Speaker A

возрасте и стараться сделать так, чтобы эта потеря не произошла. А это значит и обсуждать с ними жизнь, и их жизнь, и свою, не ограничиваться вопросом, как дела, нормально. Помните, раз уж мы про сериалы говорим в том же Adolescence,

Speaker A

они в конце родители вдруг понимают, что они давно уже не разговаривали со своим сыном. Он приходил, запирался в комнате, сидел за своим компьютером и, в общем-то, всё. А, между прочим, вот со старшей дочкой разговаривали. И там вот прямо есть разница в том, какой был

Speaker A

контакт у них с разными детьми. Вот вот за это стоит переживать. В том числе стоит интересоваться тем, какое кино им интересно, смотреть кино вместе, предлагать что-то своё, то есть как-то проводить вместе время и разделять вместе эмоции. Вот это по-настоящему

Speaker A

важно. Всё это, конечно, не оправдание. скорее объяснение механизма, но это не показывает, как ситуацию видят сами агрессоры, так что я решил пойти дальше и поговорить с теми, кто избивал.

Speaker A

Знакомьтесь, Наталья Герасимова. В девяностые она жила в Москве с мамой, братом и двумя сёстрами. И, будучи подростком, сама участвовала в избиениях сверстников. Когда ты живёшь в деструктивной семье, когда ты должен быть для родителей хорошей девочкой, в школе ты должен быть хорошей ученицей,

Speaker A

для родственников ты должен должен быть послушной и хороший, но в тебе копится вот эта агрессия, в тебе есть вот это давление, то, что ты должен играть вот эту роль, потому что у нас не было принято высказывать чувства, тем более

Speaker A

негативные чувства, ну и позитивные тоже я не не особо помню, что м это поощрялось. То есть ты всё время всё держишь в себе, и тебе, в принципе, некому рассказать, что происходит внутри тебя и происходит в твоей семье, например, потому что ты не можешь

Speaker A

сказать: "У меня в семье плохо" или "Мне плохо". Потому что не выносите со избыт пословицы, на которых мы росли, они настолько в тебя вбиваются, что ты чувствуешь, во-первых, чувство вины, что ты виноват, как будто бы, как ребёнок, что у вас вот такая семья. И куда вот

Speaker A

эту всю агрессию, которая к тебе копится, выливать? Выливать это вот, ну, на улице, выливать это в какие-то [музыка] драки. История Натальи типична для того времени. Говорит, её детство было непростым, и в какой-то момент толпа во дворе стала ей ближе, чем

Speaker A

родной дом. Но это быстро переросло во что-то большее, и драками дело уже не ограничивалось. Отобрать у прохожих деньги или одежду стало обычным делом.

Speaker A

Поэтому, если все шли на дело, как тогда говорили, она тоже шла просто потому, что ей очень хотелось стать своей в компании.

Speaker A

Просто под влиянием вот этой всей толпы, да, когда они, например, били кого-то, я помню, что я вообще ничего не чувствовала. Или когда у нас были там какие-то драки там. Ну, ребята в основном, да, то есть я была в такой

Speaker A

компании, а это раньше называлось как кланы, да, и был там Southwest клан, э, это группа людей, которые тусуются где-то там метро и, в общем, подростковые такие глупости творят. Был ещё там ещё какой-то клан, и вот мы, в общем, воевали ни за что. Такие, знаете,

Speaker A

подростковая ерунда. И, конечно же, все, я думаю, что люди, которые были в этих таких вот сообществах, кланах, конечно, у них были свои какие-то внутренние проблемы, да, куда они шли, это всё выплёскивать вот друг на друга. Факторы, которые провоцируют у школьников вот

Speaker A

такое поведение - это прежде всего отсутствие возможности эмоционального выхода, отсутствие контакта со взрослыми, прежде всего со взрослыми в школе, которым можно что-либо рассказать. Большой разрыв между взрослыми и детьми в школе. Видите, не в каждой школе и не каждый школьник

Speaker A

решается на такое, да? Соответственно, стоит посмотреть, где это происходит и каковы там особенности. Вот отношения насилия, отношения неуважения, отношения непряжения.

Speaker A

Как я уже сказал, по статистике, булинг - это очень распространённая штука в школах. И, к сожалению, избавиться от него не вышло ни у одной страны мира, а последствия у булинга- миллион.

Speaker A

Психологи говорят, что травля может менять поведение жертвы. Больше депрессии, тревожности, ПТСР, проблем со сном, а в некоторых случаях ответная агрессия. Самая уязвимая группа, так называемый буливик, то есть человек, который одновременно и жертва, и агрессор. У них максимальные риски

Speaker A

[музыка] психических и поведенческих проблем. И вы точно о них слышали. В конце двадцать пятого, начале двадцать шестого годов в России одно за другим происходили нападения на школы. Были разговоры, что мы пошли по американскому [музыка] сценарию и теперь детей

Speaker A

вдохновляет Колумбайн. А в соцсетях снова обсуждали сообщество типа синего кита и красного дельфина, который якобы подталкивают детей к преступлениям. Про всё это у меня был отдельный ролик, можно посмотреть по ссылочке.

Speaker A

Впоследствии оказалось, что часть нападавших подвергалась травле. Но, кстати, [музыка] не все и даже не большинство. Про это позже. Это тоже отдельная проблема, потому что, к сожалению, нападение на школы стали системным явлением, и это уже точно часть подросткового насилия. Ну а перед

Speaker A

тем, как продолжить, друзья, поставьте лайк этому видео. Это поможет ему в продвижении. Знакомьтесь, это Анна. Сейчас ей 26 лет.

Speaker A

Она родилась и выросла в Петербурге, и все 11 лет школы сталкивалась с булингом, причём как от одноклассников, так и от учителей. Она называет себя странным ребёнком, неформальным и молчаливым. В её случае всё началось с обычных насмешек в младших классах. Но

Speaker A

именно после них она почти перестала общаться с одноклассниками и закрылась в себе. У меня было несколько друзей, но они тоже боялись тех, кто меня травил, и они мне на защиту не приходили. травили, да, обзывали, пить, как правило, не

Speaker A

решались, но могли там не взять в игру, могли отказаться стоять со мной в паре на физкультуре. У одной девочки просто случилась истерика, когда нас вместе поставили. Это было абсолютно отвратительно. Был эпизод, когда меня голую засняли в раздевалке. Мы ходили в

Speaker A

бассейн, переодевались, и кто-то из пацанов снял меня на телефон. Телефоны тогда только-только появились. Качество было плохое, но мой зад было прекрасно видно, и это видео ходило по классу.

Speaker A

Казалось бы, взрослые должны были вмешаться и защитить, но произошло обратное. В какой-то момент в школе сменилось руководство. Новая директриса Анну, по её же словам, не взлюбила.

Speaker A

Сначала стала давить в основном из-за школьной формы. Затем девушку критиковали при всём классе и сравнивали с другими.

Speaker A

Было одно различие, которое делало для меня булинг учителей сильно более болезненным, где я им не могла ответить.

Speaker A

То есть, если меня одноклассник называл дурой, я могла ответить: "Ты сам дурак". Если он меня бил, я била в ответ. Я этим вообще не горжусь. Но я действительно дралась. Я дралась с мальчиками иногда.

Speaker A

И это была хотя бы какая-то возможность дать этому отпор. С учителями ты учителю не скажешь, что он дурак, даже если он правда дурак, потому что мне, естественно, они меня шантажировали периодически тем, что расскажут родителям, тем, что там скажут, что

Speaker A

родители дали какую-то поддельную справку и моих родителей посадят, если я не буду себя вести так, как они хотят.

Speaker A

И, соответственно, вот этим вот взрослым людям, у которых была власть, я ответить не могла никак. И вот это меня глодало очень долго. Это было ужасно. Долгое время Анне казалось, что так будет в любой школе. Она рассказывала происходящим родителям, но те [музыка]

Speaker A

были, так сказать, старые закалки. Чуть-чуть жалели, но ничего не предпринимали. Зато пытались разобраться, [музыка] почему так происходило. Например, водили их к психологу, но не особо успешно.

Speaker A

Мои родители, они пытались как-то это рационализировать. Они пытались сделать и вашим, и нашим. То есть вроде как им было в целом всё равно. Но когда я приходила в слезах и говорила: "Вот этот вот меня обидел", они такие: "Ну, у него

Speaker A

родители развелись, он себя плохо [музыка] чувствует". И какое-то время мне такие объяснения были достаточные.

Speaker A

Потом я стала думать, что, ну, наверное, просто людям их. [музыка] Про некоторых ребят у меня до сих пор есть вопрос, почему они это делали. Потому что я знаю, что они выросли довольно адекватными взрослыми людьми. И в чём была причина такого отношения ко мне в

Speaker A

детстве? Опять же, да, я была странноватым ребёнком, но я не была каким-то злым ребёнком. То есть я не была тем человеком, который идёт на конфликт. Я просто чем-то отличалась, и этого было [музыка] достаточно. Она вспоминает, что ярость вскапливалась у

Speaker A

неё внутри. Поговорить о ней было не с кем. В итоге, в шестом классе девушка впервые задумалась о том, чтобы взяться за оружие. И далее она вспоминала об этом каждый раз, когда на неё орала директриса. [музыка] В моменты какой-то особенной ярости,

Speaker A

когда я не могла ответить той же директрису школы или учителям, ко мне приходили в голову действительно мысли о том, что сейчас просто [музыка] я возьму ружьнё, и мы посмотрим, кто здесь как заговорит. Я чётко понимала, что я никогда так не сделаю, потому что я была

Speaker A

воспитана в очень христианской [музыка] семье. Я считала, что убийство - это самый страшный грех. Собственно, я так считаю до сих пор. Но эти мысли, они действительно были. Это были очень яркие фантазии. То есть я себе не представляла [музыка] каких-то кровавых деталей, но я

Speaker A

себе представляла вот это вот ружьё у меня в руках, как такой символ этой силы, как что-то, к чему они наконец-то прислушиваются. И меня это очень пугало.

Speaker A

Анна, к счастью, не дошла до крайности. Она долго хранила в себе это как постыдный секрет, и лишь в университете осознала, что это симптом большой проблемы. По словам девушки, её пугали такие мысли. Она говорит, что никогда бы на такое не решилась, но не могла об

Speaker A

этом не думать. Когда я себе что-то такое представляла, я чувствовала странное облегчение и странное такое успокоение, да? То есть нашему мозгу ему же иногда всё равно, ты что-то реально сделал или ты себе это просто представил. Я не говорю, что

Speaker A

всегда так, но в моём случае это, видимо, так работало. То есть я себе очень ярко представляла эту картину, что сила в руках у меня, что я наконец-то тоже тот человек, который может ответить на это насилие, что я наконец-то могу

Speaker A

вернуть его. И на время меня как-то успокаивало это. Справиться с такими эмоциями, будучи жертвой, получается не у всех. И это зачастую приводит к вспышкам ответной агрессии, особенно если не с кем об этом поговорить.

Speaker A

Жертвы сталкиваются прежде всего с длительной и подавленной обидой, стыдом. [музыка] обидой, стыдом, одиночеством, ощущением, чувством одиночества, желанием вообще не быть, желанием быть прозрачными, невидимыми. Вот. И если мы говорим прежде всего о жертвах булинга, жертвах насилия, да, жертвах эмоционального какого-то насилия,

Speaker A

неудачничеством ощущения собственной, ну, какой-то негодности, поскольку школа вообще провоцирует детей с самого начала задумываться о том, ты достаточно хорош или недостаточно хорош, ты годен или не годен, это провоцируется буквально оценками и отношениями, отношениям взрослых в раннем возрасте и потом

Speaker A

сравнением себя с там с другими одноклассниками школы - это пространство иерархии статусов оценивания сравнения.

Speaker A

Вот у нас в школе был социальный педагог. Я не знаю, что она делала. Я её только видела, сидящий у себя в кабинете. У нас никакой социальной работы не проводилось. Про школьного психолога я вообще не знаю, кроме вот начальной школы. Поэтому с точки зрения

Speaker A

учителей, с точки зрения социальных педагогов, с точки зрения родителей, я бы смотрела обязательно на динамику в классе, на то, общаются [музыка] ли другие с этим ребёнком или общается ли он с другими. Я несколько раз вот в самых жутких случаях рассказывала

Speaker A

родителям, они не понимали, насколько это ужасно, и в какой-то момент я просто уже начала это носить в себе.

Speaker A

Конечно, большинство жертв булинга не становятся агрессорами, но из-за чувства унижения и изоляции некоторые всё-таки могут воспринимать весь мир как враждебный. Потому что для них школа, где их травят, и есть почти весь мир. У некоторых формируется установка: "Или ты

Speaker A

жертва, или ты нападаешь". Итак, подросток может начать, например, носить с собой оружие, потом мстить обидчиков, а в какие-то моменты и начать нападать на более слабых. Но почему именно в последние годы становится всё больше нападений? Були, к сожалению, был

Speaker A

всегда. Да и это не основной триггер. Ходить вокруг до около не буду. Первое, что приходит в голову - это война в Украине. Недавно Оскар взяла как раз документалка о пропаганде в российских школах господин никто против Путина. Там показывают, как в начале войны учителя

Speaker A

рассказывали детям об Украине, как проводили для них разговоры о важном и как в целом менялась обстановка.

Speaker A

Короче, должны либо прочитать стихи, либо, короче, сделать презентацию, либо фотку. План не здец. Мы настолько енулись, и это всё, конечно, страшно, но ситуация за эти годы ещё больше ухудшилась. В последние годы в школы всё чаще приходят военные бывшие наёмники из ЧВК. Они

Speaker A

приносят оружие, дают подержать его в руках, поиграться. И в школах, и даже в детсадах проводят имитации военных парадов. В некоторых школах плетут маскировочные сети и собирают помощь для фронта. Из-за этого, как [музыка] считают некоторые эксперты, подростки становятся всё более уязвимы к идеям,

Speaker A

оправдывающим агрессию. Ну, вообще там Россия живёт в ситуации войны, в ситуации военной пропаганды, в ситуации пропаганды насилия, насильственных методов решения проблем. Люди уходят на войну, чтобы решить самые разные свои проблемы. отстаивание своих идеалов, отстаивание своей чести, да, как ещё

Speaker A

хотите назовите, с помощью наследственных средств, с помощью военных средств, героизация, романтизация, войны идёт по полной, и это тоже фактор. Но есть и те, кто не поддерживает эту теорию. Напрямую война и военная пропаганда не могут сподвигнуть детей к нападениям. Они

Speaker A

могут быть значимыми факторами, но делать какие-то выводы пока рано. Вот эти молодые люди, которые совершают нападение. Волна таких нападений подростковых в основном- это подростки.

Speaker A

Это Александр Верховский, глава исследовательского центра Сова. Он занимается исследованиями проблем национализма, ксенофобии и антиэкстремистской политики.

Speaker A

Началась в двадцать третьем году, да? То есть это не синхронизировано ни с чем. Ни с СВО, ни сначала государственной [музыка] компании антимигрантской. Это как будто отдельно, да, ещё позже происходит.

Speaker A

Может быть, здесь есть какая-то связь, но её так, конечно, только угадывать может, а может, её и нет. И вот уже несколько лет это продолжается. Сперва это очень быстро нарастало [музыка] это насилие. Сейчас, ну, можно сказать, что оно стабилизировалось, но снижаться явно

Speaker A

не собирается. Булинг и пропаганда - это дополнительные факторы. Если они наслаиваются на психические расстройства и доступ к оружию, то может случиться [музыка] беда. Только пока я готовил этот ролик, произошло ещё несколько нападений на школы. В Подмосковье 16 марта

Speaker A

семиклассник ударил сверстника ножом по дороге в школу. 26 марта девятиклассник в Челябинске принёс в школу пластиковый арбалет, газовый баллончик и сигнальный пистолет. Газом он залил учителей, а из сигнального пистолета выстрелил в одноклассницу, а потом нул с четвёртого этажа. Но нападение на школы избиения не

Speaker A

единственный формы подросткового насилия. В двадцать пятом году МВД впервые за 10 лет отчиталась о пятипроцентном росте числа несовершеннолетних преступников. Всего их было 22.000. По данным Генпрокуратуры подростковая преступность вообще выросла на 10%. И это при том, что многие избиения, которые попадают в новости,

Speaker A

обходятся без уголовных дел. Значимую часть в подростковой преступности всегда играет идеология. И многие из нападавших на школы, кстати, тоже были радикалами.

Speaker A

Но вот насколько идеология может подталкивать к насилию? Вопрос, который нужно разобрать подробнее. [музыка] В декабре двадцать пятого года девятиклассник пришёл в школу с ножом и перцовым баллончиком. Он снимал атаку на экшн-камеру. В итоге погиб десятилетний ребёнок из Таджикистана. Ещё трое

Speaker A

пострадали. Следствие посчитал, что подросток вдохновлялся ультраправыми идеями. В феврале ещё один случай. В Башкартастане пятнадцатилетний подросток напал на студентов в общежитие медуниверситета. Пострадали шестеро человек. Он выкрикивал российские лозунги и даже оставил на стене свастику. После этого в России

Speaker A

заговорили о росте ксенофобии среди подростков и в целом правильном. Радикалы действительно возвращаются на российские улицы. У меня на эту тему выходил отдельный большой ролик. Там я проследил путь скинхедов с девяностых до фанатских протестов на Манежке и войны в

Speaker A

Украине. Если коротко, скин движение никуда не десь. Оно остаётся в виде субкультуры. Специфическая одежда, причёска, музыка, взгляды собственным разнообразием. Бывают левые скинхеды, бывают правые. Там есть и имперцы, и язычники, и националисты. В основном таким интересуются именно молодые люди.

Speaker A

Рейдов против мигрантов всё ещё меньше, чем в нулевые, но они всё так же есть. В первую очередь это заслуга русской общины. Плюс остаются мелкие бытовые стычки. Например, в двадцать четвёртом году в Новосибирске ультраправые подростки распылили парню в лицо

Speaker A

перцовый баллончик. Позже в том же Новосибирске группа подростков, одетых как скинхеды, избила двоих мужчин не славянской внешности. Но и здесь эксперты предлагают не спешить с выводами. По их словам, подростки действительно часто радикализируют любые идеи, с которыми сталкиваются. Главный

Speaker A

вопрос в масштабе. Интерес к запрещённому поису таких сообществ или даже подписки на них ещё не означает, что человек пойдёт на преступление. Чаще это попытка разобраться в мире и найти своё место.

Speaker A

Был период, когда было действительно много подростковых и молодёжных неонацистских групп. Сейчас их довольно много, но гораздо меньше, да, согласимся, [музыка] чем было 20 лет назад. То есть вот такой массовой моды, ну, то есть это можно назвать модой, на

Speaker A

определённый сорт радикального поведения явно меньше. Да, можно говорить о том, что просто криминальность стала меньше.

Speaker A

[музыка] В конце концов вообще вот общая общий уровень преступности ведь в стране падает. Ну, если на длинной дистанции смотреть и довольно заметно это, соответственно, относится и к поведению подростков. Ну, плюс-минус так же.

Speaker A

То есть подросток на грани отчаяния и правда может взять некую модель на вооружение. Это может быть месть обидчику или потокание некой идеологии.

Speaker A

Но в первую очередь это подражание. Перва причина снова в том, что агрессор оказался в сложной ситуации и не знает, что делать.

Speaker A

Они могут быть мотивированы не не идеологическими соображениями, даже, как правило, не идеологическими соображениями. Это, ну, накопленные какие-то психологические проблемы, личные конфликты и так далее. Но их поведение сформировано определёнными, так сказать, субкультурными стандартами, да, что они идут в одиночку, они идут

Speaker A

заведомо зная, что, ну, в лучшем случае они будут арестованы, а, ну, в идеале неком, да, который [музыка] предписывается вот этим стандартам, они должны ещё и погибнуть при нападении.

Speaker A

Ну, так не всегда далеко бывает, но тем не менее. При этом в публичных заявлениях силовиков всё чаще встречается тезис о том, что подростковых ОПГ становится больше, но по федеральной статистике это проверить невозможно. Есть лишь число подростков, угодивших под статью о

Speaker A

группе лиц. Это, кстати, отягчающее обстоятельство. И там получается, что с шестнадцатого по 20дцатые годы это число выросло с 62 человек в год до 99.

Speaker A

Процентах много, но на деле не особо. По той же статистике, в двадцать четвётом и двадцать пятом годах около половины осуждённых подростков нарушали закон не в одиночку. То есть почти каждое второе преступление с участником школьников - это нападение группы. Также известно,

Speaker A

что в двадцать пятом более 40% преступлений подростков относились к тяжким и особо тяжким. Выше всего рост в регионах, Туве, Новгородской и Новосибирской областях.

Speaker A

Практика показывает, что молодых людей нередко целенаправленно втягивают в преступную деятельность, вербуют в криминальную среду. Почти половина, 45% подростков совершили противоправные деяния в групповых формах соучастия. И надо оперативно выявлять и привлекать к ответственности преступников, которые используют несовершеннолетних в своих

Speaker A

целях. Массовая драка в Ярославле, о которой я говорил в начале ролика, показательный пример. Подростки 10-18 лет якобы были с ножами и шокерами.

Speaker A

Некоторые из них в балаклавах. То, что драка произошла в ТЦ, тоже неудивительно. Подростки там постоянно тусуются. Но самое важное здесь дата 9 марта. Тогда в Ярославле как раз проходил футбольный матч.

Speaker A

А получили все. Давай, блядь, вы наверняка слышали про эффект толпы. Футбольные фанаты часто ему подвержены.

Speaker A

В толпе вообще любой человек чувствует некую анонимность и безнаказанность. Если толпа что-то делает, то и мне можно. А в случае с футболом эмоции и так на пределе, поэтому вероятность драки выше. На подростков толпа действует ещё сильнее, и в них в целом

Speaker A

меньше самоконтроля и сильное желание быть частью группы. Это распространяется и на субкультуре. И если это идеологизированная субкультура, то тут-то они и попадают в опасную ситуацию. На фоне войны в России стало больше правых и ультраправых субкультур.

Speaker A

Точных данных здесь нет, [музыка] но эксперты говорят, что любая война усиливает радикализацию общества. Если детям повсюду показывают военных, им хочется соответствовать. Если раньше агрессия была чем-то плохим и социально неодобряемым, то теперь [музыка] насилие становится как бы допустимо. Есть такой

Speaker A

Telegram-канал, мониторинг видео неонацистских нападений. Там буквально ежедневно публикуют [музыка] новости о том, как подростки нападают на людей с оружием. Например, 7 марта двадцать шестого года молодые люди буквально обстреляли двоих африканцев из травмата.

Speaker A

Один из нападавших кричал: "Питеры, негры". Позднее в тот же день одного из африканцев догнали [музыка] и сбили в подъезде. На заставку ролика с избиением нападавшие поставили символику куклу с клана.

Speaker A

[музыка] Вероятно, это заметили и в некоторых школах. Там теперь проводят инструктажи, [музыка] собирают данные о семье и соцсетях ребёнка. Иногда и вовсе требуют доступ к аккаунтам, проверяют телефоны и рюкзаки. В ряде школ учителей обязывают заполнять таблицы с подробной

Speaker A

информацией о детях, в том числе об их внешних подозрительных признаках. Среди них, например, странная одежда, бретоголовысть, высокие чёрные берцы, военная обувь и заинтересованность отдельными предметами. Оказывается, теперь, если ты любишь обществознание, историю и химию, то и это уже подозрительно. Спрашивали абсолютно всё:

Speaker A

сколько детей в семье, где работают родители, какое у тебя зрение, где живёшь, в квартире или в частном доме?

Speaker A

Адрес спрашивали: [музыка] "У родителей ФИО, в какие секции ходим?" Учительница всё записывала в ноут. Школьница из Татарстана в разговоре с вёрсткой 10 февраля 2026 года.

Speaker A

Но вообще всё это мы проходили в девяностые нулевые. Тогда подростки тоже были склонны к радикализации и тоже на фоне войны только чеченской. Подробнее про это можете посмотреть в моём ролике о Второй Чеченской. Там я как раз рассказывал про национальные разборки,

Speaker A

про реакцию общества на теракта и про раннюю политику Путина. Сразу скажу спойлер. Тогда справиться с агрессивными субкультурами удалось лишь массовыми посадками. Но сделано это было в том числе, потому что правые начали лезть [музыка] в политику. Сейчас происходит то же самое. С одной стороны, на

Speaker A

нападение подростков стали обращать внимание, с другой, в большинстве случаев на них заводят уголовные дела. Я уже говорил про мониторинг видео.

Speaker A

неонацистских нападений. Авторы пишут, что в марте двадцать шестого года зафиксировали 26 нападений на людей. И это самый низкий показатель с лета двадцать третьего года. По мнению авторов, в правой среде тоже кризис, и связан он как раз с работой силовиков.

Speaker A

Чем больше времени я уделяю правому движу и каналу, тем больше я впадаю в депресняк. Эмоций уже нет абсолютно никаких, даже той ненависти, которая была. уже настолько на всё всё равно, что хочу всё забросить и не думать ни о

Speaker A

чём. Цитата из Telegram-канала Неонацистской направленности. Цитата по NVP. 4 апреля 2026 года. Пунктуация и орфография автора сохранены. Если вы уже запутались, то не страшно. Давайте подведём краткие итоги. Растёт ли детская преступность? Да, но в статистике лишь уголовные дела, и это

Speaker A

рост на десятки случаев в год. Становится [музыка] ли в России больше травли? Так сказать нельзя, но жестокие избиения сверстников как были, так и есть. [музыка] Стало ли в России больше нападение на школы? Как минимум в конце двадцать пятого и начале двадцать

Speaker A

шестого? Да. Но, вероятно, это была цепная реакция. К апрелю их стало меньше. Стало ли среди российских [музыка] подростков больше радикалов?

Speaker A

Тоже да, но это также не массовое явление. Плюс многих сажают. Все эти вещи взаимосвязаны, потому что и травля сверстников, и нападение на школы, и радикализация - это симптомы. Симптомы подростковой агрессии, которая появляется, когда их не слышно. Я вам

Speaker A

обещал неочевидный вывод, но это, конечно, не он. Для него нам нужно разобраться, что же со всем этим делать.

Speaker A

[музыка] После каждого громкого нападения на школы чиновники предлагают примерно один и тот же набор мер. Установить рамки, улучшить охрану, проводить досмотры, мониторить соцсети. [музыка] К двадцать шестому году театр безопасности есть почти в каждой российской школе, но вот эффекта от него

Speaker A

не видно. Да, у нас есть переносная рамка металлодетектора для обнаружения опасных предметов, но все с телефонами идут.

Speaker A

Техника реагирует на трубки. Не станешь же каждого ребёнка досконально перетряхивать. Михаил Мануйлов, заместитель директора по учебно-воспитательной работе в школе Екатеринбурга в интервью российской газете. 4 марта 2025 года. Так называемое движение Колумбайн уже запрещено в России, хотя его никогда и

Speaker A

не существовало. То же самое произошло и с несуществующими движениями АУЕ и ЛГБТ. В конце двадцать пятого года в Госдуму внесли [музыка] законопроект против булинга. Авторы предложили штрафовать за систематическую травлю на сумму от 10 до 50.000 руб. Но проект так и остался без

Speaker A

движения и получил плохие отзывы от правительства. Министры, например, не поняли, что именно считать систематической травлей и почему не работает штраф за оскорбления. В феврале в Госдуме предложили другую гениальную идею. Теперь они хотят запретить журналистам писать о нападениях на школы

Speaker A

в деталях, якобы это провоцирует новые нападения. Мы не говорим о запрете публикации, мы говорим о том, что это должна быть самоцензура. Каждый раз вы как бы подписываетесь под тем, что ваша публикация может быть стартом для следующей ситуации. Понятно, никакой

Speaker A

цензуры не будет, но это должна быть внутренняя цензура. Депутат Государственной Думы Татьяна Буцкая, 4 февраля 2026 года.

Speaker A

Виновных ищут всегда. Раньше это были видеоигры, ещё недавно сериалы, вроде слова пацана, теперь журналисты.

Speaker A

Специалисты говорят, что игры, сериалы и новости реально могут влиять на детей. Но это не первопричина, и их запрет ничего не изменит.

Speaker A

Да, новости могут влиять, конечно. Существует такая вещь, как подражание. Случаи насилия идут некоторыми сериями, но невозможно просто не информировать.

Speaker A

Да, каналов информации [музыка] слишком много, я бы сказал. Да, вот ещё может влиять ээ наличие какой-то идеологии, которая удобным образом объяснит этому ребёнку его собственной неурядицы, его собственное неблагополучие. Для кого-то это может быть идеология, там, связанная с ксенофобией, нацизмом, расизмом. Я не

Speaker A

востребован, я не реализован, потому что вот вокруг там, например, мигранты. И, конечно, если ребёнок такое говорит или если ребёнок интересуется таким [музыка] контентом, это должно настораживаться.

Speaker A

Я прочитал разные статьи про пострадавших от подросткового насилия. И вот что заметил. Часто пострадавшие вообще боятся к кому-либо обратиться.

Speaker A

Итак, не только в России. Например, в двадцать четвёртом году в Казахстане была громкая история. В Козыларде одноклассники полгода удерживали шестнадцатилетнюю школьницу в сексуализированном рабстве. Другие девочки шантажировали её, угрожали, заставляли ездить на вызовы и вымогали у неё деньги. Она просто боялась

Speaker A

рассказать об этом даже родителям. По каким же симптомам можно понять, что что-то не так? Психологи говорят, что стоит внимательно относиться к тихоням.

Speaker A

Нет ли у них накопленной агрессии, обиды? Если ребёнок дерётся, если ребёнок решает проблему силой и постоянно получает родителя какую-то обратную связь о том, что вот он опять, то это, допустим, склонен к насилию. Но я так понимаю, что мы говорим не о тех, о ком

Speaker A

понятно, что он там может, ну или не только о тех, о ком понятно, что он может выдать там какой-то агрессивный ответ, да, но и о тех, кто долгое время молчит, а потом вдруг, э, взрывается и разряжается чем-то очень большим. В этом

Speaker A

случае, прежде всего, это замкнутость, это нежелание общаться, и это не признак [музыка] готовящегося насилия, это признак некоторого, ну, вот той самой потери контакта, на который надо обращать внимание.

Speaker A

Контакт, как вы поняли, крайне важен. Школа сама по себе закрытое, давящее пространство, особенно в подростковый период. Именно само школьное пространство становится всё больше пространством насилия и насильственных методов. В том числе потому, что во многих местах для подростков, э, ну,

Speaker A

во-первых, затруднён выход на улицу. Если ты пришёл в школу, ты уж точно просидишь там до конца дня. Сейчас нельзя выйти на перемену, покурить, расслабиться или, например, разобраться.

Speaker A

Это просто запрещено с девятнадцатого года постановлению правительства. После одного из случаев массшутинга в Керченском колледже в восемнадцатом году, там была постепенное пошаговое усиление вот как бы закрытости. Поэтому всё напряжение, которое происходит в школе, в школе и остаётся. В этом смысле

Speaker A

рост насилия с годами, на мой взгляд, связан с превращением школы в закрытую территорию. Почти все герои этого выпуска говорят, что сочувствие и контакт - самое важное для профилактики детских преступлений. Ребёнок должен знать, что может обратиться за помощью ко взрослым, в первую очередь к

Speaker A

родителям, во вторую к учителям и школьным психологам. Что бы я сказала подростку, который сейчас находятся в ситуации похожей на меня? Просить о помощи не стыдно. Я понимаю, что это избитые слова, но это иногда единственное, что действительно может помочь. [музыка] помощь от

Speaker A

родителей, от других учителей, от родителей одноклассников, может быть. То есть, мне кажется, надо найти какую-то взрослую фигуру, которая сможет встать рядом с тобой и которая сможет на равных сказать твоему обидчику, если это учитель, что так нельзя. За булинг в

Speaker A

школе должны отвечать учителя социальные педагоги. Я считаю, это их прямая задача, чтобы такого не было в детском коллективе. Им не хватает адекватных взрослых, которые бы их поняли, не учили, не наказывали, вот так вот не умничали с ними чрезмерно, не

Speaker A

налагали на них бремена какие-то, которые они не могут понести, а сеяли с ними, купили бы Кока-Колы и чипсов, просто поговорили с ними, слушай, не обвиняя, не оценивая, просто поговорили с ними. Слушай, а как у тебя дела сейчас? А что у тебя происходит в жизни?

Speaker A

Ну по-настоящему. И тут мы подбираемся к самому важному. Радикализация детей - это симптом того, что ребёнку сложно найти свою идентичность. Ему проще пойти и присоединиться к какой-либо группе, которая сделает это за него. Запреты тут, по словам экспертов, не помогают.

Speaker A

Если попытаться задавить, то станет ещё хуже. Помогает обсуждение, а не спор, интерес к мотивации, а не к словам. И лишь после восстановления контакта возможно помочь ребёнку найти идентичность в чём-то другом. Я думаю, что подростки в силу того, что опять же

Speaker A

с ними не разговаривают, у нас нет такой культуры милосердия, у нас нету культуры благотворительности, у нас нету культуры принятия других людей, других рас, других каких-то вот, ну, других людей, просто не похожих на нас. У нас нет этой культуры. Я думаю, что это будет расти,

Speaker A

потому что это навязано через пропаганду, через телевизор и как хотите это назовите. Но у нас об этом как-то не очень задумывается, честно.

Speaker A

Перелом в жизни Натальи, которая избивала сверстников, произошёл именно после контакта. Она поговорила с младшей сестрой и впервые задумалась о переменах. Позже это привело её к обращению в веру. А дальше была очень насыщенная жизнь. Она поступила в христианский [музыка] институт, работала

Speaker A

с наркозамисимыми и бывшими заключёнными и ездила с гуманитарными миссиями в Африку, а затем вообще переехала в Чикаго, чтобы работать с трудными подростками и обучать их брейк-дансу.

Speaker A

Когда ты подросток, ты как будто на автомате живёшь, ты как будто в тумане живёшь. Ну, по крайней мере, я, конечно, сейчас подростки более осознанные, с ними, а, родители разговаривают, с ними педагоги, есть психологи. У нас открыт интернет, ты можешь всё почитать, у тебя

Speaker A

всё это, ну, открыто. Тогда, извините, ты вообще принадлежишь сам себе. Ты как хочешь, так и выживай в своей голове. Ты варишься, тебе 14 лет, никто не узнает, что у тебя в башке. И когда вот начинается вот это вот стреляют в школе

Speaker A

или вот а как он мог вот это сделать? Как он мог так поступить? Да ты его не знаешь, но я мама, я его знаю, да? Ты ты уверена, что ты его знаешь? Ты с ним сидела на кухне, говорила с ним по

Speaker A

душам, по-настоящему, а он тебе правду открывался, а ты у него реально это спрашивала? Один из самых неожиданных выводов здесь, что подростковая преступность не сильно растёт. На самом деле в России она всё ещё на относительно приемлемом уровне. По крайней мере, по официальной статистике,

Speaker A

[музыка] ужасные ситуации как происходили, так и происходят. Ну вот о глазки стало больше. И теперь любое избиение потенциально может оказаться в СМИ. Вы знаете, мне очень-очень много написало психологов [музыка] знаменитых вот после того, как я это всё осветила,

Speaker A

что спасибо, Юля, что вы это всё осветили, потому что неимоверное количество детей увидели вашу ситуацию, начали подходить к своим родителям и говорить: "Мама, а у меня же так же было. Мамочка, а я был тоже в такой ситуации или была в такой ситуации". И

Speaker A

они просто толпами пошли работать к психологу. Вы представляете? просто начали говорить, рассказывать и перестали бояться. Мне много родителей писало: "Юля, мы увидели вашу историю, сердце сжималось, а через неделю повторилась такая же ситуация с моим ребёнком". И благодаря теперь вам мы

Speaker A

видим и знаем, что нам делать и как нам поступать. Конечно, война так или иначе влияет на подростков, как и на всех россиян. Если пропагандировать ненависть, то её будет только больше. Жестокие избиения сверстников - это как раз симптом того,

Speaker A

что насилие нормализуется. Но доказать, что это происходит чаще уже сейчас, нельзя. [музыка] Возможно, проблемы настигнут нас в ближайшем будущем. Пока можно точно сказать, что подростки всё чаще сбиваются в группы и именно там многих из них радикализируют. Как результат, все эти массовые драки и

Speaker A

[музыка] рост ксенофобских настроений. К сожалению, нынешняя политика только подтверждает, что это якобы нормально. Нападение на школы - это тоже следствие радикализации, только уже одиночной.

Speaker A

Подростки не знают, как выразить свои эмоции и находят себя в каких-то ультраправых пабликах с идеями о превосходстве. Проблема в том, что они не чувствуют, что совершают что-то плохое. Ведь, повторюсь, ненависть пропагандируется прямо в школах. И единственное решение быть в контакте с

Speaker A

ребёнком и помогать ему искать себя [музыка] и делиться с вами. На этом у меня всё, друзья. Спасибо, что досмотрели это видео до конца.

Speaker A

Обязательно пишите в комментариях, на какие проблемы в школах вы бы обратили внимание в контексте булига и насилия. И до новых встреч. Всем пока.

Topics:подростковое насилиескулшутингподростковые бандыксенофобияшкольные дракинасилие среди подростковпсихологическая помощьрадикализация молодежипреступность среди школьниковсоциальные проблемы подростков

Frequently Asked Questions

Что стало причиной роста подросткового насилия в России?

Рост подросткового насилия связан с политическими и наркотическими делами, а также с общей социальной нестабильностью и культурными изменениями среди молодежи.

Какие меры принимаются для борьбы с подростковой агрессией?

В видео упоминается важность психологической поддержки пострадавших, работа экспертов и необходимость активного вмешательства правоохранительных органов и общества.

Как связаны скулшутинг и подростковые банды?

Скулшутинг и подростковые банды являются проявлениями радикализации и агрессии среди подростков, которые часто взаимосвязаны и усиливают уровень насилия в школах.

Get More with the Söz AI App

Transcribe recordings, audio files, and YouTube videos — with AI summaries, speaker detection, and unlimited transcriptions.

App Store Google Play

Or transcribe another YouTube video here →