Speaker A
Такие. И он увидел, значит, к небольшой берёзовый лесок, вот белые стволы берёз. Да, берёзовый лесок. И между ними как будто бы палки белые натыкал, вот, э, такой вот. Казалось, что там какие-то белые палки натыкаются с дороги, не видно было. Вот, как жена его объясняла, как он ей рассказывал, что он не понял, что это такое за белые палки, и решил, ну, туда проехать и посмотреть, что там. Ну вот и, значит, и потом он, как сначала на машине хотел, а там как бы спуск с дороги не было, спуска с дороги там, вот с дороги как спуск сразу шла ямка, вот эта вот, как её называют, около дороги, вот эти вот кюветы, кюветы, вот. Невозможно было съехать на машине, то есть съезда не было ни в той стороне, ни в той стороне. Он никуда там не проезжал, ничего, и он решил дойти до этого леса пешком. Вот он дошёл пешком и увидел, что в этом лесу кладбище. Кладбище, но оно необычно тем было, что все захоронения были одинаковые, такие белые стеллы небольшие, вот знаете, вот как, вот как я это поняла, как вот участникам войны раньше ставили. Да, вот эти вот серебристая она, вот такого как конусом. Да, вот такая она серебристая и звезда вверху, а эти были все белыми и как будто бы вот из камня белыми. И на всех фотографиях детей, детей, это вот он так рассказывал своей жене, также она передала и эту историю потом всем рассказывала, слушали люди. Вот фотографии детей, и у всех, ни у одного ребёнка не было даты рождения, но у всех стояла одна дата смерти. Вот захоронений там было больше 100, как он сказал, типа того, что это, то ли он посчитал, то ли что, но лесок был небольшой. Так жутко встала, говорит, от это вот всего, что я, говорит, быстрее обратно. Обратно, говорит, и своей дорогой поехал. Вот. Ну и вероятно он рассказал об этом вот Юрию. Вот, а тот как бы может быть и занимался тем, что может быть там раньше же, знаете, как хоронили. Да, вот особенно участников войны со всеми родинами. То есть я, допустим, лично в интернете, вот здесь на ютубе назад человек снял кладбище где-то в лесу, тоже сосновый лес, только сосновый был, и там кладбище ветеранов было войны. И представляете, вот я вообще я офигела, думаю, вот сейчас вот кто бы нашёл бы, вот наверно бы разгромили его просто. В общем, могила, да, её уже нет. Она уже с землёй сравнялась. Доска сделана вручную. Вот так. Вот, вот доска на ножках, и на этой доске все его ордена, ордена и стекло. Стекло уже разбито, но не людьми, а временем скорее всего. Ветом там, может быть, может камень прилетел, и все ордена на месте висят, какие-то лежат уже на земле. Вот представляете, вот такое кладбище где-то в какой-то деревне, в какой-то глуши. Но вот этот человек, который снимал это видео, он говорит, я ничего, конечно, оттуда, говорит, не взял, потому что говорит, ну, это кладбище, и нельзя брать у мёртвых, и всё. И все были, вот все захоронения, вот воевавших были в таком духе. То есть все ордена, ордена, медали, они были не с ними захоронены. Да, как раньше вот хоронили с ним вместе, там, вот, допустим, или несли вот эту подушечку, как я сейчас помню, с наградами. Да. Сначала что вообще делали ветераны с орденами? Они просто раздавали их детям играть. Вот мой знакомый сам лично рассказывал, у него отец свой вал, он говорит, просто говорит, пришёл с войны и все свои награды раздал детям играть. И так делали многие. Они не знали ценности этих наград, тем более сейчас, сколько стоят эти медали, ордена. Ну вот. И потом эту с этой подушечки брали тряпочку, на которую были вот эти ордена прицеплены, и клали, значит, либо в гроб туда, либо просто эту подушечку потом после похорон уносили домой, хранили как память, либо хоронили ветерана уже в пиджаке, и на пиджаке были вот эти вот награды его. Вот таким вот образом. Вот. Я не знаю, как бы что хотел Игорь найти там, но поехал.
