Противодействие дальнобойным БПЛА — Transcript

Анализ проблем и решений противодействия дронам камикадзе в современной ПВО России.

Key Takeaways

Традиционная ПВО неэффективна против малоскоростных и малозаметных дронов камикадзе.
Высокая стоимость ракет и радаров делает массовую защиту от дешёвых дронов экономически невозможной.
Малогабаритные портативные РЛС и акустические датчики — ключ к эффективному обнаружению и перехвату дронов.
Использование Старлинка значительно повышает управляемость и скрытность дронов.
Необходима новая архитектура ПВО с приоритетным распределением ресурсов и комплексной защитой важных объектов.

Summary

Дроны камикадзе ВСУ наносят удары по стратегическим объектам России, обходя традиционные системы ПВО.
Традиционные крупные РЛС имеют мёртвые зоны из-за кривизны Земли и плохо обнаруживают малоскоростные дроны.
Высокая стоимость РЛС и зенитных ракет делает перехват дешёвых дронов экономически невыгодным.
Системы ближнего радиуса действия, такие как Тор и Панцирь, неэффективны против массовых атак дронов.
Использование спутниковой связи Старлинк повышает эффективность управления дронами и снижает вероятность их обнаружения.
Предлагается переход к архитектуре ПВО с малогабаритными портативными радарами и акустическими датчиками.
Акустические датчики на мобильных вышках могут обнаруживать шум двигателей дронов на десятки километров.
Создание радиолокационного периметра с дублированием радаров ложными макетами повысит устойчивость ПВО.
Для защиты важных объектов предлагается комплексный подход с использованием зенитных FPV, автоматизированных турелей и укреплений.
Необходимо выстраивать систему приоритетов для защиты объектов и снижать экономические потери от атак дронов.

Chapters

Full Transcript — Download SRT & Markdown

Speaker A

Наблюдая за тем, как ежедневно дроны камикадзе ВСУ наносят удары по стратегически важным объектам в глубине страны, порой за тысячи километров от территории Украины, а также выносят всю логистику российской армии в зоне войны, у многих неизбежно возникает вопрос: неужели нет эффективных средств

Speaker A

противодействия этим атакам? Какие технические трудности стоят на пути уничтожения дронов камикадзе? Какой должна быть выстроенная система по обнаружению и перехвату таких беспилотников? Как защитить от них важнейшие автотрассы, по которым снабжаются войска и население, и ограничиваются ли проблемы с их

Speaker A

перехватом только технической частью? Для того чтобы понять, почему противовоздушная оборона постоянно пропускает удары таких БПЛА, нужно понять фундаментальные изъяны традиционной системы ПВО. Обычно она состоит из нескольких комплексов, соединённых в одну систему и заточенных на противодействие всему возможному спектру

Speaker A

целей, но на деле неэффективных против каждой конкретной задачи, для которых их создавали. Крупные и мощные РЛС, предназначенные для обнаружения малозаметных целей на большом расстоянии, на деле отличаются очень высокой ценой. Много их не производят, и при развёртывании их размещают на

Speaker A

большом расстоянии друг от друга. А из-за шарообразной формы Земли между ними имеются огромные мёртвые зоны, где нет радиолокационного покрытия и куда спокойно могут залетать дроны, крылатые ракеты и даже самолёты. Поэтому вы и наблюдаете ситуацию, когда дрон камикадзе пролетел 1000 км и так и не

Speaker A

был обнаружен. К тому же на малых высотах у РЛС всегда были проблемы с обнаружением целей. И расстояние, на котором современный радар может гарантировано засечь цель на небольшой высоте, составляет не более 40 км, даже при размещении РЛС на громоздких вышках.

Speaker A

И значит, на 90% территории страны такие дроны могут летать необнаруженными. Но даже в тех ничтожных зонах, где покрытие имеется, у РЛС есть проблемы с обнаружением дронов. Доплеровская селекция радаров заточена на обнаружение околозвуковых или сверхзвуковых объектов. А если скорость цели

Speaker A

составляет 100-150 км/ч, как у дрона, то доплеровский контраст цели становится незначительным, и дальность обнаружения катастрофически падает. Ну а если отключить доплеровскую селекцию целей, то огромное количество переотражений сигнала РЛС от Земли делают её слепой на расстоянии десятков километров от себя.

Speaker A

Плюс то, что раньше отсеивалось доплеровской селекцией. Прежде всего птицы теперь видны для радара и мешают обнаруживать настоящие цели. Но эти проблемы — лишь начало. Высокая стоимость РЛС в случае уничтожения делает затруднительной её замену. Ну а если её уничтожат, то все приданные системы из

Speaker A

состава комплекса ПВО становятся слепыми и бесполезными, что делает РЛС одной из приоритетных целей для противника. Ну а поскольку радар возвещает о своём местоположении радиоизлучением, заметным на многие сотни, а то и тысячи километров, то обнаружение и уничтожение его почти неизбежно. К тому же высокая

Speaker A

стоимость зенитных ракет не позволяет обстреливать ими дешёвые дроны или же делает такой размен заведомо проигрышным. Цена ракеты 48Н6 идёт от 1 млн долларов. Для ЗРК Patriot она составляет от 3 до 5 млн. Для ЗРК ракеты стоят по 400 000. Цена же всего

Speaker A

комплекса ПВО составляет 160 млн в случае IRIST, 500 млн для С-400 и до миллиарда у ЗРК Patriot. Стоимость дрона камикадзе колеблется в диапазоне от 20 до 50 000 долларов. Стоимость дронов-обманок типа Майя или Гербера в десятки раз меньше. Отличить ложные дроны от

Speaker A

настоящих комплексов ПВО не могут. На те деньги, что тратятся на покупку ЗРК, можно купить десятки, а то и сотни тысяч дронов камикадзе и ложных целей. И любая современная ПВО просто захлебнётся в таком количестве беспилотников. Чтобы хоть как-то защитить дорогостоящие

Speaker A

системы ПВО, в РФ созданы системы ближнего радиуса, такие как ЗРК Тор и Панцирь. Однако на деле эффективность таких решений против дронов близка к нулю. Стоимость таких комплексов составляет 15-20 млн долларов, что почти в 1000 раз больше, чем у дронов

Speaker A

камикадзе, не говоря уже о ложных целях. А один такой ЗРК никогда в жизни не собьёт 1000 беспилотников. Что у Тора, что у Панциря, ракет от 12 дост на одной пусковой. Через 12 тире 1 запущенных дронов или обманок оба ЗРК будут

Speaker A

уничтожены. Но даже этого количества дронов ЗРК могут не сбить. Вероятность перехвата ракетой дрона не составляет 100%. Они постоянно мажут с фатальными последствиями для себя и для защищаемых ими объектов, поскольку страдают от тех же проблем с обнаружением беспилотников, что и большие ЗРК. Относительно дешёвые

Speaker A

радиокомандные зенитные ракеты радикально проигрывают в точности радиолокационным, которые, в свою очередь, стоят непомерных денег. Поэтому попытка защитить большие ЗРК с помощью систем ПВО малой дальности нисколько не изменила ситуацию к лучшему и только увеличила расходы на ПВО. Как видите,

Speaker A

дроны камикадзе обладают полнейшей свободой в противостоянии с ПВО. Они могут пролететь через неё незамеченными, потому что ПВО слепа. Они могут истратить на себя безумно дорогие ракеты. Они могут прорвать её за счёт количества дронов и уничтожить цели, а могут просто добить сам ЗРК, нанеся

Speaker A

огромный финансовый ущерб. БПЛА обладают невероятной гибкостью в деле противостояния современным системам ПВО, а появление Старлинка повысило их эффективность до невероятного уровня.

Speaker A

Отныне любой дрон управляется вплоть до момента поражения, а направленная вверх антенна, с одной стороны, даёт невероятную помехозащищённость, а с другой радикально снижает вероятность обнаружения, поскольку сигнал от антенны идёт вверх к спутнику. Для Старлинка не существует понятия радиогоризонт, и дрон

Speaker A

может управляться на высоте всего нескольких метров над уровнем Земли. К тому же такая схема позволяет оператору находиться сколь угодно далеко от самого беспилотника в полной безопасности. Для того чтобы эффективно противодействовать дроном, нужно полностью отказаться от привычной архитектуры ПВО, сделав её принципиально

Speaker A

иной. Вместо дорогих и громоздких РЛС нужны малогабаритные портативные. Расстояние, на котором они могут обнаруживать цели типа БПЛА, составляет всего несколько километров, но зато их стоимость может быть в сотни раз меньше, чем у больших ЗРК. Обнаруживать их гораздо труднее. Заменить в случае

Speaker A

вывода из строя легче, а уничтожить многие сотни малогабаритных радаров — задача чрезвычайно сложная. К тому же у такой архитектуры ПВО пропадают мёртвые сектора, вызванные кривизной Земли. И значит, проскочить мимо цепочки портативных РЛС дронам камикадзе будет гораздо труднее. Однако, если создать с

Speaker A

помощью малогабаритных РЛС радиолокационный периметр обнаружения ещё возможно, то создание сплошной зоны покрытия такими РЛС всей территории страны было бы непомерно дорого. Значит, главным средством обнаружения дронов должны быть акустические датчики, интегрированные в сеть мобильных вышек.

Speaker A

Поскольку дроны камикадзе в основном поршневые, их двигатели создают шум, слышимый на расстоянии в несколько километров. А если акустические датчики заточены под звуковые частоты работы моторов БПЛА камикадзе, то дальность обнаружения составляет уже десятки километров. За счёт низкой стоимости таких датчиков их можно ставить на

Speaker A

сотовые вышки десятками тысяч, обеспечив сплошную зону обнаружения дронов над всей территорией страны. Предполагаемая линия обороны должна выглядеть следующим образом. Мы ставим портативные РЛС, скажем, через каждые 10 км, на расстоянии от 10 до 70 км от границ в зависимости от степени угрозы с данного

Speaker A

направления. Чтобы снизить потери при попытке уничтожить мобильные РЛС, нужно дублировать несколькими ложными макетами каждый радар. На всю западную границу, включая морскую, потребовалось бы примерно 700-800 портативных РЛС, что позволит обнаруживать вражеские дроны на всём её протяжении. Затем пойдёт внутренний рубеж из акустических

Speaker A

датчиков на мобильных вышках, чтобы уже обнаруженные дроны и их движение над страной можно было сопровождать в режиме реального времени. Портативные РЛС понадобятся для защиты важных объектов или вокруг

Speaker A

районы, где нет прикрытия традиционными радарами. К примеру, акустические датчики не могут давать точного местоположения летящего дрона, а портативные могут принимать за дроны птиц. Если добавить к акустике и портативным РС оптические станции, то такое дублирование позволит отсекать ложные цели и гарантированно

Speaker A

обнаруживать вражеские дроны. Затем в дело вступают мобильные огневые группы, оснащённые своей небольшой Рлс. Очень важно, что до 80% их огневой мощи составляли зенитные FPV-перехватчики с бесконтактным управляемым взрывным зарядом. Механический таран без взрывчатки совершенно неэффективен и вредоносен. Управляемые оператором

Speaker A

зенитные FPV способны летать на расстоянии до 20 и даже 30 км. Однако один оператор может управлять одновременно только одним таким перехватчиком. Автономные зенитные перехватчики вряд ли достанут цели, если они дальше 5 км от точки пуска. Обычно эта цифра не превышает 2 км. Зато такой

Speaker A

дрон наводится на цель с помощью искусственного интеллекта самостоятельно. И оператор не привязан к их управлению и может запускать сразу несколько таких дронов. Использовать нужно оба варианта, а также стремиться к максимальной автоматизации процесса запуска и перехвата, чтобы противодействовать массированным

Speaker A

налётом. На малых высотах зенитные FPV не столь эффективны, и здесь в дело вступают пулемётные группы, которые, в свою очередь, бесполезны против дронов на больших высотах. К обычным пулемётам желательно добавлять мобильную автоматизированную турель, чтобы радикально увеличивать вероятность перехвата. Помимо мобильных огневых

Speaker A

групп, такими средствами должны оснащаться традиционные ЗРК. Зенитные FPV значительно дешевле по стоимости дронов Камикадза, а пулемёт вместе с пикапом дешевле самой примитивной зенитной ракеты, а значит, прежнего сокрушительного эффекта против традиционной ПВО их применений иметь уже не будет. Ограничиваться только

Speaker A

мобильными группами не стоит. Акустические датчики позволяют устанавливать примерный район нахождения дрона. И на его перехват можно бросить вертолёты, оснащённые снарядами с программируемым подрывом и ПЗРК. Также для перехвата можно задействовать поршневые самолёты учебной авиации или специально созданные для таких целей

Speaker A

порошневые перехватчики и даже устаревшие истребители. Например, МиГ-29, Кох в своё время было произведено огромное количество, сделав для него специальную ракету типа американской APWKS или подвесив под крыло всё тот же ПЗРК Верба. Такой истребитель станет мощным инструментом по противодействию не

Speaker A

только дронам, но и крылатым ракетам. Все задействованные войска, мобильные группы и операторов FPV нужно интегрировать в единый контур обнаружения и сопровождения, создав автоматизированную систему управления для правильного распределения сил и установления групп целей, подлежащих уничтожению в приоритетном порядке. При

Speaker A

этом мобильные огневые группы стоит ставить в ближних и средних эшелонах, тогда как вертолёты в средних, а поршневые и реактивные самолёты в средних и дальних. Ведь чем дальше противодроновая группа от зоны запуско вражеских БПЛА, тем большую территорию ей придётся прикрывать. Мобильная группа

Speaker A

на пикапах жёстко привязана к наличию твёрдых дорог и не может перемещаться быстрее обычных автомашин. Только авиация может прикрывать самые дальние зоны и действовать там, где нет никаких дорог. Могут ли мобильные группы, вертолёты и самолёты перехватить все летящие дроны? Конечно, нет. Но их

Speaker A

задача заключена не в этом, а в том, чтобы до обороняемых объектов долетали считанные единицы дронов, которые не нанесут ощутимого вреда и будут легко уничтожены объектовым эшелоном обороны.

Speaker A

Поскольку защитить все возможные объекты на своей территории невозможно, в принципе, нужно выстроить систему приоритетов. Какие объекты оборонять стоит, а какие нет. И если мы защищаем объект, то какими силами? Я выстроил следующую схему по приоритетности.

Speaker A

общая, небольшая, средняя, высокая и абсолютная. Чем значимее объект, тем большее количество средств защиты от дронов и других вооружений противника должно быть задействовано. Общие объекты, такие как крупные города, обороняются только в рамках существующих мобильных групп перехвата самолётами и вертолётами, а также собственным

Speaker A

персоналом предприятий, оснащённых зенитными FPV и подключёнными к системе обнаружения дронов. И если объектовое ПВО находится в этих городах и может сбить вражеские беспилотники, малозначимые объекты, такие как трансформаторы и АЗС, укрепляются тем сильнее, чем ближе они к зоне войны,

Speaker A

начиная с металлических решёток, а в прифронтовых районах габионами, копанирами и даже бетонными саркофагами. В случае объектов средней значимости, например, железнодорожной станции ТЕц или второстепенных предприятий ОПК, фортификация дополняется зенитными FPV, применению которых обучается персонал и охрана. Значимые объекты, такие как НПЗ,

Speaker A

морские порты, крупные электростанции, военные заводы и склады боеприпасов не только нужно защищать как с помощью решёток и различных укреплений, включая железобетонные, так и задействовав зенитные FPV в большом количестве. но также и автоматизированными турелями со снарядами с программируемым подрывом.

Speaker A

Стратегически важные объекты, такие как военные аэродромы, базы подводных ракетоносцев, крупнейшие НПЗ, нефтеноливные порты и терминалы, важнейшие предприятия ВПК, производство баллистических ракет или заводы по выпуску микроэлектроники нужно прикрывать не только всем вышеперечисленным, но и обычными комплексами ПВО. В их случае очень важно

Speaker A

делать их как можно более дешёвыми с увеличенным боекомплектом ракет. Например, часто платформа Носитель, которая сама порой стоит миллионы долларов и на которую ставят тот или иной ЗРК, становится бутылочным горлышком, в которое упирается наращивание производства. Отказ от такой платформы или выбор максимально дешёвой

Speaker A

и распространённой машины - это неизбежное решение в условиях Большой войны. Та же самая проблема с аналогами Скайнекса или деривацией. Производить их в большом количестве, которого хватило бы для защиты всех критично важных объектов, просто невозможно. Но ведь в резервах имеется большое количество

Speaker A

зенитных самоходок типа шинлка и тунгуска. С последней можно снять ракеты, заменить на мобильную, оснастить все три комплекса оптикой и автоматикой, аналогичной тем, что стоят на противодроновых турелях, а главное- оснастить снарядами с программируемым подрывом. В этом случае у вас будет

Speaker A

мощное и, главное, дешёвое средство противодействия массовым налётом дронов. Помимо этого, для усиления защиты от БПЛА на аэродромах нужно строить железобетонные ангары для самолётов.

Speaker A

Базы флота, прежде всего подводных лодок, стоит оснастить крытыми убежищами, не позволяющими следить за ними со спутника. А сами подводные лодки стоит максимально долго держать в море, поскольку БПЛА не могут поражать подводные цели. Стоит предостеречь от фундаментальной ошибки в деле

Speaker A

противодействия массовым налётом дронов. Не стоит рассчитывать, что мобильные огневые группы, оснащённые только пулемётами, будут эффективны против БПЛА Камикадзе. Без зенитных FPV они будут перехватывать не более 10-20% летящих дронов, а то и вовсе ноль. Если камикадзы будут лететь выше дальности

Speaker A

эффективного огня пулемётов, и тем более не стоит рассчитывать на их эффективность как средство обороны последнего рубежа, только сочетание пулемётов, турелей и зенитных FPV позволит сбивать большую часть вражеских дронов. При построении такой обороны эффективность ударов дронов в СУ радикально упадёт вне зависимости от

Speaker A

используемой ими тактики. Если он запустит 1.000 дальнобойных дронов, скажем, тремя группами по 330 дронов, то мобильные группы, выстроенные в 3-4 эшелона, при эффективности по перехвату каждого из эшелонов на уровне 50% летящих дронов после третьего эшелона пропустят не более 45 дронов, а после

Speaker A

четвёртого всего 22. Столкнувшись с вертолётами и самолётами, каждая группа потеряет ещё до половины дронов, а автоматическая турель собьёт ещё от пяти до десяти беспилотников. В сочетании с зенитными FPV последнего рубежа не то что стратегические или высокие по значимости цели не могут быть

Speaker A

уничтожены, но даже не всякая цель средней значимости будет поражена, особенно если её уязвимые места будут укреплены сетками, габионами или другими видами фортификации. Значит, выстроив такую систему обороны, мы сделаем неэффективными массированные налёты дронов, и противник вынужден будет отказаться от ударов по стратегически

Speaker A

значимым целям, сосредоточившись на объектах малой и средней значимости. И вместо массированных налётов дронов он будет разбивать свои БПЛА камикадз на мелкие группы, пытаясь атаковать ими как можно большее количество целей. Ну а поскольку потенциальных объектов, которые могут попасть под удары десятки

Speaker A

тысяч, то, хотя приставить каждому зенитные FPV ещё реалистично, но сделать столько же автоматизированных турелей будет крайне тяжело, а обложить все сколь-нибудь важные объекты бетонными саркофагами- задача, в принципе, невыполнимая. А ещё есть типы целей, которые практически невозможно защитить.

Speaker A

Например, танкеры и сухогрузы в открытом море, локомотивы и тепловозы, а также мосты и дороги. Для того, чтобы уменьшить количество защищаемых объектов и чтобы лучше оборонять оставшиеся, нужно прежде всего реанимировать старые советские железобетонные постройки времён холодной войны. Старый аэродром с

Speaker A

ангарами можно использовать как склад боеприпасов. В противоатомном убежище можно развернуть производство дронов или перенести туда предприятие ВПК, подземные укрытия заводов, старые шахты, скальные укрытия, советские ракетные и подводные базы. Всё это отличный способ защитить свои важные объекты не только

Speaker A

от беспилотников, но и вражеской авиации, крылатых и баллистических ракет. Можно рассмотреть и более радикальные средства: эвакуацию тех или иных заводов ВПК и гражданских производств за Урал, как во время Второй мировой, чтобы переместить их туда, куда ни один дрон ВСУ не долетит. Это

Speaker A

особенно актуально, поскольку помимо БПЛА, Камикадзе у противника имеются крылатые и баллистические ракеты, а в перспективе и авиации. Туда же на восток можно повернуть движение нефтегазопроводов. Поскольку подавляющая часть нефти и газа, добываемых ВРФ, потребляется в Юго-Восточной Азии, то танкеры и сухогрузы, перевозящие грузы

Speaker A

из какой-нибудь находки, окажутся вне зоны действия дронов ВСУ. А от возможных попыток пиратских захватов со стороны флота США корабли можно прикрыть переброшенными вслед за торговым флотом ВМФ. Нужно отдавать себе отчёт, что все эти решения, вместе взятые, очень существенно снизят урон от БПЛА

Speaker A

Камикадзе, но не обнулят его полностью. Но отныне катастрофическими для жизнедеятельности страны они быть перестанут. А главное - это радикально уменьшит шанс нападения со стороны стран НАТО. Ведь чем ты сильнее и чем лучше ты готов к войне, тем меньше желающих будет

Speaker A

с тобой повоевать. С защитой прифронтовых дорог, мостов и железнодорожных путей дело обстоит труднее. Для автотрасс нужно создавать защищённые коридоры, прикрытые металлической сеткой или тросами. Особо отмечу, именно металлическими, потому что рыболовецкие сети для дронов типа Hornet не являются препятствием. Также

Speaker A

нужно создавать множество крытых, хорошо защищённых стоянок для грузовых машин и бензовозов, где ни дроны, ни спутники не смогут наблюдать, есть ли там грузовики или нет. Помимо этого, нужно создавать крытые коридоры безопасности, защищённые от наблюдения и поражения прямо на

Speaker A

дорогах, чтобы в случае угрозы дронов грузовик мог остановиться на трассе, не боясь быть уничтоженным. Плюс нужна система оповещения водителей, грузовиков обстановке на дорогах в режиме реального времени, чтобы он мог немедленно остановить машину в безопасной зоне или покинуть её, чтобы не стать жертвой

Speaker A

вместе с грузовиком. Но только пассивных средств защиты дорог недостаточно. Дроны ВСУ постоянно сбрасывают мины, на которых подрываются все подряд. Неважно, военные или гражданские, и решётки против таких мин не помогают. Значит, нужно минимизировать возможность подлёта таких дронов до автотрасс. Здесь на

Speaker A

помощь придут всё те же портативные РС. Размещать их нужно в две линии. Первую на расстоянии в 15-20 км от линии фронта для раннего обнаружения вражеских дронов, а вторую непосредственно вдоль дорог для обнаружения приближения их к трассе. Система предупреждения водителей

Speaker A

должна получать сведения обстановке непосредственно от этих РЛС. Важно то, что акустические датчики в деле защиты дорог менее эффективны, поскольку подавляющая часть дронов, уничтожающих грузовики - это электрические дроны типа Хорнета, и шум от их моторов слышно на сотни метров, а не на километры, как в

Speaker A

случае поршневых. В связке с мобильными как вдоль линии фронта, так и возле автодорог должны размещаться команды с зенитными FPV, задача которых обнаруженные вражеские крылья немедленно сбивать. Важно то, что дроны типа Хорнетов далеко не все летают на старлинках. На части из них

Speaker A

устанавливаются ретрансляторы типа ш сети, используя один дрон со старлинком в качестве центральной антенны управления для всего звена дронов.

Speaker A

Значит, если мы знаем рабочую частоту этой сети, то мы можем ставить прицельную помеху, и противник вынужден будет использовать только дроны на старлинках, которые немного дороже.

Speaker A

Таким образом, мы создаём сразу два рубежа противодействия Хорнетом, благодаря чему эффективность их должна сильно упасть. Можно ли подавить помехами сам СтарLлин? Пока что никаких эффективных систем не существует, а те, что испытываются, показывают далеко необнадёживающие результаты. На этих кадрах дрон ВСУ на Старлинке уничтожает

Speaker A

станции рэп, которые должны были его заглушить. Однако исследовать это направление нужно, так как применение БПЛА на старлинках будет только расширяться, и дальше они грозят превратиться в настоящее бедствие.

Speaker A

Прикрыть все возможные мосты от ударов дронов, скорее всего, невозможно. В России тысячи рек и десятки тысяч мостов через них. Однако значимые, но непротяжённые мосты, типа моста через Чонгар, можно прикрыть с помощью арочных металлических сеток, добавив к ним понтонные переправы, где это возможно, и

Speaker A

плюс прикрыв их мобильными и зенитными FPV. Но самым трудным с точки зрения защиты являются железные дороги и локомотивы с тепловозами, курсирующие на них. Если дорога прикрыта решёткой и если дрон повредил её в одном месте, то шанс, что другим беспилотникам можно

Speaker A

попасть в ту же щель и поразить грузовик невелика. А удар по асфальту мало что даст, поскольку починить повреждение можно, не перекрывая дороги. В случае железной дороги ситуация иная. Даже если вы разместите решётки или тросы над полотном, то одним дроном можно их

Speaker A

повредить, а другим уже повредить рельсы. К тому же поезда, в отличие от тягачей и бензовозов, двигаются по расписанию, и противник всегда знает, где ожидать состав. Да и я сомневаюсь, что, имея сеть железных дорог в десятки тысяч километров, реалистично прикрыть

Speaker A

всю её протяжённость портативными РЛС и турелями. Нужно сосредоточиться на защите прифронтовых автомобильных и железных дорог, а в глубоком тылу рассчитывать на общую систему противодействия дроном на базе мобильных групп. Реализуема ли система, которую я описал? Всушники её уже выстроили с

Speaker A

опорой на портативные РС, акустические датчики, зенитные FPV, строительство укреплений и зенитных самоходок типа Скайнекса. А значит, такая защита более чем реализуема. Но главное, что стоит подглядеть у ВСУ - это сами ударные дроны. Ведь для того, чтобы победить, нужно наносить противнику ущерба больше,

Speaker A

чем он наносит тебя. Возможности такие имеются. РФ производит огромное количество дронов камикадзе и ложных целей. А сложность с прикрытием всех автомобильных и железных дорог, а также мостов распространяются и на ВСУ. Ну а теперь главное. Как вы думаете, сколько

Speaker A

из того, что я описал, реализовано властями АРАФ? Правильно, ноль. Дело даже не в том, что чего-то из описанного не производят в РФ или это какие-то запретные технологии, или что у РФ не было времени на развёртывание такой системы. Напоминаю, что первые удары

Speaker A

дронами по территории РФ начались через несколько месяцев после начала войны, 4 года назад. За 4 года Советский Союз победил нацистскую Германию во Второй мировой войне. В случае же РФ у неё имеются не просто образцы, а готовые решения от ВПК и волонтёрских команд по

Speaker A

всему спектру противодействия дроном. Даже снаряды с управляемым подрывом освоены промышленностью. Точно так же, как и турели, зенитные FPV, мобильные РЛС. Всё это есть главная проблема.

Speaker A

Фактически саботаж со стороны Кремля выстраивании системы обороны против беспилотников ВСУ. Это особенно заметно по нефтегазовой сфере, поскольку она является не просто кормилицей страны, но и фактически опорой путинского режима, её главным кошельком. Именно на эти деньги кремлёвские строят дворцы,

Speaker A

покупают яхты, шлюх и кокос. И если бы действия Педла Путина были бы продиктованы жадностью, то он изо всех сил защищал бы свой главный источник доходов. Однако этого вообще не наблюдается. Нефтегазовая инфраструктура совершенно беззащитна от ударов дронов в СУ. И никаких действий со стороны

Speaker A

руководства РФ по исправлению этой ситуации за 4 года не принято. Значит, утверждение, что он коррупционер и вся его мотивация ограничивается жадностью, являются лживыми. Его изначальной целью было уничтожение системообразующей отрасли страны, даже ценой потери значительной части собственных богатств.

Speaker A

Также очевидно, что целью блокировок доступа в интернет является не борьба с дронами. Они ни насколько не снизили эффективность ударов по территории РФ. А целью их является лишение доступа населения к любым источникам информации, касающимся фактических результатов деятельности руководства РАФ. Но только

Speaker A

саботажем защиты от БПЛА со стороны Кремля дело не ограничивается. РФ производит свыше 70.000 дальнобойных Бпла в год, не считая ложных обманок или дронов ближнего радиуса. Как я уже говорил, дроны в СУ типа Horn далеко не всегда используют антенны Старлинка.

Speaker A

Зачастую они управляются через мэш сети. И такая же технология используется на производимых в РФ гиранях. Помимо этого, у РФ есть потенциальные аналоги Старлинка. Ведь, вопреки стараниям руководства РФ, страна всё ещё остаётся космической державой. Однако ничего даже близко сопоставимого по эффективности с

Speaker A

беспилотниками в Су не наблюдается. Ударов по крупным НПЗ военные РФ не наносят. Мосты через Днепр неприкосновенны. Про удары по складам боеприпасов я не слышал уже много лет.

Speaker A

Взаимная неприкосновенность главарей обеих сторон уже стала легендарной. Вместо них дроны и ракеты пятый год летят по трансформаторам и подстанциям, хотя это доказало свою полную неэффективность. При этом руководство РФ и не скрывает, что никогда не ставило перед собой целью уничтожения каких-то

Speaker A

значимых объектов противника и прямо признаётся, что тратят ценные вооружения в никуда. Открою вам большую большую военную государственную.

Speaker A

Просто ударили туда, где было удобно. посмотреть результаты. У нас потом туда залетели наши дроны.

Speaker A

На многих обломках ракет и дронов дата производства составляет не более месяца назад, и значит их сразу же после выпуска отправляют на фронт. Никаких запасов дронов и ракет фактически нет. А значит, единственной целью педофила Путина является растрата вооружений и

Speaker A

плюс тренировка ПВО стран НАТО, чтобы те научились противостоять угрозе со стороны дронов. И те, имея ровным счётом те же технологии, что и РФ, сделали для ВСУ систему защиты от БПЛА, тогда как РФ почему-то не может. В этом и заключается

Speaker A

секрет магической неприкосновенности пидола Путина и его кодлы, когда дроны ВСУ летят куда угодно, только не по ним.

Topics:дроны камикадзеПВОрадиолокацияакустические датчикиСтарлинкзенитные ракетыпротиводействие БПЛАбеспилотникиРоссийская армиявоенная техника

Frequently Asked Questions

Почему традиционные РЛС плохо обнаруживают дроны камикадзе?

Традиционные РЛС имеют мёртвые зоны из-за кривизны Земли и настроены на обнаружение высокоскоростных целей, из-за чего малоскоростные дроны плохо видны.

Почему дорогостоящие ракеты неэффективны против дешёвых дронов?

Стоимость зенитных ракет в миллионы долларов значительно превышает цену дронов камикадзе, что делает перехват экономически невыгодным и недостаточно масштабируемым.

Какую роль играет Старлинк в повышении эффективности дронов?

Старлинк обеспечивает защищённую спутниковую связь, позволяя управлять дроном на больших расстояниях и снижая вероятность его обнаружения радиолокационными средствами.

Get More with the Söz AI App

Transcribe recordings, audio files, and YouTube videos — with AI summaries, speaker detection, and unlimited transcriptions.

App Store Google Play

Or transcribe another YouTube video here →