Speaker A
Вот, вы знаете, я бы начал вот с чего. То, что я хотел сказать ещё в начале, но не успел. Дело в том, что, ну, это я понимаю, всегда мало времени. Дело в том, что Германия вот в тот самый момент, когда мы
Ковальчук объясняет, почему Германия проиграла, несмотря на ресурсы, и как Россия должна консолидироваться для будущих прорывов.
Key Takeaways
- Наличие ресурсов не гарантирует успех без правильных решений и консолидации.
- Научное единство и поддержка государства критически важны для технологического прорыва.
- Современная Россия должна объединиться перед лицом внешних угроз и использовать нестандартные подходы.
- Фундаментальная наука должна быть защищена от коммерциализации ради долгосрочного развития.
- Создание специализированных институтов и агентств поможет обеспечить конкурентоспособность и инновации.
What the video covers
- Германия во время Второй мировой войны имела все ресурсы для атомного проекта, но проиграла из-за отсутствия правильных решений и консолидации.
- Научное сообщество Германии было разобщено, а власть не понимала важности масштабных задач.
- Россия сегодня сталкивается с похожими вызовами, но в более жестких условиях из-за открытой враждебности Запада.
- Западные страны, особенно те, кто у власти, нацелены на уничтожение России, что требует консолидации и нестандартных решений.
- История пуска реактора F1 и развития атомного проекта в СССР как пример успешной научной координации и поддержки государства.
- Создание Курчатского института как научного центра и его роль в развитии фундаментальной науки и биотехнологий.
- Преобразование Росатома в коммерческую структуру могло бы негативно сказаться на фундаментальной науке, поэтому Курчатский институт выделен отдельно.
- Создан совет с приоритетными направлениями для развития атомной отрасли и науки, поддерживаемый президентом.
- Необходимость создания агентства будущего для концентрации ресурсов на прорывных технологиях, таких как термоядерный синтез и биомедицина.
- Пример советской глубокой поддержки науки на примере создания института радиоэкологии для сельского хозяйства в условиях ядерной войны.
Chapters
- 00:00Введение: Германия и её ресурсы во Второй мировой войне
- 00:51Разобщённость научного сообщества и ошибки власти в Германии
- 01:47Почему Германия проиграла, несмотря на все ресурсы
- 02:36Современные вызовы для России и роль Запада
- 03:17История атомного проекта СССР и пуск реактора F1
- 03:58Росатом, Курчатский институт и проблемы коммерциализации науки
- 04:47Создание совета и приоритетных направлений развития
- 05:18Необходимость агентства будущего и прорывных технологий
- 06:22Роль Курчатского института в биотехнологиях и безопасности
- 07:34Пример советской поддержки науки: институт радиоэкологии
Full Transcript — Download SRT & Markdown
Speaker A
происходили события, о которых мы говорим, в Германии было всё. Были нобелевские лауреаты, все открытия главные были, выдающиеся физики, мы всех их знаем. У них была тяжёлая вода, был уран, всё было. Реактор даже построили, всё было. И они ничего не сделали. А
Speaker A
почему? А потому что не было правильного решения. Во-первых, научное сообщество было разобщено. Они мерились друг с другом непонятно чем. Это было первое. Второе.
Speaker A
Власть и научное сообщество ничего не понимали. Вот в книге Шпеера, который стал министром в конце войны, есть такая вещь. Он позвал одного из ключевых людей из немецкой физики Нобелевского. Сказал: "Скажите, что вам дать. Мы дадим всё, что надо". И он пишет, что говорит: "У
Speaker A
них оказалась простая просьба, какие-то там несколько сот тысяч марок на покупки каких-то частных приборов. Не оказалось людей со масштабных задач. И поэтому они проиграли всё и потеряли страну. Хотя имели всё, имели. И на я вот ответ на твой, на ваш вопрос. Дело в том, что
Speaker A
вот мы обсуждаем, что важно. Вот научный задел важен, без него ничего нет. Разведка важна, она ускорила всё сделать. Но если нет правильного решения и консолидации общества или его части, нет результата.
Speaker A
Германия имела всё: колоссальнейшая военная машина, экономика, заняли уже оккупировали полмира, на них работали. У них было всё для атомного проекта и для ракет всё было и ничего не вышло. И они потеряли страну. Вот это важно вам всем слышать, потому что не было правильного
Speaker A
решения. И сегодня я позволю себе скокнуть сразу, как бы в сегодняшний день перед нами стоит такая же точно задача, как тогда. Она на самом деле ещё опаснее и тяжелее, потому что тогда это было завуалировано. Там американцы, англичане с нами взаимодействовали, хоть
Speaker A
они понятно, что хотели нас убить или ждали, что нас убьёт Гитлер на открытие второго фронта, но тем не менее была видимость. А сегодня мы одни чётко.
Speaker A
Ну я сейчас не говорю про восточных партнёров и друзей, но я говорю, вот вся западная картина, они враги не прикрытые.
Speaker A
И они не просто враги, они, я имею в виду тех, кто сегодня у власти в этих странах. И они нацелены на наше уничтожение. Поэтому нам как никогда нужна консолидация и нестандартные решения. Вот сегодня мы говорим там обо всех развитиях, что должно быть. Я вот
Speaker A
просто пофантазирую, но сначала скажу одну вещь. Вот Алексей Евгеньевич очень хорошо, надо было ему прибавить полторы минуты, он очень хорошо говорил про Кручацкий институт в начале. Так вот, ты зря его укоротил. Так вот, я хочу сказать, я понял, да? Ты у меня
Speaker A
отрежешь. Короче, я вот что хотел сказать. Вы знаете, какая история. Вот Росатом, средяй министер, вот Алексей Егень все вехи назвал, он только одну веху упустил. Важнейшим контрпунктом атомного проекта был пуск реактора F1.
Speaker A
На будущий год будет 80 лет запуска реактора F1. Первой самой поддержанной цепной реакции на территории Евразии.
Speaker A
Вот сейчас атомная отрасль, мы отмечаем 80 лет, а на будущий год будет 83. Это была главная точка, потому что мы, во-первых, убедились, что разведка не врёт. Есть цепная реакция. И главное, что мы её можем сделать полностью сами.
Speaker A
И уже одновременно строилась Аннушка, которая нарабатывала на Урале плутоний для бомбы. И поэтому и мгновенно, вы представьте, 25 декабря 1946 года был пущен Курчатовым реактор F1. И через там 3 года мы взорвали бомбу. Значит, мы уже через полтора года почти пустили
Speaker A
Аннушку. Курчатов руками этим занимался. И всё, поехал. Так вот, сорок восьмого, да, июль. Так вот, теперь я хочу сказать вот что. Значит, вот когда у нас вот я к тому, что говорил Алексей Евгеньевич, вот что произошло, когда Сергей
Speaker A
Владимирович возглавил Росатом, а я Курчатский институт, мы с ним поговорили и пришли к выводу, что его задача превратить великий Средмаш, по сути, в Газпром, в коммерческую структуру. И в этом смысле логика действия по созданию коммерческой структуры, которая дала ват деньги, она будет
Speaker A
нацелена на уничтожение фундаментальной науки объективно, не потому, что кто-то плохой или что-то. И мы тогда поговорили, пришли к выводу. Раньше было, как был научный глав в середине Росмаши, который был Курчатским институтом. И в этом смысле всё было легко. А счастливы, и мы тогда
Speaker A
договорились, чтобы выделить Курчатский институт из формирующегося Росатома и сделать от аутсорсинговый научный глав. Пошли к президенту, и президент активно поддержал, и в восьмом-девятом году вышли два указа, по которым была создана первая национальная лаборатория Курчатский институт, как аутсорсинговый научный главк для Росатома. Дальше мы
Speaker A
проходили сложный период становления Росатома, там разделение оружейного комплекса, там массу тонких сложных вещей президент провёл. Это представить невозможно.
Speaker A
Это отдельный вопрос. Но и у нас были сложные процессы бракоразводный между нами. Объективно. И я хочу сказать, что он завершился очень важно на консолидирующей основе. Мы создали с Олегом Евгеньевичем, с Алексеем Евгеньевичем мы создали совет, который выбрал приоритетные направления
Speaker A
взаимодействия, некую комиссию небольшую, которая чётко двигается, определяя будущее. Но что важно, когда я об этом доложил в феврале на конгрессе, как вы хорошо помните, э форум будущих технологий, я сказал: "Владимир Владимирович, я тогда был вот как сегодня Андрей Санович вёл, и
Speaker A
Владимир Владимирович выступал". Я тогда ему сказал: "Знаете, вот я хочу отчитаться, у нас с Росатом всё полностью, всё хорошо. Мы создали совет.
Speaker A
Димич посмотрел, сказал: "Совет, да, любовь". И вот мы сегодня вам демонстрируем, что у нас полный совет и любовь, как нам привелел президент. Это первое. И каждый из нас в этой любви вам признался публично со сцены, но это не
Speaker A
формальное дело, а фактическое. Мы нужны друг другу. И сегодня формирование новой системы. Никто, как мы, не понимает того, что если мы хотим иметь будущее, мы должны сделать так, чтобы был инструмент, грубо говоря, назовём это, как раньше это назывался, спецкомитет.
Speaker A
Сегодня можно назвать там, не знаю, агентство будущего. И надо те задачи, которые являются приоритетными для рывка, для прорыва, выделить в отдельное место. Я далёк от мысли давать совет там правительству, начальству. Но вот если бы я был директором, знаете, была такая рубрика в
Speaker A
газете, что бы я сделал. Вот надо сделать некую вещь и туда положить то, что нам обеспечит прорыв и конкурентоспособность. Вот мы сегодня говорим о природоподобии. Это важнейшая вещь. И природоподобие, например, термоядерный синтез как одна из первых природоподобных технологий является
Speaker A
существенной частью перехода к природоподобного укладу. А создание биоэнергетических вещей, всей биомедицинских, вот мы, Вероника Игоревна, это всё время обсуждаем очень тесно, это важнейший вопрос. Но это совершенно другое дело. И мы в Курчатском институте при полной поддержке руководства страны за 10 лет
Speaker A
создали мощнейший второй Курчатский институт XXI века, нацеленный на биогенетические био безопасности, неважно назовите как угодно вот эту часть.
Speaker A
Фактически вернувшись того, о чём вы говорили, ведь мы же с вами, помните, был юбилей госнеетики, где вы вспоминали, что все так или иначе вышли из Курчатского института, весь медицинский сегодня наш пул, либо из институтов, которые родились в Кручатке.
Speaker A
Я заканчиваюсь приведу вам пример, насколько власть советская при всём, что мы понимали, была глубокой. И Анатолий Петрович Александрович 50 с лишним лет назад после аварии на Урале одной предложил. Они со Ославским приняли решение и создали в Обнинске институт в
Speaker A
Нераэ, который сегодня подразделение Курчатского института, всесоюз тогда назывался научно-исследовательский институт радиоэкологии. Это институт, который был создан для ведения сельского хозяйства в условиях ядерной войны. Уникальный институт с уникальной инфраструктурой. Там город подземный я увидел весь в России.
Speaker A
Уникальное дело, понимаете, что дело? И вот я закончил на одной вещи. Вотдивич, когда в тринадцатом год
Speaker A
зеницу ока на великое наследие Советского Союза научное". И взял под полный контроль передачу каждого института любую вещь. И это важнейшая вещь. Мы наследники величайшего научного наследства, и оно есть при при правильной организации на основе совета и любви база для прыжка в будущее. Спасибо.
Speaker A
Спасибо.
Topics:Россияатомный проектКурчатский институтРосатомнаукаконсолидациятермоядерный синтезистория Германиифундаментальная наукатехнологический прорыв
