Тзинч | Warhammer 40.000 music — Transcript

Это ты, меняющий пути. Ты злосы войск, меняющий пути. В безневар, где звёзды горят как свечи, где шёпот судит, ложится на плечи, смеётся владыка бесчисленных нитей. Тот, кто способен сам путь изменить. Он пишет грядущие когтем огня, меняет законы врагов и себя. И каждый его заповеданный ход ведёт не к победе, ведёт в поворот. Он строит дворцы из обмана и снов, из пепла пророчеств, лжи, оков, где истина — маска, где правда — мираж, где дар превращается в вечный саботаж. Его голос как хор из небесной тюрьмы. Женский,

мужской крик пустоты, а смех его тонок, жестокий, зеркалист, как быты хрусталь, что летит сверху вниз.

Изменяющий пути смеётся вышине. И звёзды гаснут в огненной волне. Он даст тебе ответ, но в сердце бросит яд, чтоб ты шагнул вперёд и рухнулся назад.

Магнус великий искал небеса, и звёзды глядели в огровые глаза. Он верил в знание, ключ и венец. То мудрость спасёт его легион. Наконец навшились мар под сияни костров. Его обнимал не союзни коров. Зимч улыбался в немой высоте.

Вёллова сына потомка черте. Спаси своих братьев, пролей свою мощь, разбей запрещённую императором. Ночи. Магнус ударил уверенный правый, но стал только пешкой небесной забавы.

Борец рогнулся, печать разошлась, и в тронную теру вцепилась напасть. Так мудрый гигант, что хотел всё спасти, сам вырыл дорогу в проклятый путь.

Он рушит свой самый во имя перемен. Меняется событий имена и плен. Где был спасение свет, там вырастет обман. И каждый новый выбор затянет новый план. А закарман гордый колдун. Смотрю, как легион превращается в тысячу струн из боли, мутации проклятых телес, где брат

становился ошибкой небес. Он поднял рубрику как меч над судьбой. Я вырву болезнь, я верну им покой.

Он верил, что воля сильнее богов, что разум пройдёт сквозь тепиаков. Ночь наблюдала изнеркал, и каждый их слог он заранее знал. Заклятье взлетело как буря и гром. На только спасение сменилось гробом. Доспехи остались, но души в песок, и пел забился в железный

замок. Тот должен был жить сталчанием, ну так дичь рассмеялся. Смотри, твори. Пусть трушатся пророчества, пусть бедлым станет путь. Ему важнее вечность. Каждый миг перевернуть. Не трон, ни власть, ни слава, лишь узор живой игры, где даже поражение станет искрой для зари.

Есть маг, что молил. Покажи мне грядущее. Дай видеть судьбы и тропы идущие. Я стану мудрее. Я страх одолю. Я тайны времён на ладони словлю. Дин, чему дал этот проклятый дар, открыл миллионы развилок икагар, где в каждом мгнове падений миров, где каждый ответ

порождался не снов. Он видел победы, что станут виной. Он видел пощаду в ведущую бой. Он видел, как друг превращается в нож. Как правда на утро становится ложь и разум трещал, будто тонкий витраж от всех вероятностей масок и краш. Он видел

всё сразу и рухнул во тьму, ведь будущее пожирало души ему. Зинч, ты даришь, но дар твой как яд. Ты лечишь огнём, где живые горят. Ты строишь мосты, чтоб сломать берега. Ты шепчешь врагу голосами врага.

Ты можешь предать даже собственный ход, чтоб снова вскипел непокорный исход. Ты хочешь ни власти, ни трона, ни славы, хочешь, чтоб мир никогда не был прав. И девушке тихой, уставшей от тьмы, он дал видеть суд сквозь покрова дерьмы. Она

захотела узрить, что внутри, где сердце левлёк, где небяснут огни. Зимчи ответил, бежала сын слома, смотри же на мир настоящим лицом. Ипала за беса и треснула дали, истина стала остречем сталь. Она увидала улыбки как клей и слова как ошейник на шеях людей, молитвы как сделки,

любовь как расчёты. Каждый святой оказался не тот. Везде лисимерие, гнили, обман, везде под глазами бездон и туман. Она закричала, но крики её стихли. Ведь ложь оказалась дыханием живых. И с этого дня под хрустальный смешок её разум сгорел, славно старый листок. Динь

читал ей правду и правдой убил, чтоб новый безумный узор раствёл и застыл. Изменяющий пути. Ты можешь спасение по нивели плести. Ты можешь проклятие назвать край содой. Ты можешь разбить мир одной запятой.

Повелитель причин. Ты сам себе враг, сам себе господин. Ты рушишь свой план, что планом цистит.

Ведь смысл перемен — бесконечно идти. Где мудрый становится вечно слепым, где тар превращается в цепина, там смен твои хрустальный извениц иди лжи.

Yeah.

Yeah.