Speaker A
Археология достаёт из-под земли тысячи предметов в год. Почти все они получают объяснение: эпоха, мастерская, назначение. Но есть короткий список находок, которые наука честно описала, измерила, занесла в каталог, а вот объяснить так и не смогла. Подземный город в Китае без единого отвала камня снаружи. Бронзовые маски с цилиндрическими глазами и без письменности рядом. Спираль в граните за тысячи лет до изобретения резца. Медный свиток с картой 100 тонн серебра, которые никто за 70 лет не нашёл. В этом видео девять таких находок, висящих без последней точки. Подпишись на Pest 7, чтобы не пропустить вторую часть. И поехали. Конец июня 1992 года, восток Китая, провинция Чжэцзян, уезд Лунью. На окраине деревни Шиянь Бэйцунь стоят несколько прудов идеально круглой формы, у которых никто никогда не доставал дна. Местные веками называют их бездонными. Фермер Уанай в складчину с тремя односельчанами покупает большой насос и решает откачать один пруд до конца. Насос работает без остановок 17 суток. Когда уровень падает, перед ними открывается не дно, а потолок огромного зала, вырубленного в монолитной осадочной породе. Стены гладкие, в полурукотворные колонны, и вся поверхность от пола до потолка покрыта одинаковыми параллельными бороздами зубила, идущими под углом около 60°. За несколько месяцев на холме Фенхуан вскрывают ещё 23 точно таких же зала, всего 24 пещеры. Суммарная площадь полов больше 30 000 м². Высота сводов самых крупных до 30 м. Камеры стоят впритык. Между некоторыми остаётся каменная перегородка толщиной всего около 50 см, но ни одна не соединяется с соседней. Объём вынутой породы около миллиона кубических метров. И вот тут начинается то, что десятилетиями не даёт спать археологам. Ни на холме, ни в долине вокруг него нет ни одного отвала. В округе не нашли камень по составу, совпадающий с породой пещер. Глиняные сосуды из Ила на полу относятся к эпохе западной Хань. Это период с 206 года до нашей эры по двадцать третий год нашей эры. То есть пещеры существуют как минимум 2 000 лет. При этом ни в одной китайской хронике о такой стройке [музыка] нет ни строчки. Миллион кубометров выработки, миллионы человеко-часов и полная тишина в источниках. Куда делся камень? Кто оплатил работу? И зачем нужны 24 одинаковые камеры впритык, но без единого соединения? У официальной науки ответа нет. Те же годы, тот же Китай, только на 2 000 км западнее. Провинция Сычуань, городок Гуанхань, [музыка] примерно 60 км к северо-востоку от Чэнду. По-настоящему этот памятник, который назовут Санциндуй, открывают в 1986, когда рабочие на кирпичном заводе случайно вскрывают первую и вторую жертвенные ямы. Из них достают сотни предметов, у которых нет аналогов нигде в Восточной Азии того времени. Бронзовые головы в человеческий рост, ритуальные маски с гипертрофированными чертами, золотые посохи, бронзовая фигура высотой 2 м 62 см и весом 180 кг. Бронзовое дерево, собранное из деталей общей высотой почти 4 м. Налицо от главных масок выпуклые цилиндрические глаза, в самой крупной выступающие из лица на 16 см. Уши увеличены, ноздри широкие. Поверх некоторых масок золотая фольга. В соседних царствах эпохи Шан так не делал никто. В 2019 к Санциндую возвращаются и открывают ещё шесть ям. К октябрю 2022 года из них извлечены 15 109 артефактов, из которых 4 060 полностью целых. Параллельно лаборатория Пекинского университета и Сычуаньский институт культурных реликвий заканчивают радиоуглеродный анализ. Результат публикует глава экспедиции Жань Хунлинь. Ямы засыпаны где-то между 1200 и 2012 годами до нашей эры с вероятностью 95,4%. Это конец династии Шан, момент, когда на севере Китая, в Аньяне, рушится столица. Фрагменты артефактов из разных ям прилегают друг к другу. То есть всё это закопали примерно одновременно, как разовый ритуал. Кто закапывал и кого именно изображают маски? Однозначного ответа нет. Самая аккуратная гипотеза, опубликованная в журнале NPJ Heritage Science в 2023 году, связывает маски с образом Цаньцуна, легендарного первого правителя древнего царства Шу, описанного в более поздней хронике именно с выступающими глазами. Это объяснение, но не доказательство. Письменности у людей Санциндуя не нашли. Свою цивилизацию они унесли с собой. Санциндуй унёс свою цивилизацию вместе с её письмом. Древний Египет, наоборот, оставил после себя слишком много, и часть этого слишком много не сходится с его собственным веком. Гиза, плато перед пирамидой Хеопса. В 1881-82 годах сюда впервые приезжает молодой британский археолог Уильям Мэттью Флиндерс Питри. Среди мусора и поздних обломков он подбирает несколько каменных огрызков, которые позже получат рабочий номер Core 7. Сегодня этот экземпляр под инвентарным номером 16 036 лежит в музее Питри в University College Лондона. Это цилиндр из розового гранита высотой 11 см и диаметром около пяти. По всей его длине идёт винтовая канавка. Спираль с одинаковым шагом, одинаковой глубиной явно не результат удара, а след [музыка] того, что в гранит вкручивали полое сверло. В 1883 году Питри публикует книгу "Пирамиды и храмы Гизы" и описывает в Древнем Египте отдельную технологию: трубчатое бурение. По его реконструкции мастера четвёртой династии использовали полые медные свёрла диаметром от 6 до 125 мм. Под сверло подсыпали абразив, кварцевый песок или толчёный наждак. Сама технология подтверждена другими находками. Следы трубчатых отверстий есть в саркофагах, в порогах, в плитах пола. Время изготовления Core 7 примерно 2600-е годы до нашей эры, то есть около 4,5 тысяч лет. И здесь начинается главный спор. Питри утверждал, что одной только абразивной взвесью такую канавку получить невозможно. Слишком ровный шаг, слишком одинаковая глубина. По его расчётам, медное сверло на каменной взвеси должно было погружаться на 1 тысячную долю миллиметра за оборот, а на гранитном керне канавка вдавлена на сотую долю дюйма. Альфред Лукас и более поздние египтологи возражали, что цифры Питри завышены и что всё делалось медью и абразивом. В 1999 инженер Кристофер Дан перемерил Core 7 и заявил, что расстояние между витками спирали даже меньше, чем у Питри. На этом дискуссия зависла. Керн лежит в музее. Спираль на нём есть. Способ её получения в граните без современного оборудования полностью так и не воспроизведён. Март 1952 года. Иудейская пустыня. Западный берег Мёртвого моря. Скальная пещера номер три в Хербет Кумране. Французская и иорданская экспедиция Анрида Ко и Жозефа Милика разбирает осыпь в дальнем углу. Под ней лежат два рулона зелёного цвета. На ощупь металл. Это окажется единственный из всех кумранских свитков, написанный не на пергамене, [музыка] не на коже и не на папирусе, а выкованный на тонком медном листе. Изначально лист имел длину 2 м 46 см и ширину около 28 см. Каждая буква не написана, а пробита пуансоном с обратной стороны, примерно по 10 ударов на знак. Текст не молитва, ни закон и не пророчество. Это каталог. 64 указания, где зарыты тайники. По каждому приведено описание места, способ [музыка] доступа и количество спрятанного. Только в двух из десяти позиций благовония и [музыка] свитки. Остальное золото и серебро в талантах. Если сложить все суммы, получается минимум 4-6 000 талантов, что по разным методикам пересчёта даёт от 100 до 100 с лишним тонн драгоценных металлов. Развернуть свиток не получилось. Окисленная медь стала жёсткой и крошилась. В 1955-1960 годах в Манчестере под руководством профессора Хью Уолтера Бейкера свиток распилили миниатюрной циркулярной пилой на 23 полосы. Только после этого текст прочли. По палеографии сам свиток относится к середине I века нашей эры, то есть составлен незадолго до иудейской войны и разрушения второго храма римлянами [музыка] в семидесятом году. С самого начала шёл спор, это реальный список храмовых сокровищ, спрятанных от римлян, или каталог общинных средств кумранской группы, или вообще литературная фантазия. С момента находки прошло больше 70 лет. Описанные локации, пещеры, склоны вади, фундаменты построек, гробницы, прутки за это время многократно прочёсывались с металлоискателями и геор