Speaker A
А вы знаете, что пиратом можно назвать не только долговязого Джона Сильвера или капитана Джека Воробья, но, например, Одиссея?
Лекция Тамары Эйдельман о пиратах: от Одиссея и Джона Сильвера до реальных морских разбойников и их образа в культуре.
Ask about this video. Answers come from its transcript only — with the timestamp, so you can check them.
Generated from the transcript and can be wrong — check the timestamp.
Key Takeaways
- Пираты — сложные исторические фигуры, объединяющие жестокость и харизму.
- Образ пиратов в культуре часто романтизирован и отличается от реальности.
- Исторические и литературные пиратские персонажи взаимосвязаны и влияют друг на друга.
- Пираты играли значительную роль в политике и экономике морских регионов.
- Современное восприятие пиратов формируется через книги, фильмы и музыку.
What the video covers
- Пираты — не только вымышленные персонажи, но и исторические фигуры, включая пиратов, служивших Ивану Грозному.
- Образ пиратов романтизирован в литературе, особенно в книге 'Остров сокровищ' Роберта Льюиса Стивенсона.
- Джон Сильвер — ключевой персонаж романа, прототипом которого стал друг Стивенсона, поэт Уильям Хенли с инвалидностью.
- Советская экранизация 'Острова сокровищ' 1937 года значительно изменила сюжет, добавив революционные мотивы.
- Пираты исторически были опасными и жестокими, но их образ привлекателен и обаятелен, что отражается в культуре и кино.
- Исторические пиратские операции и их влияние на морскую торговлю и политику подробно рассматриваются в лекции.
- Рассказ о знаменитых пиратах, таких как Эдвард Тич (Черная борода), и их тактиках устрашения.
- Пираты часто сотрудничали с властями и использовали коррупцию для сохранения влияния.
- Лекция затрагивает медицинские аспекты жизни пиратов, включая ампутации и роль врачей на кораблях.
- Обсуждается, почему пиратская тема остается популярной и романтизированной в массовой культуре.
Chapters
Full Transcript — Download SRT & Markdown
Speaker A
А вы знаете, что был пират, служивший Ивану Грозному? Почему разбой на морях оказался таким выгодным занятием?
Speaker A
Что еще интереснее, почему пираты кровавые, жестокие, грязные так нам всем нравятся? Мы все поем: "15 человек на сундук мертвеца!
Speaker A
Йо-хо-хо и бутылка рома!" Сегодня будем говорить про пиратов. Спасибо всем, кто нас поддерживает, кто помогает нам плавать по бескрайним, ходить по бескрайним морям интернета и держаться на плаву.
Speaker A
Спасибо нашим патронам на Patreon, нашим спонсорам на YouTube. Спасибо тем, кто нас поддерживает на платформе Boosty, кто прорывается к YouTube, несмотря ни на что.
Speaker A
Без вас мы бы давно пошли на дно, нас бы давно взяли на абордаж. Не дайте им нас заткнуть.
Speaker A
Друзья, я отправляюсь в США с новой лекцией "Свобода и диктатура в современном мире". Кровавые войны, неожиданные и пугающие результаты выборов в, казалось бы, свободных и мирных странах, коррупция — неужели наступает время диктаторов, а свобода уходит в прошлое?
Speaker A
Можно ли противостоять этому процессу? Приходите на мою лекцию, будем искать ответы вместе. Жду вас.
Speaker A
Когда речь идет о пиратах, то, конечно, мы сразу вспоминаем "Остров сокровищ". И вообще-то я, готовясь к этой лекции, вдруг подумала: "Остров сокровищ" — это не книга о пиратах, это книга о борьбе с пиратами.
Speaker A
И удивительно, что эта книга, в которой пираты вообще-то, они хотят убить героев, они мерзкие такие, ну есть исключения, естественно, о нем сейчас поговорим, но именно эта книга невероятно романтизировала образ пиратов.
Speaker A
Как много для нас для всех с детства, значит, пираты — его заслуга огромна. Но вот если подумать, то что там происходит?
Speaker A
Сначала появляется омерзительный, гнусный Билли Бонс, который пьет ром, который хамит, который не платит матери Джека за гостиницу.
Speaker A
Ну то есть вот все ужасно. Потом появляется совсем жуткий слепой Пью, который приносит Билли Бонсу черную метку, и они все кошмарные.
Speaker A
Потом пираты хотят захватить корабль "Испаньола", корабль, который Сквайр Трелони и доктор Ливси нашли для того, чтобы отправиться искать сокровища Флинта.
Speaker A
Ну, все вообще ужасно. Но вообще-то, как мы знаем, что Стивенсон сначала хотел в центр романа поставить вовсе не Джима, не мальчика, а хотел поставить долговязого Джона Сильвера.
Speaker A
И вообще-то роман сначала должен был называться "Морской кок", и о Сильвере должна была идти речь.
Speaker A
И Сильвер, конечно, играет огромную роль в романе, и он невероятно обаятельный. Мы знаем, что Сильвер был квартирмейстером у выдуманного Стивенсоном пирата капитана Флинта, а квартирмейстер на пиратских кораблях — это второй человек по значению.
Speaker A
То есть капитан отвечает за все, что связано с военными операциями, а квартирмейстер непосредственно отвечает за команду, кто где живет, кто что ест, какие кому задания, то есть это очень важный человек.
Speaker A
И Стивенсон не скрывал, и об этом написано много, что он списал Джона Сильвера со своего друга.
Speaker A
Поэт, писатель, издатель Уильям Хенли, с которым Стивенсон много общался, в детстве еще заболел туберкулезом костей, его очень мучительно лечили, и даже в детстве, вот с 12 лет он тяжело болел, и с ним проводили какие-то невероятно болезненные процедуры. И его брат вспоминал, как он после этих процедур прыгал по комнате,
Speaker A
хотя только что перенес ужасную боль, и делал вид, что все нормально, что ничего не происходит.
Speaker A
Ну и в конце концов, еще совсем он был молодым, когда ему ампутировали ногу. Никогда он не подавал ни малейшего признака отчаяния, уныния, очень мужественно себя вел.
Speaker A
И когда вышел "Остров сокровищ", то Стивенсон написал ему в письме: "Хочу признаться, долговязый Джон Сильвер был задуман с мыслью о вашей силе, преодолевающей искалеченное тело, и о вашем самообладании.
Speaker A
Сама идея показать искалеченного человека, который командует и вызывает страх при помощи одних только слов, была полностью взята у вас".
Speaker A
А позже пасынок Стивенсона, для которого, собственно, изначально и писался "Остров сокровищ", так описывал Хенли: "Большой, сияющий, широкоплечий человек с длинной рыжей бородой и костылем, веселый, с поразительным умом и со смехом, рокотавшим словно музыка. Он обладал невероятной страстностью и жизненной энергией, от общения с ним просто колени подкашивались".
Speaker A
Вот такой человек — это прототип мерзкого, подлого бандита Джона Сильвера, который и закрутил всю эту интригу с захватом корабля.
Speaker A
Очень характерно, что у Стивенсона не хватило духу покончить с Сильвером. Пираты все наказаны, они оставлены на острове, кто-то убит, а Сильвер сумел удрать, и где-то в каком-то порту его ждет его чернокожая возлюбленная, он со своим попугаем, который кричит: "Пиастры, пиастры, пиастры!"
Speaker A
Pieces of eight в подлиннике, да, Pieces of eight, с куском, который сумел он получить, все-таки урвать часть сокровищ Флинта, он удрал и, очевидно, там он будет доживать свой век. И Джим говорит, что он надеется, что хорошо он там будет жить, потому что тут как бы такой поклон должен
Speaker A
быть все-таки морали, в загробной жизни Сильвера, конечно, ничего хорошего не ожидает, но будем надеяться, что он хоть здесь ее спокойно доживет.
Speaker A
И, в общем, Сильвер в течение большой части книги болтает с Джимом, он такой весельчак, он ему разные интересные вещи рассказывает, он невероятно обаятельный.
Speaker A
И надо сказать, что "Остров сокровищ", естественно, был переведен на все возможные языки, он был миллион раз экранизирован, он переделан, мультфильмы, фильмы, чего только нет.
Speaker A
И в космосе происходит действие "Острова сокровищ", и много где еще. И при этом, в общем, конечно, обычно самые яркие персонажи — это именно пираты.
Speaker A
Ну да, Сквайр Трелони, который такой лопух, что он всем разболтал про эту карту, ну да, благородный доктор Ливси.
Speaker A
Так вот мы как-то глупо устроены, что все эти благородные персонажи куда менее привлекательны, чем отрицательные.
Speaker A
Мне известно только одно, пожалуй, исключение — вот в восхитительном мультфильме, на половину мультфильме, на половину фильме, который в конце 1980-х Давид Черкасский создал, там доктор Ливси появляется и голосом Евгения Паперного говорит: "Для вас слово ром и слово смерть, — говорит он Билли Бонсу, — это одно и то же". И он ужасно
Speaker A
такой смешной и классный. А так в основном, конечно, самое интересное — это как раз пираты.
Speaker A
И вот такой, как мне кажется, очень яркий пример: в 1937 году в Советском Союзе вышел фильм "Остров сокровищ", режиссер Владимир Вайншток его снял.
Speaker A
Вайншток вообще был хороший режиссер, неплохой, но вот этот фильм — это какой-то потрясающий пример советского безумия, потому что там сюжет был совершенно переделан.
Speaker A
Детки, читавшие "Остров сокровищ", да и взрослые, наверное, пришли и с потрясением видят, что вместо Джима Хокинса есть девочка Дженни, которая влюблена в доктора Ливси, но его почему-то там транскрибируют как Лайвесси.
Speaker A
Доктор поддерживает ирландских повстанцев, которые собираются бороться против английских империалистов, и повстанцам нужно оружие. И вот когда они узнают, что есть пиратский клад, доктор Ливси, или да, значит, вот Лайвесси, он собирается на остров, чтобы раздобыть эти сокровища и передать их повстанцам на дело свободы, не для того, чтобы нажиться.
Speaker A
Трелони там мерзкий, омерзительный такой ростовщик, который сговаривается с пиратами, а Ливси и Дженни, которая переоделась мальчиком для того, чтобы за своим возлюбленным последовать, они добывают эти сокровища и обеспечивают революцию.
Speaker A
Все это полнейший бред, но там, как часто бывало в 1930-е годы, была замечательная музыка, прекрасные песни.
Speaker A
Дженни пела песенку, которой потом исполнялось очень много, и таким вот модным в 1930-е годы писклявым голливудским голосом она, ухаживая за раненым доктором, пела: "Я на подвиг тебя провожала, над страною гремела гроза", то есть вот прям как будто уже про гражданскую войну,
Speaker A
про революцию речь идет. "Я тебя провожала, но слезы сдержала, и остались сухими глаза". И там повторяются слова: "Если ранили друга, сумеет подруга, в одном случае врагам отомстить за него, а в другом случае перевяжет подр...
Speaker A
То есть мало того, что мальчика сделали девушкой, влюбленной в доктора, так еще они такие боевые друзья, вот она его раны перевяжет, она бороться с ним вместе будет, она врагам отомстит за него.
Speaker A
Героическая романтика 1930-х годов. И все это, конечно, совершенно умерло, и сегодня это смотреть нельзя.
Speaker A
Там был Сильвер, которого играл замечательный актер Осип Абдулов. Я, готовясь к нашей лекции, пересмотрела песню пиратов, которую он поет, и она такая классная, она такая энергичная, она так здорово снята, что, конечно, она осталась прежде всего и сохранялась еще и очень долго.
Speaker A
Причем Абдулов это все исполняет невероятно здорово. "По морям и океанам злая нас ведет звезда, бродим мы по разным странам и нигде не вьем гнезда".
Speaker A
Вроде как это должно показать, какие они плохие. "Стала нашим капитаном черная, как ночь, вражда".
Speaker A
Но он так классно поет, вокруг, естественно, разлагающиеся всячески морально пираты, ему тут какой-то бокал подают, очевидно, с ромом, можно предположить. Потом он на одной ноге скачет костылем, размахивает.
Speaker A
"Что там унывать? Нам нечего терять. Пей да пьяна, будет волна кровью полна". И дальше припев: "Приятель, веселей разворачивай парус!
Speaker A
Йо-хо-хо, веселись, как черт! Одни убиты пулями, других убила старость. Йо-хо-хо, все равно за борт." Я переслушивала вчера это и думала, что после выхода этого фильма прошло много десятилетий, но вот когда я была маленькой, мои родители любили это напевать, то есть они с детства запомнили, конечно, не эту
Speaker A
протяжную песню Дженни, а вот эту такую энергичную песню пиратов. И дальше там камера показывает других пиратов, которые за Сильвером идут.
Speaker A
У одного глаз заклеен, другой какой-то такой уродливый, но они все живые, они яркие, у каждого своя индивидуальность.
Speaker A
Они поют: "Море, принимай обломки, мертвых похоронит мрак, скроют от людей потемки, подвиги морских бродяг, проклянут не раз потомки черный наш пиратский флаг.
Speaker A
Нас родила тьма, мы бродим как чума, близится час, слушай приказ, дьявол за нас!" На глазах Дженни, которая с ужасом за этим наблюдает, они, конечно, демонстрируют свою гнусную сущность, они дерутся, кого-то лупят, пьют, ну, в общем, ужасные.
Speaker A
Но так все это ярко! Я еще подумала грешным делом, фильм вышел в 1937 году, сколько людей из тех, кто смотрел его в кинотеатре, думали, что они бы вообще с радостью с этими злобными, пьянствующими пиратами поменялись бы местом, чтобы их вот так вот носила судьба
Speaker A
по разным странам, нигде не вить гнезда, но не вставать ночью и не прислушиваться, не идут ли за тобой.
Speaker A
И вот здесь, мне кажется, видна очень ясная мысль: пираты, вообще-то реальные пираты кровавые, жестокие мерзкие ужасные.
Speaker A
И рассказы о жестокостях пиратов всегда были, во все времена, и всем было понятно, что вообще ничего симпатичного особо в пиратах нет.
Speaker A
Но они все равно привлекают, они привлекают вот этой своей независимостью, своей свободой. По-разному разное видели в пиратах в разные времена, но вот это чувство, что они никому не подчиняются, вот это всегда вызывало к ним уважение.
Speaker A
В том же 1937 году девятнадцатилетний поэт Павел Коган написал стихи, которые его друг положил на музыку.
Speaker A
И так возникла песня "Бригантина", от которой уже там в 1950-е, в 1960-е многие отсчитывали начало бардовской песни.
Speaker A
Я очень хорошо помню, как в 1960-е, 1970-е всюду пели "Бригантину", то есть там, может быть, официально она не так уж и исполнялась, но у костра, где-нибудь в лесу, просто на посиделках это пели все.
Speaker A
Потом это, конечно, начали ужасно девальвировать, когда стали появляться какие-то клубы студенческие "Бригантина", кафе "Бригантина", и все это вообще разошлось и как-то ужасно стало каким-то дешевым и безвкусным.
Speaker A
Но очень характерно тоже, парень молодой, которому суждено погибнуть на войне, студент ИФЛИ, он пишет песню, естественно, он тоже читал "Остров сокровищ".
Speaker A
И какими ему представляются пираты и жизнь пиратская. "Надоело говорить и спорить, и любить усталые глаза.
Speaker A
В флибустьерском дальнем синем море бригантина поднимает паруса". Вот я очень хорошо помню, я в детстве еще не понимала, что такое флибустьеры, но вот звучание этой фразы "в флибустьерском дальнем синем море" тут прям завораживало, думаю, что и Когана самого завораживало.
Speaker A
"Капитан, обветренный, как скалы, вышел в море, не дождавшись нас, на прощанье подымай бокалы золотого терпкого вина".
Speaker A
Вот это все образы, конечно, это образы книжного мальчика, который много читает, и вот он отсюда взял это золотое терпкое вино, капитан обветренный, как скалы, и дальше "пьем за яростных, за непохожих, за презревших грошевой уют.
Speaker A
Вьется по ветру веселый Роджер, люди Флинта песенку поют". Как и все такие песни, которые бытовали в устной передаче, вот сайт, с которого я списала этот текст сегодня, там специально написано, что текст взят из сочинений Когана.
Speaker A
То есть понятно почему, потому что есть очень много разночтений. У меня, например, с детства осталось воспоминание, что капитан вышел в море, не дождавшись дня, а не не дождавшись нас.
Speaker A
И я думаю, что это просто уже, ну как-то вот когда пели, то упрощалась строка.
Speaker A
И точно так же "пьем за яростных за непохожих" - я очень хорошо помню, как в моем детстве пели "за яростных за непокорных".
Speaker A
Независимость большая подчеркивалась. И тоже такая смешная вещь. Я помню споры прямо, которые в нашей дачной компании велись, потому что "люди Флинта песенку поют", это казалось как-то ужасно несерьезно, хотя ясно, что он имеет в виду, он имеет в виду "15 человек на сундук мертвеца".
Speaker A
А были люди, вот уже эта такая серьезность КСПшная формировалась, были те, кто говорили: нет, надо петь "Люди Флинта гимн морям поют", потому что они такие суровые.
Speaker A
"Так прощаемся мы с серебристой, самою заветною мечтой, флибустьеры и авантюристы по крови упругой и густой".
Speaker A
Тоже я помню, как пели "братья по крови, горячей и густой". Все были разные варианты, то есть песня пошла в народ.
Speaker A
Всем невероятно нравилась идея быть флибусьерами и авантюристами. Вот эта линия такой романтичности, романтизации пиратской, она, конечно, была далеко не только в Советском союзе, далеко не только в России.
Speaker A
Джек Лондон, который любил, скажем так, маргиналов в самых разных формах, в его романе "Сердца трех", который для меня, например, составил вообще важнейшую часть моего формирования в детстве и в подростковом возрасте, "Сердца трех" начинаются с того, что эпиграфом поставлена старая
Speaker A
корсарская песня: "Кто готов судьбу и счастье с боем взять своей рукой, выходи корсаром вольным на простор волны морской".
Speaker A
И припев там: "Ветер воет, море злится, мы корсары не сдаем, мы спина к спине у мачты против тысячи вдвоем".
Speaker A
То есть корсар, он, во-первых, вольный, он ничего не боится, и вот вдвоем мы будем спина к спине у мачты друг друга поддерживать, что далеко не всегда корсары, а также флибустьеры делали, еще мы сегодня про это поговорим.
Speaker A
А дальше начинается история о двух дальних родственниках, которые сначала не знали вообще о существовании друг друга, о Генри и Фрэнсисе Морганах, которые, очевидно, потомки пирата Генри Моргана.
Speaker A
Генри Морган жуткий был совершенно, я бы сказала так, что даже на фоне всех злодеяний, которые делали пираты, он выделялся своей подлостью и гнусностью.
Speaker A
Генри и Фрэнсис ищут его сокровища. Они сначала хотят убить друг друга, когда только встречаются, потом они поддерживают друг друга во всем: в борьбе с полицией в Южной Америке коррумпированной, в борьбе с загадочными индейцами, с богами, с акулой Уолл-стрита, который хочет разорить Фрэнсиса.
Speaker A
Вот они всегда вместе и, конечно, добиваются своего, потому что они верны вот этой корсарской доблести.
Speaker A
Ну и, конечно же, книга, тоже сформировавшая несколько поколений, это "Одиссея капитана Блада" Рафаэля Сабатини, который сделал очень хитрую вещь.
Speaker A
В ситуацию золотого века пиратства, а мы еще будем говорить об этом времени, это вторая половина XVII, начало XVIII века, он поместил доктора Питера Блада, который волей злой судьбы оказался заброшен в Карибское море и который волей судьбы тоже стал пиратом.
Speaker A
Дальше Сабатини взял вполне реальные события, он очень сильно опирался на биографию как раз Моргана.
Speaker A
Но он Моргана как бы разделил. То есть все подлое, что связано с Морганом, он передал разным персонажам, которые противостоят Бладу.
Speaker A
Вот там есть Левасер и другие, которые совершают всякие гнусности и подлости, а ум, энергию, предприимчивость Моргана он передал благородному Питеру Бладу.
Speaker A
И вот получилась такая потрясающая книга о благородном пирате. И опять же, ему там противостоят гнусные пираты.
Speaker A
И Питер Блад не хочет быть пиратом, он хочет вырваться из этой ситуации. А все равно остается прежде всего какой-то романтический взгляд на пиратов.
Speaker A
И, конечно, для следующих поколений вот этот взгляд был закреплен, и думаю, что теперь надолго, "Пиратами Карибского моря" и прекрасным Джеком Воробьем - Джонни Деппом.
Speaker A
И там тоже вообще-то показаны пираты, которые грабят, которые жгут город, там показана Тортуга, пиратский остров, где бог знает, что творится.
Speaker A
Говорится все время о том, что пираты обманывают, это их вот суть их. Когда Элизабет обманывает Джека Воробья, он ей говорит: "Пиратка!" С таким восторгом.
Speaker A
Особенно в первых нескольких фильмах они очень сильно играют с образами пиратскими, и с сундуком мертвеца, и с легендами о Дэйве Джонсе, таком воплощении морских глубин, и с рассказами о Летучем Голландце.
Speaker A
И из всего этого кто бы ни хотел быть таким, как капитан Джек Воробей. Вот говорят, сейчас в Барнауле выгоняют Джека Воробья и пытаются деток включить в это, но я думаю, что это никому не удастся, уж слишком он обаятельный.
Speaker A
Меж тем он пират. Вот эти все с точки зрения морали, не слишком правильные люди, они привлекательны невероятно.
Speaker A
В этом их такая сложность и противоречивость. Есть журналист, которого зовут Иэн Урбина, , он много лет изучает сегодняшнюю ситуацию по всем морям и океанам, и он совершил путешествия какие-то невероятные, вот действительно по всем океанам, по огромному количеству морей, и написал
Speaker A
много очерков о тех беззакониях, которые творятся на море. И из этого получилась у него книга и целый проект, который называется "The Outlaw Ocean", "Океан вне закона".
Speaker A
Мы еще к нему придем сегодня и поговорим о нем. И вот у него там есть очень резонная мысль: "Несмотря на красоту, от которой захватывает дух, океан в то же время - это место дистопии, это родина мрачной бесчеловечности.
Speaker A
На море власть закона всегда изменчива, если она там вообще есть". И в этом, конечно, ужас морской жизни, в то же время в этом ее привлекательность.
Speaker A
Еще один источник, который я сильно использовала для подготовки к этой лекции, это совершенно замечательный курс на платформе Арзамас, прочитанный экономистом Юлией Вымятниной, и называется он "Экономика пиратства".
Speaker A
И он невероятно интересен, потому что действительно она анализирует развитие пиратства вот не через какие-то там романтические истории, хотя они там тоже есть, а она смотрит на пиратство как экономист.
Speaker A
Одна из мыслей, которая проходит там через все лекции, там, где есть торговля, ну и там, где есть мореплавание, там появляется пиратство.
Speaker A
Но в древности и в Средние века пиратство было развито намного больше, чем сегодня, хотя, увы, сегодня пиратов на земном шаре очень много, но они как бы оттеснены, мы не всегда их замечаем.
Speaker A
В древности пиратов было очень много, потому что в основе экономики античной, средневековой лежала необходимость присвоить как можно больше ресурсов.
Speaker A
Грубо говоря, если ты награбил много ресурсов, то тебе будет хорошо. Начиналось с простейших вещей, кстати, вот эти простейшие вещи сохранялись, сохранялись и сохраняются до сегодняшнего дня, когда еще не выходили в море грабить, когда жители прибрежных районов грабили корабли, потерпевшие крушение, или
Speaker A
просто зашедшие к ним в гавань и потерявшие бдительность. Это длилось и длится всегда, и мы знаем, что еще, скажем, в XVIII-XIX веке на побережье Британских островов иногда специально ставили фонари в бурную ночь, чтобы сбить с толку моряков, чтобы они решили, что это маяк,
Speaker A
пошли, разбились на скалах и целые деревни жили этим. В древности грабеж на берегу был очень популярен, такое береговое пиратство, а потом изменился вектор, то есть не люди на берегу грабили моряков, а моряки выходили в море и могли пойти ограбить какой-нибудь соседний город или встреченный ими корабль.
Speaker A
Это была такая данность, потому что, ну, практически любой купец, отправлявшийся в путь где-нибудь в Древней Греции, он же при случае мог стать пиратом.
Speaker A
Он мог отбиваться от тех, кто на него нападает, а мог и сам пограбить. Мы знаем, что, скажем, Одиссей, ничуть не скрываясь, рассказывает, он рассказывает о своих злоключениях, как боги его преследуют, а вот мы еще с товарищами ограбили город.
Speaker A
Мы знаем, как корабль Арго отправляется за золотым руном, и сколько разных событий происходит с аргонавтами, которые то в один порт причаливают, то в другой, и где-то их мирно встречают, а где-то их принимают за пиратов, а где-то они сами нападают.
Speaker A
То есть это что-то, в общем, более-менее нормальное. Понятно, что пиратов боялись, понятно, что если власть на берегу усиливалась более-менее, то она пыталась что-то с пиратами сделать.
Speaker A
Вот Геродот пишет, что царь Минос, который в III тысячелетии до нашей эры правил на Крите, он избавил все Эгейское море от пиратов.
Speaker A
Звучит очень сомнительно, потому что пиратов было огромное количество, но, очевидно, это показывает силу и мощь Миноса.
Speaker A
Наверное, у него действительно был такой большой флот, что пираты предпочитали не приближаться к Криту.
Speaker A
Само слово пират греческое означает разбойник, грабитель, ну такие нехорошие смыслы в нем. В то же время оно происходит от глаголов, в котором много разных значений, но, в частности, "ищу счастье, предпринимаю что-то".
Speaker A
То есть пират - это разбойник, но это еще и предприимчивый человек, и их тоже так воспринимали.
Speaker A
При этом пиратство могло быть по мелочи, ну вот где-то там прибило корабль, пограбили или вышли, увидели купцов маловооруженных, пограбили в море, а могло достигать очень больших размеров.
Speaker A
В VI веке до нашей эры греческий мир знал человека, которого звали Поликрат, Поликрат Самосский, потому что он захватил власть на острове Самос.
Speaker A
И вот с самого начала история его как-то не очень приятно показывает. Во-первых, как он пришел к власти.
Speaker A
Это VI век до нашей эры, это время, когда во всех греческих городах тираны рвутся к власти, те, кто не по наследству ее получает.
Speaker A
Вот Поликрат был из таких. На Самосе был обычай, что в праздник в честь богини Геры вооруженные люди шли к ее святилищу, у входа они оружие оставляли и заходили дальше уже безоружными.
Speaker A
И вот Поликрат с двумя своими братьями напал на безоружных людей, то есть он вообще-то совершил кощунство, он осквернил праздник Геры.
Speaker A
Ничего, напал, захватил власть, занял Самос, укрепил Акрополь Самосский, крепость, очень сильно перестроил гавань, потому что он уже знал, что его власть будет на море, не только на земле.
Speaker A
При этом, значит, одного своего брата он убил, другого выгнал с острова. Ну так, по-пиратски, в общем, себя вел.
Speaker A
Дальше он создал огромный флот. Если верить отцу истории Геродоту, то у него было войско из тысячи лучников, это огромный отряд для того времени, у него было 150 весельных кораблей, ну, то есть очень таких больших лодок, скажем, 40 триер, а это военные, уже сильные корабли.
Speaker A
Он еще новый тип корабля разработал. И вот у него эта мощная гавань, у него мол построен, и оттуда он совершал набеги на всех практически.
Speaker A
С одной стороны, конечно, никакие уже посторонние пираты сюда не приближались. Он сам пират, и это одно из первых известных нам в истории, но далеко не последнее, пиратское государство.
Speaker A
Так же, как будет государство алжирских пиратов в XVI веке или как сегодня Сомали - пиратское государство, вот Самос был пиратским государством.
Speaker A
Геродот пишет, что Поликрат нападал на всех: на друзей, на врагов, и что якобы он говорил, что лучше что-нибудь отнять у друзей, а потом их порадовать тем, что им это вернуть, чем вообще на них не нападать.
Speaker A
Такой сомнительный способ радовать друзей, но, во всяком случае, вот так он поступал. Но самая знаменитая история, связанная с Поликратом, это история его гибели, о том, как как раз от него отрекся друг, это был египетский царь, который написал ему, что у тебя слишком много счастья,
Speaker A
слишком много удачи, боги наверняка на тебе разгневаются, поэтому я порываю с тобой отношения, ну, чтобы не огорчаться, когда ты погибнешь.
Speaker A
Вот так вот зная, как Поликрат вел себя по отношению к своим друзьям, может быть, дело было не только в его исключительной удаче, а в том, что египетский фараон не очень хотел с ним дружить, понимал, что нельзя на него рассчитывать.
Speaker A
Дальше, как нам рассказывает легенда, которую потом в стихах Шиллер переложил, о том, что Поликрат понял, ему надо срочно чего-то себя лишить, чтобы не было вот этой вот стопроцентной удачи, и тогда, может быть, боги его не тронут.
Speaker A
Он снял с пальца драгоценный перстень, который очень любил, и бросил в море. А через несколько дней во дворец пришел рыбак, который сказал, что он поймал огромную рыбу, и, конечно, такая рыба должна быть на столе у правителя, и когда рыбу вскрыли, то в животе у нее нашли перстень Поликрата.
Speaker A
И тут всем стало ясно, что скоро Поликрат погибнет. Ну так оно и произошло. Конечно, государства, рядом с которыми появляются пиратские базы, не очень это любят и по возможности с ними борются.
Speaker A
Иногда их используют, как мы тоже еще увидим, иногда борются с ними. И вот персы разгромили флот Поликрата, несмотря на то, что Геродот пишет, что после Миноса ни у кого не было такой власти на море.
Speaker A
Поликрата захватили в плен и предали его мучительной казни. Но эта показывает история, если отмести все вот эти вот сказочные наслоения, то мы понимаем, какой мощи достигали античные пираты.
Speaker A
И дальше, в зависимости от ситуации, значит, если государства вокруг достаточно сильны, то пираты уходят в тень.
Speaker A
Они, конечно, никогда не исчезают полностью, ну, во всяком случае, они не высовываются сильно. Чем больше слабеет государственная власть, тем больше поднимаются пираты.
Speaker A
Во II веке до нашей эры, то есть уже несколько столетий прошло после гибели Поликрата, в Малой Азии на земле, которая называлась Киликия, расцветают города киликийских пиратов, и они становятся просто бичом всего Восточного Средиземноморья, а потом и не только Восточного.
Speaker A
Дело в том, что предыдущее столетие здесь контролировала хорошо ситуацию династия Селевкидов, а как раз во II веке они ослабели, и тут же разрастаются города.
Speaker A
Очень может быть, как тоже часто бывает в разных ситуациях, что это были моряки, скажем, до этого служившие каким-то правителям, потом, может быть, их служба больше не нужна, может быть, война закончилась, где их использовали, а жить-то надо дальше.
Speaker A
Они начинают пиратствовать. Киликийские пираты, у которых было много баз, и не только в Киликии, но и в Ликии неподалеку, это все территория нынешней Турции, они просто всех держали за горло.
Speaker A
В I веке до нашей эры многие из таких, значит, сорвиголов морских пошли на службу к царям, управлявшим государством, которое называлось Понт, которое было на берегах Черного моря, а постепенно расширялось все больше и больше.
Speaker A
И вот в I веке знаменитый Митридат VI Евпатор, очень сильный правитель, настолько сильный, что он даже на свою беду посмел вступить в конфликт с Римской империей, потому что не хотел ей подчиняться, и три войны, вот эти Митридатовы войны прошли.
Speaker A
В конце концов Митридат был повержен. Те, кто когда-нибудь еще в неоккупированном Крыму отдыхал, наверняка слышали легенду про Митридата, который очень боялся, что его отравят, и поэтому все время понемножечку принимал яд, а когда пришла пора спасаться от римлян, и он понял, что деваться уже
Speaker A
некуда, и хотел покончить с собой, то яд его не брал, ему пришлось искать какие-то другие способы самоубийства.
Speaker A
Но вот пока Митридат был еще могучим правителем, беспрерывно воевавшим, ему были очень нужны пираты.
Speaker A
Они были у него, ну, практически на содержании. И это были пираты из Киликии, из Ликии, из разных частей Малой Азии.
Speaker A
Говорили, что однажды корабль, на котором плыл царь Митридат, начал тонуть, неподалеку оказались пираты, и Митридат совершенно спокойно, даже не задумываясь о возможной опасности, перешел на пиратское судно, они доставили его до дома, потому что они ему служили.
Speaker A
Но вот Митридатовы войны заканчиваются, куда им всем деваться? Опять такая волна настоящая грабежей и пиратских экспедиций.
Speaker A
Те, кто когда-нибудь в Турции отдыхали в деревушке, которая называется Чаралы, наверняка поднимались на гору, где горит вечный огонь, поднимающийся из-под земли, и поэтому вокруг этого огня легенды, что здесь жила страшная химера, и много всего другого.
Speaker A
А насчет химеры сказать затрудняюсь, а то, что на этой горе была одна из баз пиратов, вот это похоже, что действительно так и было.
Speaker A
И там, конечно, им защищаться было удобно. Ну и якобы, когда уже враги прямо взяли их за горло, то один такой пиратский правитель сжег на этой горе себя и свою семью.
Speaker A
Такая легенда, конечно, легко могла возникнуть, потому что там эти языки пламени вырываются действительно очень эффектно.
Speaker A
Рассказы о пиратах, конечно, всегда преувеличены. Вот что в древности, что в XVII веке. Это и пиратам самим выгодно, чтобы их боялись, чтобы о них рассказывали бог знает что.
Speaker A
Но и у страха глаза велики. Знаменитый историк Плутарх, который о пиратах тоже писал, он утверждал, что у киликийских пиратов было 30 тысяч человек на службе.
Speaker A
Они владели тысячей кораблей и завоевали по всему Средиземноморью 400 городов. Конечно, эти круглые цифры вызывают большое сомнение, но, очевидно, Плутарх хотел просто показать, что базы эти пиратские были по всему Средиземноморью.
Speaker A
Другая интересная вещь, тоже которая видна в поведении пиратов в самые разные века, в самых разных культурах.
Speaker A
Плутарх пишет, что пираты всех пугали, конечно, своей жестокостью, тем, как они захватывали людей в плен, требовали выкуп, пытали людей, издевались над ними часто, а еще такой своей бесстыдной, наглой роскошью.
Speaker A
У них якобы паруса были позолоченны, навесы над палубой, жарко же там, навесы над палубой были из пурпурных тканей драгоценных, а весла были покрыты серебром.
Speaker A
Мне немножко трудно это себе представить, но здесь, с одной стороны, может отражаться, конечно, легенда об их богатствах, тоже еще увидим, как это в разные века существует, а в то же время, может быть, они ичились своим богатством награбленным, и очень может быть, что какой-нибудь
Speaker A
командир действительно приказал паруса покрыть золотой краской, а весла посеребрить. Легко могу поверить. Про них рассказывали, что вот эти пираты были первыми, кто стали поклоняться богу Митре, пришедшему из Персии.
Speaker A
И вот благодаря пиратам вера в Митру распространилась по всей Римской империи. Не знаю, насколько это соответствует действительности, но то, что пираты действительно, про них говорили какие-то странные обряды они непонятные совершали, очевидно, там были такие лихие молодцы из самых разных народов, поклонявшиеся разным богам.
Speaker A
В более позднее время, например, все римские легионы будут поклоняться Нитре. Это такое божество, которое говорит сердцу воинственных солдат, поэтому, наверное, и пиратам тоже.
Speaker A
Но и знаменитая история, связанная с молодым Юлием Цезарем, который совершенно еще не был Юлием Цезарем, а был просто молодым аристократом, который отправлялся на остров Родос и был захвачен в плен пиратами.
Speaker A
Как гласят многочисленные источники, пираты потребовали за него огромный выкуп, они хотели двадцать талантов серебра, это гигантская совершенно сумма.
Speaker A
А Цезарь якобы сказал: а что это вы за меня так мало хотите? Вы что, меня так низко цените?
Speaker A
Просите пятьдесят, за меня дадут пятьдесят. И они потребовали пятьдесят. И этот выкуп был уплачен, причем это заплатили не родственники Цезаря.
Speaker A
Эти деньги собрали города малой Азии, потому что они были виноваты. Вот римский дипломат, аристократ попадает в руки пиратов.
Speaker A
А почему пираты так бесчинствуют? Потому что вот эти города на побережье не обеспечили безопасность - теперь выплачивайте.
Speaker A
Ну и дальше Цезаря выкупили, а он ожидал выкупа, живя у пиратов, беседуя с ними, рассказывая им о разных интересных вещах, в общем, подружился практически.
Speaker A
А когда его освободили, он собрал отряд, причем Римская республика не хотела этого делать, это было его такое личное действие.
Speaker A
Он собрал отряд, вернулся на эту базу, захватил всех этих пиратов, с которыми так вроде бы подружился, и приказал их казнить.
Speaker A
Пиратов в Древнем Риме казнили, распиная их на кресте, что Цезарь и сделал, но так как все-таки это были его приятели, то, как считается, что он сначала приказал перерезать им горло, а потом уже повесить на кресты, то есть чтобы они не мучились.
Speaker A
Вот в чем проявилась его дружба. Это знаменитая история о Цезаре у пиратов, которая показывает и его самоуверенность, и его предприимчивость, и много всего другого.
Speaker A
Но не Цезарь победил пиратов, он один какой-то конкретный отряд сумел разгромить, а множество еще пиратских баз оставалось.
Speaker A
Но чем больше усиливался Рим, чем больше римская республика, которая просто на глазах превращалась в империю, обращала свои взоры на восток, тем больше им мешали пираты.
Speaker A
А другой великий римлянин, с которым Цезарь сначала дружил, потом враждовал, и в конце концов этот человек погибнет, воюя против Цезаря, Гней Помпей, Помпей Великий.
Speaker A
Он в 67 году до нашей эры получил от римского сената поручение очистить Средиземное море от пиратов, потому что римляне таких вещей не любили.
Speaker A
Их корабли должны были ходить, торговля должна была идти, законы должны соблюдаться, приказы передаваться. Пираты всему этому мешают.
Speaker A
И поэтому Гнею Помпею были предоставлены неограниченные права на всем Средиземном море и, что интересно, на суше на глубину до 75 километров.
Speaker A
То есть вот все те места, где пираты могли оперировать, и те базы, куда они могли уходить, были переданы под его контроль, и он проводил операцию на море, в результате которой, по крайней мере, западная часть Средиземного моря оказалась очищена.
Speaker A
Если верить древним источникам, то он 71 корабль взял на абордаж, 306 кораблей сдались, он разрушил 120 укреплений, 10 тысяч пиратов погибло, а 20 тысяч сдалось в плен.
Speaker A
Тут, конечно, опять же верить этим цифрам очень сложно, но, по крайней мере, опять они показывают мощь этой экспедиции Помпея.
Speaker A
При этом, что интересно, Помпей не стал эти 20 тысяч человек распинать, казнить, даже обращать в рабов, потому что он понимал, с кем он имеет дело.
Speaker A
Это люди, прекрасно владеющие морским делом, люди, умеющие управлять кораблями, люди, умеющие воевать. Поэтому он сделал их своими союзниками.
Speaker A
Он кого-то из них взял к себе на службу, а тех, кто не хотел, он выдал им участки земли, как поступали в это время уже с ветеранами в армии.
Speaker A
Он выдал им участки земли в малой Азии и поселил их там. То есть эти люди стали его людьми и таким образом оказались замиренными.
Speaker A
Пройдет несколько веков, в V веке нашей эры уже Римская империя рухнет, возникнут варварские королевства, государственная власть резко ослабеет в раннем Средневековье, потому что все эти там остготские, вестготские, франкские, бургундские королевства, так одно название королевства.
Speaker A
Конечно, вожди, государство только зарождается и, казалось бы, вот тот самый разгул пиратов и должен начаться.
Speaker A
Но ничего подобного, у нас практически нет сведений о пиратах в раннем Средневековье, ну или их очень мало.
Speaker A
Это объясняется очень просто: города пришли в полный упадок, торговля пришла в упадок, морской торговли в этой части света практически нет.
Speaker A
Чего грабить-то? Грабить особенно некого. Где-то наверняка, конечно, были банды лихих людей. У меня есть такой пример, хотя совершенно неясно, можно ли назвать этих людей пиратами.
Speaker A
Святой Патрик, человек, которому было суждено крестить Ирландию, один из самых популярных святых в католическом мире, уж, конечно, популярнейший святой в Ирландии, он в молодости был похищен и продан в Ирландию в рабство.
Speaker A
Это, конечно, не пираты, считается, что это ирландский король пришел с таким разбойничьим набегом. Но вот ясно, что какие-то подобные вещи происходили.
Speaker A
После того, как римские легионы уйдут с Британских островов, туда будут приплывать англосаксы, будут грабить.
Speaker A
То есть вот что-то на море творилось нехорошее, но просто здесь негде было особенно развернуться.
Speaker A
Такой снова виток. Вот как в античности все начиналось с того, что просто побережье немножечко грабили и все, так и тут эти англосаксонские вожди, прежде чем поселиться в Британии, они просто приходили, грабили, уходили, а на море им особенно грабить было некого.
Speaker A
Ну, могли увидеть какой-нибудь корабль с паломниками, захватить, но это не приносило настоящих доходов. В течение вот нескольких веков особенно пиратства не видно.
Speaker A
Начиная с VIII века западная и южная Европа начинают испытывать давление викингов, приходящих из Скандинавии.
Speaker A
Мы не будем сейчас подробно говорить о викингах, есть у нас на канале отдельная лекция, отсылаю всех желающих туда, но просто обозначим такую очень интересную вещь.
Speaker A
Очевидно, там до VIII века, когда их заметили вообще в Англии, во Франции, в Италии, они там воевали между собой, но они начинают уже идти в далекие походы.
Speaker A
Вот поход такой, собственно, и назывался грабительский викинг, и это на какое-то время будет главным занятием большинства мужчин, самым почитаемым, самым доходным и самым престижным занятием.
Speaker A
И это будет норма абсолютная отправляться вот в такой поход. Опять же, мы можем сравнить с каким-нибудь Одиссеем, который, не стесняясь, рассказывает, как он разграбил город.
Speaker A
Ну и викинги не случайно возили с собой скальдов на кораблях, чтобы те писали саги, описывая, кого еще они разграбили и где еще получили добычу.
Speaker A
И это было абсолютно естественным явлением. Постепенно викинги уже начинают селиться на завоеванных территориях, они уже заводят королевство, то есть вот они перестают быть такими маргиналами, пиратами.
Speaker A
Они воюют, конечно, с другими государями и воюют и на море в том числе, ну или, вернее, перемещаются по морю, но как-то там Вильгельм Завоеватель в XI веке, он потомок викингов, он уже не викинг, а нормандский герцог.
Speaker A
По-настоящему пиратство в нашем понимании как разбойниченье на море, будет развиваться в тот момент, когда в Европе снова поднимутся города, снова расцветет торговля и морские перевозки, которые были удобны.
Speaker A
Дорог практически не было, римские дороги в большинстве своем заброшены, никаких особых новых дорог никто не строит.
Speaker A
Торговцу по суше двигаться очень тяжело, тем более, что там на тебя и разбойники нападут, и феодал какой-нибудь очередной будет у тебя пошлину требовать.
Speaker A
Море вроде бы безопасней. И тут, конечно, появляются лихие молодцы, опять же, которые показывают, что море совсем небезопасно.
Speaker A
Они появляются в Балтийском море, они появляются в Средиземном море, они появляются в Ла-Манше. Мне как-то очень трудно себе представить пиратов в Ла-Манше, но и там они были.
Speaker A
В XIII веке сначала немецкие города, а потом к ним присоединятся и другие города севера Европы, включая и Новгород, заключат между собой договоры, и так возникнет мощное объединение торговых городов, которое называется Ганза.
Speaker A
Их объединение разные преследовало задачи, но в том числе защиту. У Ганзы был мощнейший флот на Балтийском море, и по договору говорилось, что каждый город по мере возможности защищает море от пиратов и других злоумышленников так, чтобы торговцы морские могли свободно справлять свою торговлю.
Speaker A
И здесь тоже, как и в древности, как в античности, хотя совершенно другая ситуация, другая культура, другая эпоха, но механизмы действуют похожие.
Speaker A
Ведь вот грань между теми, кто защищает мирных жителей, и теми, кто их грабит, очень расплывчата.
Speaker A
Регулярно люди могут оказываться то с одной, то с другой стороны. Просто если у тебя есть корабль, если у тебя есть вооруженный отряд, и ты можешь сражаться, то тебя могут нанять для защиты, а могут нанять для грабежа.
Speaker A
А очень часто защита одних означает грабеж других. В XIV веке Швецией правит Мекленбургский герцог, а в Дании королева Маргарета.
Speaker A
Дания и Швеция воюют, и датские корабли осаждают Стокгольм. Стокгольм, не знаю, можно ли это прямо назвать словом блокада, но, во всяком случае, у них проблемы с продовольствием, нанимают моряков вооруженных, которые прежде всего должны были проскакивать мимо датских судов, нападать на датские суда и доставлять
Speaker A
провизию в город. Они назывались Vitalian Brüder, то есть братья поставщики, так можно сказать, вот от латинского слова.
Speaker A
Они выполняли вот эту задачу, такую прям вот гуманитарная миссия. Во-первых, им понравилось грабить датчан, потом они поняли, что можно грабить и других, можно грабить разные ганзейские города, нападать на корабли, а корабли ганзейские везли очень много дорогих товаров.
Speaker A
И постепенно вот эти Vitalian Brüder становятся все более и более мощной силой на Балтийском море.
Speaker A
Они занимают в конце XIV века остров Готланд, а это уже говорит о многом, потому что Готланд был таким хабом того времени.
Speaker A
Это был остров, где останавливались практически все торговые корабли. Пересекать Балтийское море было трудновато в то время без остановки.
Speaker A
Все морские пути здесь вели на Готланд, и, соответственно, там была торговля, и там были мастерские, где можно было чинить корабли, что пиратам тоже выгодно.
Speaker A
И все это контролирует вот эта банда. Их центром стал город Висби, и оттуда, во-первых, они контролировали всех тех, кто приходил туда, брали с них пошлины, а во-вторых, они совершали свои грабительские походы по всему морю.
Speaker A
Прошло несколько лет, прежде чем нашлась та сила вот в этой части Европы, которая смогла их привести в чувство.
Speaker A
Это был рыцарский Тевтонский орден, мы знаем его в истории Руси, его филиал Ливонский орден, с которым Александр Невский сражался.
Speaker A
Но это было мощное объединение рыцарское на севере Европы, и они не хотели, чтобы у них под боком вот эти были. Они выгнали их с Готланда.
Speaker A
После того, как этих Vitalian Brüder разгромили, они, конечно, тоже все равно никуда не делись.
Speaker A
Они ушли с Готланда, но очень быстро возникает новое пиратское объединение, и резонно предположить, что это были остатки тех, ну, которые с кем-то еще объединились.
Speaker A
И они теперь называются, не уверена, что я на средневековом немецком диалекте правильно произнесу, что-то вроде лайкедеелерс, что означает делящие поровну.
Speaker A
С одной стороны, можно предположить, что они между собой добычу делили, а в то же время тоже очень распространенная в разные эпохи легенда, конечно же, о справедливости пиратов, они делились с местным населением своей добычей, с прибрежным населением.
Speaker A
Вполне могли делиться, потому что те им давали базы, приют, продукты, ну и сами что-то от этого получали.
Speaker A
Вот здесь тоже очень хорошо видно, какое огромное количество легенд сразу вокруг таких лихих людей начинает крутиться.
Speaker A
У этих самых вот деливших поровну был вожак, и, судя по всему, это реальный человек, хотя большая часть того, что я сейчас расскажу, не выглядит как реальная история, но человек-то такой был.
Speaker A
И звали его Клаус Штёртебекер, Никлаус, Николай, Николас, что примерно переводится как "выпей кружку одним глотком".
Speaker A
Но у такого человека кружка не может быть обычная, поэтому считается, что у него была кружка четыре литра, и он мог выпить пива, не отрываясь эти 4 литра.
Speaker A
Ну, ясное дело, герой. И корабль у него тоже был непростой, потому что потом рассказывали, что когда все-таки его захватят в плен, то оказалось, что у него мачты на корабле, вот снаружи вроде бы как мачта как мачта, а внутри
Speaker A
одна мачта была сделана из золота, другая из серебра, третья из олова. Ясно, насколько реальной может быть такая конструкция корабля, но так же, как в России рассказывают про клады, которые зарыл Стенька Разин, а в Карибском бассейне про клады, которые зарыл Генри Морган, то здесь вот у
Speaker A
него мачты были такие драгоценные. Надо сказать, что вот эти пираты, что первое их объединение, что второе, они на какое-то время совершенно парализовали торговлю в Балтийском море, потому что никто не мог с ними справиться, непонятно было, что делать.
Speaker A
В 1401 году флот, снаряженный городом Гамбургом, а Гамбург тоже много здесь торговал, разгромил беднягу Клауса.
Speaker A
Якобы не просто так, конечно, такой герой не может попасть в плен, его предали, потому что был предатель, который металлическую цепь прицепил к рулю корабля, и поэтому не удавалось правильно управлять.
Speaker A
И только поэтому Клаус Штертебеккер и его команда попали в плен. И он якобы предлагал городу Гамбургу за свою свободу и за свободу своих людей дать золотую цепь, которой можно было бы окружить весь город.
Speaker A
А они не поддались на это и все равно судили и его, и еще 70, в другом варианте 73 его человека, приговорили к тому, чтобы им отрубили головы.
Speaker A
И тут тоже Клаус не сплоховал, он сказал палачу такое условие: вот те люди, мимо которых я пройду после того, как мне отрубят голову, вы их помилуете.
Speaker A
Ну, понятно, что с ним договорились, где он может пройти, а когда ему отрубили голову, то его тело встало, пошло и прошло мимо 11 человек.
Speaker A
И, может, он бы и дальше прошел, но палач ему ножку подставил, и он упал.
Speaker A
Жители Гамбурга поступили неблагородно, и этих одиннадцать тоже казнили. Мало того, когда палач казнил всех этих пиратов, то ему сенат города сказал: слушай, а ты не устал, ты столько головы рубил?
Speaker A
А палач неосторожно ответил: да я и вас всех могу казнить, мол, вот у меня сколько сил.
Speaker A
Тогда они приказали ему отрубить голову, раз он такой нахальный, и самый младший сенатор города обезглавил палача.
Speaker A
Вот такая страшная и кровавая история, но из нее очень много интересного вытекает. Во-первых, как вожака пиратов представляли себе обладающим волшебными способностями.
Speaker A
И пива он может выпить четыре литра, не отрываясь, и мачты у него из драгоценных металлов, и ходит он после того, как ему голову отрубили.
Speaker A
И даже палач, который отрубил голову, он не прямо наказан за то, что он казнил, но вот все-таки ему тоже ничего хорошего не будет, нечего таким головы рубить. И надо сказать, что вот похожие банды, которых сначала нанимали вроде бы даже,
Speaker A
чтобы защищаться, вот они были и в других местах. Были в Ла-Манше, были в Средиземном море.
Speaker A
То есть возрождается торговля и возрождается морская торговля, и пиратство расцветает пышным цветом. Появляется слово корсар, которое, очевидно, произошло от итальянского слова "гонка", потому что гоняются за кораблями.
Speaker A
И корсары все-таки они такие не совсем вольные пираты, что бы там Джек Лондон ни писал, потому что корсары в основном нанимались к какому-то государству против других, но это не было армией.
Speaker A
Очень часто офицеры даже служили корсарами, а потом уже шли в королевскую армию. И вот здесь тоже видна такая вещь: государственная власть начинает потихоньку усиливаться, но она еще недостаточно сильна, чтобы контролировать ситуацию, опираясь на своих.
Speaker A
Поэтому они вот начинают использовать этих вольных людей. Позже появятся каперы, опять же, очень многих каперов мы называем пиратами, и очень многие пираты с радостью получали каперские патенты.
Speaker A
То есть это патент, который выдает, скажем, английский король, или вот королева Елизавета в XVI веке очень это любила, который позволяет капитанам, каперам нападать на, ну там на испанцев, скажем, потому что Англия воюет с испанцами или даже не воюет, а конкурирует,
Speaker A
и поэтому английские корабли не могут напасть на испанцев, а это пираты, какой с них спрос.
Speaker A
Каперы, конечно, очень хорошо использовали эти возможности. Они, естественно, нападали и на тех, на кого им было разрешено, и на тех, на кого им не было разрешено.
Speaker A
Проконтролировать это было очень-очень сложно. Еще любили каперы брать патенты от разных государей, хотя вообще им старались это запрещать, опять же, кто проверит.
Speaker A
А те, кого мы называем флибустьерами, а это происходит от голландского слова фрейбуйтер, то есть ну, свободный охотник, скажем так, за добычей, они не получали патенты, они получали комиссии, то есть поручения только на время войны.
Speaker A
А война закончилась, куда деваться? Ну, тогда начинают просто пиратничать, их могут их прежние хозяева даже ловить, а могут по-прежнему использовать.
Speaker A
Все это очень по-разному было. Но вот всех этих корсаров, каперов, флибустьеров, потом, когда переберутся европейцы в Новый Свет, то туда все это переместится, там еще появится буканиры или буканьеры.
Speaker A
Это очень интересное название, которое происходит от "букан", название решетки, на которой коптили мясо. То есть изначально это были охотники, которые там в горах проводили время и ели мясо, такое барбекю, шашлыки делали на решетке, а потом они тоже отправились в море.
Speaker A
И вот все эти разные варианты пиратов с разными правами, с разными обязанностями, очень тоже все было текуче, потому что они могли то быть на службе, то не быть на службе, служить одним, служить другим.
Speaker A
Но с каждым веком их становится все больше и их становится все больше и больше.
Speaker A
Кто-то сказал про корсаров, что это последний довод королей, что если у короля вот своего не хватает войска, тут надо какого-нибудь корсара переманить к себе.
Speaker A
И не пираты искали себе нанимателей, а правителей, думали, а кто здесь получше, в этом море сражается?
Speaker A
И у пиратов возникают свои базы, ну из которых, конечно, самый знаменитый это остров Тортуга, романтизированный, показанный в фильмах, в романах, неподалеку от Гаити.
Speaker A
Потом в XVII веке Тортуга ослабеет, хотя она сохранит свое значение, а главным пиратским центром станет Порт-Рояль на Ямайке.
Speaker A
Это где-то далеко, вот да, там пираты Карибского моря. А важнейшей пиратской базой будет город Дюнкерк, прекрасно нам известный по истории Второй мировой войны, до того, как он стал просто городом, который только прославился вот эвакуацией оттуда английских войск, он переходил из рук в руки.
Speaker A
Он был французским, он был испанским, он был английским, все его захватывали себе. Вот это была база, где прежде всего пираты существовали, ну вот каперы, соответственно, когда он французский, то там базируются пираты, служащие французскому королю, если он английский, то английскому и так далее.
Speaker A
И это было нормой абсолютной. Вот не устаю удивляться мысли о том, что у Ивана Грозного был его капер, это был датчанин, он был немецкого происхождения, но подданный датского короля, его звали Карстен Роде.
Speaker A
В моем представлении Иван Грозный и пираты - это что-то совершенно разное. Пираты там где-то за океаном, а у Ивана Грозного все по-другому.
Speaker A
Между тем этот самый Карстен Роде, он был моряком, он служил разным правителям, кому-то он был нужен, кому-то он стал не нужен, и в 1570 году он пошел на службу к герцогу Магнусу датскому, а Магнус в тот момент был
Speaker A
практически вассалом Ивана Грозного, то есть он служил Ивану Грозному. И Иван Грозный выдал ему патент, такой же, какой получали в других частях света, совершенно по-другому выглядевшие, говорившие на других языках пираты.
Speaker A
По этой грамоте, которую получил Карстен Роде, он должен был "силой врагов взять, а корабли их огнем и мечом сыскать, зацеплять и истреблять согласно нашего величества грамоты.
Speaker A
А нашим воеводам и приказным людям того атамана Карстена Роде (мне очень нравится, да, вдруг слово атаман вылезает) того атамана Карстена Рода и его скиперов, товарищей и помощников в наших пристанищах на море и на земле в береженье и в чести держать".
Speaker A
И договор там четко прописывал, вот какую долю добычи, какую долю захваченных кораблей он должен, он должен был там что-то в Нарву привозить, отдавать, что-то войску Грозного, а что-то оставлять себе.
Speaker A
Мы знаем, что на его корабле были датчане, а были поморы архангельские, а были стрельцы.
Speaker A
То есть там такая вот, как водится, интернациональная команда, ну, здесь с севера Европы. Но что-то, в общем, как-то не очень у Карстена получилось, и не очень он выполнял договор, а тут еще ему все-таки покровительствовал некоторое время датский король, потому что он на шведов нападал.
Speaker A
А тут начались разговоры о перемирии, и он стал не нужен, и датчане его захватили в плен.
Speaker A
Последнее, что мы знаем, что он сидел в замке в приличных весьма условиях, а это, кстати, тоже очень характерная вещь для разных эпох.
Speaker A
Конечно, бывает, что капитана пиратского просто вешают, а бывает, что с ним носятся, его обхаживают в надежде, что он перейдет на правильную сторону.
Speaker A
Вот он сидел в замке и как-то хорошо с ним обращались, но Иван Грозный протестовал и говорил: отдайте! Это что такое?
Speaker A
Никто ему не отдал его, и дальше мы не знаем, что с ним произошло. Вот удивительная личность.
Speaker A
Надо сказать, что удивительных личностей в XVI веке вообще было полно, и полно было среди пиратов.
Speaker A
Два человека, без которых нельзя, конечно, обойтись в сегодняшнем рассказе, хотя я не буду вдаваться в подробности, потому что об одном из них я говорила в лекции о Сулеймане Великолепном, а о другом в лекции о Елизавете Английской.
Speaker A
Это два ярчайших пирата, знаменитейших человека: Хайридин Барбаросса, турецкий пират, и Фрэнсис Дрейк, пират английский.
Speaker A
Не я придумывала их сравнивать, а один английский историк и моряк, который написал биографию Барбароссы, и он очень резонно там говорил о том, что Барбаросса воспринимается в европейской традиции как ужасный, жестокий кровопийца, а Фрэнсис Дрейк, как такой изысканный придворный, борец за свободу Англии,
Speaker A
хотя они очень похожи, безусловно. Оба невероятно энергичные, предприимчивые, оба очень жестокие, оба покровители искусств, как-то старающиеся под конец жизни создать себе красивое окружение, но это совершенно их кровожадность не смягчает.
Speaker A
Барбаросса, который сначала был помощником у своего брата, вообще главным пиратом сначала был его брат Арудж Барбаросса, и похоже на то, что рыжая борода Барбароссы - как раз у Аруджа была, у старшего.
Speaker A
А младшего Хайреддина, который взял в свои руки командование пиратским флотом после гибели Аруджи, его уже по наследству стали называть тоже Барбароссой.
Speaker A
Но вот Аруджа и Хайреддин создали пиратское государство в Алжире. Аруджа хотя бы эмиром себя объявил, а Хайреддин - султаном.
Speaker A
Таким образом, у них была база на Средиземном море, испанцы там пытались что-то с этой базой сделать, у них ничего не вышло.
Speaker A
И перед Хайреддином трепетало все Средиземноморье. Он грабил, конечно, корабли, и очень удачно у него это получалось.
Speaker A
И даже когда испанцы отправили против него огромную флотилию, которую возглавлял знаменитый генуэзский адмирал Андреа Дориа, и их он разгромил, он, конечно, совершал нападения на побережье, и, скажем, итальянские города перед ним трепетали французские.
Speaker A
Он тоже искал покровительства каких-то государей, хотя, казалось бы, он сам себе голова, но он пошел на службу Сулейману Великолепному, стал адмиралом у Сулеймана, и теперь за ним еще стояла мощь Османской империи.
Speaker A
И поэтому, например, когда Сулейман стал сговариваться с французским королем Франциском, то какое-то время Хайреддин Барбаросса союзничал с Франциском, даже для него там завоевывал города, что не мешало ему грабить тут же французское побережье тоже.
Speaker A
И Хайреддин, который, конечно, обладал огромным талантом просто к флотоводству и стратегическим мышлениям, он очень долго оставался грозой Средиземного моря.
Speaker A
Потом он вышел на покой. Он жил в Стамбуле в роскоши, окруженный ну таким двором небольшим.
Speaker A
После его смерти великий архитектор Синан построил ему мавзолей, сегодня ему в Стамбуле стоит памятник.
Speaker A
То есть он воспринимается как герой османской истории. И что-то подобное происходило и в Англии, где Фрэнсис Дрейк, который сначала был просто молодой парень, юнга, матрос, потом уже он быстро становится капитаном, у него свой корабль, своя команда.
Speaker A
А это XVI век, это время борьбы за колонии. И его несколько раз Елизавета отправляет в Новый свет пограбить там испанские колонии, чтобы это была вот не акция английского флота, а какого-то пирата.
Speaker A
Но у него, конечно, есть каперское свидетельство, и он как вихрь проносится. У него, очевидно, были сведения об экспедиции Магеллана, поэтому он повторял дорогу Магеллана, и он обогнул Америку.
Speaker A
И к полной неожиданности испанцев, то есть он сначала пограбил их города на Атлантическом побережье, а потом вышел на Тихоокеанское.
Speaker A
И его именем пугали детей, и он, конечно, кровожаден был невероятно. То есть, с одной стороны, он получил какие-то невероятные совершенно богатства, потому что один раз он захватил Серебряный флот.
Speaker A
Это флотилия, которая раз в год везла в Испанию серебро, добытое в колониях. И он, и его люди получили несметные богатства.
Speaker A
При этом они там удирали от испанцев, они по суше, по Панамскому перешейку шли, по джунглям тащили это серебро, золото, закапывали его где-то, и там приключений было полным-полно.
Speaker A
Другой раз его отправили прямо уже на Тихоокеанское побережье, и там он всех громил и грабил.
Speaker A
Есть версия вообще, что за время пребывания долгого такого на корабле, а он будет вторым человеком, совершившим кругосветное путешествие, прошедшим по пути Магеллана, только выжившим, в отличие от Магеллана, что у него просто какие-то сдвиги происходили в психике.
Speaker A
У него вышел конфликт с его помощником Томасом Даути. Оказалось, что Даути понял замысел Дрейка или знал его и разболтал, когда Дрейк вот как раз спускался вдоль побережья Америки и собирался обогнуть Америку и выйти в Тихий океан.
Speaker A
Он его объявил предателем, преступником, он стал его судить, хотя тот говорил, что ты не имеешь полномочий меня судить.
Speaker A
А он его, конечно, судил и приговорил к смертной казни, и обезглавил его. При этом такая замечательная запись, что перед казнью они вместе пообедали, беседуя как друзья, а потом Дрейк, значит, отрубил ему голову.
Speaker A
А когда судовой капеллан возмутился и стал говорить, они там шли дальше, и у них были неудачи, и были шторма, и нападали враги, и священник сказал: это, наверное, наказание за то, что ты казнил своего помощника.
Speaker A
И тогда он схватил священника и приковал его к люку, и так вот до конца путешествие держал, и заявил: а я тебя отлучаю от церкви!
Speaker A
То есть что - он себя уже папой римским считал? Вообще непонятно. Дрейк совершил очень много путешествий, проявил свою кровожадность невероятную, получил огромные богатства.
Speaker A
И, конечно, он прославлен тем, что он участвовал, как и другие каперы, в борьбе с Великой Армадой, когда испанская флотилия отправилась и попыталась высадить войско в Англии, у них это не получилось.
Speaker A
Ну, вроде бы как буря их разнесла, но дальше отряды, вот в частности пиратские, это разрозненное испанское войско уничтожали по частям.
Speaker A
Естественно, с этим пиратом тоже должны быть связаны легенды, поэтому считается, что он играл в шары, это даже изображено на памятнике ему, как он играл в шары, когда ему сообщили о том, что появилась Армада, а он закончил игру в
Speaker A
шары, насколько он был спокоен и как он презирал испанцев. Впрочем, может быть, дело просто в том, что он ждал прилива, чтобы выйти, но, во всяком случае, проявил хладнокровие.
Speaker A
Если Хайреддин Барбаросса скончался уже на берегу в покое и богатстве, то Дрейк умер во время одного из очередных нападений на испанские владения в Америке, умер он от дизентери и приказал, чтобы его в полной броне рыцарской, ведь его Елизавета в рыцари произвела, опустили в свинцовый гроб, и гроб его погрузился
Speaker A
в волны, опустился на дно моря. XVI век, начало XVII - это время резкого усиления государственной власти.
Speaker A
Усиливается власть в разных европейских государствах, у них армии разрастаются, флот очень большой, и им уже совершенно не нужны никакие каперы, никакие корсары, потому что своими силами государственная власть может наводить порядок.
Speaker A
И, соответственно, вот на Средиземном море, на Балтийском море пираты исчезают, там могут вестись военные действия, но пиратов вольных здесь нет.
Speaker A
А вот в колониях, где закон такой очень непонятный, текучий, изменчивой, и к тому же следить за соблюдением этого закона очень сложно.
Speaker A
Вот в колониях для пиратов раздолье. И здесь как раз эти государства европейские, которые вроде бы договорились между собой и все, в Европе территории, границы, договоры.
Speaker A
А вот там, в колониях, очень хочется ухватить какой-нибудь кусочек, а нельзя, потому что мир заключен, скажем, там между Англией и Испанией или Англией и Голландией.
Speaker A
Вот здесь как раз Флибустьеры пригодятся. С середины XVII века до первой половины XVIII процветает пиратство, вот почему мы и знаем про пиратов именно Карибского моря, и вот все те образы, которые у нас возникают, это прежде всего пираты этого Золотого века.
Speaker A
Про них рассказано очень много всего, и есть несколько типов рассказов. Во-первых, об их жуткой жестокости, о том, как они пытали, требуя золота, о том, как они издевались, как они вырезали целые города и все такое прочее.
Speaker A
Но историки давно предполагают, что ясно, что пираты не были белыми и пушистыми, но что они очень часто раздували эти истории о своей жестокости, им это было выгодно, чтобы следующий корабль сдавался без боя.
Speaker A
В большинстве случаев там же были правила четкие у всех этих капперов, что они могут, что они не могут.
Speaker A
И, в частности, капитан, который на пиратском судне, мы тоже представляем себе капитана, перед которым все трепещут, так часто бывало, но на пиратском судне он не был таким хозяином, как на корабле государственном.
Speaker A
Это, кстати, многих моряков подталкивало к пиратству. Капитана выбирали моряки и могли его сместить, если он не умел управлять кораблем, если слишком мягкий был или, наоборот, слишком жестокий.
Speaker A
То есть капитан зависел в какой-то мере от своей команды. И заключался договор. Каперы, например, могли, во-первых, договориться с государством, на которое они работают, что они получают жалованье и такую-то вот долю добычи.
Speaker A
А команда договаривалась, что за увечье они получали компенсацию. И за какую-то там оторванную руку-ногу, а это очень часто бывало, компенсации были огромные, можно было уже спокойно выйти и мирно жить, если ты выжил, конечно, если у тебя не началась гангрена.
Speaker A
И, кстати, поэтому вот с начала XVIII века обязательно на каперских кораблях должен был быть врач, потому что если не было врача, то ампутацию, а ампутация - это очень распространенная вещь, не случайно Сильвер нодноногий, и у него деревянная нога,
Speaker A
потому что даже самое слабое ранение могло привести к заражению крови. Проще ампутировать. Понятно, что никакого обезболивания, пулю зажал, ром опрокинул, и тебе отпиливают ногу.
Speaker A
Если нет врача, то это сделает плотник корабельный, а плотников было много всегда на кораблях, потому что их надо было чинить.
Speaker A
И, соответственно, капитан не заинтересован в том, чтобы в его команде много было пострадавших. Поэтому лучше, чтобы тебя испугались, поэтому лучше поднять Веселого Роджера, когда ты уже подошел к кораблю, так до этого ты можешь идти под флагом какого-нибудь государства.
Speaker A
Откуда взялся Веселый Роджер - есть масса разных вариантов. Один из самых распространенных, что это французские слова жоли руж - красивый красный, красный цвет, кровавый, а в английском варианте стал Джоли Роджер.
Speaker A
Есть вариант, что Роджер - это дьявол. Есть самые разные варианты, почему там череп и кости. Причем есть десятки разных вариантов пиратских флагов, когда просто скелет, когда череп и кости, когда скелет, который держит кинжал и еще что-то.
Speaker A
И, в общем, тут опять еще раз говорю, много есть разных объяснений, но желание испугать - вон смотри, какой я страшный, давай сдавайся.
Speaker A
Ну и тогда уже получают добычу. Обычно Золотой век пиратский отсчитывают примерно от 1650 года, и понятно почему.
Speaker A
Потому что в 1648 году в Европе закончилась Тридцатилетняя война, в которой участвовало множество государств, которая отвлекала на себя множество людей, готовых воевать.
Speaker A
А вот после окончания войны и до конца 80-х годов, когда начнется снова большая война в Европе, считается, что в Америку каждый год приезжало примерно полторы тысячи человек, жаждавших стать пиратами.
Speaker A
Это просто такой вот выезд на заработки, очень удобный, если, конечно, ты не погиб. Им выдают патенты, они всячески этими патентами там жонглируют, лавируют, грабят врагов, иногда немножечко и своих.
Speaker A
Тортуга процветает, вот в этот момент невероятно поднимается Ямайка. При этом про Ямайку мы знаем, что там менялись губернаторы английские, и некоторые из них пытались навести порядок.
Speaker A
Им не нравилось, что здесь столько пиратов. Один из губернаторов, который как раз пытался бороться с пиратством, запрещать каперство, не выдавать патенты, он написал следующее: "Первое время я интересовался, почему в городе такая высокая смертность.
Speaker A
Когда же я узнал, сколько здесь пьют спиртного, я был удивлен, что здесь вообще еще есть живые люди".
Speaker A
Все эти попытки губернаторов ни к чему не приводили. В какой-то момент на Ямайке вообще не осталось взрослых мужчин, все пошли в пираты, экономика разваливалась.
Speaker A
Но с другой стороны, если их запретить, то все города, не только на Ямайке, но и в других местах, начинали разваливаться, потому что там была создана огромная инфраструктура трактиров, публичных домов, скупщиков, мастеров, которые ремонтировали корабли, докторов, ну и так далее, и так далее, и
Speaker A
так далее, и так далее, которая жила за счет пиратства. Это всем было выгодно. Довольно быстро этим губернаторам, которые пытались что-то сделать, говорили: не надо, не надо трогать пиратов, они нам нужны.
Speaker A
Да, конечно, воюют иногда со своими - нужны. И вот судьба Генри Моргана, наверное, одного из самых знаменитых пиратов, она очень характерна.
Speaker A
Генри Морган, который очень еще молодым приплыл в колонии, там был слух, что его вообще продали в рабство, когда он добрался до колонии, потому что он не мог оплатить свой проезд.
Speaker A
Он не поощрял эти слухи, соответственно, при нем помалкивали, потому что вообще при Моргане было лучше помалкивать.
Speaker A
Но, во всяком случае, он становится пиратом, он очень быстро становится знаменитым благодаря своей, с одной стороны, жуткой жестокости, с другой стороны, удачливости.
Speaker A
Он, конечно, был очень талантливый человек. Какие-то жуткие рассказы о том, как он там пытал, убивал, как мучил всех, заставляя отдавать все драгоценности, говорить, где спрятано золото.
Speaker A
И он вообще судя по всему был просто гнусным каким-то совершенно и мерзким, но при этом он просто хорошо воевал.
Speaker A
Вот он осаждал испанский город Маракайбо, корабли Моргана подошли к городу и стали осаждать, а его блокировали испанские корабли, то, что Сабатини использовал в "Одиссее капитана Блада", и ему деться некуда, от него уже требуют, чтобы он сдавался.
Speaker A
А вместо того, чтобы сдаться, он взял свой флагманский корабль, превратил его в брандер, то есть это такая плавучая бомба огромная, зажигательная, и набили его порохом, какими-то легко воспламеняющимися материалами и пустили к испанским кораблям.
Speaker A
А испанцы настолько были уверены в себе, что они решили, что это плывут там для переговоров, хотя их предупреждали, там был перебежчик, который говорил: пираты делают брандер.
Speaker A
А испанский командующий сказал: да у них мозгов не хватит. И он взорвался, когда подошел к испанскому главному кораблю флагманскому, и, соответственно, тот взорвался.
Speaker A
Дальше разграбили Маракаибу и сумели удрать оттуда. У Моргана совершенно никаких не было вот представлений даже там о пиратском братстве, о команде.
Speaker A
Они очень сильно поживились на Панамском перешейке. Очень тяжелый был поход, но при этом с гигантской добычей.
Speaker A
А когда стали делить, вдруг оказалось, что что-то очень мало полагается каждому. Те начали возмущаться, предполагать резонно вполне, что капитан присвоил большую часть добычи.
Speaker A
Морган при них разделся, говорит: смотрите, вот ничего нет. На самом деле его люди уже вывезли часть его добычи, и ночью он просто удрал, бросив свою команду.
Speaker A
То есть он не только грабил врагов, он собственных людей, собственных пиратов грабил еще. В конце концов он явился на Ямайку, считая, что у него есть каперский патент, ему ничего не страшно, а его там арестовали, ну, потому что уж
Speaker A
как-то он все превысил нормы, отправили в Англию, а через несколько лет Морган вернулся и стал вице-губернатором.
Speaker A
Какое-то время, там несколько месяцев он даже пост губернатора занимал. На посту вице-губернатора он преследовал тоже своих пиратов.
Speaker A
Ему, конечно, было начхать совершенно, с кем он воюет, главное собственное процветание. И под конец жизни он был совершенно спившийся, он, судя по всему, умер от цирроза печени, он был ожиревший такой мерзкий, жестокий, кровавый грабитель.
Speaker A
Но когда он умер, слава его уже была настолько огромна, что вот рассказы о сокровищах Моргана, про многих других пиратов это тоже говорится, но вот сокровища Моргана, казалось, ну конечно, потому что никто не знал, куда они делись.
Speaker A
А там еще произошла такая вещь, что вскоре после смерти Моргана было землетрясение страшное и цунами смыло вообще половину Ямайки, и погибла его могила.
Speaker A
Ну, конечно, вот где-то там на дне или, может быть, на каком-то острове есть несколько островов, которые все искатели кладов, вот там наверняка Моргана, может, кого-то другого, и все ищут и ищут.
Speaker A
Морган-то как раз, наверное, накопил денежки. А вообще большинство пиратов прогуливали эти свои богатства со страшной силой, это было престижно.
Speaker A
Если вспомнить, что говорили про киликийских пиратов в древности, что у них паруса позолоченные, а весла посеребренные, Вот здесь примерно то же самое.
Speaker A
Они бросали какие-то невероятные деньги на ветер, они все это пропивали, были те, которые исчезали.
Speaker A
Был такой уже в начале XVIII века Генри Эвери, который, собственно, совершил один пиратский набег, но он захватил флотилию индейских паломников, которые отправлялись в Мекку, и на этих кораблях были невероятные, совершенно неисчислимые богатства, после чего Эвери и вся его команда исчезли.
Speaker A
Есть версия, что они отправились на Мадагаскар, а Мадагаскар был одной из пиратских баз, и там осели на землю.
Speaker A
Есть версия что он в Англию вернулся. Есть правда версия, что его убили. Но вообще напрашивается мысль, они столько награбили, что можно было вполне жить спокойно.
Speaker A
Но почему-то так жили далеко не все. А как раз большинство вот демонстрировало эти свои богатства.
Speaker A
Пираты очень любили ярко, вызывающе одеваться, чтобы всем показывать, что вот сколько у нас всего награблено, и дальше все это спускалось, и отправлялись в новые и новые путешествия.
Speaker A
И поэтому отсюда, конечно, все эти многочисленные рассказы о кладах. Вот интересно, что очень много клубится мифов о сокровищах Моргана, а другой пират, чьи сокровища все ищут, ищут, судя по всему, не награбил так много, но получилось, что в XIX веке, и в XX, и сегодня верят,
Speaker A
что капитан Кидд, вот он, знаменитый пират, вот у кого сокровища. Почему так получилось? Уильям Кидд в конце XVII века был моряком, в какой-то момент он вроде бы попал к французским флибустьерам в плен.
Speaker A
А, кстати, пленных регулярно заставляли становиться пиратами. Или, может быть, они даже становились добровольно, а делали вид, что заставляли, потому что если тебя заставили, тебя потом не осудят, если поймают.
Speaker A
Во всяком случае, он воевал с французскими флибустьерами, потом от них удрал, потом вроде бы сам был, потом был капером, потом он поселился в Нью-Йорке, который тогда был английской колонией, женился и вроде бы как мирно жил, но тут властям колониальным пришло указание, что слишком много что-то
Speaker A
пиратов в море, надо от них отделаться, независимых пиратов, надо использовать каких-то своих мореплавателей, своих каперов.
Speaker A
И губернатор Нью-Йорка предложил Кидду пойти в карательную экспедицию. Ну и вроде бы версия основная такая, что Кидд этого совершенно не хотел, хотел себе жить спокойненько, а может, хотел быть пиратом.
Speaker A
Но он не хотел воевать с пиратами, но он не мог отказаться, потому что это бы поставило его, его жену в очень сложное положение, что они не выполняют приказы, значит, они, наверное, бандиты, вот так.
Speaker A
И он пошел капером и сражался с пиратами, а потом он в какой-то момент решил уже на вольные хлеба пойти.
Speaker A
И вот там дальше как-то совершенно непонятно, то есть ничего особенного Кидд не совершил. Ну да, у него были походы, грабил.
Speaker A
Он вообще считал, что он действовал как капер, то есть что у него патент, что все можно.
Speaker A
Но это очень бурное время, рубеж XVII-XVIII веков в Англии, там идет политическая борьба разных группировок при дворе.
Speaker A
Вот у Кидда были покровители при дворе, и он считал, что они его всегда прикроют и скажут, что он капер.
Speaker A
А покровители от него отвернулись, и его арестовали, и его привезли в Англию, поэтому, в частности, он так прославился, что его судили.
Speaker A
Это был такой демонстративный процесс над пиратом. Есть версия, что от него хотели, чтобы он назвал имена своих покровителей, какая-то другая политическая группировка этого добивалась.
Speaker A
А он никого не назвал и думал, что они так за это его спасут, а его никто не спас.
Speaker A
И его казнили с еще несколькими людьми, и тела их повешенные три года висели всем в назидание.
Speaker A
И с этого момента имя капитана Кидда стало нарицательным, и стали и его сокровища искать.
Speaker A
К этому, конечно, добавился "Золотой жук" Эдгара По, вообще-то написанный как такой интеллектуальный ребус, где герои разгадывают шифр, и этот шифр приводит их к находке клада.
Speaker A
Клад этот оставлен капитаном Киддом, и с тех пор все продолжают искать, никак не найдут, увы.
Speaker A
И вот это время, первой половины XVIII века, последний такой всплеск пиратства, еще их используют, они еще нужны и могут еще и вырываться из-под этого контроля, действовать самостоятельно.
Speaker A
Это время, с которым связана легенда о женщинах-пиратках, об Энн Бонни и Мэри Рид, которая вообще-то недолго, всего там несколько месяцев каждая из них побывала пираткой, причем там переодеваясь в мужскую одежду и множество историй об их отношениях с разными пиратами, и не было ли у них
Speaker A
каких-то лесбийских отношений между собой, и об их жестокости тоже такой непримиримой, и о том, как потом уже в тюрьме каждая из них заявила, что беременна, и поэтому казнь отложили.
Speaker A
Образ женщины-пиратки - это тоже уж совсем невероятная вещь. Вроде бы пиратство - это абсолютно мужское дело.
Speaker A
И в это же время действует еще один из знаменитейших пират, которого зовут Эдвард Тич, а прославлен он под прозвищем Блэкбиэрд, Черная борода, потому что у него была огромная черная борода, которая должна была наводить ужас, и он ее в косички заплетал.
Speaker A
А еще в эти волосы он вплетал фитили, которыми он поджигал пушки и так за уши забрасывал, ну то есть уж совсем, чтобы вот всех он испугал ужасно.
Speaker A
И про его жестокости тоже рассказывались какие-то невероятные вещи, и про то, что у него было четырнадцать жен на разных островах.
Speaker A
Ну то есть вот такой типичный образ уж совсем страшного, разнузданного, жуткого пирата. Думаю, что, конечно, был жестоким и, конечно, у него было много разных женщин, но очень видно хорошо, как и в изображениях его с этой жуткой бородой, с
Speaker A
этими фитилями за ушами, и во всех этих рассказах видны огромные преувеличения: вот они какие страшные, вот они какие жуткие пираты.
Speaker A
А дальше происходит несколько вещей. Во-первых, государства, ну, они уже усиливались в XVI веке, в XVIII-XIX государства европейские и Соединенные штаты потом, они достаточно сильны для того, чтобы вот тех вольных, непокорных пиратов изгнать, поймать арестовать наказать.
Speaker A
То есть они могут обеспечивать уже порядок и на суше, и на море. И пираты больше не нужны.
Speaker A
Другая вещь, вот о которой говорит Юлия Вымятнина в своем курсе, которая так вот до этого мне, например, не приходила в голову - XIX век - это время развития индустриальных обществ, тут уже другой подход к ресурсам.
Speaker A
Это тебе не древний мир, это не Средние века, это не время, когда ты хочешь просто вот чем больше награбишь, тем ты богаче, престижнее и сильнее.
Speaker A
Это время, когда используются технологии, когда нужны какие-то механизмы, машины. И вот в этой ситуации просто грабеж уже очень мало что дает.
Speaker A
В тех районах, где существуют индустриальные страны, пиратство уходит. И плюс к этому XIX, XX век - вырастает уровень жизни в этих странах.
Speaker A
Все-таки для того, чтобы пойти на море и рисковать жизнью, да, мол, надо быть авантюристом, любителем свободы, еще надо быть просто доведенным до отчаяния человеком.
Speaker A
Почему в XVII веке эти тысячи людей отправлялись в колонии? Не было никакой работы в Европе, они умели зарабатывать только с помощью своей силы, а это требовалось в колониях.
Speaker A
В XIX, XX веке постепенно, где-то раньше, где-то позже создаются совершенно другие рабочие места. Уже, ну, грубо говоря, невыгодно быть пиратом.
Speaker A
Но, к сожалению, это не значит, что пиратство исчезает, оно просто смещается в другие места.
Speaker A
На самом деле весь XX век и XXI век, пиратство существует в самых разных формах.
Speaker A
То есть, с одной стороны, оно существует в формах вот привычных нам пиратских, и есть несколько регионов, где пиратство, ну, это более-менее норма жизни.
Speaker A
В районе Индонезии, где как раз очень интересно Юлия Вымzтнина показывает, что там, во-первых, выгоду от пиратства получает больше людей, чем те, кому они наносят ущерб.
Speaker A
Во-вторых, это локальная вещь, и, в общем, это не является какой-то международной проблемой. То есть пираты грабят корабли, которые здесь вот в морях между Индонезией, Малайзией и Сингапуром, в основном везут пальмовое масло или дешевое топливо.
Speaker A
То есть это не золото-бриллианты, это пальмовое масло, которое можно захватить и перепродать. А топливо вообще канистрами можно потом продавать.
Speaker A
То есть это такой мелкий грабеж на море, мелкий бизнес, и там, кстати, почти никто не страдает.
Speaker A
Все договорились между собой, обычно есть инсайдер на корабле, который сообщает, куда они идут. Остановили ограбили продают.
Speaker A
Очень редко заявляют об этом хозяева, потому что если они будут часто заявлять, страховые компании поднимут цены, а им выгоднее когда-то, чтобы пираты получили от них что-то, чем все время платить большую страховку.
Speaker A
На берегу огромное количество наживается за счет этого, власти все подкуплены, то есть всем выгодно в ситуации нищеты это такой способ заработка.
Speaker A
Другой регион - это побережье Латинской Америки, где пираты начали как бы вот появляться? Не на Карибских островах и не такие, как Джек Воробей, а около побережья Венесуэлы, потому что Уго Чавес своей мудрой политикой совершенно разгромил венесуэльскую экономику, и, в общем, она продолжает, как
Speaker A
мы знаем, оставаться, мягко говоря, невыгодной, и начали выходить в море, там рыбу отнимать у рыбаков.
Speaker A
А из этого уже вышлb тоже такие более масштабные грабежи. И, конечно, совершенно другое дело - сомалийские пираты, где, во-первых, государство Сомали полностью живет за счет пиратства, там никакой другой работы нет.
Speaker A
Те, кто не выходит в море, те обслуживают тех, кто выходит в море, и ничего там больше нет.
Speaker A
Лет так двадцать назад один мой родственник посетил Сомалиленд, вот не Сомали, где пираты, а тот кусочек Сомали, который отделился от пиратов в начале 1990-х.
Speaker A
И эти бедные сомалилендцы, не знаю, можно ли их так назвать, всеми силами пытаются объяснить международному сообществу, что они не пираты, наоборот, они хорошие, они там честные, они нищие, конечно, они там вспоминают советских инструкторов, которые у них были, как богов просто.
Speaker A
А их никто не признает, потому что они самопровозглашенные, они сепаратисты, никто им, беднягам, не помогает.
Speaker A
Тех, конечно, тоже не признают, но у тех есть дело, у тех есть пиратство. Причем там пиратство совершенно другое, потому что сомалийские пираты, в отличие от индонезийских или венесуэльских, захватывают большие корабли, заложников берут, получают огромный выкуп.
Speaker A
И, конечно, все время, как и с террористами, говорится о том, что выкуп платить нельзя, но невозможно оставлять команды целые или там туристов очередных, которые зачем-то потащились в Оденский залив, в руках пиратов.
Speaker A
Соответственно, рано или поздно платят, и суммы эти не оглашаются, но они огромны. И совершенно понятно, что нищий, голодный Сомали живет за счет пиратства.
Speaker A
А еще живут люди, которые где-нибудь там в Лондоне сидят в роскошной, ну или, может быть, не в роскошной, но, во всяком случае, в приличной конторе в Сити и якобы занимаются какой-нибудь там, скажем, торговлей, недвижимостью.
Speaker A
А вообще-то это как раз те, кто финансовые потоки направляет, потому что там очень много денег идет, они очень хорошо подготовлены, сомалийские пираты, они вооружены хорошо, кто-то для них покупает это оружие, переправляет им.
Speaker A
То есть там это уже такая международная корпорация очень сильная. Мы помним, как в 10-е годы очень много об этом говорилось, и какое-то время там американские авианосцы и самолеты патрулировали, и вроде как стало меньше.
Speaker A
Иэн Урбино пишет в своей книге "The Outlaw Ocean", что меньше стало пиратов после 13 года, но уже там 17-18-м снова там этого больше.
Speaker A
Опять же, там огромные силы на это брошены, но проконтролировать эти гигантские территории сложно, и на общем фоне гигантских доходов, которые дают морские перевозки, то, что там захватывают пираты, а у них там миллиардами исчисляются их доходы, но это все равно малая доля
Speaker A
общего дохода от морских перевозок. Поэтому с ними мирятся как с неизбежным злом. И понятно, что это может измениться, если уровень жизни в Сомали вырастет, если там появятся другие возможности работы.
Speaker A
Ну, это из области фантастики все. Поэтому, очевидно, с сомалийскими пиратами мы будем сосуществовать еще очень-очень долго.
Speaker A
А с другой стороны, вот прочитав книгу Иэна Урбины, я поняла, какое огромное количество разных действий на море, может быть, формально не подходящих под названием пиратство, то есть не обязательно, когда там приходят и грабят корабль, но других действий, которые
Speaker A
тоже напоминают пиратские, вот незаконных действий, незаконная ловля рыбы, хищническая, жуткая, этого до бесконечности в огромных количествах.
Speaker A
При этом есть разные экологические организации, которые пытаются с этим бороться, и многие из них борются, в общем, тоже пиратскими методами.
Speaker A
Тот же самый Иэн Урбино очень увлекательно описывает, как он путешествует вместе с экоактивистами из организации "Sea Shepherd", значит, vорской пастух, которая была создана таким человеком по имени Пол Уотсон.
Speaker A
Пола Уотсона в 1977 году выгнали из Гринписа за излишний радикализм. То есть, в общем, надо было сильно постараться.
Speaker A
Но он действительно, он, значит, говорил о том, что мы прямое действие используем. И он, в общем, те же принципы Гринписа довел до крайности.
Speaker A
Они таранили, скажем, японские китобойные суда, они преследовали суда браконьеров и захватывали их сети, и бог знает еще, что творили.
Speaker A
Очень характерно, что на этом корабле, на котором Иэн Урбина с ними гоняется за браконьерами, на носу изображены челюсти акулы, и флаг Веселый Роджер стоит.
Speaker A
При этом они там вегетарианцы все и медитируют, и еще что-то, и музыкальные инструменты, и философией занимаются.
Speaker A
Ну вот они такие. В какой-то момент Пола Уотсона задержали в Германии, потому что Япония все хочет его привлечь к суду, и он вышел под залог, и был помещен под домашний арест, и сбежал просто.
Speaker A
Потом они начали как-то все-таки стараться даже сотрудничать с властями, с Интерполом, то есть стали немного более мирными.
Speaker A
Но, в общем, они не случайно вешают Веселого Роджера, они говорят: для того, чтобы победить пирата, нужен пират.
Speaker A
И так они и действуют. Есть, значит, целая сеть людей, которые занимаются тем, что похищают корабли.
Speaker A
Не для того, чтобы их ограбить, а корабль арестован в порту, потому что фирма кому-то должна, есть специалисты, которые приезжают в этот порт под видом там инспекторов или журналистов, еще кого-то, поднимаются на борт, захватывают корабль и уходят с ним.
Speaker A
В общем, тоже в какой-то мере пиратская вещь. Есть голландская женщина, которая создала организацию Women on Waves, "Женщины на волнах", и ее такой медицинский корабль, при этом вот она не нарушает никаких законов, наоборот, у нее там все документы в
Speaker A
порядке, она любому правительству может показать, что она имеет право на это, на это, на это.
Speaker A
Она подходит к побережью тех стран, где запрещены аборты, к Мексике, к Ирландии, даже к Португалии, сейчас-то разрешены аборты в Португалии, а вот когда-то еще были запрещены.
Speaker A
И она сажает женщин на этот корабль, она выходит в международные воды, и там им делают аборт.
Speaker A
С точки зрения законодательства, ну понятно, что ее не очень приветствуют в каком-то мексиканском порту, но у нее есть бумажка на все, что она имеет право стоять в этом порту, врачи у нее могут быть, что еще что-то, еще, все-все-все
Speaker A
подперто разными законами. Я не нарушаю закон. В то же время это, конечно, тоже наводит на мысль о каком-то таком пиратском действии.
Speaker A
И другой пример, тоже из книги Иэна Урбины, мной найденный, невероятный совершенно. В Северном море, за пределами территориальных вод Великобритании, со времен Второй мировой войны стояла такая большая платформа, здоровенная бетонная конструкция, там внутри какие-то помещения даже есть.
Speaker A
В 1967 году отставной майор Пэдди Рой Бейтс доплыл до этой платформы, объявил ее государством Силенд, княжеством Силенд, себя провозгласил князем этого государства, жене своей подарил это государство на день рождения, она княгиней была объявлена. 1967 год.
Speaker A
С тех пор эту территорию контролирует его семья. И он, и его жена уже скончались, долго прожили, потом это контролировал их сын, теперь уже там внук перенимает, но они в международных водах, с ними ничего нельзя делать.
Speaker A
Там это были 1960-е годы, он сначала там пиратскую радиостанцию создал. Как было модно тогда плавали корабли вокруг Англии и транслировали рок-музыку, которая не очень разрешалась на официальных каналах.
Speaker A
А потом там была идея, скажем, отель сделать, потом он привозил людей, которые там тоже хотели что-нибудь заявить с этой платформы, из этого государства.
Speaker A
Они паспорта выдавали, но дальше они прикрыли все-таки выдачу паспортов, потому что началась такая торговля нелегальными паспортами этого княжества, и их там потом обнаруживали и у террористов, и у наркодельцов.
Speaker A
Значит, с паспортами они приостановили дело. Потом, значит, пытался один немецкий товарищ захватить это государство.
Speaker A
Взяли сына Роя Майкла Бейтса в заложники, они его освобождали. То есть вокруг этого княжества идет целая такая бурная жизнь.
Speaker A
Но сейчас уже этого вроде поменьше. Сам Майкл и его сын живут на побережье, их представитель постоянно находится на этой платформе, и существует, ну, в общем, такое государство.
Speaker A
Они, конечно, не грабят так, как это делали какие-нибудь алжирские пираты или пираты с Тортуги, но, в общем, это самопровозглашенное, как сейчас бы сказали, государство.
Speaker A
Их, например, когда вот они боролись с этими людьми, которые захватывали в заложники, Майкла Бейтса, их пытались привлечь за незаконное владение оружием.
Speaker A
Но британский суд не стал открывать дело, это в международных водах произошло, они неподсудные. То есть получается, что вот территория океана, вот почему она беззаконная?
Speaker A
С одной стороны, есть масса законов, которые контролируют ситуацию в океане, но именно из-за того, что их много и они разные, они запутанные, там много таких дыр, прорех в законе, которыми пользуются предприимчивые люди.
Speaker A
С другой стороны, океан невероятно тяжело контролировать. И вот Иэн Урбина приводит поговорку о том, что южнее 40 градуса широты закона нет, а южнее 50 и бога нет.
Speaker A
И, к сожалению, конечно, пиратство вот в самых разных формах процветает по-прежнему в разных морях.
Speaker A
И, в общем, большая часть этих пиратов на Джека Воробья совсем не похожа. Изменится ли когда-нибудь ситуация?
Speaker A
Кто знает. Спасибо всем, благодаря кому была записана эта лекция. Спасибо всем, кто помог продержаться на плаву нашим кораблям и по-прежнему поднимать Веселый Роджер.
Speaker A
Спасибо вам, спасибо тем, кто нас поддерживает на платформе Boosty, и на Patreon, и на YouTube, который, надеюсь, все-таки прорвется к зрителям.
Speaker A
Вы наши базы, вы наша поддержка, не дайте им нас заткнуть. Хотелось бы узнать, кто ваш любимый пират?
Speaker A
Какое ваше любимое произведение, связанное с пиратами? Жду ваших комментариев! Счастливо!
Topics:пиратыДжон СильверОстров сокровищТамара Эйдельманморские разбойникиистория пиратстваЧерная бородапиратская культурасоветский фильмпиратские сокровища
