Speaker A
Алексей Алексеевич Венедиктов к нам присоединяется. Алексей Алексеевич, доброе утро. Доброе утро. Доброе утро, Марфа. Доброе утро, Василий.
Обсуждение мобилизации, дефицита бензина в Москве и переговоров с Украиной с Алексеем Венедиктовым.
Ask about this video. Answers come from its transcript only — with the timestamp, so you can check them.
Generated from the transcript and can be wrong — check the timestamp.
Key Takeaways
- Мобилизация — это насилие, но право государства применять его существует при реальной угрозе.
- Дефицит бензина в Москве вызывает очереди и пробки, что влияет на экономику и повседневную жизнь.
- Исторический опыт показывает разные подходы к защите Родины — сопротивление или капитуляция.
- Переговоры с Украиной осложнены политическими и военными факторами, прогресс пока ограничен.
- Общественное мнение и информационная политика играют ключевую роль в восприятии войны.
What the video covers
- Алексей Венедиктов комментирует вопрос насильственной мобилизации в условиях опасности для Родины.
- Обсуждается исторический опыт Франции во Второй мировой войне и разные подходы к сопротивлению.
- Подробно рассматривается ситуация с дефицитом бензина в Москве, очередями и влиянием на транспорт.
- Анализируются последствия дефицита бензина для обычных жителей и общественного транспорта.
- Обсуждаются сложности и нюансы проведения мобилизации в России, включая правовые аспекты.
- Затрагиваются вопросы информационной политики Кремля и восприятия войны в обществе.
- Рассматриваются перспективы и сложности переговоров России и Украины.
- Обсуждается роль президента Путина в управлении страной и военными действиями.
- Отмечается влияние усталости и тревог населения на восприятие войны и слухи.
- Поднимается тема политической ситуации в России и параллели с историческими событиями.
Chapters
- 00:00Вступление и обсуждение мобилизации
- 03:49Добровольность и принудительность мобилизации
- 06:38Ситуация с бензином в Москве
- 09:23Влияние дефицита бензина на транспорт и жителей
- 13:19Информационная политика и восприятие войны
- 17:01Переговоры России и Украины
- 23:07Роль Путина и политическая ситуация
- 29:57Заключительные мысли и выводы
Full Transcript — Download SRT & Markdown
Speaker A
Давай начнём с нашего опроса, с нашего голосования. О, давай. Это класс. Да. Алексей Алексеевич, выходила к нам журналистка Катьфмена, которая для Дитсайта с другими коллегами написала материалы об украинских дезертирах, которые бежали из военного лагеря подготовки украинцев, которые находятся в Германии. Тема очень
Speaker A
непростая. У нас тут просто взрывался чат. В том числе одна из наших зрительниц предложила провести голосование. Оно, кстати, у нас, по-моему, висит до сих пор в Telegram-канале. Если вы не успели проголосовать в эфире, то заходите на Telegram-канал живого говоя. А как
Speaker A
вопрос у нас звучал? Нужно ли, а нужно ли насильно отправлять на фронт, если родина в опасности? Потому что я уже говорила, Алексей Алексеевич, что у меня это преследует на протяжении нескольких лет такой дискурс, что российский дезертир он всегда хороший, а
Speaker A
украинский дезертир он скорее плохой. Вот как бы вы ответили на вопрос, нужно ли насильно отправлять на фронт, если родина в опасности?
Speaker A
Если родина в опасности, существует мобилизация, да, и правительство, избранное правительство этой страны, проводит насильственные мероприятия. Вообще государство, так, как известно, аппарат насилия. А в условиях опасности происходит мобилизация, если опасность реальная, да, поэтому насильно, да, мобилизация — это насилие всегда и везде
Speaker A
со времён, я не знаю, там, хецких воинов. А, ну то есть вы поддерживаете право мобилизовать граждан и России, и Украины, если выпущено, если там в стране военное положение или выпущены соответствующие, выпущены соответствующие указы, простите. И Монако, и Андоры, и
Speaker A
Франции, и США, и России, и Украины, и Монголии. Да, это право государства, которое, повторяю, как аппарат насилия, может в условиях опасности применять насилие по отношению к собственным гражданам, а иначе из чего состоит государство. Насильно взимаются налоги, насильно работает полиция, насильно
Speaker A
армия. Да, ну, это факт, оно так и есть. Ну, вы знаете, вот я не спец вообще в по законам украинским, но нам писали тут в чате наши зрители, что то, например, как действует ТЦК, идёт в разрез законами, что забирать
Speaker A
людей на улице и там запихивать в какие-то бусики, как это называется, это незаконно. А про Россию знаю больше.
Speaker A
Тебя тоже в принципе не имеют права под руки отвести военкомат. Это вопрос, как они что? Сначала вы спросили, имеет ли право государство насильно? Я ответил: "Да". А дальше второй вопрос: как оно это делает? А это вопрос отношения законов и человеческого
Speaker A
достоинства и всё, что угодно другого. Это разные вопросы. Что и как — это разные вопросы.
Speaker A
А хочется немножко про ваш личный выбор. Вот если бы вы встали бы сами перед такой ситуацией, а как вот у нас она сформулирована в этом вопросе, вы бы скорее пошли защищать родину, которая в опасности, или скорее бы продолжили
Speaker A
заниматься тем, чем вы занимаетесь? Слово "пошли" — это значит слово добровольно. То есть вы опять подменяете вопрос, да? Потому что в первом вопросе было насильно, а сейчас слово "пошли".
Speaker A
Добровольно. Всё зависит от того, какая угроза и как я её, если говорить о добровольности, как я её расцениваю, если эта угроза, действительно ли страна подверглась нападению? Стал бы я защищать свой дом? Стал бы я защищать свою семью, да, я стал бы защищать свой
Speaker A
дом и стал бы защищать свою семью. Очевидно, просто я, отвечая на вопрос зрителей, привёл такой пример. Ну, как бы это не моё мнение, просто существует такой исторический пример, пример Франции, которая, конечно же, там присутствовало и партизанское движение, и было,
Speaker A
конечно, сопротивление, но, в общем, как бы Франция дала свои территории и была под оккупацией несколько лет. А в связи с этим у меня вопрос. Вы как бы лично сами склоняетесь к мнению, что вот хорошо, давайте возьмём Адольфа
Speaker A
Гитлера, а лучше защищаться в таких случаях или поступить, как это сделала Франция? Потому что у нас есть исторический опыт.
Speaker A
Франция была разная. Была Франция Петена. А что у нас происходит? У меня звук. Да, да, у нас тоже какие-то помехи, как бы.
Speaker A
Была Франция Петена, которая капитулировала. Это была капитуляция. Он призвал армию сложить оружие. Маршал Петен как глава правительства. И после войны он был осуждён французским судом.
Speaker A
А была Франция дея Франция сопротивления. Да и часть французов вооружённым путём, не только партизанская, но вооружённым путём в колониях и вместе с английскими солдатами высаживалась в Нормандии.
Speaker A
Поэтому нельзя говорить: "Вот Франция, Франция, Франция как правительство — это да, Франция как народ — это нет". Это по-разному. Ну и по-разному французы относились к этому, да? Были люди коллаборанты, а были люди в сопротивлении, а были люди, которые
Speaker A
просто выживали. А хочу перейти к теме актуальной для России. Вчера, в том числе, слушал ваш вечерний эфир. Что там у вас с бензином?
Speaker A
У меня просто люди, которые живут на севере Москвы, говорят одну мне информацию. Люди, которые живут на юге Москвы, говорят мне другую информацию.
Speaker A
Где-то прямо совсем плохо с бензином, где-то чуть лучше. Ну, с бензином плохо, а не надо совсем лукавить. По сравнению, скажем, с первой волной. А, да, когда люди стояли там по часу, стало хуже, люди стоят подольше.
Speaker A
Вот сейчас мы ехали мимо трёх заправок, в двух заправках не было. А я знал, что будет вопрос, естественно, я догадался.
Speaker A
В двух заправках бензина девяносто пятого не было. Был только дизель. А на третьей заправке он был по 72 рубля и стояло 42 машины.
Speaker A
Ну вот можно посчитать, соответственно, четыре аппарата, 42 машины, по 10 машин на аппарат. Ну во, в общем, часами. А ночью стоят по 3-4 часа. У меня сын сегодня ездил заправляться, и там, где раньше в первую волну стоял 20 минут,
Speaker A
сейчас стоят 2-3 часа. С бензином плохо в Москве. Ну, я могу сказать про Москву.
Speaker A
Конечно, можно говорить по каким-то общим цифрам, но если говорить по Москве, с бензином плохо. Но опять, но вчера были безумные пробки, бензина нет, а пробки есть. Вот пока продолжается таким же образом. Ну, поскольку большинство таких большегрузных машин коммерческих работает на дизеле, да, то
Speaker A
удар по собственной экономике как экономики он меньше, чем по простому потребителю, который ездит просто так.
Speaker A
Uber, то есть такси надо ждать чуть дольше, процентов на 20 времени дольше, и цена чуть подпрыгнула, а за ту же самую поездку цена подпрыгнула там тоже на процентов 15. Это по Москве.
Speaker A
Бензин то появляется, то исчезает. Бензовозы ездят по какому-то особому графику. Сюда заехал, сюда не заехал.
Speaker A
Вот сейчас ехали по набережной, на нашей стороне у заправки не было бензина, а напротив, вот через Яузу, бензин был. И стояла очередь. Мы видели, да, там машины отъезжали, да, и 73, по-моему, что-то там. А я просто знаю, о какой заправке вы
Speaker A
говорите. Мне кажется, там бензин всегда есть. Ну я не про конкретные заправки. Вы спросили меня как свидетеля, я как свидетель вам и говорю. Дада.
Speaker A
А как это сказывается на людях? Потому что, ну, если объективно подняться над этой картиной, а то, ну, как бы водители — это меньшинство. Людей, которые пользуются автомобилями, у которых есть свои личные автомобили — это меньшинство.
Speaker A
Вот обычные люди, которые перемещаются на автобусах, трамваях, ну, в общем, общественном транспорте, это как на них тоже сказывается? Сказывается ли это на в магазинах? Слышите ли вы, когда ходите по улицам, обсуждения, связанные с бензином, или как город как жил, так
Speaker A
живёт? Просто теперь очереди за бензином есть. Ну, во-первых, я бы не стал списывать количество автомобилей в ноль, потому что до начала СВО в Москве каждый день на улице, если я правильно помню отчёты мэрии, было 2,2–2,5 млн автомобилей.
Speaker A
Так, на секундочку, просто на улицу. Ну, это с учётом тех, кто приезжал из Подмосковья на автомобилях, да.
Speaker A
А вот у людей раздражение, потому что очереди к бензоколонкам, они и пробки в том числе создают, закрывая одну полосу. Вот ты едешь, а полоса, значит, стоит там вот эти 40 автомобилей. На Яузе у нас двухпол...
Speaker A
автомобилей, да, они закрывают с аварийными огнями, там всё как надо. Там же ещё повороты, там нужно разрывы делать, да, и не всегда водители в этом смысле идут. Люди раздражены, безусловно. А даже те, у кого нет, у меня нет машины, я раздражён. Вот. А, но
Speaker A
опять, да, значит, можно винить собственное правительство, а можно винить, значит, этих самых супостатов, которые нанесли удары там по НПЗ и так далее. Понимаете? Да, здесь пока замерить невозможно. то, что уровень раздражения и тревожности растёт, это показывают все социальные опросы,
Speaker A
социологические, простите, опросы всех фирм, и Фома и ВЦома, и Левады, и Рашинфильда, растёт тревожность или раздражение или неуверенность. Но вот это вот растёт. Это связано, конечно, в первую очередь с тем, чем человек сам сталкивается, с ограничениями в интернете и с ограничениями в бензине,
Speaker A
передвижении. Вот это это факт есть. Есть вопрос, куда это раздражение будет направлено да? А хочу перейти к, ну, на самом деле, опять же, это в тему, в тему активизировавшихся ударов в глубь России за это лето.
Speaker A
Атлантик сегодня выпустил материал со ссылкой на два источника о том, что Зеленскому в начале этого года предлагали активно атаковать беспилотниками с и московский аэропорт. Но, э-э, якобы Зеленский, опять же, это по словам источника, отказался от этой идеи, потому что боялся, что, ну, беспилотники
Speaker A
могут попасть в гражданский самолёт, и это приведёт к большому количеству жертв. А сказано, опять же, у авторы Атлантик отмечают, что эта команда Фёдорова предлагала такую идею, но как бы вот в жизнь её не воплотили. Но а в том числе они пишут о том, что вообще
Speaker A
такая идея возникла из-за того, что хотели оказать давление не столько на простых российских граждан, сколько на путинское окружение, на чиновников, которые там летают и по России, и до сих пор летают по каким-то международным направлениям. и что якобы, если бы на них оказали такой
Speaker A
такое давление, то, может быть, бы они оказали, в свою очередь давление на Путина и война бы медленно близилась к своему завершению. Э понятно, что тут можно, наверное, со скептисом относиться и к источникам Атлантика, но у вас скорее хотелось спросить вот про эту
Speaker A
идею с давлением на путинских чиновников через невозможность для них летать. Я думаю, что если бы украинские дроны сбили какой-нибудь гражданский самолёт с чиновниками или бес в России, это был бы такой подарок Кремлю.
Speaker A
Это был такой подарок Кремлю, что мало бы не показалось. Я думаю, что разумные люди, если это было действительно оговоримся в администрации Зеленского, поняли, которые поняли, что с этого момента, да, мы понимаем, как партнёры Украины отнеслись к сбитию гражданского самолёта. У нас последний
Speaker A
гражданский самолёт с пассажирами был сбит. Это как раз вот MH17. Мы понимаем, какое какие претензии предъявлялись России и как изменилось отношение очень многих государств, когда вот Россия так себя повела, не желая сотрудничать или, вернее, сотрудничая, скажем так, односторонне. Ещё была история с
Speaker A
азербайджанским самолётом. Вы помните, как всё это, да, и какой международный открыли. А теперь представьте себе украинский дрон, который сбивает российский пассажирский самолёт гражданский.
Speaker A
Как бы это Кремль повернул? Я не могу сказать, чтобы они мечтали об этом, но я себе представляю, как они бы это повернули со всей силой умения информационно распространять всякие ужасы. Поэтому правильно, если это было всё, значит, разумные люди в
Speaker A
окружении Зеленского, да, они, э, соответственно приняли правильное решение. Ещё раз про заставить Путина. Значит, Путин, э, насколько я знаю, и на сегодняшний день, насколько люди с ним встречаются и потом про это рассказывают одним, те другим, а мне третий, да, до
Speaker A
сих пор уверен, что он всё делает правильно и что никакого иного выхода, кроме как заставить Украину принять те условия, которые созданы после Анкориджа, несмотря на то, что якобы Анкоридж умер, а никакого мирного соглашения не будет.
Speaker A
Вот давайте ударим по НПЗ, и он согласится. Давайте ударим по Валберис, и он согласится. Давайте ударим по Черноморским портам, и он согласится.
Speaker A
Давайте ударим по капотне, и он согласится по Москве. Давайте ударим по аэропортам. А по аэропортам, ну не по самолётам, а по аэропортам летят беспилотники. Вы чего? Уж слава богу, здесь, я знаю, каждый день там по 150 беспилотников сбиваются уже в
Speaker A
Подмосковье. Летит 800, долетает 150. 150 сбивается в Подмосковье в сторону аэропортов. То Домодедова, то Внукова, то Шереметьева. Вот достаточно каждый день смотреть на табло вылета прилёт. Аа а он ещё не соглашается и не соглашается, как там в песенке было,
Speaker A
чтобы такого сделать плохого. А нет, он не соглашается. Это напрасной надежды, напрасные расчёты. Включи звук. А, включили. А вот опять же в из последних новостей заявление кислицы, которые сообщает о том, что Украина готова возобновить переговоры.
Speaker A
Это какие-то слова в пустоту? Простите за такую оценку. Ну не то, чтобы совсем в пустоту, но ведь всегда возникает вопрос: да, готовы на каких условиях? Ну вот и всё. И ходим по кругу. Совершенно очевидно, что центральным будет приезд Уытков и
Speaker A
Кушнера по маршруту Вашингтон Киев-Москва. Когда в Вашингтоне будет, видимо, какой-то сделан новый план, о котором говорил Рубио, что новые подходы, ну, на наверное новые подходы, значит, Кушнорытков поедут в Киев, получат. В этот раз они решили ехать через Киев, потому что в прошлый раз они
Speaker A
согласовали с Путиным, а Киев отверг. Теперь они согласуют с Зеленским. Посмотрим, отвергнет ли Путин. Но это должно быть в августе. Ещё никаких сроков нет. Это правда. По-моему, вчера, по-моему, кто Ушаков или Песков сказали: "Срока нет". Пока никакого приезда,
Speaker A
потому что Кушнер сейчас, значит, там по Ближнему Востоку мотается между Каиром и Иерусалимом, между Хамасом и Израильским правительством в первую очередь. Ну, с турками, с, естественно, с египтянами, с с каторцами, с аудитами. И просто он физически там. Но это когда закончится,
Speaker A
тогда он вернётся к теме российско-украинского, значит, переговоров. Ну вот я думаю, что технология будет такая, что именно американцы могут убедить Путина, не принудить, но можно сказать и принудить, а можно сказать убедить Путина, что, мол, пора поднимать статус делегаций,
Speaker A
да, там поднимать их там до министра иностранных дел, например, или до министров обороны или до начальников генштаба и не или, а, и и да, и кто-то из политиков там, да, которые будут вести уже политические переговоры, а не только техниче
Speaker A
как неприскорбно идут гуманитарно, это хорошо, но остальное всё техническое. То есть, извини, Вась, если поменяется статус этих делегаций, вы считаете, что это там будет способно как-то эти переговоры продвинуть вперёд? Ну, когда у тебя делегацию возглавляет член Совета безопасности России, который участвует
Speaker A
во всех обсуждениях, да, неформальных и формальных. Это одна история, когда у тебя возглавляет делегацию, при всём уважении даже помощник президента, начальник разведки, но они не участвовают в политических обсуждениях, да? То есть просто уровень - это мандат, это не статус, это мандат и
Speaker A
информирование. Те люди, которые слушают Путина и с ним разговаривают там как минимум каждую неделю.
Speaker A
А можем ли мы сказать, потому что мы увидели в течение, да, этого года, как в Украине меняли менялось не только, да, там правительство, но и в том числе участники этой самой делегации предполагаемые. А можем ли мы говорить о
Speaker A
том, что Россия будет готова к переговорам, когда мы увидим с российской стороны такие преобразования, да? То есть когда вот, как вы сказали, министр иностранных дел Российской Федерации войдёт в состав этой самой переговорной группы. Ну, например, только давайте, да, не могу
Speaker A
сказать, какая должность будет у человека но например а, ну, смотрите, вот со стороны Украины во все делегации входит господин Умеров, Рустм Умеров, который в течение переговоров, начиная со Стамбула или даже с Гомеля, а, занимал, по-моему, четыре должности. Уже четвёртая его
Speaker A
должность, как секретарь Софбеза теперь он. А до до этого, да, он был и министром обороны был Умеров, да. Эта история, конечно, в том, что, ну, по большому счёту, украинская делегация имеет выше статус, ну, именно статус, не знаю, какой в мандат, ээ, чем
Speaker A
российская. Хотя, повторяю, там входят вот такие люди, как, значит, помощник президента Мединский, как замминистр обороны Фамин, как глава главного разведного управления адмирал Костюков, все высокое люди, но они не принимают политических решений. Умеров член политического руководства. Арахами, глава, а, значит, депутатской группы
Speaker A
Слуга народа, который являются партией Зеленского, он входит в политический круг, да, и поэтому надо, надо бы подтянуть. Ну, это опять дело Путина, да. Вот он не готов. Он не готов, надо понимать, к этому, да, потому что вот он
Speaker A
сейчас вытащил вперёд территориальный вопрос и тут хоть сдохне, никак непонятно, как его обойти, да? Потому что там нейтральный статус Украины - это понятно, русский язык понятно, ээ православная церковь понятно, а вот 6.000 км Донецкой области непонятно.
Speaker A
И всё. и и заткнулись. И на этом заткнулись. В этом этот не главный вопрос. Я продолжаю на этом настаивать. Это принципиальный вопрос. Я публично сказал, что по границе Донецкой области, да, вот административной, потому что никакой линии боевого стоплоксновения нету. Её нету. Физически
Speaker A
её нету. Я знаю, что это говорили и на софбезе. Её нету, потому что она в 50 км шириной.
Speaker A
Там борьба флагов. вошли в какое-то село, поставили флаг, ушли. Зашли другие, поставили другой флаг, ушли. Вот эти 50 от 20 до 50 км.
Speaker A
По какой линии соприкосновения? Путин говорит: "По административной границе. Ну вот бывшей административной границы. Тогда понятно, а тут непонятно. И всё. И ээ он в это упёрся, к сожалению. Ещё раз скажу, к сожалению. Вот и пока не двигается. Ну, посмотрим. Может,
Speaker A
американцы что придумали. Они в Газе придумали. Вот и медленно. Да, конечно, но всё-таки полгода уже нет такой массовой бойни в газе и резне.
Speaker A
Гибнут, но мало. А я вот хочу я вот вы так отметаете этот возможный вариант. А в какой момент вот эти политические, экономические и военные обстоятельства а начнут стучать Путину по плечу сзади вот связанный с бензином? вот этот кризис, когда это начнётся реальной
Speaker A
проблемой для Владимира Путина с точки зрения хорошо не внешней политики, но внутренней политики. Потому что если вы, Алексей Алексеевич, уже раздражены а этим обстоятельством, хотя вы не водите в машину, то в определённый момент мне кажется, что это должно же, ну, хорошо,
Speaker A
закончится август, закончится сентябрь, октябрь, я не знаю, декабрь, следующий год. Но есть такое ощущение, как будто этот кризис он не заканчивается и не заканчивается. Мне обещали, что к концу августа он закончится. Вот конец августа он не заканчивается, а только появляется
Speaker A
заново. Какой и знаете ли вы в какой момент Владимира Путина это давление начнёт хотя бы напрягать?
Speaker A
А три ответа. А ответ первый. Во-первых, я ничего не отметаю. Это не в моих правилах. Я учитываю этот фактор, я просто не считаю его решающим.
Speaker A
Это первое. А второе, я раздражён. Ну так, грубо говоря, раздражён с 24 февраля. в года началом военных действий. Никакого нового раздражения у меня нет. Это всё следствие решения Путина. И я, как многие граждане, это понимаю. А и в-третьих, ещё раз к первому, а он
Speaker A
учитывает это, но я думаю, что а он делает прямо противоположный вывод, чем я. Наоборот, он усиливает военную составляющую, он усиливает военную экономику, он усиливает репрессивные законы. Да, в ответ на эти кризисы. Да, он Да, он там говорит на каких-то
Speaker A
совещаниях: "Вот давайте государство здесь поможет, там поможет". Но причина проблемы в другом. Причина в войне.
Speaker A
Он это отрицает или, вернее, считает издержками законными по отношению к целям войны, в отличие от меня. Поэтому вот это давление - это всё тот же вопрос. Вот это давление, оно вызывает в нём прямо противоположное тому, что было как бы
Speaker A
придумано. Потому что надо учитывать ээ настоящего Путина, а не придуманного пропагандистами Путина, русскими, российскими пропагандистами и западными украинскими пропагандистами.
Speaker A
Вот есть реальный Путин. И обязательно надо рассчитывать, когда кто-то что-то пытается да пытаться, во всяком случае, рассчитывать и просчитывать его реакции, его ответа.
Speaker A
И вот его реакция ответа, я говорю, зная Путина, вот зная когда-то Путина, я чуже там 5 лет с ним не общался, может его война сильно изменила, предыдущий Путин на такие вещи, да, а реагируют самым обратным способом, чем от него ожидают.
Speaker A
упрямиться. Такое слово устроит. Упрямиться, да, устроит. Алексей Алексеевич, представим, что я какой-то представитель какого-то бизнеса или какой-то той или иной структуры. И прихожу к вам и говорю: "Вот, Алексей Алексеевич скажите пожалуйста мне нужно построить планы на ближайший год."
Speaker A
А очень много обсуждалось про осень, говорили вот в том числе про переговоры, которые говорили раньше. Можно ли мне вообще рассчитывать на какое-то изменение, да, вот этого напора? Или ситуация с яблоком, ситуация с бензином, ситуация на фронте нам показывает, что в
Speaker A
ближайшее время нам вообще рассчитывать на какие-либо изменения, связанные со специальной военной операцией, не стоит.
Speaker A
Вот как вот если бы вы бы меня консультировали, я бы спросил: "А как ты построил с а свою большую бизнес-империю? Если ты такой дурак, ты что, ты что не Ну, собственно говоря, вы производите несколько моих разговоров, которые были на самом деле.
Speaker A
Надо же понимать, что в этих условиях есть несколько опций. Нельзя строить всю свою жизнь, всю свою политику на одной опции. Значит, вероятность того, что ситуация начнёт для бизнеса меняться - это окончание военных действий, политическая развязка с Украиной и
Speaker A
Западом. Значит, поскольку вы ходите не только ко мне, но и к Путину, пытайтесь на него, его словами повлиять. И для бизнеса будет благотворно, если первое прекратятся военные действия и второе начнутся переговоры с Западом по поводу экономики, санкций и так далее. Вот что
Speaker A
я вам могу дать советы. Решение принято он. Вы же не единственно входящие, да? А что там военные ему говорят? А что там безопасники ему говорят? А что он сам считает? Это история вот такого давления, да. Вот то, что люди любят
Speaker A
говорить, мягкая сила - это давление, создание, а, обстановки. Вот, например, я точно знаю, что он говорит своим людям, что меня обмануть нельзя. Вот вы-то военные вас обманывают. Меня нельзя обмануть. У меня есть способы получения информации там, условно говоря, я не знаю, напрямую там звоню
Speaker A
командирам частей, они мне докладывают. Да нельзя меня обмануть там. Ну, можно там на какой-то момент и так далее. Вот он в этом уверен.
Speaker A
Вот он в этом уверен. И когда ты ему будешь говорить: "А посмотрите с Константиновкой", он говорит: "Ну что, там идут бои. Сначала заняли, потом отошли, потом снова заняли, потом отошли". Вот так он скажет вам. Эта история ровно про это, да, что пока идут
Speaker A
бои, вот это главный тормоз или якорь, если хотите, да, пока идут вооружённые бои, он сосредоточен на этом. Если Зеленский не хочет отдать ему эти 6.000 ки кро, я возьму это с силой, а потом будем разговаривать.
Speaker A
Вот у него такое видение. пойди поменяй. И тогда американцы, которые это понимают, потому что Трамп такой же, как и он, ну, в таком матричном смысле, да, торговец да он дал команду: "Придумайте, как обойти этот вопрос с 6.000 км". Вот они, может
Speaker A
быть, что-то придумали, может, они ещё ничего не придумали. Да я вот не просто так газу упоминаю, там так сяк было так, а давайте так. Нет, так не пойдёт. А давайте здесь контроль, здесь не пойдёт безопасности. Давайте вы здесь контроль.
Speaker A
А где гарантия, что Израиль нас бомбить не будет? А давайте вот здесь. И вот сейчас чего-то там происходит, мы не видим пока, но мы видим, что впервые впервые высокопоставленные американцы встречаются с руководством Хамаса.
Speaker A
Ну, Россия встречается с талибами. Почему не встречаться с Хамас? Раньше тебе могу сказать, 3 года тому назад один из людей, 2 года тому назад Стёрт, который должен был быть назначен спецпредставителем по Ближнему Востока, он не прошёл на эту должность, потому
Speaker A
что он тайно встретился с руководителями Хамаса. Его конгресс не пропустил. Его даже не представил Трамп, потому что конгресс сказал: "Респу не будем его пропускать". А теперь взять президента Кушнер, пожалуйста, с лидерами Хамаса встречается.
Speaker A
прорвали красную линию для того, чтобы каким-то образом прекратить там хотя бы бойню какую-то в Ливане южном и в газе. Ну вот история про это. Надо находить развязки, которых раньше находить было невозможно. Вот о чём я говорю. Американцы это там нашли,
Speaker A
а здесь не знают. Всё остальное не пока не работает. Никакие вам ни НПЗ, никакие вам не Валберис, никакие вам черноморские порты, не работы, в смысле давление на Путина. Можно давить, ну, давите, но оно не работает.
Speaker A
А я хотела к следующей теме перейти, но сначала попрошу наших зрителей Алексею Алексеевичу нам с Васей тоже, если хотите поставить лайки, будем пытаться достичь 2.000 до конца эфира. Осталось всего лишь 300 до этой отметки.
Speaker A
Ну это нам тьфу. 30 минут и 3 Ну давайте тогда 2.500. Ладно. Это я я обычно скромные планки ставлю. А давайте поговорим про все эти слухи. Наверное, надо так это назвать. Вокруг вокруг мобилизации. А обсуждают все в последние дни вот эти вот якобы очереди
Speaker A
на верхнем Ларсе. Вообще меня тут удивило, как СМИ с разных сторон слились в экстазии. И все написали, что 20.000 человек прошло через российско-грузинскую границу, хотя сами грузинские власти это отрицают.
Speaker A
Мне больше всего понравилось, что это сообщили, в общем, российские органы, связанные с границами. Да, это таможенная служба российская сообщила. Да, ну тут разные есть мнения.
Speaker A
Вот, например, Иван Чувеляев, я его слушала, представитель движения Дети лесом. Он считает, что это специально разгоняют как раз российские власти, чтобы, а, люди впадали в панику и шли поскорее подписывать контракты. Вот такая вот теория. А другие просто в
Speaker A
последнее время всё больше и чаще наши коллеги говорят о том, что в сентябре будет мобилизация. Вот даже не Бензи.
Speaker A
Сегодня прокомментировал представитель России при ООН, что мобилизации не будет и не планируется. Вообще, что вы об этом, обо всём думаете? Назвали ли вы бы это слухами или, может быть, уже есть у вас какие-то там конкретные примеры? Вы всё-таки,
Speaker A
Алексей Алексеевич, в России находитесь того, что всё-таки какая-то мобилизация будет, может, она будет как-то называться по-другому?
Speaker A
Во-первых, это позор журналистики, то, что они пишут про Верхний Ларс. Вы просто не знаете, что в отчётах гранслужбы и таможенной службы, когда сообщают количество людей, пересечших границу, сообщают сумму туда и обратно, не указывая в какую сторону. И эти
Speaker A
20.000 или на самом деле 16.000, да, как выяснилось потом, да, это а 7500 в одну сторону и 8400 в другую сторону. Ну и причём 8400 - это в сторону России на 1ты000 больше в России, чем из России в Грузии. Это уже
Speaker A
сведения грузинского пограничного поста. Это вот такая российская статистика. Вот они так сообщают им: "Таможенникам же всё равно отсюда или суда". Да у них таможенники, они пересекли границу. Мы поставили столько-то галочек. И там люди, которые работают с официальной российской статистикой,
Speaker A
я уж не говорю там журналисты, расследователи, возьмём это в кавычки, да, они просто должны знать, что так составляются отчёты.
Speaker A
И если это не специально для чего-то, да, то это просто позор. Как работать со статистическими данными?
Speaker A
Это первое. А значит, посмотрел я и грузинские источники, и, значит, российских погранцов. Да. Да, приблизительно так и есть. 7 наво. Так и так и было. А первая история, значит, её можно абсолютно вычленить из истории с так называемой мобилизации. Вторая
Speaker A
история. Никаких дополнительных решений по мобилизации принимать не надо с точки зрения закона. Указ президента от сентября двадцать второго года действует.
Speaker A
Так называемая частичной мобилизации он идёт. Это вторая история. А третья история пока нет никаких оснований, кроме политических, да. То есть а превращение СВО в войну народную, никаких других оснований для того, чтобы набирать дополнительные, а, дополнительных солдат, офицеров, войска нет. Потому что, а, все отчёты по
Speaker A
э контракту показывают, что в июле месяце контрактники возросли и перешли количество контрактов в среднюю перешли в среднем 30, в июле 35.000 в месяц.
Speaker A
вполне закрывает необходимость российской армии. Да. То есть это зачем? При этом Путин знает, что мобилизация очень непопулярно среди его электората.
Speaker A
Ему это зачем, если у него контрактниками всё закрывается? Да понятия не имею. То есть мне кажется, что страхи понятные, очевидные, и люди готовятся, и это нормально и понятно к тому, и боятся. Это тоже нормально и понятно. А, но когда
Speaker A
люди ссылаются на какие-то источники, никакой источник и никогда никому не скажет. Военкоматы они всегда готовятся.
Speaker A
Никаких новых распоряжений военкоматов нет. Как обычно, надо быть готовым. Выверяются реестр, теперь электронные, составляются списки по призыву. Но это списки по призыву, а не списки людей, которые подвержены службе по мобилизации. Это тоже проверяется довольно легко. Те, кто имеет журналистов на месте. В любом
Speaker A
военкомате, в провинциальном, зайдите, проверьте, потому что провинциальные военкоматы, они более открыты, чем московские, очевидно. Но пойдите проверьте, может ли быть мобилиза Может. Его вероятность мала. Я отношусь к массовой мобилизации. к массовой мобилизации очень скептически. А вот мобилизация в
Speaker A
отдельные рода войск, да, ну, например, там войска тыла создано управление по тылу. Вот они посчитают, скажет: "Нам нужно ещё там 5.000 человек".
Speaker A
Вот туда могут целенаправленно ходить и набирать среди списков военной обязанности. Или там операторы дронов.
Speaker A
Вот нам нужно ещё там 15.000 человек операторов дронов. будут ходить и смотреть вот не массовой мобилизации, а выбирать таких. Но это и сейчас делается.
Speaker A
Пока обходятся в основном контрактниками, в основном. Поэтому эти разговоры должны быть, ну, для журналистов, не для политиков.
Speaker A
Политики могут там обязаны там пугать или, наоборот, успокаивать, но никто не знает, будет она или нет. Я к этому отношусь к массовой мобилизации, похожей на сентябрь двадцать второго года, скептически.
Speaker A
А вопрос по вашей части, опять же, по журналистской. Вот я просто провожу эксперимент. Набираю в Ютбе слово мобилизация. Вообще за Ну, Вась, я это серьёзно, я это делаю каждую неделю.
Speaker A
Ну и каждую неделю мобилизация стартовала. Мобилизация в августе, тень мобилизации, очереди на верхнем ларсе.
Speaker A
Предприятия получают мобилизационные задания. предприятие будет мобилизация. Мобилизация, кто в зоне риска. Путин тянет время. Ну то есть мобилизация, план подготовки. И это просто как бы YouTube кишит такими обложками.
Speaker A
Да. Да. Вот ты сейчас добавляешь эту обложку, и у нас в обложке утреннего разворота тоже самое. Что я могу сказать? Страх. Страх - это отличное горючее для лайков.
Speaker A
создавать, говорить страхи, когда был ковид, чума средневековая, да мобилизация да, атомная бомбардировка, страх, если говорить для журналистов, а не для политиков, это отличное горючее для лайков, для хайпа, для продвижения, для просмотров. Посмотрите обложки. Да, всё, всё горит. Москва горит, Киев горит. Да,
Speaker A
ужас. 160 баллистических ракет. Один убит, когда бомбили компотню, да, когда взорвалась компотня и загорелось всё.
Speaker A
Да, да, ужасная картинка. Москва в пламени, такие были обложки. Страх. Народ лайкал, лайкал, ходил, нажимал, смотрел. Сколько убитых ноль сколько раненных ноль. Треть капотник продолжает работать. треть НПЗ работает и оказалось не задетым, потому что это вот сейчас так, да, страх
Speaker A
также с Ираном абсолютно. И политики это используют, а журналисты на это ведутся. Ну это снижение профессионального уровня. Проверять надо, проверять надо всё время, но проверять - это время, а ты уступишь в это время своим конкурентом.
Speaker A
И поэтому выходят там люди, которые говорят: "О, сейчас всё рухнет в Украине или там в России всё рухнет". Ой, как страшно. Люди начинают, где я там рухну в Украине и где я там рухну в России, где я там рухну в Кривом Роге, где я
Speaker A
рухну в Липецке. Конечно, лайкают, нажимают страх горючее для лайка. Вот так такая формула. Можете вынести её вперёд.
Speaker A
Ну, Алексей Алексеевич, разница между тем состоянием после первой мобилизации, да, там это же не заканчивающийся процесс, прошла вот первая, так называемая частичная мобилизация. И после этого вот Марфа говорит про эти заголовки, они были весь двадцать третий год, весь двадцать четвёртый год, весь
Speaker A
двадцать пятый. И вот сейчас в очередной раз, но разницу я вижу в другом. Тогда люди и когда я в том числе находился в России, говорили, что ой, пожалуйста, ну как бы всё понятно, да, мобилизация юридически остаётся, но как
Speaker A
бы её физически, ну как бы в реальности уже нету. Доюра де-факто. А в это в это вот как бы в эту волну у меня такое создаётся ощущение, потому что, конечно же, у меня есть мой бабл моих знакомых, моих друзей, знакомых
Speaker A
моих там родственников, близких, друзей, друзей и так далее. Но у меня создаётся такое ощущение, что то, что раньше скорее было за пределами России и обсуждалось за пределами России, людьми, журналистами и так далее, теперь и волнует, и обсуждается в том числе
Speaker A
внутри страны. И люди внутри России тоже говорят много о мобилизации и тоже её боятся после выборов. С чем вы связываете именно внутри России такой как бы подогрев этой темы?
Speaker A
Я не вижу её внутри России. Я вижу только, извините, один репортаж из военкомата. Действительно, да.
Speaker A
Вот. Если ты внутри России журналист, откуда ты берёшь информацию? Ты берёшь от журналистов информацию и от политиков.
Speaker A
Вот ты извини меня или ты берёшь её от военкомата, где тебя вызывают предприятие мобилизацион. Предприятие мобилизационное это сильно, конечно. Вот что такое мобилизационное предписание предприятия?
Speaker A
Я понимаю, когда предприятие получает, и это так бывает, отправьте на контракт, найдите там 10 человек на промобилизацию. Я не очень знаю, что это такое. Сказала здесь Марфа. Это первое.
Speaker A
Вторая история. Конечно, люди говорят больше, потому что люди устали от войны, потому что накопилась усталость, накопились тревоги, накопилось раздражение, и всё это накапливается на слухи. Тут же у нас заголовок какой Марфа в этой части нашего разговора.
Speaker A
слухи. О, я уже ходят слухи по углам. А я-то помню, и не только помню, я, извини, за тобой записываю, чтобы точно знать тему.
Speaker A
Я сама это назвала слухами. Алексей Алексеевич, вот вы за мной. Вот мы обсуждаем слухи. Так, я отвечаю Василию. Я отвечаю Василию. Да, такие слухи ходят и на нервозной ситуации, мы же знаем, я говорил про опросы там тревожное состояние, да, вот как бы в
Speaker A
ожидании тревожности 57%, больше половины. когда год назад было 30. Вот вот вот вам вся история, да? И поэтому эти слухи будут, более того, эти слухи ещё создают такую атмосферу, что в конце концов Путин, значит, в почекшем затылке и
Speaker A
скажет: "Ну, может быть, вот и пора". И такое может быть. Он же тоже живёт не в безвоздушном пространстве, в более безвоздушном, чем мы. Но ещё раз повторяю, если это говорят политики, они преследуют свои цели. Когда это говорят люди, которые как имеют отношение к
Speaker A
журналистской профессии, это позор, потому что это вещи должны основываться на фактах. Какие факты? Какие у нас факты? Теория базируется на фактах. Они создаются в голове теория и факты к ней подтягиваются.
Speaker A
Вот, пожалуйста, я вам назвал факт. В июле 35.000 контрактников при среднем за год тридцати. Январь было там 30, февраль 28. Март 28, апрель 30, да? А здесь 35. По разным причинам. Может, деньги повысили, я не знаю. Но вот он
Speaker A
факт. Вот он факт. И чего? Алексей Алексеевич, хотел про другую немножко мобилизацию спросить. А-а, мы всё время говорим о военной мобилизации, да, связанной с фронтом, связанной с СВО. А я хочу поговорить про другую. Вот все же как бы э основа этих слухов, она
Speaker A
же построена на такой теории, что вот пройдут выборы, да, Владимир Путин вдруг неожиданно поймёт, что оказывается Единая Россия их выигрывает. И тут он такой: "Ну всё, я имею полную поддержку". Он же не понял на президентских, когда ему там, э,
Speaker A
когда он получил сколько? 87 там, ну, какая-то невероятная цифра была. Ну вот. А тут ему нужны, что ещё как бы и партию Единой России поддерживает. Но я хочу поговорить про другую мобилизацию.
Speaker A
мобилизацию, связанную с как бы всё на фронт. Все должны как бы работать на фронт. Должно быть больше, больше напора, больше пропаганды, больше Нет такой те Нет такой темы в России.
Speaker A
Нет такой темы. Вообще нет такой темы. А почему? Потому что ну её нет. Ну я не Путин и не Песков. Ну нет такой темы.
Speaker A
Ну я не могу сказать почему, но этой темы нет. Вот, э, честно говоря, за исключением каких-то очень таких, э, Z-каналов, такой темы даже нет в первом, втором канале. Ну, может быть, у Славьёвла Live что-то есть, но вообще этой темы нет.
Speaker A
Наоборот, в России постоянно на первых вторых кана говорит: "Мы готовы к переговорам". Но сначала вот, да, ну, сейчас не видно, но переговоры там главное слово переговор.
Speaker A
Вот. Нет такой темы. А, вижу в 12:05, это я ещё к анонсу перейду. Просто у нас появилась в чате появилась онос в 12:05 без посредников с Кириллом Гончаровым, председателем московского отделения партия Яблоко. Как раз хотела спросить про Яблоко и про
Speaker A
Шлосберга. А, во-первых, тут был вопрос выше, висел э в чате. Сейчас уже не найду точную формулировку, но спрашивали вас, чувствуете ли вы, Алексей Алексеевич, свою какую-то личную ответственность за то, что Шлосберг сел из-за того, что эфир, к которому
Speaker A
придрались, шёл на живом гвозде? Нет, не чувствую. А Шлосберг взрослый человек, который точно знал, что он говорит. Я с ним говорил после, а он точно знал, что он делает.
Speaker A
Он говорил, я говорил всё правильно и готов это повторить. И повторил это в суде, в последнем слове, в частности, он не маленький мальчик. Я чувствую свою ответственность за маленьких мальчиков и девочек.
Speaker A
А вот я хотел я просто послушал вас некоторые эфиры. Мне кажется, как будто вам этого вопроса не задавали. Точнее, он был задан, как будто вы немножко от него ушли. Может быть, сейчас вы ответите на него. Как вам кажется, кто
Speaker A
стоит за этим делом? Потому что, ну, как бы логически, если по фактам, то мы видим, что все свидетели - это казаки.
Speaker A
Возглавляет Совет казачества российского некий Марков помо член администрации президента. Аа в этой связи, вы как считаете, это какая-то, а, местная месть Псковского, да, Псковской области Шлосбергу за всё, что он за всю его политическую деятельность или это федеральный масштаб?
Speaker A
Сначала это возникла местная история, как действие губернатора Михаила Ведерникова Мсковской, где Шлосберг для него представлял угрозу, да, а всё время его критиковал. и по делу.
Speaker A
Вот. А потом это перешло, безусловно, в федеральное ведение. И, безусловно, это решение по Шлосбергу, я имею в виду решение, оно принималось в федеральных органах власти, в Генеральной прокуратуре, во-первых, с точки зрения юридической.
Speaker A
Вот это совершенно не местный прокурор, который изобрёл эти 11 лет неизвестно за что, а, и один месяц. А политически, безусловно, это решение Кремля.
Speaker A
Я вполне допускаю. Вот спросите меня про вероятность, знал ли Путин, да? Угу. Вряд ли к нему ходили за разрешением.
Speaker A
Для него Шлосберг - это кто? Да. Но поскольку мы знали, что за него просил Евлинский, он ходил в администрацию, насколько я знаю, президенту, да, то это точно было на контроле администрации, на такой варварский срок и на такое введение администрация дала своё добро.
Speaker A
То есть считай президент. За действие администрации отвечает не администрация. За действие администрации отвечает президент Российской Федерации Путин Владимир Владимирович. Так, чтобы было понятно с моей точки зрения.
Speaker A
А про выборы на этой неделе пасе выпустила, не знаю, заявление. Вась, что ты сразу смеёшься? Я тебя предупредила, что я буду задавать этот вопрос.
Speaker A
Простите, меня вызывает каждый раз по се заявления меня каждый раз вызывает смешок. Извините, зайди в чат, я тебе кинула эту новость, чтобы ты не удивлялся. А, да, посе выпустила заявление, с одной стороны, выразила солидарность с Яблоком, осудила, понятно, приговор в 11 лет
Speaker A
колонии для Жлосберга. с другой стороны, как бы сказала, что в этих преступных э-э выборах участвовать нельзя, что они не легитимные, э-э, из-за того, что как бы выборы будут проходить и на оккупированных территориях Украины. А мне кажется, эта позиция немножко
Speaker A
двойственная. То есть с одной стороны, мы как бы сначала все пришли, э, я имею в виду российская оппозиция за рубержом и призвала голосовать за яблоко.
Speaker A
Яблоко отстранили. Мы осудили, что яблоко отстранили. Приговор Шлосбергу осудили. Но с другой стороны, на выборы давайте, ребята, тоже не ходите. Вот отношение российской оппозиции к выборам, вы бы как прокомментировали. Мы много про это говорили с Максимом Кацем в эфире у нас.
Speaker A
Во, я не видел, чтобы российская оппозиция говорила на выборы после снятия яблока не ходить. Наоборот, я увидел, что, скажем, вот по се, посе выпустила заявление, сказала российская оппозиция. Я отвечаю на это. А по сее меня в этом смысле не
Speaker A
интересует, потому что на выборы ходят или не ходят российские граждане. Да и тут как раз слово лидеров российской оппозиции для меня более важно, чем а мнение Посек. Тем более, что на этой неделе они не собирались, не было сессий
Speaker A
по сее. Я не очень понимаю, какое заявление они принимали Парламентской ассамблее Совета Европы на этой неделе на каникулы. Это так. На секундочку. А, а значит, ээ, а это представитель всех парламентов европейских стран.
Speaker A
А мы видим, что внутри российской оппозиции сейчас идёт дискуссии, как себя вести на выборах, включая и тема не ходить. Да, и это, конечно, за этим надо смотреть внимательно, потому что там серьёзные аргументы за и против. Серьёзные аргументы. То есть они
Speaker A
сущности, они не личные там со словами там ты скотина, нет, ты болван и так далее. Вот. Но основные, как я понимаю, лидеры оппозиции, ну, публично, Юлия Навальна, Михаил Ходорковский, да, они, э, говорят о том, что надо принимать участие в выборах. Поэтому российская
Speaker A
оппозиция занимает прямо другую э позицию, что надо принимать участие в выборах. Нет, они противники бойкота.
Speaker A
Ну кто Михаил Ходорковский входит в платформу посе. Они, может быть, вы выпустили это заявление не о Подожди, подожди, подожди, подожди. Это не платформа пасе. Это не платформа посе. Не путай наших зрителей. Это не российская платформа посе. Вы форма демократических сил при посе. Ну
Speaker A
это не они выпустили заявление или они выпустили это заявление. Они, авторы заявления, назвали недопустимое агитацию за провоенные партии, которые ведётся напированных России территории.
Speaker A
Ве, это разные вещи. А там есть сюжет оккупированные территории отдельно, да, и есть сюжет недопустимость агитации. Но это не призыв к бойкоту.
Speaker A
Не надо передёргивать. Мы говорим об участии в выборах. Российская оппозиция ведёт дискуссии, да, о том, участвовать или не участвовать, а потом как участвовать. А если в моём округе в Москве кандидат от яблок, можно я буду участвовать?
Speaker A
Это же вот про это тоже. Это же про это тоже. Это гораздо более серьёзный вопрос, чем какие-то декларации, как в общем, да, понятно, на чём они основаны, да? Недопустимость выпускает оппозиция, оказывается, не по се. Российская там платформа, оказывается,
Speaker A
выпускает заявление о том, что недопустимо голосовать, призывать голосовать, не голосовать, а призывать голосовать за провоенные партии. Ну правильно, да?
Speaker A
Ну правильно. Об этом многи говорят с того, что больше нету антивоенных партий, яблоко отстали.
Speaker A
У меня в моём округе кандидат от яблока в Государственную думу. А, Алексей Алексеевич, в конце я говорю, с фактами надо работать, а не с декларациями.
Speaker A
Это правда. Это я согласен. А это я им, не тебе, Марф, а им, вот этим вот самым вот друзьям.
Speaker A
А в конце у нас остаётся прямо не так много времени. В конце я этот вопрос решил задать, потому что тут перечитывал какие-то свои выписки. Ээ, я в начале войны решил пообщаться со своими родственниками по поводу пуча. Сейчас было 35 лет. А и я навсегда запомнил, 19
Speaker A
августа девяносто первого года начался пущ ГКЧП, когда Т Дани Малкина задала, наш коллега задала тот самый вопрос э про госпереворот, а и разговаривая с вами родственниками, которые были активными участниками в девяносто первом году, а и были все как бы на месте
Speaker A
событий. А я запомнил их ответы, что никто из них не ожидал того, что произошло. тогда в девяносто первом году, что аа казалось, что несмотря, да, там на перестройку, на всё остальное, что всё равно это всё будет вечным, и
Speaker A
все эти советские чиновники, они будут вечными. А я хотел бы вас спросить, если завтра или вообще в этом году произойдёт что-то подобное девяносто первому году, вы сильно удивитесь этому то, что это то, что это случится или после девяносто
Speaker A
первого года вас уже ничего не удивляет подобного характера? Вообще не понял вопрос уже. произошло, случился контраревалюционный переворот, наступила реставрация, вот оно и произошло.
Speaker A
А это уже произошло, конечно, конечно. А это произошло ползучим образом. Это не произошло там, а значит, танками на Красной площади. А но мы видим, что политика тех людей, которые власти - это политика ГКЧП.
Speaker A
Абсолютно. Возьмите три указа ККЧП и приложите к сегодняшнему дню. Э-э, третьим указом ККЧП было закрытие Эха Москвы. Третьим и последним. Вот, эээ, оно случилось. Вы чего? Всё уже произошло. Мы имеем дело с реставрацией после революции, да, мы имеем дело, как
Speaker A
было во многих странах, да, но для этого не баррикады, да, нужно было, а нужно было, чтобы эти люди пришли к власти там разными путями и затем проводили эту программу. Потому что контрреволюция - это программа, а не танки на улицах. И
Speaker A
ГКЧП - это на самом деле трёхдневная, это на самом деле была программа, да, а танки - это был инструмент.
Speaker A
Вот и всё. Так что у нас всё произошло. Ничего удивительного в этом нет. А почему Хачепистов, извините за такой термин, только что его решил, придумал.
Speaker A
Почему их не существует в современной политической элит российской? В каком смысле? Так они как они существуют? Они сидят в Кремле, в Совете Безопасности, в Верховном суде. Как это не существует? Они существуют.
Speaker A
Мм, они существуют. Ээ, они у власти. ГКЧП в этом смысле, на этом историческом этапе победила.
Speaker A
Вот это я пытаюсь вам объяснить, своё видение. Ну, значит, будет не 3 года, а 30 лет. Ну, так бывает. 30 лет и 3 года или 3 дня было. Реставрация, реконструкция. Вот оно сейчас и происходит абсолютно.
Speaker A
Давайте завершим чем-то хорошим. Хочу про завтрашний марафон сказать. Тут Алексей Алексеевич добавит, я думаю, как активный участник завтрашнего марафона в честь дня рождения Москвы. Завтра весь день с 8:55 утра и мне кажется до глубокого вечера. Все ваши любимые
Speaker A
ведущие Алексей Алексеевич Венедиктов несколько часов к ряду. Правильно я не ошибаюсь? Вы там у вас очень у нас будем не у нас будем только будем наблюдать с Бунтманом с 12:00 до 14:00 у меня и затем у меня, если я не ошибаюсь, там с
Speaker A
Иры Петровской Иры Воробьёвой между двумя Иринами буду загадывать там, по-моему, в 18:00 или в 19:00. То важно вот что сказать. Вчера не было Пастухова Владимир Борисовича, он был в дороге, он летел на праздник один. И, э, поэтому он
Speaker A
будет завтра в марафоне в 20:00. уже тоже объявила в 20 с Женей Радионовой, с Лизой Аникиной. Утро, как всегда, Антон Орех и, соответственно, Лёша Кузнецов, они как всегда зажигают и они всегда гордятся, что они собирают больше всего денег, чем мы все остальные
Speaker A
старички. Так, это был старички. Начинается. Дадада. Но это они начинают. Это я отбиваюсь, ты понимаешь? Я отбиваюсь.
Speaker A
Да, конечно. Да, да. Надо как-то им батл. Алексей Алексевич, я готов с вами прийти в эфир и дать им отпор жёсткий. Просто жстки на самом деле этому есть объяснение.
Speaker A
На утренних разворотах активнее зрители донатить. Смотрите, у нас будет вот сегодня у Жени Кирилл.
Speaker A
Жень привет. Здравствуте. Ива Марфа. Привет. Алексей Алексеевич. У нас сегодня уже не Кирилл Лганчаров, а завтра к нам на разворот в студии придёт Николай Рыбаков.
Speaker A
Ещё раз с тем, чтобы в основном отвечать, конечно, в первую очередь на ваши вопросы. И будет у нас и, если мне не изменяет память, Максим Кац, который тоже придёт и там он ведёт свою вот свою войну внутри. Так что завтра приходите
Speaker A
прямо с утра с 8:55 минут и помогайте нам, чтобы мы оставались с вами. Дела не слишком хороши финансовые. Вы сами понимаете, почему. А вот ле, во-первых, лето, во-вторых, у всех денег меньше, но тем не менее нам надо с вами оставаться, и
Speaker A
мы будем просить вас о помощи. Да, спасибо огромное. Да, мы передаём. Спасибо, Алексей Алексеевич. Спасибо, Женя. Все, со всеми прощаемся. зрителям отдельное спасибо за такое сегодня
Topics:мобилизациядефицит бензинаМосквапереговоры с УкраинойАлексей Венедиктоввоенное положениегражданская обязанностьисторический опыт Францииобщественное мнениеполитика России
