Speaker A
Вы всё делаете не так. Превращаете хаос [музыка] в ремесло. Беретесь за дело даже в жёстких условиях.
Лекция о великих ошибках в науке: эфир, опыт Майкельсона–Морли, Максвелл, история астрономии и физики. Гости — Семихатов, Сурдин, Авдеев.
Key Takeaways
- Многие фундаментальные идеи физики, например эфир, были ошибочными, но вели к важным экспериментам
- Опыт Майкельсона–Морли стал ключевым шагом к пониманию постоянства скорости света
- Научные ошибки — естественная часть развития науки, а не провал
What the video covers
- Эфир как гипотетическая среда для распространения света и почему физики XIX века в него верили
- Споры Ньютона и Гюйгенса о природе света и опыты Юнга и Френеля, подтвердившие волновую природу
- Противоречия скорости света и упругости гипотетического эфира
- Аберрация света Брэдли как способ проверки увлечения эфира Землёй
- Опыт Майкельсона–Морли, показавший отсутствие эфирного ветра
- Роль Максвелла: уравнения, ток смещения и модель с шестерёнками
- Обсуждение научных ошибок как части развития науки и их ценности для обучения
- Примеры из астрономии: звёздная эволюция, Меркурий, Венера, космология и большой взрыв
- Чёрные дыры, горизонт событий и эффекты общей теории относительности
- Вывод: ошибки в науке ведут к открытиям, а великие учёные тоже ошибаются
Full Transcript — Download SRT & Markdown
Speaker A
Принимаете удар за всю команду на себя. И Альфа-Банк с вами. Вместе мы делаем всё не так и продолжаем.
Speaker A
Альфа-Банк — лучший банк [музыка] для бизнеса. Алексей, а мы уже в эфире. В эфире? В эфире.
Speaker A
Что это значит? Ну, эфир. Ну неужели ты не знаешь? Эфир — это ошибка. Нет, это среда, в которой распространяется свет. Так были уверены физики XIX века.
Speaker A
Ну и некоторые в XX, как ни странно. Некоторые ещё и в XX об этом думают.
Speaker A
Некоторые не физики, и в XXI. Слушай, эфир — это, конечно, ошибка. Никакого эфира нет, правда? И вообще в физике немало было ошибок.
Speaker A
Было много ошибок. Причём ошибки некоторые глубокие, некоторые задним числом кажутся: ну, так можно было не делать.
Speaker A
Некоторые поучительные, некоторые очень поучительные. Некоторые очень поучительные. Некоторые совершенно великие. Великие ошибки, да? Только великий человек может допустить великую ошибку.
Speaker A
Да. И у нас есть человек, который знает многое об ошибках в науке. Да. Да. Вячеслав Авдеев.
Speaker A
Вячеслав Авдеев. Иана. Здравствуй. Добро пожаловать. Спасибо. Слушай, расскажи нам, пожалуйста, об ошибках, которые тебе кажутся наиболее красивыми. Вообще мне такая мысль, что не стоит представлять развитие науки как такой вот единственно верный путь.
Speaker A
О, да, наш паровоз летит вперёд. Дададада. А ведь часто, когда мы смотрим какие-то учебники, да, в учебниках не часто, а всегда это было так: так, так, так. Эти бородатые мужики решили так, всё запомни, мальчик или девочка, и не дай бог тебе ошибиться,
Speaker A
потому что всё сформулировано таким образом. [откашливается] Значит, отбивает интерес к исследованию. На ЕГЭ никто не спросит про ошибки навычные. [смех] А, да-да, да, именно. Хотя вот действительно получается, что это такая карта: туда тыркнулись, попробовали, туда тыркнулись, попробовали. И эфир — это
Speaker A
отличный пример как раз вот такой ошибки, которая на момент, а, наверное, ну, скажем так, вот XV–XIX век, ну, никаких экспериментов против эфира фактически не было. Ну, то у медиков до сих пор эфир, ну, у медиков другое, другое, то есть
Speaker A
изначально, да, то есть свет — это либо частица, либо волна. Вот хороший пример. Ньютон считал, что свет — это какие-то частички, корпускулы. Христиан Гюйгенс наоборот утверждал, что свет имеет волновую природу.
Speaker A
У них дуэль была? Нет. Ой, мне кажется, вряд ли. Они же немножко в разное время жили.
Speaker A
Это вот, да, вот Тихо Браге, у него были дуэли. Вот без нас остался. Без [смех] нас остался. Так вот, в XIX веке у нас уже было довольно много опытов. И опыт Юнга, например, да, двухщелевой, и Френель показал, что всё-таки свет имеет волновую природу,
Speaker A
потому что он интерферирует. Да. И тёмное пятно в центре. Да. И волна в чём-то должна, нужна же среда для волны, соответственно, да? То есть если звук — он распространяется в воздухе, да, звуковые волны механические, ну, там тоже волна, то есть нужна
Speaker A
какая-то среда, а дальше проблема, потому что скорость света у нас очень большая. То есть чтобы в среде с такой скоростью распространялась волна, среда должна быть очень упругой, такой жёсткой. Давайте пример приведём. Воздух не очень упругий.
Speaker A
Скорость звука 330 м/с. Да, удобно, да, когда молнию смотришь. Как далеко — лучше, очень далеко, пока звук дойдёт. В воде она раз в пять больше, а по стали, по железяке, по металлу, она почти мгновенная. Всё это
Speaker A
звук. Да. Но свет-то ещё быстрее распространяется. Свет. Свет гораздо быстрее. Должна быть среда такая:
Speaker A
среда упругая, жёсткая. При этом не должно быть ни вязкости, ни трения. То есть мы такого вообще не представляем себе. Она должна всюду проникать каким-то образом. И в общем, довольно странная субстанция получается. А дальше что? А дальше у нас Максвелл
Speaker A
показал, что свет — это электромагнитные волны. Это значит, что у нас получается, что скорость света должна быть относительно чего-то.
Speaker A
Относительно чего? Ну, относительно, видимо, эфира. Ну, а чего же ещё? Да-да. А дальше как мы это можем проверить? Либо эфир увлекается вместе с Землёй, когда она вращается вокруг Солнца, тащит вместе, да? Либо нет. И если она не
Speaker A
тащит эфир, то что получается? То она летит сквозь эфирный ветер, то есть она летит в одну сторону, а эфир дует в другую. Да, эфир навстречу. И, соответственно, можно это проверить. Если бы она эфир увлекала, то у нас не было бы аберрации.
Speaker A
Вот когда мы, ну, если мы движемся навстречу источнику света, у нас на некоторый угол тело смещается.
Speaker A
А если мы идём под дождём, то надо наклонять зонт вперёд, да? А в данном случае, если мы смотрим на какие-то далёкие объекты, на звёзды, то они должны у нас немножко смещаться.
Speaker A
Если эфир увлекается вместе с нами, то никакой аберрации, очевидно, нету. Надо проверять.
Speaker A
А аберрация-то, в общем, она есть. Соответственно, английский астроном Брэдли открыл аберрацию света, да? Так, соответственно, что значит: мы относительно эфира, в общем, мы его за собой не тащим, а летим сквозь него. Поэтому можно
Speaker A
поставить эксперимент и посмотреть, есть ли разность в скоростях из-за эфирного ветра. Из-за эфирного ветра.
Speaker A
Ну, надо поставить эксперимент. Ну, тогда их поставили два парня уже: Майкельсон и Морли, восемьдесят седьмой год, тысяча восемьсот восемьдесят седьмой, ну, примерно, да. И они ведь хотели подтвердить, насколько я помню. Ну, конечно, все хотели подтвердить. Они не были противниками, они хотели
Speaker A
увидеть этот самый эффект и очень расстроились. Да. Что вообще-то, как бы его нет. Хорошо, что тогда не давали Нобелевских премий, а то им бы не дали, и они бы обиделись. Хотели получить Нобелевскую премию. Да, ну и всё. То есть получается, что вот этот
Speaker A
опыт доказал, что у нас нет эфирного ветра. А раньше мы ещё показали, что у нас, соответственно, эфир не увлекается с нами. И вот всё, что было потом, на мой взгляд, ну, это уже чисто какая-то игра. Тем не менее, я регулярно получаю
Speaker A
электронные письма от сторонников существования эфира. Они говорят: «Как у вас может электромагнитная волна распространяться, если она поперечная? Вы можете себе представить поперечную волну, распространяющуюся вне среды?» Это довольно забавно, потому что мы склонны наш опыт, слегка выходящий за
Speaker A
рамки житейского, распространять туда, где у нас на самом деле никакого настоящего опыта нету. И нам кажется, что там должно быть устроено: должны быть какие-то шестерёночки, которые кого-то толкают, должна быть среда, потому что мы знаем, что это распространяется в
Speaker A
среде. Кажется, Максвелл так и думал, интерпретируя своё уравнение, что там шестерёночки. А он интерпретировал, он ради шестерёночек, шестерёночки. Он написал работу про шестерёночки и гидродинамическую модель для демонстрации самому себе, что в уравнениях нет ошибки, потому что, когда он сформулировал первоначальную
Speaker A
версию уравнений без того, что сейчас называют током смещения, они оказались математически противоречивыми. И когда он ввёл ток смещения, тогда, то есть добавил дополнительное слагаемое, тогда появилось решение, которое распространяется со скоростью света, каковую он и вычислил. Но ему нужно было
Speaker A
убедить себя, что работа, которую он проделал, переформулируя в виде уравнений опытные данные, там закон Ампера, что-то, что Фарадей там напахал, что он не сделал ошибки.
Speaker A
Знаете, кто написал статью «Эфир» в энциклопедии «Британика»? Ну-ка, Максвелл. Классно. Большая статья. Эфир от Максвелла.
Speaker A
[музыка] Космонавты живут на самых высоких скоростях. Просто представьте: Международная космическая станция движется вокруг Земли со скоростью почти 8 км/с. Это около 27 000 км/ч, то есть примерно 16 кругосветных путешествий в сутки. Ну, то есть 16 раз облетает нашу планету.
Speaker A
Это не просто впечатляющая цифра. И именно такая скорость позволяет станции оставаться на орбите. Высокая скорость важна не только для космоса, но и для земных технологий.
Speaker A
Например, она помогает нам общаться с людьми за 1000 км так, как будто они рядом.
Speaker A
Причём важна не только скорость обработки данных, но и скорость, с которой они доходят до нас. Чем больше задач мы решаем с помощью цифровых технологий, тем заметнее становится разница между просто работающим интернетом и действительно быстрым.
Speaker A
Поэтому развитие сетей связи - это не просто гонка за цифрами, а возможность пользоваться цифровыми сервисами на новом уровне.
Speaker A
МТС как лидер технологий понимает это, поэтому постоянно развивает сеть, расширяет зону покрытия и активно внедряет новые технологии. Оператор, первый и единственный в России, открыл абонентам доступ к мобильному интернету 5G со скоростью до 1лутора гигабит в секунду в пяти городах, а также запустил
Speaker A
5G на действующих частотах LTE в двадцатидвух городах со скоростью до 300 Мбит в секунду. Для пользователей это означает доступ к самому быстрому интернету и отличному качеству связи.
Speaker A
Гигабитные скорости в мобильной сети - это серьёзный технологический рубеж. В определённых условиях они позволяют передавать данные быстрее, чем при использовании домашнего интернета. Если ваш смартфон поддерживает 5G и вы находитесь в зоне покрытия этой сети, будучи абонентом МТС, вы можете одним из
Speaker A
первых воспользоваться интернетом нового поколения. Для этого подключайте уже 5G от МТС. Услуга открывает доступ к 5G со скоростью до 1луто гигабит в секунду в зонах покрытия, ускоряет интернет в сети 4G и включает ещё 50 ГБ мобильного интернета. чтобы хватило на все
Speaker A
возможности высоких скоростей. Все подробности по ссылке в описании. Ну, Дмитрий Иванович Менделеев его всё время цитируют как человек. Ну, как же Дмитрий Иванович Менделеев говорил: "Без эфира". Типа я вольно цитирую: "Без эфира никуда. Эфир лежит в основе всего". И Дмитрий Иванович, который ещё
Speaker A
в издании химии 1905 года не был до конца уверен в существовании атомов. Для него это потрясающая ирония такая.
Speaker A
Человек, открывший периодическую таблицу, не мыслил об атомах как о реальных существах. Ну как так, как мы мыслим сейчас. Мы знаем, что есть ядро, и вокруг него там довольно сложным образом существует существует электроде, да, да, не было ничего. Вот. Но
Speaker A
периодическая таблица для него была как руководство для химии. Но существование атомов как там же была такая история, там была, понимаешь, там была такая наоборот попытка предохранить себя, ээ такую гарантию получить лёгкую страховочку получить от улизания в ненаблюдаемое. Мах был
Speaker A
против, э, атомов, он же был против абсолютного пространства. Потому что говорит, оно ненаблюдаемое, то самое, который эфир, и заодно против атома, потому что их, в принципе, нельзя не видеть. И, в принципе, нельзя увидеть от того, что в наших химических формулах
Speaker A
подсчёт атомов помогает создать химический баланс, отсюда не должно было следовать, с его точки зрения, что они существуют как физические сущности.
Speaker A
Но если Мендереев говорил о существовании эфира, то создав таблицу имени самого себя, он должен был там место для эфира где-то найти.
Speaker A
Это вообще интересная история. Да, так у него было место и не только для эфира.
Speaker A
То есть там на самом деле история какая у нас представим ситуацию, да, середины X века Гиргов Бунзон спектральный анализ. То есть мы можем впервые, да, не проводя опыты с какими-то телами, ээ узнать их химический состав, посмотреть, да. И вот у нас в 1868
Speaker A
году солнечное затмение и в спектре солнца замечать линию на 588 нам. То есть это жёлтая линия. Сначала там не понимали, что это такое. Вот вроде в лаборатории нет вот именно таких близких линий. И в итоге посчитали, что на
Speaker A
солнце, видимо, есть химический элемент, который мы на Земле тогда его не знали. И в честь Гелиуса его назвали гелей. Так вот, через год примерно тоже затмение солнца и тоже в спектре солнечной короны замечают ещё одну линию, которой нету на
Speaker A
Земле. Это 530 на нтро была зелёная линия. Логика какая? Ну вот, значит, есть жёлтая линия, это гелий, есть зелёная линия в короне найдена.
Speaker A
В короне, как назовём? Короне. Короне. Всё верно. Вот. И, соответственно, у нас появился новый химический элемент. Почему мы не видим его на Земле? Ну, видимо, потому что он очень лёгкий. О, с Земли он весь улетел в космос, да, а на солнце вот он
Speaker A
во внешней короне и сла его немножко есть, и поэтому он там наблюдается, потому что солнце очень массивно и всё-таки к себе гораздо лучше притягивает, чем к земле. Земля интересно, что примерно в это же время в спектре даже конкретно известно
Speaker A
туманности, это кошачий глаз, нашли двойную линию голубую, там, по-моему, 450 и нет. Сейчас точно не помню метраж, условно нанометраж. Ну, в общем, двойная линия, которую назвали, ну, как есть, значит, Гелиос гелей, корона короней, это туманность. Небла, то есть
Speaker A
Небила, небла, то есть не були, даже не булий. Не булий. А Менделеев при этом что делал?
Speaker A
Менделеев, у него как раз в 905 году, по-моему, вышла статья, вот эта попытка понимания мирового эфира. Вот. И он так считал, что хорошо, вот эти все странные элементы, их надо как-то в периодической системе своей разместить, и он выделяет
Speaker A
под них нулевую группу, то есть то, что до водорода. И что интересно, короний у него не был самым лёгким элементом. Он посчитал, что должен быть элемент ещё легче, чем короней. Назвал он его Ньютони. И вот он считал это Ньютоний
Speaker A
основы эфира. Причём он даже пытался оценить массу этих элементов. То есть с короним он как-то делал, если я сейчас помню, там была какая-то хитрая схема. Он, значит, смотрел, ээ, сначала в соседних периодах отличия ээ по массе атомный элементов с
Speaker A
похожими свойствами, сдвигал всё это, значит, по группам и в итоге экстраполировал на ноль. И говорит, что, видимо, короний по массе атомной относится к гелию как число 4: де, то есть это где-то 0,4 получалось у него по водороду атомная масса. А, то есть это что-то
Speaker A
легче водорода. Легче водорода. А с Ньютонинием было вообще интересно. Он говорит, что Ньютони - это эфир. Он не должен вообще никак соприкасаться с телами. Он должен везде распространяться. Поэтому мы считаем примерно вто вторую космическую скорость. Ну, то есть считаем, какая
Speaker A
должна быть масса, чтобы ни тяготения ни Земли там, ни Юпитера, ни Солнца не могло этот элемент удержать. И у него Солнце-то удержало.
Speaker A
Не тони нет, это коро не удержало, а не тони нет. дамир мас по водороду та самая основа для эфира сейчас это нейтрина выражает современным языком ну что бы делал Менделеев если бы ещё тёмное вещество нашли дакмта и куда бы
Speaker A
оно слушайте а вот что интересно во времена Менделеева все химические элементы имели исторические названия латинские там потом и русские тоже но по именам учёных ни одного элемента началось с даром штате с нет нет было врем Да нет, уже был Германии.
Speaker A
Ну это странно. Это странно. Да. Да. По странам было Рутени в честь России, правильно я понимаю?
Speaker A
Рутериний при Менделееве было. Ру не при Менделееве, но рутени в честь России назван. Нет, да, я помню, что 115 теперь назван честь Москвы.
Speaker A
Теперь же всякие бории там и так далее. Но Ньютони был первый предложенный как имя человека. Да.
Speaker A
Очень красиво. Очень красиво. И Дмитрий Иванович не знал, что получит один из, не помню какой элемент какого номера получит Менделеевий.
Speaker A
И сам Менделеевий. Вот. А самый большой сейчас, по-моему, 118 полученный по массе Аганесон в честь академика. Как это заблуждение рассеялось? Чем оказались коронии, небули?
Speaker A
Ага. Ну, всё оказалось интересно. Дело в том, что это уже, по-моему, в сороковые годы стало понятно, что же на самом деле.
Speaker A
Да. Дада. 1900. Мне ещё стали лет назад. Ну да, но не знаю, сейчас всё-таки наука быстро развивается относительно. А дело вот в чём? Дело в том, что а это были вполне земные элементы, то есть не були это дважды ионизированный кислород
Speaker A
оказался, то есть оторва, да? Короний это, по-моему, очень многократно, то ли тринадцати, то есть очень много-много у железа оторвали электронов. Больше десяти, то ли 12, то ли 13, я сейчас точно не вспомню. Дело в том, что вот эти переходы, они относились к так
Speaker A
называемым запрещённым переходом. Дадада. Который переход электронов, который эту линию в спектре даёт, а он, скажем так, очень маловероятен. И поэтому просто электрон будет сидеть вот в этом месте, не спускаясь.
Speaker A
То, что запрещёнными линиями это запрещённая линия. Они запрещены в лаборатории, да? Мы их не можем получить такую низкую плотность.
Speaker A
Угу. Чтобы ничто этот несчастный атом не задело. И не, скажем, чтобы он сам сделал этот самый переход.
Speaker A
А в космосе это возможно? А в космосе у нас гораздо в короне, во внешней солнечной короне у нас плотности гораздо ниже и в туманностях ещё ниже. Поэтому вот там эти линии возможны. А на Земле, ну, кстати, насколько я помню, кроме того, о чём мы
Speaker A
сказали, был же ещё геокороний. А, да. А это то, что как раз наблюдалось во вральных там всяких вот этих вот эффектах, то есть в полярных сияниях, где у нас на высоте тоже атмосфера разреженая и там тоже есть азот и
Speaker A
кислород свет в запрещённых. Не всё тот элемент, что светится. Оказалось, да, оказалось, что мы не просто можем химию узнать, не трогая, но ещё и условия, в которых это находится, благодаря вот специальным анализам.
Speaker A
Замечательное заблуждение. Но других-то, наверное, и не было заблуждений в истории физики. А, ну как мне кажется, были.
Speaker A
Физика она же волна заблуждений. Волна заблуждений. Это же вот это вот, скажем так, поле боя, где разум пытается пробиться через загадки. Ну, можно так представить. Аналогия задни задним числом всё легко.
Speaker A
Слушайте, не каждое заблуждение заблуждение. Вот теплород, помнишь, представляли себе перетекание тепла как некую жидкость, которая из тёплого, которая больше в тёплых вещах.
Speaker A
Ну ведь красивая иде, да. Более того, объясняли тепловое расширение тел таким образом, что рас её много его её распирали, то есть постулировали кое-что, постулировали их отталкивание и постулировали ещё удивительную вещь. Постуливали, что количество теплорода во Вселенной константа.
Speaker A
Откуда через стекло? А это потом нарушилось, когда по-настоящему сформулирова первый закон термодинамики. Но, э, получение теплоты из механического движения было продемонстрировано где-то там в 1700, условно второ году. А Садик Арно, великий человек, который заложил историю про энтропию, на самом деле рассуждал в
Speaker A
терминах теплорода. И в чём история? часть уравнений, например, часть уравнений теплопроводности получаются в некоторых условиях получаются правильные уравнения из гипотезы о теплороде. Не во всех случаях, но кое-что эта идея оказывается математически также также описывается.
Speaker A
Да, некоторы Сейчас мы знаем, что есть доказательства, что это не так, но в ряде случаев это работает, да.
Speaker A
А я помню, как впервые догадались, что механическая энергия переходит в тепло. Помните? Вот я это я это я этот кейс я этот кейс имел в виду при сверлении стволов яд ядом сверлили нет нет яд стволы в пушках стволы в
Speaker A
пушках там такой такая работа огромная что пушка нагревается сегодня а где взять теплород да сегодня каждый кто сверлит стенку бетонную потом [откашливается] и берётся за сверло понимает что это не теплород часть денег которые он потратил на электричество выделилась в виде тепла из
Speaker A
этого сверла совершенно не нужно Ну, тут ещё из ошибок можно вспомнить, наверное, первую попытку объяснить тяготение.
Speaker A
Как это? Гравитация лисажа, да? То есть что значит объяснить тяготение? Дело в том, что у нас есть закон тяготения.
Speaker A
А как оно работает? То есть мы знаем, что тела притягиваются пропорционально массе, обратно пропорционально квадрату расстояния. Но а почему?
Speaker A
Да никто не знает почему. Никто не знает почему. Ну не знали. Сейчас, сейчас мы понимаем хотя бы.
Speaker A
Спасибо Инштейну. А тогда знали, да? Почему нет? Но как бы не сам Ньютон говорил, что я гипотез не измышляю. То есть я не знаю почему. Это действительно странно, что в абсолютной пустоте одно тело может воздействовать на другое. Ну вот так
Speaker A
есть, так мы видим, да. И кто-ни у нас шёл объяснение это, ну, скажем так, да. То есть у Нитона был друг математик Николас Фатю, и он в своё время предположил, что, а, давайте представим такую ситуацию, что со всех
Speaker A
сторон на тела падают откуда-то какие-то вот маленькие частички, частицы. эфира карпускулы. Ну вот это он про эфир-то не говорил, что падают карпускулы. Вот одно тело на него со всех сторон, значит, бьются эти несчастные карпусколы и всё-таки уравновешивают свои удары, да,
Speaker A
да. А если мы поставим вот рядом другое тело поставим поставим, они экранировать друг друга будут, да? То есть получается, что со всех сторон падает, а вот с этих сторон, давай вот так поставим.
Speaker A
Давай. Получается, как бы здесь тень, они экранируют часть частиц, отсюда падают, а оттуда не могут.
Speaker A
Получается, здесь давление больше, а здесь давление меньше. И они и они притягиваются. Тогда гравитационное тягатель притяжения должно быть пропорционально сечению, а не массе.
Speaker A
На больших расстояниях это примерно так и есть. А нет, ну как ты ты быстро поставишь эксперимент с предположениями о плотности или нужно было делать поправки, что они поду каким-то таким специальным образом, что чувствуют не сечение, а скорее плотность. Вот как раз
Speaker A
поправки. Поправки делал уже Лисаш. Он через 50 лет, причём вроде бы сначала он про работы Фатио не знал.
Speaker A
А Лисаж - это кто? А Луили Лиса Саш. Он типа французский математик. Французский математик, да.
Speaker A
Ну да. А у него была, во-первых, какая идея? Фигуры или сожу? Не его фигуры. Нет, мне кажется, нет.
Speaker A
Нет. А солнграфа-то не было. [смех] Хорошо. Отлично. А значит, во-первых, что он сделал? Он сказал, что только часть этих частиц, причём особым образом надо выбрать, какая именно, будет взаимодействовать а с телом, а все остальные будут проходить насквозь. То
Speaker A
есть все тела у нас внутри, по-хорошему полые, ну пустые. Очень много пустоты в теле, полупроницаемые, скажем, вот очень полупрозрачно.
Speaker A
Так опять опять нейтрины прямо напрашиваются. Задним числом так легко приписать к чему угодно, что угодно, делая ложные атрибуции. Так что и дальше поехали, да? И дальше он сделал ещё такую вещь.
Speaker A
То есть у него, чтобы всё хорошо сходилось, получалось, что те, а, частицы, которые падают под прямым углом, они должны неупруго ээ то есть они не отражаются, они как бы условно говоря, вот пере застревают там.
Speaker A
А если тело падает под вернее, карпускула это несчастно, под большим углом, то улетает, то а это будет упругое столкновение.
Speaker A
Причём, да, это было красивое слово ультрамунтальные карпуского он их называл прямо вот что они летят откуда-то, ну, тогда не было слова из другой вселенной, в общем. за пределами видимости откуда-то. И что интересно, отношение вот э к эфиру многие же были
Speaker A
сторонниками, потому что как ещё это объяснить? И в данном случае, то есть очень многие учёные ээ довольно позитивно относились к Лисажу. То есть Алисаж когда работал, это какие он обратный квадрат из этого вывел? У него он вывел, то есть наделав кучу
Speaker A
предположений, он вывел он вывел, да, подогнал. Он он показал, что можно сделать такие предположения. Пусть не очень, вряд ли, едва ли очень естественные, ну, прямо скажем, но можно получить обратные квадраты.
Speaker A
Ну, естественно, то есть очень естественное, когда это было X век, XV век, это XV век, потому что а потом в XIX как раз его проверяли.
Speaker A
Э, ну, на самом деле вот Эйлер как говорил сначала, что это замечательная вообще такая вот идея, а потом, по-моему, он высказывался, что, э, лучше вообще не думайте о природе гравитации, чем объяснять её таким способом.
Speaker A
Ты сказал, да, по-моему, я прекрасно. превосховос великий человек видно сразу он вернулся к Ньютону вернулся. А лорд Кельвин, например, вот читал так, что раз э попадают частицы и сталкиваются неупруго, значит они как-то передают эту энергию телу. И может быть
Speaker A
это влияет на какие-то колебания там, ну тогда не говорили ещё отом, да, ну, в общем, как-то меняет внутреннюю энергию тела, с которым взаимодействует.
Speaker A
А, а теперь послушайте продолжение этой истории. В конце X, начале XX века в Москве работал инженер Ярковский, поляк происхождения. Ну такой русевший поля.
Speaker A
И он тоже был сторонник теории Сира и теории гравитации, основанный вот на этом эффекте взаимного столкновения между частицами. То есть был такой классический физик.
Speaker A
Он был инженер. Он работал главным инженером Санкт-Петербургской, ну вот этой Императорской железной дороги Москва-Санк-Петербург. То есть нормальный инженер был, но заблуждался в смысле физики. И он предсказал, что если эти частикой железной дороги, тогда она император императорская, по-моему, может
Speaker A
николаевская, я не помню. А частицы, если застревают, они нагревают тело, в которое попадают, и потом должны оттуда улетать. И он предсказал такой эффект.
Speaker A
Если это солнце, от него летят эти частицы и планета летает вокруг солнца, то они там должны стревать, а потом с тёплой стороны планеты, там же, где они её нагрели, улетать, значит, планета должна реакцию какую-то ощущать за счёт этого дела.
Speaker A
Они улетают в другом из-за поворота, из-за из-за вращения планеты они улетают в другую сторону, чем та сторона, откуда они прилетают.
Speaker A
Он этот эффект описал. в своих книжках, между прочим, на пяти языках: русский, английский, немецкий, польский и французский.
Speaker A
Правильно сделал. У нас теперь эффект ярковского существует. Вот и никто. И все забыли про этот эффект. В конце восьмидесятых годов прошлого XX века мы обнаружили, что спутники вокруг Земли летают немножко не по расчётам. И вспомнили вспомнили про этот эффект Ирковского. И сейчас он
Speaker A
работает на полную катушку, потому что на самом деле это просто свет нагревает обычные фотоны. Но реакция потом с тёплой стороны инфракрасного излуча поворачивается, да, и астероиды, и спутники. Удивительное дело, как ошибка потащила за собой хороший прогноз.
Speaker A
Ну это, понимаешь, это это означает, что не так важны какие частицы для этого эффекта. То есть вот у тебя правильные уравнение да интуиция ну например да, интуиция - это верно. У Сахарова, например, был холодный большой взрыв, а не горячий. В это время он написал
Speaker A
работу очень важную, но про то, что сейчас называют сахаровский осцилляцией. Но это было в год, когда Уилсон и Пензиос открыли реликтовые излучения и идея конкурировали равным образом идея горячего и холодного большого взрыва. То есть как холодный взрыв может быть? Не,
Speaker A
не знаю. Ну ладно. Старт. Обещаю, обещаю поинтересоваться. Обещаю обещаю поинтересоваться. Да. Но, кстати, но, кстати, слово взрыв не должно это никого вводить в заблуждение.
Speaker A
Ну вводят, но вводят, вводят с умпомрачительной частотой. Ничего поделать нельзя. Как только человек слышит взрыв, он говорит: "Во-первых, откуда? Во-вторых, куда всё разлетелось? И третьей, если у вас всё взорвалось, как у вас хоть что-нибудь потом могло образоваться?" Где он случился? Да где он конкретно,
Speaker A
да? Где он произошёл? Кстати, каждый лайк и комментарий и подписка приближают выход новых видео на канале Вселенная плюс. Так что, если вам нравится, вы знаете, что можно сделать прямо сейчас.
Speaker A
Какие ещё заблуждения, а ты помнишь в истории физики? Я в истории астрономии могу вспомнить некоторые заблуждения.
Speaker A
О, самое, по-моему, красивое это когда порят две альтернативных гипотеза, а выигрывает третья неожиданная. Есть такая, если вы помните, такая диаграмма Герц Шпангарассела. Это когда мы наблюдаем звёздочку, измеряем мощность её излучения и температуру поверхности.
Speaker A
Больше ничего не можем измерить. Звёздочка далеко. И мы строим диаграмму. Мощность излучения, светимость звёзды, температура поверхность.
Speaker A
Ну, светимость невидимая, а истинная. Ну, истинная, конечно, рассчитываем, да, мощность излучения. Светимость - это и есть у нас.
Speaker A
А это есть у вас блеск звезды. Блеск - это то, что я вижу. И там, оказывается, все звёзды почти вытянуты в такую диагональную последовательность. А главная последовательность расположение звёзд.
Speaker A
То есть ты говоришь, что не бывает звезды вот такого-то цвета све которая светила бы вот с такой мощности.
Speaker A
Мощность, которой, да, бывает, но очень свет, мощность, которой светит звезда, сильно коррелирована несколькими трендами с её цветом.
Speaker A
Это надо было объяснить. и объяснили внизу слабосветящиеся холодные звёздочки маленькие, ну, меньше нашего солнца, да, с массой там в пять раз меньше. И потом дальше, дальше, дальше масса звёзд нарастает. То есть наверху главной последовательности массивные звёзды, внизу маленький. Вопрос: а как эволюция
Speaker A
происходит? Что-то меняется в жизни звезды? Первая теория была такая: звезда рождается массивной и светит ярко и горячая. Но она же в виде света теряет массу свою. Свет уносит, энергию уносит массу. И звезда худеет, худеет, худеет, худеет. По главной последовательности
Speaker A
уходит туда вниз, похудев. Потом пришли другие учёные, Хойл, например, английский. Фредйл говорит: "Ну как же?
Speaker A
Звёзды же не в вакууме летают, они пролетают через облака газами. Звёзд кушают, акреция происходит, и они рождаются маленькими, а потом больше, больше набирают, набирают массу и туда.
Speaker A
И вот было два лагеря астрофизиков. Одни говорят: "Нет, по главной последовательности вниз идёт эволюция".
Speaker A
Другие говорят: "Нет, по главной последовательности вверх". Наступила эпоха компьютерных расчётов, стали делать внутреннее строение звезды, моделировать. И, оказалось, звёзды не туда, ни сюда, а в бок уходят с возрастом, живут, живут в каком-то месте главной последовательности, а потом начинают толстеть, стареть, как это
Speaker A
обычно бывает, и у людей, и у звёзд. И они уходят в бок, в красные гиганты, а потом сбрасывают оболочку и опять же в бок, пересекая главную последовательность белый карты.
Speaker A
То есть звезда путешествует по главной последовательности, но чуть-чуть. Ну, например, Молодое солнце и нынешнее солнце, это, если я правильно понимаю, поправь меня, всё-таки путешествие по главной последовательности, ну, совсем чуть-чуть, ну, маленькое это не вот так, не вот это
Speaker A
не с таким вот размам чуть-чуть как бы, да, просто перемещается. Проиграли оба лагеря. Да, ну не обидно, значит, было не так обидно да?
Speaker A
Фамилия прозвучала Фред Хойл. Вот. А ведь хорошо заблуждался, да, этот известный товарищ, хотя человек великий, он резонанс трёх альфа-резонанс солнце и откуда углерод берётся, да. Но тем не менее у него тоже была очень красивая э ошибка, просто потрясающая. Эн пытался придумать
Speaker A
альтернативу большого взрыва. Вот чем ему не нравился большой. А вот в чём проблема. То есть а не он ли придумал этот термин? Добан он придумал. Причём это же был как бы скорее ну шутка. Этост, да? Это же небольшой взрыв, как большой
Speaker A
бубух. Вот что-то такое. Биг бнг. То есть это не биг explлоion, как что у вас там большой баг должен был произойти, что ли, если вы такое говорите, да. А и что он предложил?
Speaker A
Так идея вот такая. Дело в том, что у нас Да, понятно, начало века, там X5 год тере относительности решение её дают вселенную нестационарную как не пытаясь относить Эйнштейн пытался, да, лямдачлен вводить, но оказалось, что и он тут не сильно
Speaker A
помогает, поэтому вот плюс у нас двадцать девятый год Эдвин Хабл ээ выпускает работу, где он замеряет скорости галактик доплеровские.
Speaker A
чемка дальше в основном, тем больше у неё смещены линии в Красную область. То есть, грубо говоря, чем дальше от нас галактика, тем она [смех] вселенная расширяется, да, вселенная расширяется. И вот тогда как раз пошли вот эти все идеи, что,
Speaker A
видимо, была у нас какая-то стадия, когда вселенная была очень компактная. Тут, соответственно, Гамов и Альфер, они вот ээ делают работу с которая вроде бы показывает, как у нас хорошо синтезируется водород и гелий, но дальше были проблемы. То есть, во-первых,
Speaker A
напомните про работу Гамова и Альфера рассказать потом. Потом, да. А вообще самое противное, что если вселенная расширяется, а раньше была компактная, значит, было начало. Как представить себя начало селя, что было до него? Воще не хочется. Эйнштейн, например, он был очень долгое время
Speaker A
сторонником именно такой статичной вселенно. Правильно. пытался её спасти. И то есть в чём была проблема? Главное, что сначала у Хабло всё-таки, да, они увидели этот тренд, но скорости галактика определили неверно. У них слишком быстро галактики разлетались. И если всё это назад во времени так
Speaker A
аккуратненько посчитать, то получалось, что вселенной 2 млрд лет всего. А уже знали, что камни, да, уже геоло геологи, они в своё время боролись там с источником энергии звёзд, как раз показывая, что не хватает ни грационного сжатия там, ничего такого.
Speaker A
Э-э, вот здесь то же самое, что на Земле больше 4 млрд лет. Какие 2 млрд? Вы о чём? А ещё была проблема, ну, какого рода, что опять же можно водородгили посчитать, а откуда там всё остальное взялось. Тоже непонятно. Поэтому тогда
Speaker A
большой взрыв был не то, что сейчас большой взрыв, это была, да, это была как бы хорошая идея, но было много у неё слабых мест, как бы пока не донаблюдали мы достаточно всего ээ вот пока не появились новые данные. И тут пришёл
Speaker A
Хол. Хо. Хол. Причём там был Хойл, Бонди и, по-моему, кто-то третий, то ли гол.
Speaker A
Голд, да. У них, значит, была такая замечательная идея, что, ребята, а давайте представим ситуацию, что наша вселенная всё-таки статичная. Зачем нам это начало её нужно?
Speaker A
Как это статично? Она же расширяется. Хабл показал, что расширяется. Она Да, она расширяется. Я хотела сказать стационарная.
Speaker A
Стационарная, да, возможно. То есть все галактики разлетаются. Ну и бог с ними. Мы это видим. Но если представить, что в одном кубическом километре каждый год рождается по одному протону, одному электрону, то, в принципе, в принципе, а средняя плотность вселенной, несмотря на
Speaker A
это расширение, будет постоянно, то есть на место уходящего вещества нарождается новое. Но нарождается новое.
Speaker A
Откуда оно берётся? А вот это уже сначала у них была просто идея, попозже они это посчитали. То есть они придумали это так называемое C поле, то есть creation field, поле творения.
Speaker A
Угу. которая и создаёт вот эти самые частицы. У них какая-то была интересная идея, что это поле, во-первых, должно обладать отрицательной плотностью энергии.
Speaker A
Как мило. Вот отрица Да, да, да. То есть это анти антимасса отрицательным давлением. Это мы знаем. Другое вот это нормально, да. И при этом оно должно, взаимодействуя как-то с веществом, порождать вот эти вот самые новые частицы. Очень немного. Но тогда у
Speaker A
нас закон сохранения энергии вроде бы не нарушался. Ну то есть мы из этой ямы что делается больше? что растёт, когда из него что-то вынимаешь. Яма. Э, из этой ямы с отрицательным мы переводим каким-то образом что-то в положительное. Яма
Speaker A
углубляется, а мы здесь получаем нечто, но при этом, видимо, отрицательное давление компенсирует уж не знаю что. И в смысле, чтобы она, чтобы это сиполе, оно что тоже должно гравитировать. Вот в чём дело. Да, с ним такая наверняка была, я не знаю детали, но проблемка.
Speaker A
Наверняка гравитирует само сиполь. И возможно вот эти вот тонкие настройки для того, чтобы его его гравитация не сказывалась.
Speaker A
Тем тем более, что там потом были разновидности. Они предлагали, что всё-таки не совсем оно однородное, где-то есть пузыри этого се поля, то есть там много дальше пошло вариаций.
Speaker A
Ну, как и у Лиса же тоже там вот должно быть такое падение, так, а ское падение, так вот, а вот в итоге в этот время эти две ээ идеи конкурировали, а дальше случилось что даже ещё до открытия реликтового фона, я так понимаю, то есть
Speaker A
было видно, что всё-таки когда мы смотрим на во времени, у нас гораздо больше радиоисточников каких-то активных там квазаров, чем наблюдается сейчас.
Speaker A
молодая вселенная, более молодая, да, прошлое [смех] было похо идея была, что прошлое и сейчас оно всегда одинаковое, потому что это должно друг другу компенсировать. А в реальности получалось, что нет, что всё-таки как на большом расстоянии более молодая вселенная выглядит иначе, чем сейчас.
Speaker A
Это было первое. А второе, ну, когда реликтовый фон всё-таки у нас открыли, то тут уж стало понятно, что нет, что такого никак не может быть в идее Хойла.
Speaker A
Хотя идея была очень классная. Реликтовый фон - это излучение, родившееся в момент большого взрыва.
Speaker A
Нет, нет. Нет, а это не то. Это когда уже прошло 3800 лет, да, газ остыл, рекомбинация, то есть протоны с электронами становится мир прозрачные.
Speaker A
Вот излучение выходят вот этот момент. Ну, ну почти, да, 380.000 лет там миллиарда, но всё-таки не совсем. А вот и вот этот момент, да, был виден. А у Хойла такой, ну, никак не могло быть.
Speaker A
Короткую байку рассказываю, которую обещал. Э, Гамов и Альфер, а, написали эту статью и заметили вот, о которых мы только что упомянули. И за Гамов - это Джордж, он же Георгий. Гамов, вот в Ландау, с Ландау в Харькове работал. И
Speaker A
Гамов как гамма, Альфер как альфа. Тем более у него фамилии пишет через PH. И они попросили Ханса Бета стать их соавтором для того, чтобы авторы статьи были как альфа, бета, гамма. Эту статью так и называют альфа, бета, гамма. А, и дальше история разные
Speaker A
действующие лицё немножко по-разному рассказывают, но в общем я вынес так поправьте меня такое общение, что бета сказал, что я к этому никакого отношения не имею. Они сказали: "Какая разница?" После этого он втянулся, статью опубликовали, он стал заниматься этим
Speaker A
вопросом. А поскольку был человек очень незаурядный, то а он как-то вовлёкся в эту тему и чего-то чего-то там сделал.
Speaker A
Но вышла статья альфа, бета, гамма. Весёлая наука у них была в то, да? Весело, да. У меня ээ одно время даже в Москве, правда, уже довольно давно было трое физиков-теоретиков с именами Чехов, Толстой и Некрасов. А друзья просто ходили вокруг них и
Speaker A
говорили: "Ну, найдите тему, на которой вы можете написать статью втроём". Нет, и это уже и по всему видно, что уже не сложится.
Speaker A
Вернёмся к Хойлу. Всё-таки великий был астрофизик. Великий. Он много интересного сделал, но тут он пролетел.
Speaker A
Да, тут он пролетел. Ну как всё-таки идея-то такая, что нечто подобное, ну как нет у нас, конечно, нет отрицательной массы, но с отрицательным давлением всё-таки у нас мы кое что-то наблюдаем.
Speaker A
Ты знаешь, был один человек, который мог помочь Хоилу. Я не знаю, были ли они знакомы, но оба жили в Европе. Хол просто в Англии жил, да? А в Швейцарии получал образование молодой Фрицвикки, который потом переехал перед Второй мировой войной в Штаты и стал там
Speaker A
великим астрономом. Так у Цвики была какая идея? Вселенная не расширяе. Как же не расширяется? А доплеровская смеще А кто вам сказал, что это доплервская?
Speaker A
Вы видите далёкие галактики и видите, что приходящие оттуда фотоны становятся краснее, смещаются в красную сторону спектра. Так они могут быть просто постаревшими фотонами. То есть они с чем-то взаимодействуют по пути, да? Они летят и отдают кому-то свою энергию. Летят, и пока долетят до нас,
Speaker A
уже они из голубых становятся красными. Вот вам и красное смещение. А никакого расширения, никакого улёта от нас, тех далёких объектов, мы не наблюдаем. Он вообще был креативный человек, между прочим, у него несколько десятков патентов на разработку новых реактивных
Speaker A
двигателей. Ого. У ЦВики. Да, ну я правильно понимаю, что он при этом собачился примерно со всеми. Он страшный у него был характер. Он со всеми ругался, потому что всегда считал себя правым.
Speaker A
А, ну, но многие его идеи, например, идея о тёмном Дакмет тёмном веществе, это так это его идея первая. Никто всерьёз не воспринимал.
Speaker A
В конце тридцатых годов эту идею. Тридца Вера Рубин тоже говорила. О, когда это было, да?
Speaker A
А он первым про тёмное вещество сказал и так далее. Очень сильно. А вопрос, тёмное вещество не окажется, тёмная материя не окажется ошибкой, как эфир?
Speaker A
А, похоже, что нет. Сразу ска очень много фактов не связаных друг с другом и в области космологии, в области взаимодействия галактикой, в области взаимодействия звёзд внутри галактики.
Speaker A
Тёмная материя вылезает. Мне кажется, ключевым местом является вот просто истории, которой мы сейчас за говорили, количество подгонок, которые нужно делать. Почему-то хорошие теории, которые приживаются, побеждают в конкурентной борьбе, устроены так, что там минимальное количество предположений, пусть совершенно диких,
Speaker A
как, не знаю, там, как в квантомеханика, как общей теория относительности, что-то ещё, но если минимальное количество предположений без подгонок объясняет большое количество фактов, это, собственно, эти идеи становятся нашими идеями.
Speaker A
Да, да, да. А когда нам нужно, да, вы знаете, ну вот если они так по А ещё вот это нужно, да, вот это не получается.
Speaker A
Давайте ещё вот это предположим. Если каждый раз нам нужно латать, поэтому про тёмную материю мой главный вопрос, э, действительно ли, э не требуется подгонки чего-то? Не требуется.
Speaker A
Ну, альтернатива-то была, то есть и даже как бы сейчас есть неозновнская механика да она не всё объясняет, а наличие тёмной материи объясняет широкий. Слушай, у меня вот какой вопрос. А заблуждения, они характерны для физиков среднего, ну, про низкий уровень я не
Speaker A
говорю, это не то, среднего уровня. И никогда не бывают у физиков высо Ну вот, например, у великого Ньютона не было заблуждений. Он говорил: "Гипотез не измышляю". И этим самым гарантировал себя просто был осторожный.
Speaker A
Осторо. Вот. А люди его уровня, помните классификацию Ландау? Он же ввёл классификацию гениальности учёных. Сам он себя на второй уровень помещал, а на первом уровне у него было два человека.
Speaker A
Ньютон и Нуштейн, я полагаю, да, у Ньютона заблуждений не было. Вероятно, у Эйнштейна тоже не было.
Speaker A
Уйнштейна было довольно много. Ну, прямо много. У Великого Эйнштейна, ну что, да, достижений достижения обалденские, но и заблуждения. А только что мы говорили про стационарную серу из из того, от чего, например, он сам эказался. Это принцип маха. Ему в момент
Speaker A
формирования общей теории относительности, ну, когда он над ней думал, нужны были какие-то руководящие идеи. И уже упомянуты мной Мах, который очень активно он был против атомов и заодно против абсолютного пространства.
Speaker A
И Эйнштейну эта идея импонировала, естественно. А Мах шёл дальше. Он говорил что австрийский хизик великий. Энсмах. Да.
Speaker A
Дадада. Да. Ну и такой тоже персонаж, насколько я понимаю, до некоторой степени. Вот. А Ульянов Ленин его там всячески пинал по какому-то поводу, который я уже не могу восстановить. Не уверен, что между ними было полное взаимопонимание, что они оба говорили об одном и том же.
Speaker A
Но, ну, Мах засчитывался в этот, э, чуть ли не он был столпом империю критицизма.
Speaker A
Неважно. Значит, важно это сейчас не имеет никакого значения. Значит, нужно было объяснить свойства инерции. И он считал, что инерция это тела, потому имеет инерцию вот здесь, что там очень далеко есть фоны звёзд, что если из Вселенной убрать всё, кроме одного тела,
Speaker A
то это тело не будет иметь инерции. Это такая своеобразное развитие идеи относительности. не будет, он не относительно ничего не будет двигаться, но даже ускорение его а-а ну непонятно, нельзя будет померить, я не знаю, подробности, в общем, тело будет лишено
Speaker A
инерции. Эйнштейну нравилась эта идея, что и он даже думал, когда уже была сформулирована общая твароятность, как это могло бы быть, и он высказывал идеи об осипатическом поведении метрического тензора при удалении куда-то. Деситор прочитал это, возражал ему. Эйнштейн спорил с Деситетором, и тогда деситтер
Speaker A
предложил э своё деситоровское пространство как решение уравнения общей теории относительности. В нём есть инерция, но оно пустое. Оно пустое, но в нём явным образом есть инерция. И и у на переписку поездки в одно из одного места в другое переписку и убеждение Эйнштейна
Speaker A
ушло, ну, так порядка года. И это было тогда же. тогда же, когда Эйнштейн вёл лямдослагаемое, потому что лямдослагаемое, в том числе нужно нужно для деситоровского пространства, которое тоже было, как бы это сказать, потрясающей, сбывшейся задним числом ошибкой Эйнштейна. Э-э, из-за того, что
Speaker A
он хотел вселенную, как и Хойл, полвека спустя, хотел, чтобы вселенная была, как ты меня учишь, стати неизменная стати статичный, чтобы там что-то происходило, но в целом, чтобы она он начал решать свои уравнения для геометрии вселенной, увидел, что уравнения не дают таких
Speaker A
решений, а дают те решения, он не нашёл, он пропустил решение, которое там 8 лет спустя нашёл Александр Фридман в Петрограде, потому что был сконцентрирован на поиске решения, которое не меняется во времени. И тогда он сказал, что если я добавлю некоторые
Speaker A
дополнительные слагаемые, то такое решение появится. То самое, то самое лямбда слагаемое. А добавить, конечно, уравнение можно что угодно, тогда вы получите что угодно. Очень важно было, что оно, появление этого слагаемого было разрешено принципами, которые руководили структурой уравнения. Оно было допустимо
Speaker A
без нарушения принципов. Но потом выяснилось, что и решение неустойчиво. Оно неустойчивое решение. Как это?
Speaker A
Вы это упоминали. Есть какого-нибудь карандаш с собой или ручка? Нету. Жаль. А то бы я показал, как может быть математически правильно.
Speaker A
Нет, не стоит этого делать. Слушайте, а всё-таки Мах был в каком-то смысле прав. Вот представь пустую вселенную и одну какую-нибудь там планетку или звезду, да? Если ты её закрутишь, что будет с ней? Она, естественно, должна расширяться по экватору, сжиматься вдоль
Speaker A
полюсов, но относительно чего она вращается. Вот. Нет, это здесь отсюда и начинали с вопроса про принц ма.
Speaker A
Откуда, да? Откуда силы центробежные, откуда там криолисовы силы, если нет системы отчёта? Но где-то году ближе к двадцать второму, я могу ошибаться, да, пару лет, Эйнштейн прямо совершенно эксплицитно от принципа маха отказался. То есть он просто остался в прошлом как наводящий. Он
Speaker A
сначала был период, ког он включал его в принципы теории относительно, потом понял, что это не нужно, а потом понял, что это, собственно, и не так, и прямо сказал, что нет, это был этап роста. А, но дополнение лямбда слагаемого
Speaker A
введениние, он считал своей самой большой ошибкой. Е, если верить тому же самому Гамову, Гамов мог и соврать. Угу.
Speaker A
якобы Эйнштейн сказал ему это его бланде ном, когда открыли ускоренные расширенные вселенной уже упомянуты, выяснилось, что нужно добавить туда тоже самое слагаемое, и оно описывает не что-нибудь, а тот самый эффект ускоренного расширения.
Speaker A
Как ты представляешь себе реакцию Эйнштейна на открытие ускоренного расширения Вселенной? Он бы сказал: "Ах, это всё-таки не была моя ошибка или это была вторая моя хорошая, но [смех] это всё равно же не дало бы то, что он хотел". Статики это не Ну да, статики бы
Speaker A
нет, ну он уже к этому Нет, уже довольно быстро стало ясно, что статики нету. Он поэтому считал свой самой большой ошибкой, наверное, если действительно так, потому что ну всю его оставшу оставшуюся жизнь было ясно, что статики нету, что хабл упомянутый уже хабл прямо
Speaker A
всё тут. Ну и другие люди тоже. Поэтому Фред Хойл перешёл от статического к стационарному решению.
Speaker A
Стационарное не значит неподвижное, как хотел Эйнштейн. Оно движется, расширяется, но вечно сохраняет внешний вид. На место уходящего вещества рождается, как это, кation field, да?
Speaker A
Creation, поле творения, да? Творение творение. Очень красиво. Красивое название придумать тоже важно. Да. Да. Вот реликтовое излучение, да, по-русски звучит, а по-английски семби космик макровеaveй бэкграунд. Ты как-то сразу как-то реликтовое излучение мой учитель придумал Шкловский. Да, я у него
Speaker A
в аспирантурии учился и и дал дал, между прочим, название твоему подкасту. Да, да, всё верно. А, кстати, тут надо отдать должно Эйнштейну, что он признавал свои ошибки, что вот как бы, да, я был не прав. А ведь мы знаем много
Speaker A
таких примеров, когда этого не прои упираются люди. Упираются. Вот, наверное, и Хойл упирался. Хо упирался. Но Хойл, кстати, много полезного сделал. Я помню, Хойл был одним из первых, кто тогда стал заступаться за Джослин Белл. Когда ей дали премию Хьюш, они дали ей
Speaker A
и тем лишил себя Нобелевской премии. Когда молодая БЛ открыла радиопульсары, то за это открытие дали Нобелевскую премию её руководителю на кому-то ещё и там было два человека можно троим было давать, можно было её тоже. Ну её забы аспирантка, что там её Нобелевской
Speaker A
премиу Хоэл написал заявление в Нобелевский комитет. И в результате, когда он сам сделал открытие Нобелевского уровня, ему не дали Нобелевское. Это трагедия. Ну вот из таких примеров, когда вот ээ, наверное, скажем так, м упираются до последнего, вот помните, был такой ээ аморцуан
Speaker A
Тормозаспо знаком да. Так, а у него же была своя жизнь земля вселенная. Я воспитывался на этой книге.
Speaker A
Нет, мы говорим не про Шкловского, про Виктора Мазасовича Амбарцумя. А я перепутал со Шкловским. Да, мы уже говорим про Амрцуан.
Speaker A
Ну, они одного поколения примерно, да, они примерно одного поколения. Амбарцумян был, а, создателем армянской астрономии.
Speaker A
Просто в этой просто из этой книжки, которую я в детстве проглотил, у меня о там, по-моему, там было очень много упоминаний о Барцуме. Ээто вот у меня такое, поэтому у меня наложилось одно на другое. Точно. А дело вот в чём? Виктор
Speaker A
Мазаспович хороший физик, астрофизик, теоретик, да, и физик очень хороший. Теорию рассеяни там, мутных средах он создал и так далее. А он создал в Армении прекрасную бюроканскую астрофизическую обсерваторию, был её директором, был главой Армянской академии наук, президентом. Но у него
Speaker A
была своя идея по поводу рождения звёзд. Там же, в в Омбурсумяновской вот Бюроканской обсерватории люди обнаружили, что молодые звёзды как бы да не как бы, а реально разлетаются из одного места, из места своего рождения. Ну как можно было представить
Speaker A
разлёт, если не в результате взрыва какого-то толчка? И вот Амбарн предположил и долго поддерживал эту идею, что звёзды рождаются из какого-то очень концентрированного вещества, ну, типа взрывчатки, да, которые делятся на части момент взрыва из этих кусочков.
Speaker A
Подождите, как квалифицированный астроном предполагает в космосе взрывчатку и с детонатором, и с окислителем. Никакого детонатора он не предполагал. Он просто говорил: "Мы видим, что молодые звёзды разлетаются с большими скоростями из одного места.
Speaker A
Прямо из туманности Ариона. Прямо видно, как они молодые разлетелись. Значит, там был какой-то толчок выделение энергии, мощное, а, насыщенное энергией вещество, которое он так и называл его д вещество, дозвёздное вещество. Мы не знаем, что это такое, это надо исследовать, но мы
Speaker A
видим результат разлёта. И такие вот звёздные ассоциации, то есть группы новорожденных звёзд, но которые как из пушки летят в разных направлениях. Ему говорили: "Да нет, мы предполагаем, что звёзды из холодного газа". Ну как же говорил он, холодный газ это сжался и
Speaker A
энергию потерял. Звёзды родились и там в куче и должны оставаться. Такие кучи мы видим вон звёздные скопления. А эти ассоциации они взорвались. В общем, долго мы упирались с ним. Мы это уже новое поколение астрономов, которое выросло на идее, кстати говоря, Фреда
Speaker A
Хойла, который говорил о конденсации вещества амурцум. А я могу рассказать одну историю, которая лично меня связывает с ним. Я как молодой астроном неплохие работы сделал, и он меня пригласил на РНДУ в свою астрофизическую обсерваторию или Бюракам. Я приехал, и мы с ним
Speaker A
прогуливались по саду, а там такой замечательный сад в ограде обсерватории. Я-то рискнул, я невоспитанный был человек и спросил: "Диктор Мазасович, вы же понимаете, что идея конденсации она уже, а столбовая дорога современной астрофизики. Ваши датела, ну они проиграли конкуренцию в этой гипоте
Speaker A
борьбе гипотез. Да"- говорил он: "Похоже, что это так". Я говорю: "Зачем же вы придерживаетесь?
Speaker A
Вот сформировали такую бюрокантская концепция рождения звёзд". Он говорит: "Ну, наша обсерватория небольшая, а в научном ландшафте мировом она была бы незаметна, если бы развивалась в общем русле. А так мы остаёмся отдельными, и нас хорошо видно со стороны. Как с точки
Speaker A
зрения развития обсерватории это очень важное преимущество. То был быть, это был пиар-ход. О, хорошо сказано. Ну, это стало пиарходом. Стало пиарходом, когда он понял, что физически эта идея уже не реализуется.
Speaker A
Интересно, он же был не просто рядовой стром, он был руководителем большого коллектива. И надо было поддерживать этот коллектив.
Speaker A
Объяснять, это же объясняет, почему он упирался. То есть даже когда понимал, надо было дальше упираться, чтобы в статьях писали. Вот по сравнению с бюроканской концепцией.
Speaker A
А есть ещё бюроканское, есть общее течение, а есть бюроканская конце. И они ещё конку они уже не конкурировали.
Speaker A
Ну её упоминали, наверное, в статьях, что они не правы, а все думают: "А бюрокан". Ну всё упоминали. Ну это был правда очень сильный теоретик. Он много чего интересного сделал. И руководитель хороший. И до сих пор Бюроканская обсерватория, между прочим, одна из
Speaker A
выживших и хорошо работавших, бывших советских обсерваторий. Далеко не каждая сохранила свой статус научный. Некоторые вообще ушли ниже плинтуса. А бюракан работает нормально.
Speaker A
Эйнштейн два раза изменил своё мнение о гравитационных волнах. Он получил их как решение своих уравнений очень рано. Ну там году осенью пятнадцатого года сформулировал уравнение общей теории относительности. А гравиционный волн, ну не знаю, ну предположим, в шестнадцатом.
Speaker A
Ну и да, предположим, да. А в тридцать, не помню каком, вскоре после, примерно в тридцать четвёртом тридцать пятом, они с Розаном написали статью do gravitational waves exist. И проблема была в том, это да, но с вывод в статье был, что
Speaker A
нет. И проблема была в том, что в правую часть уравнения Эйнштейна там ноль. А если они уходят далеко от источника, а никакого вот как у Швардшильда выделенной выколотой точки нету, то значит они не несут никакую энергию.
Speaker A
Непонятно было, как посчитать энергою гравицион. На самом деле дебаты растянулись до середины пятидесятых годов, но аа они написали статью в журнал с выводом, значит, там действительно интерпретация общей теория относительности штука сложная. Там это общекоординатная инвариантность, много чего нужно
Speaker A
легко запутаться в том, что ты добавляешь руками, интерпретируя что-то, а что есть физический эффект. Но они отправили статью в журнал, но журнал направил статью на рецензию.
Speaker A
Линшей это была непривычная практика, потому что его позиция в Германии была настолько небожительская, что если ты профессор, пишешь статью журнал, журнал кланяется, благодарит и публикует. А он написал гневные без рецензии. Он написал гневные. Ну как в известии академии наук
Speaker A
действительно член академии наук может статью без рецензии. Это было при была такая система с немецкими журналами прямо та же самая. То есть я думаю, что вот эта система с вестником известиями академию просто остаток той системы.
Speaker A
Иншейн пришёл в ярость и написал редактору письмо: "Дорогой, господин Розен и я не для того направили вам вашу рукопись, чтобы вы показывали её анонимным экспертам". Аа я не собираюсь отвечать на, в любом случае, неверные его замечания, но этот инцидент
Speaker A
заставляет меня публиковать статью в другом месте. Просто обиделся и сказал: "Я у вас не буду публиковаться". А рецензент написал отзыв, даже более-менее известно, кто это, но я забыл. Ну люди же вычисляют, кто рецензент. Ну это вообще большой, это
Speaker A
спорт. Вычисли, кто написал рецензию на твою статью. Как правило, понятно всё. Ну да. Нет, формально, давай поясним, что формально это не формально. Это на самом деле анонимно, но просто количество специалистов в данной области, конечно, если специалист глубоко уходит туда, то видно примерно,
Speaker A
кто это. Э, значит, статья была что-то на четырёх страницах, а отзыв был на на, ну, примерно на десяти. И там были очень серьёзные соображения. Короче говоря, через некотое время они их посмотрели, по-видимому, и статья вышла в другом журнале под заголовком gravitational
Speaker A
Waves, о гравитационных волнах с другим выводом. И там даже в вебстракете было несколько раз сказано: "Точный анализ показывает, точный анализ показывает, они в чём-то разобрались". Но там были некоторые вещи, которые не так легко, там очень непрямолинейное отношение с
Speaker A
энергией гравитационного поля, с которой вообще сложности, потому что она в некотором смысле выпихивается на границе области, она не локальная и так далее.
Speaker A
А знаешь, почему каждый человек понимает, что гравитация - это штука сложная? А потому что когда ты падаешь в свободном нападении вроде как и нет гравитации, ты её можешь выключить.
Speaker A
Космонавты летают в гравитационном поле земли, а у них там невесомость. Да, трудно вообще понять человека соро. То есть Ишна полагал, что не переносят энергию, значит никак зарегистрирова, значит не физическое, значит, математический артефакт несут ничего физического, поэтому и зарегистрировать
Speaker A
нельзя, потому что примерно потому, что в правой части ноль. А потом выяснилось, что нужно усреднить по некоторому объёму. Ну и там учесть нелинейность уравнения Эйнштейна и учесть, ну и учесть тонкости определения гравитационной энергии. В результате выясняется, сколько они несут. Но
Speaker A
действительно, ткнув пальцем в точку пространства, нельзя сказать, какая там энергия гравитационного поля. Это не локальный объект. Просто есть один персонаж, который до сих пор такое утверждает.
Speaker A
Ну, приятно, что они так и есть. Гравитационные волны есть. Есть. В 2015 году мы их зарегистрировали даже раньше. Нет, в пятнадцатом, да. До этого были косвенные там по пульсаром, что тут непосредственно детектором.
Speaker A
Жалко, что этого не узнал. Да нет, это очень красиво. Но технологии, кстати, не без ээ тех, что были развиты школой Брагинска у нас в университете.
Speaker A
Да, многие приложили к этому рук. Да, многие, многие это такой интернациональный интернациональный продукт. А кто кто ещё о чём?
Speaker A
Так сейчас есть активно пиарица такая, так называемая асцилирующая Всёвенная, да, одного товарища, да. Так вот, у него все его выводы идут из того, что у нас вот из это самое положение Эйнштейна, на которое он так и ссылается, что Эйнштейн говорил:
Speaker A
"Энергию не переносят". А так а что вы там навыдумывали? Давайте как Эйнштейн считать. А и отсюда у него куча всего. Да.
Speaker A
А это очень догматический подход. Это при это ровно то же самое, что сказать, что Менделеев сказал, что у меня там в Ньютоне сидит сидит в начале сидит. В Рике у был всё. Да. Эйнштейн, кстати, в двадцатом году или в двадцать втором в
Speaker A
Лейден в двадцатом, по-моему, в лейденской лекции сказал, что эфир, вдруг вспомнил слово "Эфир". Эйнштейн, специальная теория относительности которого заключалась в том, что эфир вообще не нужный, без него всё гораздо понятнее. И, собственно, он является не принципиально ненаблюдаемой величиной.
Speaker A
Сказал: "Давайте эфиром называть пространство время общей теории относительности." Может быть, пространство, сейчас не поручусь. общей теории относительности, да, пространство общей теории относительности, но добавлял это эфир, лишённый свойства неподвижности. А поскольку эфир считался неподвижным, поскольку людям было естественно, что есть что-то большое и
Speaker A
неподвижное, на что можно всё, а всё движется относительно него. А, но значит, в таком случае фир лишается своего главного свойства больше к это и на эту тоже ссылаются. Вот Эйнштейн был за эфир даже после общей теории относительности. Ну, сказал и
Speaker A
сказал, к этой идее больше не возвращались, за одним исключением, ээ, ты можешь, мы можем сформулировать гравитацию как не так, как прямо вот кривизну пространства времени, а взять плоское пространство времени и кинуть в него гравитационное поле и считать, что
Speaker A
оно живёт на этом плоском фоне. теория Лагунова, да, например, ну, сейчас, сейчас, сейчас тут, тут есть развилка. Если ты при этом этот фон, хоть эфиром его назови, хоть как вот лежащее в основе плоское пространство считаешь принципиально ненаблюдаемым, то у тебя просто
Speaker A
воспроизводится общая теория относительности Эйнштейна. Да спрашивается, зачем оно нужно, если ты воспринимаешь его всерьёз и требуешь, например, чтобы в нём соблюдалась причинность технически, чтобы световой конус в твоём искривлённом пространстве лежал внутри светового конуса Минковского, ты тут же, по словам самого Лагунова, тут же
Speaker A
теряешь чёрные дыры. Их больше нету, и куча эффектов общей теории относительности немедленно из него исчезает. Оно может быть и ничего было бы, но чёрные дыры, свидетельство чёрных дыр мы сейчас наблюдаем в избытке. А поэтому эта штука точно точно не
Speaker A
работает. Да, реликтовые излучение - это не эфир наших дней. Нет, нет. А я так по что мы можем человеку обозвать. То есть, если бы мы обоз если, ну, это выделенная система отчёта, ну, скорость можно относительно.
Speaker A
Нет, нет, нет, нет. Сейчас общая дёр относительности, как и сказали, говорит, что, э, природа не выделяет физические законы. Это есть система отсчёта, пожалуйста. Она есть. Она связана с тем, как легла материя. А она не выделена никакими физическими законами. Напомню,
Speaker A
что то, что мы говорили в начале, и скорость света равна скорость света только относительно эфира, а всё остальное должно наблюдать эфирный ветер или там Лоренсово сокращения. Ну тогда сложности, потому что нестабильность электрона, нужны не там большая история, нужны неэлектромагнитные силы кончается
Speaker A
тем, что Пуанкаре делает прямо на в момент появления специальной теоретиносительности делает вывод, что предположение существования эфира непротиворечиво в одном и только одном случае, если эфир никак не проявляет себя экспериментально.
Speaker A
[смех] Красиво. Какие ещё заблуждения у тебя в коллекции? Ага, если так вот повспоминать, а я вспоминаю наверное множество заблуждений, связанных с землёй.
Speaker A
Вот с этой. А я знаю какие, да? А если контуры материков хорошо совпадают, например, Америку к Африке можно приезжать, [откашливается] и они прямо лягут, значит, земля в какой-то момент начала раздуваться и ра разрывать эти материки на части, да. Сначала была
Speaker A
вот земля вот таким вот маленьким шариком, потом она внезапно пошла расширяться. Причём не объясняли даже, как это случилось. Тут поле creation field не CreationФield. Ярковский тоже объяснил это дело. Ну то, что в землю всё время внедряются, да, и она
Speaker A
она пухнет. А так её пучит. А солнце тоже пучит. А вот как же только на солнце материков нету.
Speaker A
Нету. Поэтому не проследишь же. Да вот. Но кроме того, что Земля расширяется, была противоположная прино в это же время, кстати, идея, что Земля сужается. Причём этим пытались сказать, как что Земля она же была, когда образовалась горячая, она со времё
Speaker A
остывает, она уплотняется. И из-за этого у нас формируются горы всякие вот эти вот. Как вот яблоко, оно когда высушивается, на нём такие вот, ну, оно морщины.
Speaker A
И тут то же самое, братцы. Ну, это уже доказанная вещь, да, естественно. На Меркурии именно это и происходит.
Speaker A
Ничего себе. Тут да, на Меркурии найдены такие эскарпы, такие складки поверхности. И расчёты показывают, что они родились именно потому, что Меркурий на 80% из железного ядра состоит. У железа огромный коэффициент теплового расширения [откашливается] и сжатия.
Speaker A
А он почти весь из ядра. Ну, почти весь из ядра, да. И остывая, Меркурий реально сжимается, и его уже давно затвердевшая кора идёт вот такими вот корками, как у ябло. Да, можно предположить, что в будущем рельеф там будет ещё более контрастные.
Speaker A
Ну, оно уже почти остыло, твёрдое стало. Вот. Так что это в каждом заблуж в каждом заблуждении есть, ну в нера в недурацких заблуждениях, я бы сла сказал, в неперед, которые лишены явных передёргиваний, есть какой-то ход мысли.
Speaker A
Поэтому иногда интересно их рассматривать. Я бы, ну, не знаю, это кромольная идея в школьных учебниках делать дополнительную рубрику, что считали неправильно. Это запутает всё на Азовских надо. Точно надо. Студенты должны знать об идеях, которые когда-то казались неверными, но могут сыграть ещё
Speaker A
при дальнейшем развитии науки. Я это и делаю. Я, кстати, своим первокурсникам часто напоминаю о заблуждениях, которые надо держать в голове.
Speaker A
То же самое поле, вот это творение, оно же как бы похоже, что-то похоже. То есть квант есть часть идей через уравнение общей теории относительности, которые их чем-то роднят. Да.
Speaker A
Да. Здравствуют заблуждение. про Землю или про солнце или про галактики или про вселенную или про У меня в запасе Эйнштейн и чёрные дыры.
Speaker A
Я вот сам могу вспомнить, наверное, два заблуждения, связанных с планетами. Одна из них - это планета Вулкан, а другая планета Файтон.
Speaker A
Фаэтон, да. Ну, с Фуэтоном, кстати говоря, история давно уже остыла, а с вулканом нет.
Speaker A
Значит, нет. Ну, теперь есть понятие о вулканоидах, детях вулкана. Надо напомнить эту историю. Значит, когда астрономы повышали точность своих измерений, они, естественно, а пытались нюьтоновыми уравнениями объяснить точное движение планеты. Им всегда это удавалось. Когда не удавалось, приходил кто-то и говорил: "Так, не укладывается
Speaker A
уравнение Ньюна, значит, кто-то мешает, вон там должна быть планета, которая мешает этой планете двигаться по Ньютону.
Speaker A
Так обнаружился Нептун по движению Урана. А по движению Урана обнаружился Нептун, а потом стали смотреть за движением Меркурия. Это гораздо сложнее, потому что далёкие планеты ты на фоне тёмного неба видишь, а Меркурий ты всегда рядом с Солнцем видишь. И точно
Speaker A
измерять его положение очень сложно на фоне там горизонта Земли, освящённого солнцем. Но научились. И где-то [откашливается] к концу XIX века уже было понятно, что Меркурий тоже нарушает. Нет, раньше. Раньше в середине X века было понятно очень скорей Ливерье
Speaker A
который предсказал Нептун очень скоро лето через 13 лет после этого сказал что должен быть сказал ну понятно значит всё Меркурию тоже кто-то мешает а кем может быть этот кто-то Венеру мы знаем между Венерой и Меркурием никого нет значит
Speaker A
это неведомая планета внутри орбиты Меркурия находится ещё ближе к солнцу попробуй её там найти ко солнце тебя возпление да или когда проходит да и стали искать её, эту неведомую планету, название ей дали вулкан, потому что это бок огня,
Speaker A
козниц, горячо там, да, стали искать, глядя на солнце, не пройдёт ли он на фоне солнца. И было несколько сообщений, что да, видели, да, проходил.
Speaker A
Каждая из них потом опровергалась. Нет, не видели, нет, ошибались и так далее. Пока не пришёл Эйнштейн, не сказал: "Братцы, да всё просто". Просто сам Меркурий движется не по Ньютону. Тут уже нужны новые уравнения теории гравитации, то есть общая теория относительно.
Speaker A
А вот интересно, что же они видели-то? То есть неизвестно. Птичка подлетала. Птичка, то есть насколько длится транзит, мне кажется, долго. Долго. Ну, по крайней мере, для внутренней планеты многие часы, да? То есть, а чем фиксировали? Вот я бы такой вопрос
Speaker A
задал. Нет, нет, ну ты же, тебе же нужно что-то, ты какие-то фотографии делаешь. Нет, а фотографии не было.
Speaker A
А ты зрительно? Зрительно - это очень легко. Нет, ну для убедительности, подожди, подожди, для убедительности открытия. Вот ты показываешь иногда хабловские, фотохабловские ужасные фотографии там по нынешним временам, которыми там люди мучились во времена Хабла и так далее. Вот и спектры
Speaker A
чудовищные там как там можно было разобраться непонятно но наверное это тоже нужно было что-то, это транзит нужно было как-то стразу наблюдениях технология была, ну, опыт был огромный. А, ну да, тогда часть тогда там может быть самовнушение, да, взял, нарисовал. Ну, может
Speaker A
канал на Венере, да, канал на карты Венеры рисовали карты Меркурия рисовали, которые совершенно сейчас не соответствуют отношения абсолютно. То есть тот же самый, э-э, собственно, вот как у нас были каналы на Марсе когда, да.
Speaker A
Вот кто у нас обнаружил их скипали обнаружил новол, а, не скипали, один из его, грубо говоря, учителей секи тоже итальянский астрофизик астроном.
Speaker A
Обычно скиапарели. Ну, скипали более тонкие карты рисовал. Потом Ловел ещё более подробные карты нарисовал.
Speaker A
Ловел уже говорил, что у меня там зрение безумно хорошее. То есть я всё могу видеть. И вот Ловел внезапно стал видеть каналы на Венере. Э, ого.
Speaker A
Да, мы знаем сейчас, что это невозможно. Извините, в принципе, в принципе облака облака. Неенене не, там было дело не в облаках. В чём?
Speaker A
То есть дело в том, что у него какой-то, значит, он тогда поставил себе новый инструмент. Я сейчас точно не помню, в чём была суть, но получалось то, что он спрял до Венеру с очень большим увеличением, да, и получался тот же самый эффект, когда
Speaker A
мы идём проверять зрение, нам в глаза светят. У нас же поверх сетчатки идут кровеносные сосуды, и у него этот рисунок проецировался на диско планеты. И вот когда, если посмотреть на карту каналов Венеры, которую рисовал Ло, и посмотреть на
Speaker A
фотографию сетчатки глаза, это совершенно Дада. Да, там видно прямо чуть ли не слепое пятно, куда вот это всё уходит. Вот что он рисовал.
Speaker A
Оказывается, он рисовал свои глаза. Потрясающе. Во-первых, это ценное дополнение к моему вопросу фотографии. что действительно глазами это делал. А, во-вторых, хороший урок, что мы привыкли что [фыркает] то, что мы видим, это то, оно и есть.
Speaker A
Нет, наш видение, наше зрение - это один из способов восприятия реальности, который её совершенно не исчерпывает, имеет собственное ограничение и собственный перекос.
Speaker A
Так вот, в конце концов выяснилось, что Меркурий движется как надо, только по теории относительности. И про вулкан вроде как забыли, но нашлись люди, которые стали продолжать поиски вулкана, потому что эффект Ярковского предполагает, что некоторые планетки должны тормозиться за счёт эффекта
Speaker A
Ирковского и подъезжать к солнцу. То есть малые планеты, ну, небольшие планетки, да, типа крупных астероидов. И они могли внутрь орбиты Меркурия заехать и сегодня там скрываться в ярких солнечных лучах.
Speaker A
Нашёлся даже один американский будущий астронавт. Ну, как кандидат в астронавт. Он так не полетел в космос, но он тренировался перед полётами в космос на из истребитель летал по ночам, ну, там осваивал. Он поставил видеокамеру мощную у себя на кокпит вот этого истребителя и
Speaker A
фотографировал предрассветный сегмент неба. А солнце ещё под горизонтом, но ты в стратосфере летишь, тёмно-синее небо и надеялся найти вулканоидами. Он их назвал, ну, как дети вулкана, да? Не нашёл. И этим практически закрыл э вулкан окончательно. То есть даже мелких
Speaker A
вулканчиков там не оказалось. Хотя что-то там, конечно, летает. Вот мне интересно, сейчас же есть вот всякие хронографы, которые вот с орбиты можно смотреть из один того же самого на солнце. Там ничего не видно такого. На видны только кометы. не хватит, да,
Speaker A
наверное тако. А для маленьких неиспаряющихся тела всё равно не хватает. Ну, а про фатон, наверное, историю надо закрыть уже давно. То есть была идея, когда расстояние между от Солнца до планет пытались уложить какую-то математическую последовательность укладывалась и уложили очень красивую, только дырка
Speaker A
оставалась. И в эту дырку решили поместить несуществующую планету, тем более, что там открыли довольно много астеро. Выяснилось, даже если все астероиды собрать, из них луну даже нашу не следит.
Speaker A
А их так немного, да, их там их там миллион больших и там 15 млн уже открыто те, но общая масса их миниатюрная и состав довольно разный. То есть не получится, чтобы это было фотона нет и не было, вулкана не было и нет. А жалко,
Speaker A
да, идея была хорошая. Они там потому что большой Юпитер не дал импреными эффектами не дал сформироваться планетоидом. Да.
Speaker A
обязательно куда-нибудь. Скорее всего же вот эта гипотеза ми есть, что в молодой словно системе Юпитер Сатурн они вот так гуськом туда-сюда один раз прогулялись, мигрировали, да. И возможно вот из этого эффекта ээ он раскидал там всех Ница - это курорт на Средиземном море.
Speaker A
Да. Да. Модель Ница. А я, кстати, не помню, почему она так названа. Конференция была, я думаю, или обсерватория, или конференция.
Speaker A
Над Ни, который курорт. На самом деле там в горах хорошая французская обсерватория. Там не только телескопы, там и теоретики хорошие работают. Они там рассчитывали эволюцию солнечной системы. Поэтому модель ниц это как знаете вотворного берега, помнишь шкала опасности астероидов есть
Speaker A
Туринская, есть полерговская, да, на конференции где значит они предлагались. Вот, соответственно, вот. Ну да, то есть и всё масса из этого области была вынесена. Мне бы хотелось, чтобы мы собрались лет через 30 тут, в этом купе, и обсуждали те ошибки
Speaker A
большой науки, в которых мы сегодня уверены как в истине научной. Наверняка у нас сегодня есть заблуждение, которое мы считаем правильной наукой.
Speaker A
А наши студенты скажут: "Вот эти старики-то в чём заблуждаются". Я так осторожно думаю, что, э, это наверняка имеет место, но всё-таки опыт развития науки люди делают, и мы сейчас знаем, что мы что-то не знаем или что мы что-то
Speaker A
знаем не полностью. У нас не полна стандартная модель элементарных частиц с нейтринами. Там у нас всё сильно непросто. И телескопы, которые смотрит в очень раннюю вселенную, сообщают нам, что объек с рождением с рождением то ли звёзд, то ли квазаров,
Speaker A
то ли ээ чёрных дыр, то ли больших чёрных дыр, то ли всего сразу. Что-то не то. И мы упускаем или механизмы, или, что мне, честно говоря, очень импонирует, какой-то ингредиент, э, в ранней Вселенной, о котором мы другим способом узнать не можем. Не знаю, куда
Speaker A
он там растворился, выпал в осаду, куда он делся, неизвестно, но может быть там что-то действовало. Ну или просто у нас примитивные представления об уравнении среды, в которой, собственно, рождались звёзды, квазары и так далее. Вот это не сильно не там есть простая часть
Speaker A
уравнения гравитации и сложная часть поведения материи в этой гравитации, которая и с этим своим поведением потом сама влияет на гравитацию.
Speaker A
Есть даже более близкие астрономические загадки, которые до сих пор загадки. Самое потрясающее для меня - это внешний вид планетарных туманностей.
Speaker A
Если посмотреть на фотографии, переданные телескопом как выглядит апланетарная туманность - это эпоха умирания звезды, не более того, посадка сверхновой. Нет, нет, планетарная туманность - это не взрыв.
Speaker A
Это медленное умирание звезды типа нашего солнца. Сейс кробовидная туманность это не то, взрыв, это взрыв, да. Планетарная туманность - это когда солнце состарится или подобные ему звёзды, медленно начнёт сбрасывать оболочку. В течение тысяч лет будет растворяться вот этот газ. Солнце,
Speaker A
шар. Угу. Ну, значит, сброшенный газ тоже должен как шарик расплываться. Вот. Она перед этим красным гигантом должна стать, иначе не получится.
Speaker A
Да, конечно. После стадии красного гиганта да. Ты видел планетарные туманности? Это феерический рисунок. Это просто какие-то тонкие кружева, как они сделаны шарообразной звездой. А вроде есть сферическая симметрия, но по крайней мере цилиндрическая.
Speaker A
Да, цилиндрическая. И то не со близко к цилиндрической часы песочные, вот которые фантастика. Такой невероятный набор форм из шари. Они разнообразные. Каждая сходит с ума по-своему.
Speaker A
Ужасно разнообразны. Это просто коллекция планетарных туманностей. Мы их обязательно посмотрим вот сейчас на экране. Обязательно посмотрим. И объяснения этому пока нет.
Speaker A
Слушай, наши коллеги астрономы сейчас делают очень просто. Они астрофизики. Они всё кладут на компьютер и говорят: "Вот я при таких-то предположениях получил в симуляции вот это вот. Смотри, что получается прямо всё. Пока не получается. Правда, не получается.
Speaker A
Вот вам загадка. Ну, это недавно была статья. Моделировали эти марсианские облака, которые над вулканами возникают.
Speaker A
И вот очень плохо получается смоделировать даже облака. Плохо получается. Ну, это аэрографическое облако, то есть когда холодный воздух, вернее, тёплый воздух, поэтому вулкану наверх выхолаживается и вроде казалось должны быть конденсации динок. Так вот получается, что шлейф, да, есть, но
Speaker A
модель не совпадает с тем, что наблюдае. Хорошая проверка для климатологов и для специалистов по сплошной среде и специалистов по атмосфере.
Speaker A
Да. Вот климат с Марсом вот проблема. Но всё это не заблуждение, это просто некая некий Да, я пытался происсказать. Граница - это осознание того, что мы не знаем.
Speaker A
Собственно, наука движется, живёт благодаря тому, что есть незнание. И если нету, знаешь, если оттуда не приходят данные из-за границы знания, то тебе плохо её продвигать. У тебя нет способа нет способа её продвигать. Вот там с элементарными частицами мы упомянули,
Speaker A
что там что тамтония масса должна быть в миллион раз меньше массы электрона. Это примерно нетрина, потому что его масса там точно неизвестна. Ну так по порядку миллион или ещё ещё меньше. Мы не знаем механизм их возникновения, попытка их
Speaker A
поставить руками в стандартную модель, э перекашивает её хорошие свойства. Не перекашивает, если есть какой-то компенсирующий добавок, который, очевидно, сейчас не воспринимается, потому что мы с ним совсем не взаимодействуем. Спрашивается, какой он, есть для него несколько конкурирующих вариантов. И если он такой, что он не
Speaker A
взаимодействует совсем на свете, ну тогда мы вот и вот вот и вот тут мы начинаем разводить руками, потому что довольно трудно делать выводы. Когда нету данных. Меня иногда спрашивают: "А вот как же сейчас искусственный интеллект разве не может симулировать
Speaker A
данные?" Так внировать. [смех] Так в том-то и дело, что с галлюционировать может. Так в том-то и дело, что настоящие данные не следуют ни из какого обучения. из того, что следует из обучения любого искусственного интеллекта, это прекрасно, и он там
Speaker A
находит статистические закономерности, но узнать во Вселенной то, что идёт в разрез с нашими текущими наблюдениями, нужно колосальная ценностьмен, да, нужен эксперимент. А вдруг там какая-нибудь великая пустыня физики там как-то пугают да?
Speaker A
Ну запросто, запросто. И в этом смысле фундаментальная физика может закончить. Хотя хотя уравнения уравнения уравнения помогают. Но ээ давайте я дорасскажу маленькую историю. Значит, э уравнения Эйнштейна имеют решение имеют там несколько то, это сложные нелинейные уравнения. Написать точное решение очень
Speaker A
трудно, но есть решение в простом симметрическом, сферически симметричном случае. Вот Шваршиль наш Шваршильд нашёл. И там в центре то, что мы сейчас называем сингулярностью. То есть это то, где это не явление, а то, где уравнение сходит с ума. Там
Speaker A
теорию нужно заменить на что-то ещё. Но окружена она воображаемой поверхностью, которая не твёрдая, в смысле математической поверхностью, называемой горизонтом. И когда я смотрю издалека, на этом горизонте на взгляд далёкого наблюдателя, время останавливается.
Speaker A
Эйнштейн это увидел и в тридцать девятом году написал статью анализирую метрику Швардшильда, цитирую буквально: "Главным результатом этой статьи является ясное понимание того, почему сингулярность Швардшильда.
Speaker A
Так тогда назывались чёрные дыры, не могут быть реализованы в далее то ли в нашей вселенной, то ли в физической вселенной, в общем, не могут существовать во Вселенной. Он сделал этот вывод не на ровном месте. он увидел, насколько трудно задвинуть -э что невозможно
Speaker A
именно формулы общей же теории относительности показывают, что невозможно задвинуть тело на некоторую круговую орбиту, с которой они должны тогда туда сваливаться. И решил и сделал отсюда вывод, что они и не существуют, потому что материя никогда так не упадёт. Вывод был неправильный. То есть,
Speaker A
мм, принял желаемое за действительное. Из его анализа это в действительности не следует. Но никто этим не занимался до середины. И он так и думал, что чёрные дыры не существуют. И я ещё помню какие-то статьи, которые писали в пятьдесятые и в начале шестидесятых
Speaker A
годов о том, что это, конечно, решение уравнений, но оно настолько дикое, и материя не будет себя так вести никогда.
Speaker A
И долж, и великие люди некоторые говорили, там должны быть какие-то механизмы, которые это дело как-то не дают материи вот так вот схлопнуться. И, э, только с середины шестидесятых появилась идея о том, что они прекрасно существуют, что они есть в космосе и что
Speaker A
их мы видеть не можем, потому что это чёрная дыра, но их проявление, свойство материи, которые вокруг них кружатся, мы можем мы можем видеть. То есть ошибка была в чём? Что он не учёл трения или что он рассматривал только
Speaker A
круговые? Он рассматривал очень специальный случай. И ээ я могу перепутать, может быть, он неустойчивость этой орбиты принял. Вот.
Speaker A
Угу. По-видимому. Так, давайте я поправлюсь. Неустойчивость. Там есть ээ ближай там есть ближайшая устойчивая круговая орбита, но дальше начинается серия неустойчивых орбит.
Speaker A
неустойчивости этой орбиты. Он принял за невозможность никакого тела туда добраться. То есть он сказал примерно, что нету механизма, как материя схлопывалась бы, потому что вот. А, м в тридцать девятом же году Апенгеймер и Снайдер написали статью о коллапсевого
Speaker A
облака. Что с одной стороны сейчас говорят: "О, это шаг к тому пока что е показать, что есть коллапс". Ээ, материя может сколлапсировать чёрную дыру. То есть они могут, както названия тогда не было, то есть они могут возить астрофизически. С другой стороны, они
Speaker A
предположили пыль, то есть убрали главный способ звезды сопротивляться давления. В С третьей стороны, статья вышла 1 сентября 1939 года. Про неё немедленно забыли, лет на 20.
Speaker A
Угу. Неудачно. Ну да, да. Такая же неудача, как у Шварчильда была. тоже он создал свою теорию чёрных дыр. А в момент, когда Первая мировая война отвлекла внимание всех от этих научных, Са [смех] тот же год, по-моему, умер. Тот же год
Speaker A
он умер. Да, да, да. Пол полгода на максимум на полгода пережил пережил свою чёрную дыру. Да.
Speaker A
Заблуждение движет науку. Ну, кстати, вот на тему чёрных дыр вспомнилось недавно работа такая попадалась, что есть условно говоря чёрная дыра, вокруг неё есть фотоны, которые могут двигаться. Ну, там орбиты неустойчивы, но, да, тем не менее. Так вот, на самом
Speaker A
деле, а, вокруг Чёрдеры может возникать как бы эхо вот этих самых фотонов. То есть этих колец много. Каждый из них где-то в зависимости от ээ колец, а сфер. Ну, условно, когда мы смотрим со стороны, со стороны, вот то, что к нам приходит, мы видим это
Speaker A
в виде кольца. И вот каждое кольцо примерно будет на порядок менее яркое, чем предыдущее. И вот вот такую вот колечную матрёшку, в принципе, можно попробовать пронаблюдать. Ну, естественно, по по день яркости безумной, интерферометр не справится. Но иногда в дисках вокруг чёрных дыр, там
Speaker A
же магнитные поля, происходит перезамыкание, и тогда наблюдаются яркие вспышки. И вот эта вспышка будет эхом гулять по вот этим фотонным кольцам. И можно по задержке очень много чего сказать о том, что происходит. Вот это предложение, что экспериментально наблюдать, это пока не наблюдение.
Speaker A
Это пока вот что высокое разрешение иметь миллиметром. Я к чему говорю-то? У нас же в ВКЦ у нас же разрабатывается космический телескоп Миллиметрон, у которого как раз хватит и чувствительности, и разрешения, чтобы вот это вот эхо как в режиме интерферометра, конечно, да.
Speaker A
Дадада. Несколько, хотя бы там два-три вот этих эхо увидеть. А знаешь, почему кольца образуются? Да, фотонка летит, он может несколько оборотов сделать вокруг чёрной дыры и потом к тебе опять попасть. То есть развернуться на 180.
Speaker A
Каждое кольцо полуоборота. Полубороты, да. И может быть больше оборотов, ещё больше оборотов. И тогда вот эти кольца возникают как отдельные такие сущности. Это зависит от количество оборотов, которые он сделал.
Speaker A
То есть это не последняя устой и не фотонная сфера, а внешние кольца, потому что подлетаешь, там настолько сильна гравитация, что ты не что у тебя поворот линии будет, да, сильный. Вот эти кольца набираются в при наличии нескольких оборотов. Но это правда очень слабый
Speaker A
эффект. слабый миллиметром может только вот именно вспышку, если будет мощная вспышка, сам себе кольца, конечно, там, ну, одну он увидит. Вот если будет вспышка, если наблюдать эти, то можно вот это вот увидеть задержку, которая будет там миллиметро ещё долго до реализации. Это
Speaker A
сложный, дорогой проект. А вот по поводу исправления ошибок Бекеншйн, аспирант Уиллера, понял, что у чёрной дыр есть энтропия, опубликовал статью Хокинг с одним с автором "Всё время забываю".
Speaker A
Видимо, очередной новозеландец, но забываю забываю да. А сказали, что этого не может быть, и стали писать статью в опровержения.
Speaker A
И когда писали статью в опровержения, погрузились в эти рассуждения, поняли, что не только энтропия, у них есть температура есть у чёрных дыр, а отсюда последовало хокинское излучение. То есть это поучительное. А сам Бекиншстайн остановился и этого не сделал, что все
Speaker A
говорили: "Ну, очень классно". Ну чего, что чувак не сделал следующего шага? Ну вот нет. И это поучительно в смысле науки, что а споры, заблуждение э - это продолже ну здоровые заблуждения - это часто продолжение научных споров. Мы несколько раз это обсуждали. Задним
Speaker A
числом мы знаем, как ты говоришь, не выиграли ни те, ни те, куда там звёзды бегают. Вот недостаточно было данных.
Speaker A
Ээ, люди делали предположения, но не могли убедительно, убедительно прийти к какому-то выводу. Эта история вот такая вот. Ты начинаешь с того, что говоришь: "Не, этого не может быть". А потом ты видишь, как устроена эта наука и говоришь: "Да, я пришёл к такому-то
Speaker A
выводу". А теория Брцумяна ведь тоже толкнула к настоящему развитию этой идеи. Да, молодые звёзды разлетаются, но почему это не взрыв? А что это ещё могло быть?
Speaker A
Я в своей кандидатской диссертации нашёл решение этой загадки, потому что когда звёзды рождаются, они довольно быстро движатся друг относительно друга, но их удерживает массивное газовое облако, внутри которого они родились. Но родившись, они становятся звёздами. Они нагревают это облако, изгоняют этот газ
Speaker A
из области формирования звёзд. Звёзды быстро движутся, а облака уже нет, гравитации нет. И они куда летели? Так и продолжают лететь. лишившись вот этой гравитационной ямы, да, как сказал бы физит. Так что ты какой-нибудрял посчитал за счёт удаления этого облака?
Speaker A
Да. Да, да, всё получается. Так что в каком-то смысле Барсумян был прав. И Бюракан пропиарил.
Speaker A
И Бюракан пропиарил. Вообще хорошо. Так, нет, кстати, кстати, на тему проверки-то сейчас же вот эта гипотеза Планета Девятая, она же не задвинута ещё, да? Её не видно, но вот ждём.
Speaker A
Я думаю, её найдут. Ну вот LST сейчас начинает нормально работать. У них проблема там.
Speaker A
Это большой телескоп с большим полем зрения. С копейками метров. Очень большое поле зрения. У них там проблемы с зеркалом были. Вот я слышал какие-то. Вот они уже нормально работает. Прекрасные фотографии делает. Причём широкоугольные.
Speaker A
Но там проблема, что нужно прямо фотографировать и причём не знаешь где. Фотографировать фотографировать фотографировать и в компьютер, в компьютер, в компьютер. Так и чего?
Speaker A
Появится шансы, что найдут с его помощ. Ты думаешь найдут? Я думаю, найдут планету де. Ну, в зависимости от того, как мы её назовём, найдут много чего. На первой фотографии, сделанной этим телескопом, обнаружили 2 с лишним тысячи новых астероидов. Ребят, за весь X век
Speaker A
500 астероидов нашли. Тут один раз щёлкнул на не один один раз. Один раз 2,500. Как, как ему, я не понимаю, как ему это удаётся.
Speaker A
Большое полезрение. У него огромная светосила, 8 метров зеркала, он собирает много света и в то же время огромное поле зрения. Картинка большая. А теперь, а в отличие от обычно всех, в основном телескопы, у них маленькое поле зрение, а тут именно ээ в него всё автоматически
Speaker A
будет обрабатываться, то есть он за ночь там несколько раз проходит по одному и тому же полю, поэтому можно, а здоро если он за ночь проходит несколько раз по одному или там завтра тоже по одному и тому же поле, она
Speaker A
правда медленно мерзавка движется далеко, но тем не менее он же будет несколько ночей в это место подать. К чему я начал-то? Ведь Батыгин и Браун изначально они были противниками. А фотография там были испанские работы какие-то у них была вот работа, где они
Speaker A
предполагали ебатыгины и брал как раз хотели их проверить в том контексте, что да, не может такого быть. Сейчас мы это объясним ну по-другому. И оказалось, что они подтвердили, прямо та же самая история. Причём они лучше сделают, потому что теперь девятую
Speaker A
планету ассоциируют с Батыг с Батыгином и Браундом. Так что вот то же самое абсолютно.
Speaker A
А кому дадут Нобелевскую премию, если откроют? Найти надо. Найти надо. А премию поделят. Премию подели.
Speaker A
Четы четверым не дадут, поэтому значит, что возможно не дадут никому. Да, это есть такая есть такая проблема. Да.
Speaker A
Телескопу да. Телескопу. Ну да. А второ. То есть кто у нас главный по телескопу? Да. Вот. Вот директору обсерватории, пожалуйста, получите за планету. А все такие: "А, ну ладно". Так вот, через какие тернии надо идти к звёздам? Пераспера, адастра. Так
Speaker A
эти самые тернии - это просто заблуждение, через которые надо перешагивать. идти дальше, дальше, дальше, но оставляя заблуждение в истории науки, чтобы не забывать о не чтобы иногда доставать, а вдруг пригодится то, что работали для другого.
Speaker A
Точно, да, я бы тоже не стал высокомерно относиться. Какие-то люди часто не глупые чего-то, то есть что-то неглупое делали, наработали, посылки оказались неправильными.
Speaker A
Ну так я начинаю, я начинаю книжку писать. История заблуждений в науке. Со авторами будете?
Speaker A
Если название просто история, назови всеобщая история заблуждения. Такой уже написано. Нет, то есть в науке. В науке скопчиков на архив заблуждений.
Speaker A
Да, хорошо. Полезная будет книга и уж точно хорошо разойдётся. Кстати, если вы хотите ещё больше интересных новостей от редакции Вселенной плюс о том, как наука меняет нашу жизнь, обязательно подпишитесь на наш Telegram-канал Вселенная Плюс.
Speaker A
Ссылку оставим в описании. [музыка]
Topics:эфирМайкельсон МорлиМаксвеллЭйнштейнчёрные дырыистория физикинаучные ошибкиастрономияскорость светакосмология
