Speaker A
Здравствуйте, друзья. Рад вас приветствовать на новой встрече проекта Просветительского центра Сретинского монастыря Говорим. Сегодня мы говорим о промысле Божьем. Что это такое? Можно ли его понять?
Священник Давид Проскуряков в проекте «Говорим» Сретенского монастыря рассуждает о промысле Божьем, любви Бога и личном опыте его проявления в жизни человека.
Key Takeaways
- Промысел Божий — постоянное, деликатное действие Бога, сохраняющее мир и содействующее добру.
- Бог действует, не нарушая свободы человека; заметить Его промысел помогает открытость и общение с Ним.
- Оглядываясь назад, человек часто видит промысел в событиях, которые ранее казались случайными.
- Любовь Бога — основа промысла, и она постоянно поддерживает человека, даже когда он этого не осознаёт.
- Духовная жизнь полноценна в общине и при регулярном общении с приходским священником.
What the video covers
- Ведущий представляет проект «Говорим» Просветительского центра Сретенского монастыря и тему встречи — промысл Божий и возможность его понимания.
- Гость — священник Давид Проскуряков, член Совета священнослужителей-блогеров при Синодальном отделе по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, автор книги о промысле Божьем.
- Богословское определение: промысл Божий — непрестанное действие Всемогущества, которым Бог сохраняет творение и всякому добру содействует (по святителю Филарету Дроздову).
- Вспоминается преподаватель катехизиса К. Е. Скурат, который учил «лаской» и искренне переживал, когда студенты не знали материала; его путь в Лавру рассматривается как пример промысла.
- Личные примеры: молитва о том, чтобы не быть снятым на камеру во время презентации, которая сорвала трансляцию; история о найденном в реке кресте, принесённом в храм накануне праздника Казанской иконы Божией Матери.
- Промысел описывается как деликатное действие Бога, не нарушающее свободы воли человека, которое человек может не замечать, если не открыт к Богу.
- Образ любви Бога сравнивается со стихами о троллейбусе и проводах: человек постоянно живёт «токами» Божьими.
- Затрагивается роль грехов, которые вредят не только самому человеку, но и другим; и тема необходимости прихода и отношений с приходским священником.
- Формат завершается ответами на вопросы из зала.
Full Transcript — Download SRT & Markdown
Speaker A
По какой логике он выстраивается? И на эту тему мы говорим со священником Давидом Проскуряковым, членом Совета священнослужителей блогеров при синодальном отделе по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ. Отец Давид, здравствуйте.
Speaker A
Здравствуйте. Рады вас приветствовать. Какое представление страшное. А и я ещё не сказал, что у отца Давида выходила книга в издательстве Средненского монастыря в зелёной серии знаменитой. И как раз-таки, насколько помню, книга была посвящена промыслу Божьему. Ну, в большом смысле, так сказать,
Speaker A
в историях. В историях читается промысел Божий да. Угу. А, ну давайте, может быть, с богословия начнём. Вот с богословской точки зрения промысл Божий - это что?
Speaker A
Это какая-то программа, которую Бог пишет и человек хочет, не хочет вот по этой программе будет в жизни идти. А-э или это какое-то желание Бога, чтобы человек сделал, а человек сам выбирает, выполнить или не выполнить промысел или как?
Speaker A
Вспоминаем Филарета Дрозва. Непрестанное действие божественно всемогущество, которым Господь сохраняет всё творение и всякому добру с помощью ствоет. Вот помню, это, знаете, у нас был прекраснейший преподаватель катехизиса, почётный профессор Константин Ефимович Скурат, ныне, к сожалению, покойный. Это человек, который учил и мотивировал
Speaker A
знать его предмет натуральной лаской. Знаете, это как профессор Преображанский, помните, говорил Булгакова. Они думают, что террор им поможет. лаской. Вот он действительно это делал лаской. Когда ему отвечаешь, отвечал какой-нибудь билет, и он видел, что ты не знаешь, он
Speaker A
жутким образом расстраивался, и всем по аудитории становилось стыдно. Вот так вот он преподавал и расстраивался не потому, что какой-то там актёрский порыв у него был, нет, а потому, как он понимал, что он не дал этих знаний.
Speaker A
Сейчас ученик, он не получил этих знаний, потому что он не доработал. И вообще, когда вот молодой Константин Ефимович, будучи совсем юным, попал первый раз в Лавру, он пришёл на службу и на этой службе понял, что никуда отсюда уходить не хочет. И он молился
Speaker A
Богу, чтобы Господь его оставил всегда у преподобного. Вот своим сердцем прочувствовал промысел Божий. И Господь действительно его оставил преподобного. На девяносто третьем году жизни он отошёл ко Господу, будучи всегда таким удивительным преподавателем лавры.
Speaker A
Вот это значит слова, которым всякому добру с помощью ствоет. И да, вот как бы если вот вспоминать, понимать о промысле Божьем, это действительно вот такое непрестанное действие Бога. Вот в прошлый раз, в прошлом году у меня вот была тут
Speaker A
презентация, и перед первой такой, ну, как бы сказать, наверное, уникальной для меня публичной такой беседе, я пришёл на службу. До этого я уже был на этой службе, если отцы меня знали, не просто какой-то там, ну, видимо, стоял, переживал и был бледный в алтаре.
Speaker A
И один из насельников подошёл ко мне, так вот меня немножечко утёшить. как у пастернака, смотря в лицо моё умершее, чтобы яму вырасть мне по росту.
Speaker A
Он подошёл и сказал: "Говорит: "Батюшка, презентация - это очень ответственное и очень серьёзное дело. Вас обязательно кто-нибудь заметит".
Speaker A
Я после этого мне чуть колени не всё. Думаю, сейчас надо убегать. И мне вот в этот момент так внутри какоя-то такая молитва родилась.
Speaker A
Господи, чтоб избавь меня от этого от кого-то. У меня фантазия такая яркая. Я сразу воспринял это, как вот кто смотрел Властелин колец Окорона.
Speaker A
Кто-то на меня из этого страшного чёрного объектива сейчас будет смотреть. Господи, избавь меня. И у нас прошла презентация, кстати, очень прошла замечательная. Люди такие хорошие пришли. Может, кто-то и здесь есть, кто был на презентации. Так хорошо пообщались. Я иногда, конечно,
Speaker A
спотыкался об эту камеру, но в большей степени, конечно, вот общение было очень такое домашнее. И уже после презентации ко мне подходит там человек, сказал: "Бочка, простите, а трансляция сорвалась. Трансляции не было. Вот таким промыслом божьим Господь меня вот
Speaker A
избавил и от этой она потом появилась через какое-то время уже в записи, и тоже не сначала, но вот этот момент страшного опознавания кого-то, оно действительно вот так вот меня вот Господь лишил. Но всё-таки действительно промысел Божий - это то постоянное
Speaker A
действо Божие. Наверное, даже про промысел Божий невозможно говорить без разговора о любви Бога. Знаете, вот есть такой замечательный поэт рождественский.
Speaker A
У него есть такие, ну, у него любовная лирика. Там про троллейбус, у него стихи. За тобой через года иду не колеблюсь. Если ты провода, я троллейбус. Ухвощусь за провода руками долгими. Буду жить всегда всесегда твоими токами. Это лирическая,
Speaker A
конечно, такая любовная лирика. Да, но она очень подходит и даже относительно христианства. Мы всегда всесегда живём токами Божьими. Без Бога ничего не можем делать. Не получается у нас. И Господь это делает очень интересным образом. Он нас любит так,
Speaker A
как мы себе не можем понять, не можем вместить. Наш разум никак это не может вместить, но делает это очень деликатно.
Speaker A
Вот так вот аккуратно, как величайший хирург. абсолютно не задевая нашу волю. Если мы не хотим, ну вот он так вот действует очень так вот незаметно, но постоянно действует. Мы дышим его промыслом, мы живём его, мы не можем без
Speaker A
него существовать, а он вот так вот может быть и незаметный для нас, если мы этого не хотим. И благодаря этому формируется у человека удивительная такая способность общения в любви с Богом. Если человек всё-таки этого хочет, к этому тянется. Оно настоящее.
Speaker A
Оно для каждого уникальное, особенное. И порой, когда мы начинаем в себе находить какие-то действия промыслы Божии на своей жизни, нам становится страшно, потому что мы всё это время до этого это не замечали. Странно, оказывается, вот этот событие, которое у меня там произошло в таком-то
Speaker A
году, а это было прямо яркое такое проявление промысла божие. Я уже как-то рассказывал про у меня первый первую историю в книге мы поставили. Это о кресте, как мы с товарищем нашли крест в речке. Наверное, многие знали, читаю это читали об этом.
Speaker A
Я просто задумался как-то про это действие. Мы были в детстве совершенно ещё не выцерковлённые и нашли крест и жутко испугались, боясь о том, что его не просто так же утопили.
Speaker A
Наверняка на нём какое-то страшное проклятие на этом кресте. И мы в таком ужасе побежали к маме. Мама тоже ещё на тот момент была неуцерковлённая. Она тоже не знала, что с ним делать. Но надо отнести в церковь. Церковь далеко была
Speaker A
от нас. Однаственная тогда была это Подмосковье. И мы притащили, мы знали этот местность, всё знали, что там всё всегда было закрыто. Мы всё там вокруг гуляли и всегда этот храм был закрыт. А в этот день этот храм был открыт.
Speaker A
Накануне праздника они готовились, большого праздника. И мы принесли крест. Батюшка поблагодарил нас. Мы были ещё не крещённые с товарищем, даже пригласил креститься.
Speaker A
Мы подумали, что это очень дорого и не пришли в тот раз. Да. И вот самый интересный момент это о том, я эту как-то вот этот след он для меня он открылся уже, будучи священником. Не наш. На тот момент он
Speaker A
только прибыл в гострхань. Новоназначенный владыка митрополит Никон. Он задал вопрос перед посадкой: как ты пришёл к Богу? И я не успел ответить. Если я настроился отвечать, а мы пошли садиться в самолёт. Никак. А разделили в самолёте, мы в разных местах
Speaker A
сидели. И я вот в таком вот внутреннем порыве я начал сам с собой рассуждать. И я в самолёте неожиданно вдруг увидел такое действие промыслу Божие.
Speaker A
И там просто начал рассуждать какой-то храм. Этот храм оказался казанский около нас, который находился Казанская икона Божей Матери.
Speaker A
Всё время закрытый храм летом, неожиданно открыт накануне какого-то праздника. Какой может быть праздник главный для храма, который летом?
Speaker A
Казанский. казаться. Это был престол. Мы притащили крест с моим другом вот такой испуганным накануне Казанской иконы Божей Матери.
Speaker A
И самое интересное, уже после всех этих дел для меня Казанское летнее - это особенный праздник. Владыка Ионаны непокойный меня рукополагал на Казанскую.
Speaker A
То есть для меня всё время была казанская икона. Она была особенной. Она была, Это был храм, где я первый раз начал паномарить. множество всяких событий связано с Казанской. И вдруг я неожиданно начинаю понимать, что всегда вот в этих моментах это след Божий.
Speaker A
Господь говорит: "Это от меня было". И вообще, конечно, проявление промысла, иногда нам кажется, что вот такое действие промыслу Божие - это всегда вот какое-то, ну, такое по шерсти. Нам всегда должно быть удобно, хорошо, приятно, а на самом деле не всегда.
Speaker A
Иногда промысел божий. Вот такую простенькую историю тоже вспомнил. Не даю Сергею ничего говорить. Он мы сейчас просто, когда начали до этого встретить, он говорит: "Да вот в последнее время не дают говорить". Да. И вот я вот тоже, видимо, такое взялся.
Speaker A
Историю такую вспомню. Был служил я в далёком селе от города. Это 2 часа до города ехать.
Speaker A
Машины ещё у меня не было. Мне помогал один из наших таких вот самоотверженных тружеников. Он иногда, когда нужно было меня возил в город. И вот начался день, который всё из рук вон, всё ломается, все какие-то действия. Там было какое-то
Speaker A
у нас мероприятие, оно сорвалось. Ну всё не так. Вот всё не так. И ещё мне звонит телефон и говорит и ругает меня там.
Speaker A
Оказывается, я забыл отдать документы, и надо срочно ехать в город. У нас храм там восстанавливался, и нужно было эти документы привести им 2 недели назад.
Speaker A
Они, правда, меня об этом не предупредили, но всё-таки, оказывается, надо было 2 недели им принести. Мне срочно в город. Пошёл я к нашему этому тружнику, а он в этот день не может.
Speaker A
Ну да ладно, пойду на автовокзал. Там два автобуса в день ходило. Один автобус уже ушёл, а второй автобус отменился.
Speaker A
Да, думаю, хорошо. Дополнительно ко всем этим действам начался дождь. Думаю, вот ещё этого не хватало. У нас вообще Астраханской области это дожди, это большая редкость. Вот может так случиться, что летом ни одного дождя не было. Вот тут начался дождь. Я мокрый с
Speaker A
папкой документов стою. Таксисты там какие-то были, стояли. Никто не хочет под дождём ехать в город.
Speaker A
Я уже думаю: "Ну всё, наверное, не надо было мне этот". И какой-то юноша, э, я не знаю, он, наверное, проездом был вообще в селе, он соглашается: "Да, давайте я вас отвезу там". Ну, даже назвал такую приличную плату, то есть не
Speaker A
недорого. Я в город еду, но я вас там довезу до какого-то места. Я весь мокрый, сажусь с ним в машину, машина такая простая. Это едем, всё потеет у него, всё постоянно протирает.
Speaker A
Мы молчим оба какие-то вот всё. Ну, какой день, с чем вы разговаривать? И разговор начался с того, что я начал молиться. Мы проезжали мимо кладбища, а там очень много кладбищ такие по дороге.
Speaker A
Я помолился, его это заинтересовало. Он начал меня спрашивать: "А как вот зачем на кладбище молиться и так далее? Какие вообще ещё, вы знаете, обрядности на кладбище?" А я как-то вот сижу, говорю: "А давайте я вам про Христа лучше
Speaker A
расскажу. У меня лучше это получится, чем всякие эти обрядности". Он очень-то согласился. И вот этот момент, потом я уже через какое-то время понял, он меня слушал все эти 2 часа, так как никогда ещё никто меня не слушал.
Speaker A
Я вот пообщался с ним, я был до этого ещё до священства катехизатором при приходе, и это для меня было такое вот удивительно. Он каждое слово слушал, он кажды впитывал, как будто бы он их знал уже. Ему просто никто об этом не
Speaker A
говорил. Это не из-за того, что вот ему надо было именно со мной встретиться. там на 100 км один священник. Был промысел божий действительно в этот день этому человеку услышать про Христа.
Speaker A
И для того, чтобы этот промысел совершился, можно так сказать, да, у меня мне было как-то неудачный день до этого момента. После того, как мы с ним расстались, я в очень таком был удивительном состоянии пребывал. То есть вот такой вот промысел Божий совершился
Speaker A
на мне, а я был всё это время недоволен, что всё, он как-то так совершался и мне не по шерсти. Ещё и мокрый весь, да, после дождя. Вот относительно всё-таки промыслов это вот как-то, наверное, так и и происходит.
Speaker A
То есть получается, [откашливается] промысл Божий - это некая цепочка обстоятельств каких-то, да, в жизни, которые Господь как-то определённым образом, ну, подстраивает, устраивает для спасения человека и других людей.
Speaker A
Ну, тут неправильно так сказать, что это какая- цепочка. Это мы замечаем проявление промысла Божьего в цепочках интересных для себя обстоятельств. Он вообще непрестанно совершается над человеком это действие. Это поэтому какие-то у нас обстоятельства, они для нас просто очень яркие. [фыркает] Иногда
Speaker A
вот смотришь на себя, ты на протяжении всего дня столько раз милостью божьей жил, они у тебя как-то уже нормально, незаметно. Ну это же обычное дело, да, что Господь, оказывается, нас любит. По-другому не может быть. И для и мы уже это не
Speaker A
замечаем. Я даже и нектатимы замечатель. Вот. Ну вот действительно, почему одни люди замечают действия промысла Божьего в своей жизни, а другие говорят: "Ну вот у меня не было таких историй, ничего не могу рассказать".
Speaker A
Вот в этом как раз и является такая особая особое отношение Бога к человеку. Не странно, человек к Богу тоже особое, да, но именно отношение Бога к человеку очень деликатное. никогда никого не навязывает. Никогда не навязывается, никогда не заставляет никого. Не хочешь?
Speaker A
Ну и ладно. Ну это как знаменитые фразы блес Паскали, которое было эпиграфом Не святые святые ещё, да? Когда человек не хочет, Господь даёт достаточно тьмы, когда хочет, достаточно света. Это в книге его мысли. У него прекрасная книга. И вот это действительно так и
Speaker A
происходит в нашей жизни, что у нас вот всегда она как-то вот так это и работает. Но когда человек начинает только выцерковляться, только в самом начале он находит вот таких присутствиях божих в своей жизни невероятное количество. Это часто даже пугает. Это
Speaker A
вот мы просто к этому привыкаем. Знаете, как по-моему Рей Бредбериш, да? Это вино из одуванчиков. Там у него было такой момент интересный, когда он, это мальчишка, захотел купить себе пару кроссовок новых.
Speaker A
И его отец спрашивает: "Зачем тебе новые кроссовки? У тебя есть старые, иди откопай их в Чулани. Уже половина лета прошло". А он ему говорит: "Как же он не мог эту мысль сформировать?
Speaker A
То есть он к старым привык, и он их уже не чувствует, что они новые".
Speaker A
Он в этой мысли говорит: "Старые, старая обувь, она уже омертвела". Вот у нас иногда действительно наши чувства, они станутся мёртвыми.
Speaker A
мертвели. И мы этого не чувствуем, что-то происходит. Нам хочется какой-то новизны, какого-то чуда, какого-то яркого события, как новые кроссовки. Нас в нас в жизни должно что-то измениться в виде новых кроссовок.
Speaker A
Такие моменты, конечно, хорошо себя как-то вразумлять, да, но лучше, конечно, вот так вот стараться не закрывать своё сердце, по-детски относиться, и Господь тогда проявит свой промысел. Вот даже вот как вот Константина Ефимовича произошло, он почувствовал действие промысла на себе,
Speaker A
но это не для него благо, потому что, как он заслуженный профессор, он столько трудов принёс и столько принёс помощи вообще ээ церкви, что это, то есть, на благо церкви был промысел, а он его почувствовал сердцем и захотел, чтобы он
Speaker A
проявился на нём. Тоже как-то вот так надо себе немножко сердце заставлять, тормошить немножечко. Так.
Speaker A
Промысел божий иногда понимается в моменте, а иногда спустя долгие годы, да, задним числом, как бы что это осмысливаешь, да? В основном почему-то задним числом и получается. [фыркает] Какие-то и такие яркие вот события в моменте, они редко происходят, наверное.
Speaker A
Вот большинство с такими вот ты сидишь, рассуждаешь, размышляешь и неожиданно понимаешь о том, что вот это было происшествие для тебя такое удивительное, страшное и невероятно дорогое.
Speaker A
Вот наверное так да. Ну, иногда, наверное, мы никогда не способны понять те или иные действия промысла Божьего. То есть не всегда до нас доходит, даже там к старости, не знаю.
Speaker A
Ведь ну не всё же в жизни понятно. Вот почему именно так получилось, а не так, да? Вот почему я шёл в эту дверь и вот никак не мог в неё войти, в итоге там пошёл в другую сторону как-то.
Speaker A
Ну действие, действие божие, конечно, невозможно понять человеку. Это действительно так. Но вот Господь всегда просто надо не забывать, что он действует с нами относительно любви. Он с нами действует любовью своей. безграничный, невместимый для человека, удивительной любовью. Это вот да, это правда. Поэтому просто мы
Speaker A
как немножко свели, упростили понятие о промысле Божьем, да, это как-то это наше как-то восприятие иногда вот такие вот чудесики человеческие, ещё раз говорю, промощество - это непрестанное вот действие, непрестанное действие всемогущества Божие. Вот это поэтому вот такое это можно шире думать, чтобы не
Speaker A
было. А так вот, что мы как-то задним умом, ну, может быть, необходимо иногда остановиться, необходимо иногда как-то себя как-то из этого страшного ритма выбить.
Speaker A
У меня был случай, я ещё до священства ээ работал программистом и ездил сюда в столицу.
Speaker A
Несмотря на то, что вырос вроде в Подмосковье, всегда Москва для меня в ритме была очень быстрой. Я как бы стачивался об этот ритм. Я за всеми зачем-то начинал бежать, даже если я никуда не спешил.
Speaker A
И такой вот тоже день у нас был. Нужно было срочно сделать работу, и я выбежал на какой-то станции. У нас поменяли ещё место, куда нам надо приехать в последний момент я в одно место торопился со всеми. Вдруг мне
Speaker A
начинает звонить, говорить, что тебе совсем в другой конец Москвы надо торопиться. Я в другой конец Москвы начал торопиться со всеми. И заглотило нас это метро. Это метро нас выплюнуло.
Speaker A
Мы все бежим, торопимся с этим. И я заблудился. Я выбежал в какой-то парк, что-то куда-то непонятное. И вокруг все бегут. Вот, как помните мультик про муравья, когда он помогите, они так пробегают все. Ну что делать? Идёт пара уже пожилых людей, мужчина и такая вот
Speaker A
дама у него, которая его держит под руку. Они по сравнению со всеми остальными они плывут по этому парку. Я думаю, вот я их могу поймать. Я подошёл и спросил: "Вот не знаете, такое-то здание надо?" Он спросил адрес, он не знал это здание,
Speaker A
адрес спросил и начал мне рассказывать спокойно, так чинно начал рассказывать. Вот эта вот улица, вот это в свои годы там был такой-то дом, вот это такой, они местные, оказывается. И он мне всё [фыркает] рассказал: "Вы сейчас вот выйдете туда, вот пройдёте, повернёте,
Speaker A
будет вот такой этот дом. Это дом". Он мне историю рассказывает, она ему тоже так помогает.
Speaker A
И я их поблагодарил и пошёл. И через какое-то время я понял, что я просто иду, я не бегу. Все вокруг пробегают, а я вот просто спокойно иду. Они мне дали такой уверенный такой толчок, что я спокойно могу, оказывается, пройти по Москве. Не
Speaker A
обязательно бежать. И я в этот день всё успел. Абсолютно. Я никуда не торопился, но успел всё. И вот у нас в жизни не хватает вот этого момента, когда нам надо немножечко остановиться. И поэтому мы задним умом понимаем, что Господь,
Speaker A
он, оказывается, нас постоянно в своих ладошках держит. Просто нас нам некогда об этом задуматься.
Speaker A
Мы как-то пробегаем мимо. Так вот просто какие-то события, они проходят у нас обычно, потому что, ну, что же делаешь, надо бежать, надо бежать в два раза быстрее, чтобы оставаться на месте. Помните, как в Алисе? А вот так и
Speaker A
происходит. А если в жизни человека какая-то серьёзная скорбь произошла, вот как ему принять то, что это тоже промысел Божий?
Speaker A
Ну, скорби тоже бывают разные. Иногда скорбь происходит и по нашей, в том числе, вине. Я не сразу начал говорить о том, что Господь всегда нашу волю он не ломает, он очень деликатно действует.
Speaker A
Если мы не хотим, мы способны даже погибнуть. Вот так вот интересно бывает. Иногда бывают скорби такие, иногда бывают скорби иного порядка, которые, например, вот, ээ, у нас младший сын, у нас он инвалид, такое тяжёлое заболевание, врождённое, и после этого
Speaker A
мне периодически приходится общаться даже с родителями. И мы понимаем просто с такой такими же детьми, да, подобного какие-нибудь понимаем просто, о чём мы Можно просто рядышком сидеть, молчать, и мы понимаем, о чём мы молчим.
Speaker A
Вот такой такие скорби тоже случаются. Но в этих моментах мы забываем о том, что наших детей Господь любит неизмеримо больше, чем это делаем мы. Мы не способны их так любить.
Speaker A
Даже никак приблизиться не можем к этой любви. И вот в этом моменте, когда такого рода скорби, если я так скорблюсь сейчас над своим сыном, то какой же уровень скорбит Господь, если какие-то моменты происходят? Он же всё же это никуда не девается, да? И
Speaker A
некоторые моменты надо просто себе понимать, что он позволяет нам вот именно вот в этой ситуации находиться. Он мне позволил, он позволяет мне воспитать моего ребёнка.
Speaker A
моего ребёнка, которого он любит неизберимо больше, чем я. Да, вот опять с этим таким приставкой моего ребёнка.
Speaker A
И эти моменты просто опять же, если человек находится вне Бога, конечно, ему очень сильно тяжело.
Speaker A
Он не может никак этом разобраться, что же происходит. А если человек понимает и уповает на Бога, тогда совсем по-другому. Тогда он понимает, что за всем этим действием всё-таки стоит любящий Господь.
Speaker A
И ребёнок, он не оставленный кем-то там вот на произвол судьбы. Нет, он в любви божией также находится такой же степени.
Speaker A
Так что вот тут вот эти скорби, их тоже тоже надо как-то остановиться и да, может быть, и пережить.
Speaker A
Это это нужно, это нужно как бы в созревании сердца своего, потому что сердце у нас иногда закрывается, черстве, и мы, конечно, становимся такими глыбоподобными людьми. Ну вот иногда нужно нам пережить и скорбь.
Speaker A
Иногда бывает вот, как мне кажется, что человек как-то чрезмерно настраивается на восприятие каких-то знаков промысла Божьего в жизни. Ну и начинает видеть какие-то послания от Бога буквально в каждой снежинке. Бывает какое-то такое ну какая-то нездоровая сторона восприятия этого вопроса?
Speaker A
Ну конечно, как же без этого? Нездоровое восприятие, это наше самое основное любимое занятие. Воспринимать то, что там вообще с роду и нет.
Speaker A
Ну это если человек находится в лоне церкви, если находится он всё-таки не не так вот где-то со стороны начинает болеть всяким подобным восприятием, тогда он, в принципе, тут заблудиться и будет сложно. На испыти, по крайней мере, расскажет первый раз. И,
Speaker A
во-первых, таинство поможет благодати своей. и священник подскажет, что ты куда-то туда не туда зашёл. А если человек далёк от церкви, не ходит на таинство и так вот просто считает себя христианином, конечно, заблудиться может очень тяжело. И от этого у нас всякие
Speaker A
там и гороскопы, и прочая ерунда, которая не имеет отношения к вообще к промыслу Божьему ни в коем случае.
Speaker A
Так ну наверное кратенько. Ну вот если любой человек, верующий начнёт обращать внимание на свою жизнь, то он найдёт действие промысла в своей жизни. Вот в какой момент вы стали замечать это? Вот когда вас спросили, как как вы к Богу пришли
Speaker A
или раньше? И вообще, стоит ли как-то поставить себе такую задачу, ну, над этим задуматься? А где промысл Божий в моей жизни?
Speaker A
Ну, наверное, не знаю, может быть, это не нужно с этого начинать. Вот у нас в нашей жизни всё-таки необходимо какие-то отношения с Богом сформировать.
Speaker A
Если без отношений с Богом мы как-то начинаем страдными людьми становиться, мы с ним знакомимся всегда все по-разному. Иногда бывает так, что человек начинает замечать какие-то удивительные вмешательства Божи в его жизнь, и это начинает для него быть шагом. Иногда наоборот. Тогда может
Speaker A
вообще не замечает, говорит: "Вот все молятся, что-то просят, а у меня ничего не происходит".
Speaker A
Вот бывает и так, человек начинает что-то в себе разбираться. То есть это абсолютно разно у каждого по-своему. Это чтобы вот как взять себе в рецепт, начать ээ как-то богопознание с того, чтобы вот я буду копаться своей жизни и
Speaker A
что-нибудь удивительное найду. Наверное, нет, так нельзя ответить. Но у каждого свои свои вот такие моменты удивительные, может быть, даже и абсолютно не публичные. Они есть обязательно с Богом. То есть их не надо рассказывать на публику, их не надо
Speaker A
говорить об этом. Но они обязательно есть. Это взаимоотношения человека с Богом. Такая вот особая тайна.
Speaker A
Как я сказал, удивительная, сформированная особенной любовью Божьей к человека. Вот у нас всех у всех эти отношения удивительно уникальные абсолютно и может быть даже и даже такие вот тайные, чтобы их не надо разглашать.
Speaker A
В этой теме ещё упоминают часто попущение божие. Вот чем отличается попущение божье от промысла Божьего? Ну, пущение чаще говорят относительно какого-нибудь греховного действия, да, вот связанное с человеком, а тут очень сложная тема, связанная со свободой воли человека и с выбором греха человека, что
Speaker A
человек действительно может свободно выбрать грех и причинить вред другому. Причинить, повредить. Мы грехом всегда повреждаемся. Это вот можно вспомнить на действии самом ярком. Вот в нашем случае, если мы сотворим какой грех, кажется, что и никакого действия незаметно. Вроде в той же поре мы и
Speaker A
находимся. А самое яркое действие греха было видно на Адаме. У Адама до момента грехопадения была всего лишь одна заповедь. И не из-за того, что они были знакомы с Богом, а из-за того, что не способен был человек совершить других грехов.
Speaker A
И на Адаме заметену заметно действие греха. Как действует грех на человека? Грех всегда человека изменяет. Мы становимся после греха хуже, но мы способны творить такие грехи, которые изменяют и близких, повреждают близких других людей.
Speaker A
И вот в этом так вот часто употребляет слово попущение божие, когда человек вот со своей со своим действием способен повредить и других людей, в том числе, ну, не только людей, вообще творение божие.
Speaker A
Вот как-то так можно ответить. Сейчас с нашей страной в целом происходят такие очень серьёзные, во многом трагичные события, военные действия и так далее.
Speaker A
Можно ли сказать, что это тоже промысл божий некий в этом всём есть? Как бы мой сказал бы мой хороший друг, это очень софийная мысль, сложная.
Speaker A
Ну, если посмотреть исторические события, то практически не было такого периода на Земле, когда не совершались бы войны, если вот так вот отвечать.
Speaker A
Как вот с данной ситуации происходит? У нас, да, действительно, есть тяжёлые такие перемены в жизни людей, и в этих переменах невозможно оставаться безучастными. Вот только так, если необходимо участвовать обязательно сердцем. А рассказывать о том, что это вот определённый такой период, который
Speaker A
нужно пережить, который надо вот как-то обязательно, чтобы это было восстановление. По-моему, это очень очень так вот страшно говорить.
Speaker A
Помните, как его в лето Господне он приходит, когда пришёл, когда мальчику в храм, и он этот от батюшки гретькой пахнет.
Speaker A
Вот. И он начинает дальше размышляться, и у него какая-то такая, ну, это греховная мысль, так грешно думать. Это очень такое детское выражение, которое мне так завпало в душу. И когда вот какая-то вот чрезмерная такая вот состояние человека, что он начинает со
Speaker A
знаменем бегать и говорить, что это нужно для спасения народа, это иногда кажется, что очень дерзко. Но в этой ситуации, опять я говорю, нельзя оставаться безучастным. В любом горе человеческое сердце должно откликаться.
Speaker A
Если человеческое сердце не откликается, оно подобно камню, закрыто на засов. То есть такая такое страшное стихотворение.
Speaker A
Забыл я автора уже, наверное, в Соловьи. И там вот строчки подобного рода, что там буду рассказывать уже не не вспомню строчки. Так умирает товарищ боевой, и они как вот запри все чувства на засов, но в этот момент запели соловьи, они не
Speaker A
смогли удержаться. Вот нельзя, чтобы чувства в сердце они были закрыты. Вот надо участвовать в боли, надо участвовать всегда в этом деле, не закрываться от боли человека. А вот сказать, ээ красиво можно, конечно, как-то сказать каким-то лозунгом, но, по-моему, это дерзко.
Speaker A
Почему промысл Божий ведёт всех ко спасению, но не все спасаются? Ну вот опять же из боли человеческой, понимаете? Как как вот может было произойти так, что Господь даровал удивительную способность человеку любить? Вот любой человек, даже который не знаком с Богом, он с ним знаком,
Speaker A
как ни странно, потому что он имеет способность любить. Вот это удивительно дар божий любви. Он не терпит принудительности. Он не терпит за то, чтобы его заставляли со всех сторон. И Господь всегда смиряется пред волей человека. Не хочет человек, но не хочет.
Speaker A
И вообще вот это момент вычеловечения Христа, как вообще такое может могло произойти? Это же невозможное состояние.
Speaker A
Адам, который совершил грех. Там в Бытие очень такая, наверное, трогательная сцена, которую многие не замечают почему-то. Ээ вообще, как говорит, ветхозаветные книги, они более такие исторические, они, да, дают, как если вспомните историков, преподавателей, они обычно говорят так, чтобы действительно некие чувства туда
Speaker A
не впиты не вписывать, потому что это нехорошо. И вот исторические книги, они тоже могут таким отличаться. Но в самом начале есть очень такой трогательный момент. Господь идёт по раю ию зовёт Адама.
Speaker A
Зачем ему идти? Зачем ему уйти? И во-вторых, зачем ему звать? Неужели в этом действии такое-то необходимость? Он вездесущий, ему идти не надо. Зачем это действие? И вот и когда становишься родителем, начинаешь понимать, что происходило.
Speaker A
Он пытался вот как, например, с нашим ребёнком что-нибудь там случилось у нас в соседней комнате что-то разбилось, упало, всё рухнуло. Мы заходим, а там они всё уронили.
Speaker A
Вот и спрашиваешь: "А кто это сделал?" Мы же прекрасно знаем, что всё они уронили это вот мои дети сейчас это всё ухитрились уронить, но мы хотим это вот вот это вообщение ребёнка в в таком ключе покаяния.
Speaker A
И вот такая же история произошла и с Адамом. Но дальше удивительно происходит то, что когда человек показывает, насколько он повредился грехом, то между Богом и человеком проходит вот невероятная пропасть, которая человек не способен уже пройти, а Бог смиряется перед волей человека. То
Speaker A
есть сломалось всё, всё упало со стороны человека. Никто не виноват. Человек, человек погиб. Всё человечество по сути погибло. Надо это всё дело заново начать, уничтожить и заново начать, потому что так никак не получится. Как исправить, смиряясь перед волей, если со стороны божьей ничего не
Speaker A
поменялось, а всё сломалось со стороны человека. И Господь не вот своей вероятной любовью он настолько любит человека, что он сделал невозможное.
Speaker A
Он пришёл и вычеловечился. Он дал нового Адама, от которого мы все произошли. И в купели крещанской у нас меняется этот источник жизни. Мы происходим от Христа.
Speaker A
И самое интересное, что опять же невозможно воля никуда не делась наша. Если мы не хотим, мы не спасёмся. Вот это нехотение спасения - это вот одно из таких вот страшных проявлений человеческих, что человек всю жизнь не хотел знать Бога.
Speaker A
А когда всё-таки знал, то всё-таки как-то сторонился. Ну да, это от тебя, но я тут сбоку постою.
Speaker A
И представьте страшную картину. Вот мы престали пред Богом, и на протяжении всей нашей жизни оказывается так, что Господь нас любил, не переставая безграничной любовью.
Speaker A
Я вижу все свои грехи, страшные поступки, такие какие-то поведения нехорошие, а он меня в этом состоянии продолжал любить.
Speaker A
И вот эта оголённая совесть человеческая не иначе, как судья на на страшный суд, на страшном суде. То есть человек не способен будет в этом состоянии выбрать иное.
Speaker A
Что? Как? Как это может? Господи, прекрати, не люби меня больше. А он постоянно любит. Он так он не может прекратить в таком, если так можно сказать.
Speaker A
А, то есть это удивительно, удивительные такие тайны Божьи. И, конечно, в этом плане, что как человек может не спастись? Вот так может не спастись.
Speaker A
Гореть любви божией может вот так вот. А человек, который тянулся к святости, представляете? Вот это та же самая ситуация. на протяжении всей своей жизни, как вот село Анафонско вспомните, да, вот как он скучал по по любви божией, по богу скучал.
Speaker A
И представьте, вот престать пред богом человеку такого толка, это это невероятная радость, это счастье огромнейшее.
Speaker A
Вот поэтому, да, человек, да, способен совершить, как бы сказать, даже на на взгляд не невозможные вещи. То есть мы выкуплены такой ценой, Господь сделал невозможное, но человек способен погибнуть. Вот всё сделать, но и даже ухитриться погибнуть.
Speaker A
А как узнать волю Божью в моей жизни? Ой, как хороший рецепт, да? Вот поете так достать бы книжку какую-нибудь, а там написано: "В твоей жизни воля Божия". Ты опять Булгакову вспомнил.
Speaker A
Какое самое яркое событие в моей жизни ещё впереди? Да. Вот тут такая же история.
Speaker A
Относительно воли Божией. Да, как-то, если говорить какой-то такими красивыми словами, у каждому спасение, тут у нас всё-таки очень личные отношения с Богом. Если вот у нас какая-то такая есть программа, по которой мы должны пройти, что-то там сделать, это уже не личное
Speaker A
отношения с Богом. Поэтому тут, конечно, воля Божья, она читается всё-таки взаимоотношении человека с Богом. Это в общении с Богом. Человек, который начинает познавать Бога, он не может, не способен этого не увидеть, потому что это в общении с Богом происходит, да. Но
Speaker A
тут какие-то вот моменты, которые для каждого могут подойти, прописать их в книжке, сказать, что рецепты, пройди в полночь, съешь жёлудь, постой на одной ноге.
Speaker A
И ты вот во втором часом ночи после того, как пятый раз упадёшь, ты узнаешь волю Божью. Ну так это не работает, так нельзя. Поэтому тут это должно быть взаимоотношения с Богом, с богообщение.
Speaker A
Человек должен общаться с Богом, и тогда в этом состоянии будет и понятно и воли его.
Speaker A
Так у меня как-то было такое, но это не рецепт, был такой момент, я работал после крещения. Я Меня крестили в подростковом возрасте. Всё-таки мы потом решились это сделать, покреститься.
Speaker A
Решились на великие траты. Оказалось недорого. Да. И меня, когда покрестили, удивительным таким промыслом Божьим, я перестал вылазить из храма. Я постоянно стал в храме помогать стал, пономарить и так далее. А потом через какое-то время семья, я стал работать, и там всякая работа, и
Speaker A
у меня какие-то дела там прочие все. И у меня работа всё время вот так вот постоянно происходила. Что-то я постоянно делал. И вдруг в один момент работа стала истощаться.
Speaker A
Я перестал вот, ну, не то, что я там начал как-то голдать, нет, просто я до этого знал, как-то был уверен в своих действиях, а тут он какой-то стало всё сквозь пальцы просыпаться непонятным образом. Я мне стало страшно. Я сижу вот
Speaker A
так вот за своим рабочим столом, осинился крестным знаменем и говорю: "Господи помоги мне страшно". И звонит телефон 2 минуты.
Speaker A
Там звонит мой товарищ священник, говорит: "Слушай, а ты же в училище учился, да? Мне нужен приход катохизатор. Поможешь?" Я понял, Господи. Понял, [фыркает] да? И пришёл помогать, да? И вот через какое-то время Господь меня от всех дел как-то сам отвёл.
Speaker A
как бы я вот был периодом, где я какой-то момент там это, но в этом случае вот воля Божья, она мне прочиталась как бы сама. То есть он он себя сам отвёл, но это не рецепт, чтобы как-то это опять же это должно быть
Speaker A
абсолютно такое личное личное переживание, личное общение с Богом, оно должно вот так пройти. То есть воля Божья, она читается в жизни сама. Оно происходит вот в таком вот разговоре с Богом.
Speaker A
А вот как же вы говорите, что воля Божя читается в жизни сама, если люди ездят к старцам, чтобы узнать волю Божью. И мы знаем, вот, например, читая, как оптинские старцы принимая принимали людей, вот там действительно человек приезжал и старец ему говорил нечто, что
Speaker A
человека могло, ну, изумить. И он даже в эту сторону не мог подумать, что, допустим, тебе надо делать так на самом деле, а не а не так, как ты полагал, будучи верующим и всё такое.
Speaker A
Ну тут общение со старцем это же тоже такое взаимоотношение человека с Богом. Вот вы когда последний раз были у старца?
Speaker A
У старце? Ну я ни разу не был у старце. Ну вот в ваше в вашей жизни такого опыта не было, а вот у некоторых необходим такой опыт.
Speaker A
Вот так вот. Это это такая опять же личные взаимоотношения Бога. Нельзя прописать кому-то старца после обеда или там два старца после еды.
Speaker A
Так нельзя, это не получится. Поэтому тут бывают такие моменты, когда просто человеку необходимо, может быть, это пережить, но искать старчество чрезмерно вот какого-то такого такого прозорливого какого-нибудь гласа в своей жизни. Это уже может быть и духовным заболеванием, которое
Speaker A
необходимо всё-таки общаться со своим духовником на приходе где-то рядышком. Вот у нас такой вообще христиане стадные животные.
Speaker A
Так, в хорошем смысле этого слова. Мы не можем без общины. Вот у нас должны быть общинные общения. Общинное общение.
Speaker A
Видите, как литератор говорит: "Мы должны в общине как-то находиться. Мы стадо и ээ если человек не знает своего прихода или как-то вот приходит на службу, а к священнику не подходит, не хочется ему как-то, ну зачем к ним ходить?
Speaker A
Вот вот пока момент в этот момент пока человек ещё болеет, поэтому тут надо как-то всё-таки всякие свои вот эти личные переживания, неожиданные такие всплески какого-то ээ такого желания, вот мне хочется съездить к какому-то старцу, всё-таки делиться со своим духовником. Не
Speaker A
обязательно духовный отец какой-то, да? Это вот как бывают такие случаи. Приходит женщина к священнику там или мужчина к священнику и говорит: "Батюшка, станьте моим духовным отцом".
Speaker A
Я говорю: "Что вы хотите увидеть, чтобы я сейчас вытащил большую какую-нибудь книгу, положил вам на голову, долго-долго читал, и после этого вы стали моим духовным чадом". Вот. Ну, наверное, так. На самом деле эта ситуация происходит иначе. Духовный отец
Speaker A
становится священник, который постоянно знает, приходит к нему на исповедь. Человек постоянно с ним общается. После этого он так вот естественно становится духовным отцом. Да, это такое вот дело.
Speaker A
А так, в общем, у нас у каждого есть свой духовник, который при приходе священник, у которому мы рассказываем какие-то свои замыслы. У меня был за такой жуткая вообще история. Даже не знаю, как рассказывать. Не добудите, посмотрим на ей.
Speaker A
Когда я воцерковлялся, уже помогал при храме, был панмарём. И вдруг я узнал, мы жили там, это уже не Подмосковье, я узнал, что где-то в километрах со0 там эту местность, я не знал вообще близко, мы приехали туда, находится казанский источник Божией
Speaker A
матери. И мне этот это было в те годы, когда не было никаких GPS навигаторов. Это не думайте, что это можно было как попроще.
Speaker A
И мне пока это я спрашивал, где находится этот источник. Мы стояли вот на территории храма, мне показали вон там 40 км. Вот представьте действие, да?
Speaker A
Я взял в долг у нашего сторожа велосипед и примерно в направлении этих 40 км поехал на источник.
Speaker A
Была ещё одна дорога, правда, по по трассе. Не, потому что знал я там около какого села, но она была длиньше, то есть получалось дольше ехать, а тут и так 40 км, то прилично, да, и как-то, ну, надо покороче, направление же
Speaker A
знаешь, показано тебе вот покороче езжай. В общем, ехал я, ехал, долго очень это происходила ситуация вся, и в итоге оказался на свежеспаханном поле, который в одну сторону нет ничего, в другую сторону, в третью, в четвёртую, пятую, всё заблудился. Людей нету,
Speaker A
спросить не у кого. В принципе, наверное, я бы, конечно, до Пасхи домой добрался бы, да? То есть там ничего такого страшного бы не случилось, да?
Speaker A
Ну, это, во-первых, такой-то ещё был юноша такой кровь как-то, как я могу бросить, я же такой задумал такой мероприятие такое, как и у меня вот это было, видимо, движение вот такое неожиданное.
Speaker A
Вот надо было всё-таки предварительно с батюшкой рассказать ему о том, что я хочу сделать, но вот не догадался. И я в этот момент начал горячо молиться.
Speaker A
Владычица чуть ли не наверно. А вот включил, да, всё. Вот и вдруг задул ветер такой и на горизонте, совсем на горизонте стал полевой столб такой. Я понял, и через всё поле с велосипедом под мышку туда пришёл. Там действительно
Speaker A
оказался источник. Но я, когда потом эту ситуацию разбирал, во-первых, ужасная какая какая ужасная дерзость, да? Это вот с одной стороны, во-вторых, невероятная милость божия, что такого дураку показали, какой у него ветер был в голове. Я представил это если бы мои
Speaker A
дети решились такое же, это же катастрофа жуткая. Вот иногда просто у нас вот эти моменты, Господь просто стоит нам действительно, да, вот такой вот по люби своей даёт милость такую. И человек, которому хочется там где-то найти на крове земли старца, Господь ему
Speaker A
даёт это сделать. Иди, иди поговори с ним. Ладно, вот ты уж да всё-таки это вот из разряда вот такой дерзости, какой-то глупости такой детской, не нездоровой детской глупости. Бывают всё-таки здоровые такие дети, а бывают нездоровые. Вот это было
Speaker A
вот вот как раз то проявление. Вот поэтому тут, да, действительно, бывают старцы, и это может быть один из опытов жизни такого вот общения с Богом, познание его воли, но, ну, чаще всего лучше всё-таки держаться своего стада.
Speaker A
То есть в целом человек мерянин он с приходским священником может все свои вопросы духовной жизни обсудить. Да, ну, вообще, конечно, когда человек вот в больших городах это сложно. Я большую часть священнической жизни в следующем году будет 15 лет, как священник.
Speaker A
Немного, но есть больше, но много, которые служат. Но большую часть своей жизни я был городским священником. Для меня всегда, естественно, было сельское священно служение. А вот тут вот всё. И я понимаю, что в городе очень сложно, чтобы была такая какая-то дружная
Speaker A
община, как-то, чтобы она образовывалась, потому что, во-первых, много священников служит на приходе, у всех своя череда. Не всегда тот священник, которому ты как-то, ну, вот это очень сложно происходит, но даже в этом можно, в этом, в этой ситуации тоже
Speaker A
можно, чтобы существовала живая, настоящая община христианская. Вообще, конечно, проще это в маленьких приходах происходит. Но если вот у меня в приходе и как-то страница священника, то есть не общаться, не рассказывать ему, не пить с ним чай, ни что-нибудь там спрашивать
Speaker A
там, это уже как-то странно. Вообще в приходе вот у меня была как такая мысль, все же события хорошо, когда в приходе происходят общие.
Speaker A
Сейчас я поясню. Например, мы кого-нибудь крестим. Мы крестим этого вот сейчас у меня очень маленькое село, очень малюсенькое село.
Speaker A
Я сам напросился. Такое не бывает, но я очень напросился, и мне разрешили. И у нас происходит так вот становится из того, что у нас мало. Например, у кого-нибудь там крестим, за которого все молились. Или бывает так, что вот
Speaker A
отпиваем, за которую даже все плакали. Мы это мы сидим, пьём чай, и у нас мы общие, мы знаем какие проблемы, можем не договаривать. И вот вот эти моменты, они семейные, они должны быть как-то в приходе. Конечно, в городе это,
Speaker A
возможно, так не получится, но всё-таки общение со священником рассказывать ему какие-то свои мысли, не то что каяться в помыслах от начала своих своего рождения, это тоже как-то немножечко странновато выглядит, да, именно всё рассказываются какие-то такие мысли, что-то вот есть моменты какие-то
Speaker A
сложные. Это это естественно для христианина, это естественно, в принципе, для священника это слушать. Поэтому тут, конечно, насильно издеваться над баткой, который там долго служил в своей очереде. Батюшка, нет, вы меня послушаете. Нет, так не надо делать. Тоже надо любить друг друга. Но
Speaker A
всё-таки вот христианская жизнь, она вот такая стайная. Мы как-то вместе с тайкой должны быть, находиться все. И тогда какие-то вот такие возникающиеся на самом зародыше проблемы, они будут решаться очень просто. Они будут решаться одним словом. Да, что-то как-то
Speaker A
не так ты делаешь. Это как вот он был тоже ныне покойный, к сожалению, отец Дмитрий Смирнов. Мне Господь сподобил быть с ним знакомым лично. И я учился тогда и приезжал на службу к нему. Вот, чтобы доехать до Лавры послужить
Speaker A
когда на субботу- воскресенье уезжаешь домой, необходимо было где-то 3 часа, наверное, с Подольска ехать, даже больше. А чтобы доехать до отца Димитрия 40 минут. Вот и как-то пользовался этим, дело и постоянно периодически не услышал. Потом, когда у нас Тихон
Speaker A
родился, он тоже мне позволял себя служить и это очень помогал. И вот у него был вот такой удивительный дар, несмотря на огромную занятость, несмотря на постоянное вот что-то делание, ужасные болезни. Как-то мы после службы, он в алтаре заходил, у него такой стульчик
Speaker A
был, он садился и доставал. Ему подарили кто-то сшил такой мешочек для лекарств с таким интересным узором. И он доставал эти лекарства, а их нет с числа, на стол он их складывал, они в специальной коробочке. И вот он их пил. То есть,
Speaker A
несмотря на то, что вот такие болезни, он умел вот так вот одним словом врачевать всякие странные мысли. Я эту историю услышал не от него. Это услышал историю от отца Артемия Владимирова. Он как к нам приезжал в Астрахань, а он
Speaker A
был, оказывается, чадом таким вот в его приходе. Выцерковлялся в начале, когда отец Димитрий служил. И он рассказывал вот эту историю такую публично рассказывал историю. Поэтому, наверное, я, конечно, не не такой пересказчик, как отец Артемий, но попробую. Как-то некая
Speaker A
дама в таком балетном порыве, как он говорит, подошла к отцу Димитрию, складывала так ручки и говорит: "Отец Димитрий, благословите меня на подвиг юродства".
Speaker A
Т Димитрий не внимательно, а он большой. Я вот представил просто эту картину. И с другой он очень высокий. И он такой с высоты на неё так внимательно посмотрел.
Speaker A
У него такие брови же вот эти лохматы посмотрел. Зачем тебе её роться-то? Ты и так дура.
Speaker A
Она я дура. Батюшка. Со мной никогда в жизни так никто не говорил. Он вот, ну вот, видите, матушка, вам нельзя её родство.
Speaker A
И уже ласково по-другому. То есть единственным словом он тоже её так вот обличил. И, кстати, интересный момент, э, у если по-моему у Оптинского Льва, преподобного Льва Оптинского, вот это ж всё-таки, да, это наше время, а там не наше время. Был
Speaker A
некий юноша, который замучил старца. Это же основной старец, это по-другому не назвали. Он приходил постоянно и требовал у него благословения на вериги.
Speaker A
А он его отказывал: "Никакие те вериги? Ну что он нет, надо вериги". И он один день пошёл к кузнецу.
Speaker A
Пришёл старец пришёл к кузнецу и сказал ему что-то, что вот те там, видимо, юноша придёт. И в этот день опять этот юноша пришёл.
Speaker A
Всё, я уже точно настроен. Иди к кузнецу скажи, что ты от меня. Он туда приходит. Кузнец ему благословение старца. Дал ему пощёчину.
Speaker A
Тот вспыхнул, кинулся в драку, их разняли, привели к старцу. Он говорит: "Вот видишь, ты одной пощёчине не потерпел, какие тебе вериги?" Вот это как раз было подобного рода вот облечение. То есть вот человек понял на, если не понимал слова, вот он на примере
Speaker A
таком понял, как это, оказывается работает, да. Ну, поэтому вот всё-таки действительно, да, естественно со священником обсуждать свои какие-то вот такие мысли. Неестественно не обсуждать, то есть и неестественно в приходе стоят в сторонке. Это неестественно.
Speaker A
Вот у нас прихожанин был, который удивительный очень был человек. Ну, он сейчас, наверное, тоже есть, но просто в другом приходе, я его сейчас не вижу.
Speaker A
Он всю службу приходил и в сторонке стоял, не крестился. А потом через какое-то время я просто узнал, что происходило. Он жил недалеко в возрасте, дедушка жил недалеко от нашего храма, и у него случился сердечный приступ, и его еле откачали. Он один жил, а его
Speaker A
всё дочка зазывала жить к себе, прямо так настойчиво. И после этого приступа, когда его откачали, он стал бояться спать один. один в квартире. У него уже супруга давно умерла, и он жил один в квартире.
Speaker A
И а к дочкой приезжать не хотел. Ну как всю жизнь один жил, а там семья, там у них, ну как это неудобное дело.
Speaker A
И он стал соглашаться приходить спать. Ну вот жит буду жить в квартире своей, а чтобы мне не страшно было, я спать приходить буду к вам. А проходила дорога через нас в храм. Ну и вот он, чего он пойдёт там так рано? Он выходил
Speaker A
потихонечку приходил, ну, тут храм, служба, красиво поют, большой городской храм. И он приходил и слушал службу.
Speaker A
Просто приходил, слушал. Служба заканчивалась, он уходил, пошёл шёл к дочке. С утра от дочки шёл, заходил, слушал литургию, слушал, так красиво, что-то делают там, ходят. И вот так вот он ходил, ходил, ходил ходил ходил ходил ходил ходил. И вот один день всё-таки он
Speaker A
решился подойти к священнику, который выходил сбоку, рядышком с него становился на исповедь. Он один день всё-таки решился это сделать и стал прихожанином уже таким настоящим. А до этого он просто приходил вот как в оперу приходят, слушают, а вот
Speaker A
ну там недалеко театр оперы балета, но, видимо, время ему не не подходило, поэтому он в храм ходил, да. И вот после этого он стал постоянным прихожаним. На каждой службе он приходит, у дочки уже не живёт, уже не спит, спит уже один в
Speaker A
своей квартире, слава богу. Но вот приходит на службу милости божией, всё-таки он решился и крестился, и и причащаться стал и вот так потихонечку вот так вот вразумелся. Но это случилось после того, как он сделал этот шаг. Так может быть и приходил бы просто так на
Speaker A
службу смотрел как вот как на какое-то произведение искусства. Вот. Ох, как красиво, как поёт. Ну вот и и ничего бы не получилось. Вот такое состояние неестественно для христианина. Поэтому со священниками надо общаться, да? И вообще в приход должен какой-то быть
Speaker A
общительный. Вот должны в приходе тоже общаться, а то как-то получаются какие-то касты даже мы ухитряемся строить. Там эти общаются со священником по одному, по одним дням, а эти по другим, но друг друга терпеть не могут.
Speaker A
Ну так же и никак и так же не может быть. Поэтому спасибо, отче. Друзья, вопросы, пожалуйста. У кого есть вопросы, поднимайте руку, и к вам подойдёт сотрудник наш с микрофоном.
Speaker A
Да, пожалуйста, вот на первый ряд подойдите. На первый ряд. Угу. Здравствуйте, спасибо большое за лекцию.
Speaker A
хотела вас а спросить по поводу мм промысла Божьего, когда человек просит о чём-то Господа, да, а Господь не отвечает либо медлит с ответом. Вот можно ли сказать, что в этом тоже совершается промысел Божий, и Господь не даёт человеку чего-то во его спасение,
Speaker A
как бы во благо, что если бы он что-то дал ему, то, может быть, это бы его разрушило или как-то вот было бы во вред этому человеку. Спасибо большое. А это такой очень тоже полезный момент. Не знаю, можно ли эту историю рассказывать.
Speaker A
Мой мой товарищ ныне священник, не буду называть его имя, я у него разрешение не спрашивал.
Speaker A
Он как-то начал ходить тоже в храм, воцерковляться, а его мама придумала продать квартиру, купить в другом городе и не продавалась квартиры вообще.
Speaker A
И она упросила молиться, а она не продавалась, вообще не продавалась мёртва. Там вроде неплохое условие. А там, в том городе, нашлись люди, которые им согласились помочь, приобрести квартиру. Они их вот ждут, пока они только продадут. Она не продавалась. И
Speaker A
она это начала его уже: "Сын, ну ты ходишь в храм, ну давай нормально, молись". И он начал не молиться, а по сути требовать от Бога.
Speaker A
Да, душе. И действительно, там короткий какой-то срок всё произошло. А в том городе, оказывается, люди ждали их недобрые, а, в общем, их обманули на практически всю сумму этой квартиры. И они вернулись обратно в очень таком тяжлом, побитом состоянии. История такая
Speaker A
очень показательная о том, что Господь действительно иногда не даёт нам во благо. Мы что-нибудь просим, это не то, что это нам полезно, это нам вот очень даже губительно.
Speaker A
Поэтому, да, вот в этом является воля Божья. Может быть, что если, знаете, как вот по поводу соборы, мы же соборымся, и многие священники рассказывают перед по одной и той же болезни не соборымся дважды, потому что иногда быва бывает наши не
Speaker A
наш не дуг это в то такая милость божя, для которой вот мы должны вот немножко потерпеть, да? Вот так. Так и и тут, да, мы можем действительно просить, молиться, а Господь не даёт именно понимая весь весь масштаб трагедии
Speaker A
нашей, что нам не надо нам этого. Ну наверное ответил. Спасибо. Да, пожалуйста. Ещё, батюшка, вот в своё время Господь Иисус Христос говорил, он он сам воспитывался [откашливается] в много трёхпоколеной семье, там, где было трёх, три поколения.
Speaker A
Ну вот и сейчас вот, к сожалению, наша семья ужалась, да, такой монокулярной семьи даже и та разрушается. И вот говорят о возрождении семьи, но вот только-только я недавно первый голосок услышал, что надо трёхпоколенную всё-таки семью воссоздавать, потому что
Speaker A
почему трёхпокоенного? Я считаю, что именно в трёхпоконной семье там идёт духовное воспитание от дедушки с бабочкой. В то время как в обычной семье где ма отец занят добыванием пропитания и пищи и одежды для детей у них нет времени относяться
Speaker A
и учить. Вопрос в чём именно когда будет создавать? Ну это, конечно, я знаю, у меня пятеро детей, не знаю, как девчонки у меня и мальчишка решится. Это это к ним вопрос, наверное. А относительно того, что вот у нас хорошо было бы какое-то вот такою
Speaker A
преемственность такая вот домашняя, это опять отсылает меня к тому, что христиане - это всё-таки общинные люди.
Speaker A
И у нас и хорошо, когда семья у нас тоже здоровая, и прекрасно, когда у нас дедушка, бабушка и прабабушка и прапрабабушка. Это всё замечательно. Это всё очень дорого, потому как это такой бесценное бесценный опыт, который передаётся. Но и без этого может быть
Speaker A
иначе. Да, это нельзя сказать, что и это панацея, но и никак невозможно, наверное, заставить человека нарожать много детей в удовольствие.
Speaker A
Давай, ты надо вот поднимать демографию, будешь рожать. Ну так тоже, наверное, как-то не получается.
Speaker A
Действительно, многодетные родители, они понимают, что много детей - это благо. Я вот по себе могу сказать, у меня ээ прихожанин был вот маленьком вот этом приходе отдалённом.
Speaker A
Ну как так? Прихожанин, ну человек, который очень помогал приходу физически. И он как-то в возрасте, и он как-то ко мне пришёл и говорит: "Батка, какой счастье, когда много детей в доме?" Я: "Ну, как-то так пытаюсь ответить". А он продолжает:
Speaker A
"Мы сейчас с бабкой живём, и у нас вот вчера уехали внуки, и дом пустой, в доме тихо".
Speaker A
Какое счастье, когда кричат дети. А то мы сидим с бабкой вдвоём, она в одной комнате, я в другой и как в тюрьме. А тут настоящая жизнь в доме.
Speaker A
Человек, который вот так вот, как бы сказать из границ своего возраста, он понял о том, что всё-таки жизнь - это вот такой, когда много детей, когда семья вот такая шумная, ну, действительно живая. У нас иногда бывает очень шумно в доме. Там у нас ещё Илья у
Speaker A
нас веланчелист пытается пилит. Это Соня у нас играет на пианино. И когда мы жили в квартире, это всё происходило в одной комнате.
Speaker A
Происходило это. Саша пытается на гитаре что-то играть. Этот в этот момент пилит веланчель, она тут на пианино. И Тихон научился на тот момент хорошо кричать: "А он так звонко!
Speaker A
И вот это вот это всё происходит на там сколько квадратов? Ну, квадратов 25 вот эта комнатка. И вот в этом квадратах в двадцати пяти всё происходило, всё действие. Я как-то подумал, сидел и вспомнил моего вот этого доброго товарища. Думаю,
Speaker A
да, ему сейчас это понравилось. Громкий шум, такой яркий. Да, я поэтому я с вами согласен. Это хорошо, когда вот есть прекрасная такая вот семья, широкая, да, вот в таком плане. Но это не всегда возможно. И нельзя сказать, что, э, по семье человек спасётся не
Speaker A
так. Всякие были люди как-то в роду, да, бывали и и грешники, да, и но человек становился святым. И наоборот были вот, да, все святые. И человек также поприветственно становился святым. Это не может быть и панацеей, но это хорошо,
Speaker A
когда есть. Это хорошо, когда передаётся своим как-то вот детям, внукам, правнукам. И вообще хорошо, когда человек начинает себя в правильном смысле уважать в том плане, что не может позволить себе вести себя как-то развязанно, потому что дети, потому что
Speaker A
внуки. Я вот какое-то исполне внутреннего такого состояния долга, чувства долго должно быть у человека, чтобы он мог себя уважать в том плане, что если он отец большой семьи там или мать большой, она бабушка, у неё там столько-то внуков, большое количество, и
Speaker A
вот это всё какое-то добавляет. Вот вы знаете, бабушки - это всё-таки статус, удивительный статус. дедушки, бабушки.
Speaker A
Это не из-за того, что вот говорят, что старый человек-бабушка, что же вы меня так обидели. Это статусный вообще такой название статус бабушки. У бабушек такое отдельное своё действие. Они э могут и у бабушки, и у дедушку тоже, они могут
Speaker A
беспрепятственно раз баловать своих внуков, потому что воспитывать им их не надо. Родители воспитывают, а им можно баловать. Они могут радоваться с внуками. И вот у меня есть такой замечательный батчика, незнакомый, и у него очень много внуков. И как-то
Speaker A
вот смотрел, он играет с ними теми же глазами. Они сидят все вместе, и у него те же глаза, как и у внуков, и у маленьких. Они одинаковые, несмотря на то, что у него огромная борода, он седой, но он с ними сидит, играет в игру
Speaker A
там какое-то такое детское, и у него такие же глаза, как у них. Ну вот это вот какой-то момент очень важный, да, семья - это очень хорошо, но это не может быть какой-то рецептом. Нельзя прописать вот семью, это же не
Speaker A
получится. Поэтому, да, вот можно только об этом молиться, чтобы Господь даровал и вот и укрепил семьи наших чат. Можно молиться.
Speaker A
Ну, как попытался ответить. Спасибо. Да, пожалуйста. Да Матшка благословите. Господь. А вот меня интересует не знаю, может быть, я не совсем понятно скажу, ну, попытаюсь. Вот для меня промысел Божий - это что-то широкое, большое.
Speaker A
А в чём вот суть, соль, стержень? Вот, ну вот что-то такое внутри. Понятна мотивация, понятно, что, э, Господь нас ведёт к спасению. Ну вот, ну вот в чём вот вот этот стержень вот от Бога?
Speaker A
Стержень в любви. Любовь - это понятно, это всё равно широко. Вот, ну, может быть, соль, там какая какое-то зерно. Ну, наверное, вот так. Какое-то зерно должно быть, которое мы должны понимать. Просто у меня Почему я не так непраздно у меня этот вопрос. А
Speaker A
у меня в жизни много, с чем я сталкивалась, и я понимаю, что это промысел Божий.
Speaker A
Даже есть такой момент, мм, который я даже я знаю, понимаю, что в этом есть промысел Божий, а я не иду его делать.
Speaker A
Вот у меня внутренний какой-то страх, хотя умом понимаю, сердцем чувствую. И Господь много раз показывал, что ты вот непослушная, вот надо вот сделать так, это для тебя благо, а у меня внутри страх. Вот поэтому я у вас спрашиваю.
Speaker A
Вот в чём вот у Бога есть какое-то зерно? Чтобы не сказать, вот такой опять рецепт, который всем подходит, вам хорошо бы пообщаться со своим священником. Звуком он тоже говорит: "Надо это тебе делать".
Speaker A
Это всё понятно. Ну просто тут как тут такой. А вообще вот по личному опыту я вспоминаю, там когда когда перед делом каким-то важным очень страшно, тогда ты действительно делаешь что-то нужное. [смех] Вот когда не страшно, когда как-то думаешь: "Ой, сейчас это быстро всё
Speaker A
сделаю". Получается такая ерунда обычно, а когда страшно какое-то внутреннее волнение, то получается очень нужное, оказывается дело. Но это личный мой опыт, поэтому может он вам не подходит.
Speaker A
Ши силы. Решение должно быть силой. А силы - это, ну какая-то волна, она должна двигать. Ну вот когда нам в жизни что-то нужно, мы же как-то двигаемся.
Speaker A
Вот нам нужно, мы у нас несёт, у нас энергия появляется, а тут промысел божий, а у нас энергии нет. Ну вот у меня, я, во всяком случае, постоянно гово.
Speaker A
Угу. Ну тут как, да, такой момент, ну тут же можем, опять же, мы же как чадо божие можем воспользоваться молитвой.
Speaker A
Господи, дай мне силы. У меня не хватает. Вот. Э, да, Господи, дай мне смирение как можно быстрее. [фыркает] Да, это вот это одно из таких же. Ну, тут такая же история. Мне не хватает тела, Господи. Мне нужна помощь. Ну вот
Speaker A
так же можем молиться, так же можем просить и рассказывать Пресвятой Богородице, например, тоже такая же история. Это же, понимаете, мы иногда не умеем не только общаться со священниками близкими такими даже людьми как-то, а мы не в молитвах разучаемся общаться. В молитвах же можно
Speaker A
и пресвятой Богородице рассказать. Представяй владычице, у меня вот такая ситуация, я не знаю, что делать. Мне нужна помощь твоя.
Speaker A
Вот это это же это же естественно, это надо. Ну просто мы отвыкаем от всего вот этого общения, и нам, как кажется, надо почитать какое-нибудь определённое акафист. Ну акафистство - это правильно, надо почитать. Но после этого ещё и поговорить надо, рассказать молитву.
Speaker A
Вот всё, что вы говорите, это делается. И параллельно враг тоже он не тремлит. И получается, чем больше ты трудишься, тем больше он на тебя нападает. Но у меня вот этот су.
Speaker A
Ну получается, иначе же как иначе неинтересно. Ну вот, вы знаете, я как скажу, ну вот он там мне делает пакости, и я расслабляюсь. Ну и хорошо, он же делает мне пакости, [смех] а я внутри вроде как боюсь, но думаю, ну вот у меня есть
Speaker A
оправдание. Вот, понимаете, вот вот [тяжело вздыхает] я не знаю, я как-то так может получиться, что, да, в оправдании мы потеряем всё самое такое движение жизни.
Speaker A
Вот вот как вот, чтобы этого не потерять, как вот, чтобы не потерять, надо оправдание не искать тогда, если уж на то пошло. Я просто в вашей ситуации, я не говорю, что вам надо посоветоваться со священником и даже ему всё это
Speaker A
рассказать подробно ваши все эти, потому что они бывают разные у всех. Я сейчас вам скажу что-нибудь, и получится, как будто бы я какой-то старец и вам дал рецепт правильной жизни. На самом деле беда может случиться. Может быть, и
Speaker A
Господь вас удерживает от того, что вот этими мыслями, чтобы вы что-то не не натворили. Поэтому, да, можно так вот лучше поговорить с батюшкой, который знает вашу исповедь, который может вам подсказать какие-то.
Speaker A
Да, он же сказал. [смех] Ну, тем более, если он сказал, что же вы тогда смущаетесь? Ну вот, ну вот я для себя и, ну, как это я и спрашивала, в чём вот зерно, соль. Ну, наверное, как-то, ну, чтобы меня что ли
Speaker A
узнаете потом, значит, да, какая-то ка самое, говорит, важное событие в моей жизни ещё впереди. Вот такая история. То есть это может быть случится так, что вы после поймёте, что происходило, что как-то оказывается вот это препятствия все мои надуманные, они на самом деле не
Speaker A
так. У меня был такой случай, мой товарищ попросил для, я ещё не был священником, молодым мальчишкой, попросил для, я всегда с компьютерами занимался и попросил для новой образованной епархии сделать черновик сайта.
Speaker A
Я старался, я что-то там сделал. И перед тем, и он говорит: "Ну, поедем". Он не смотрел, он был занят. "Поедем, говорит, покажем владыки".
Speaker A
И по дороге я открыл ноутбук, ему показал. И он как-то странно выглядит. Вот одна фраза вот эта его. И я себе накрутил. Я всю дорогу, пока мы ехали, я думал: "Всё, это какой-то ужас. Я опозорил человека. Зачем я такой
Speaker A
секрутил? Меня это я чуть не выпал из этой машины, пока ехали. И когда мы туда приехали, вот я уже потом уже под конец догадался, надо царю небесный читать, чтобы успокоиться. Я про себя читал цар небесный. И это всем очень понравилось, да? И там
Speaker A
батюшка, которая мне тоже показал, говорю: "Да, тоже хорошо". Ну я просто, говорит, я просто никогда такие не видел. Я так просто сказал, оказывается, совершенно другой был мотив, который я уловил не той тональности. Поэтому надо как-то вот так себя иногда не мы иногда
Speaker A
себя больше накручиваем, чем на самом деле это происходит. Я наверное там да, может быть, там и нету такого.
Speaker A
Так что может я вот по этой дороге практически седой приехал. Вот уже приехал, они бы увидели бы мальчишка уезжал там лет 17, а приехал седой старец пока доехал до момента. Я себя просто замучил в процессе. Поэтому так может и у вас случиться. Поэтому, если
Speaker A
Угу так запишут сейчас. Батка сказал читать царю небесный и потом делать не я понимаю о чём речь.
Speaker A
В принципе я спрошу. Спасибо. Спасибо. Да, да. Батюшка, хочется задать такой вопрос по продолжению вашего творчества.
Speaker A
А у вас же ведь одна только книга вышла, да? Да, вышла. Вот эта вот. Да.
Speaker A
И она вышла недавно совсем, в прошлом году. Да. Я просто хочу сказать, ну, тоже, наверное, промыслительно. Я очень люблю зелёную серию, которая издаёт Сретинка, но не всегда могу себе позволить по определённым обстоятельствам денежным. А ваша книга оказалась такая прямо вот эконом-класса.
Speaker A
И не зная вас, я её приобрела. И вот я её перечитываю чуть ли не ежедневно.
Speaker A
Поэтому, ну, все истории очень поучительны. Все, все. Ни одной пропустить просто невозможно. Поэтому я и задаю вопрос, что у меня, ну, я являюсь ещё членом вашего чата. Угу.
Speaker A
Вот вы тоже там ссылаетесь иногда на м [фыркает] историчность этих рассказов. Вот из архива, да, вы пишете.
Speaker A
Поэтому вот очень хотелось бы. Ну вот они очень такие мотивирующие ваши истории и те, которые по факту произошли и те про выданного батюшку. Вот как раз такого бы тоже очень хотелось бы найти.
Speaker A
Ну, выдуманный батюшка - это история такая. У меня есть поете литературного плана такие рассказы, которые вошли некоторые в книжку. Это восстанов такие истории, которые нельзя спросить. Ну, они они, конечно, литературно добавлены там и красиво оформлены, как как я умею, так в плане в
Speaker A
мо в моих немощах. Но в том плане, что часть чаще всего история в центре - это та история, которая действительно происходила в других условиях, с другим священником, со всеми моментами. Но я не могу спросить ээ носителя этой истории
Speaker A
разрешения. Я это облекаю в историю, в литературную. Это вот литературы это есть рассказ такой: "Денег нет у меня там [фыркает] про то, как отец Арсе Анастасий это вот как это он пошёл просить денег в намёт и ему казначе не дала денег". И он так там
Speaker A
скандал у них случился и он в такой в порыве такого негодования и говорит, ну, сам себе в мыслях говорит: "Вот помрёшь, я тебя отпевать не буду".
Speaker A
Там, ну, это надо, конечно, читать этот рассказ в большей степени. Это действительно история произошла. Она произошла со мной.
Speaker A
Вот. Ну и там, правда, не было с мёдом такая история, но вот такое негодование у меня скандал с казначей у меня случился на одном приходе. Я и в этот же день я её отпевал, но не не она не
Speaker A
умерла. Нет. Принесли гроб, в который лежала алифтина. И точно копия нашей казначеи. никого не было вокруг. И я в это, а я дежурный в этот день священник на приходе был. И я отпивал её весь рыдая. Я отпиваю лефтину. Ну я понимал, что это
Speaker A
абсурдность ситуация. Не может же человек в один день это делать. Но я вот это настолько было, это было так как-то вразумительно и страшно. Это было такое страшное вразумление. И когда гроб унесли, я, выходя на паперти, встретил Алефтину. Я говорю: "Матушка, я вас
Speaker A
только что в гробу видел". [смех] А она эти эти слова её вразумели. Она говорит: "Пойдём, пойдём, я тебе денег дам. Пойдём".
Speaker A
[смех] И вот эта в истории, которая она получилась литературным таком рассказывае, потому что её как-то, ну, я бы не нашёл её, только у неё спросить вот это разрешение. Поэтому тут да, вот вот такая. И у меня часто вот
Speaker A
такие истории, они действительно происходят как-то в литературном смысле. А так вот, конечно, когда начал заниматься творчеством, оказалось, что я всегда что-то какие-то моменты писал, но я складывал их стол, и они особо не мучили, когда они когда есть такие
Speaker A
моменты, когда есть порыв такой творческой души, и ты пишешь своё удовольствие и знаешь, что ты это никому не покажешь, оно как-то не мучает тебя.
Speaker A
А когда ты знаешь, что уже как-то заочно, что ты это будешь показывать, то начинает рассказ тебя над тобой издеваться. Ты уже его как-то сформировал, а он не хочет. И ты этим рассказом болеешь. Ты это такое вот муки такие у творческого такого состояния,
Speaker A
у левитанского такое есть стихотворение. А я так медленно пишу, как почву мокрую пошёл. такой вот у него вот эти вот это вот эти [откашливается] такое вот состояние, как я завидую ему там о зависти, да, тому кто быстро пишет и в
Speaker A
благости своей не слышит, как за стеной кто там кто-то не спит. Ну ладно, сейчас я уже не вспомню, к сожалению, память стала подводить.
Speaker A
Вот и вот действительно начинаются так рассказ начинают над тобой издеваться. И у меня есть несколько рассказов недописанных, которых я всё обещаю себе дописать, начинаю писать.
Speaker A
Всё, выбрасываю. [смех] Что? Да. То есть есть такие оказались оказались муки такие творчества, они оказывается присущи человека, который начинает претендовать на литературный какую-то деятельность. Поэтому, да, есть у меня какие-то в запасе моменты, которые я бы хотел, чтобы они, может,
Speaker A
когда-то проросли в книгу. Ну, не знаю, вот решусь, не решусь, ни как-то доделаю, не доделаю. Это надо как-то себя внутренне воспитывать. не хватает внутренней дисциплины наверное.
Speaker A
Иногда вот смотришь, читаешь и некоторых известных литераторов, авторов, что они себе умели заставлять в день по 3 часа то и боли писать. Садились и писали просто, ничего не отвлекаясь ни на что.
Speaker A
Какое-то удивительные люди. Так, так невозможно, кажется. Не писать-то можно всё подряд, потом это читать невозможно.
Speaker A
Вот. Да. Э, вот хочется это, ээ, ну, просто как-то вот так вот себя заставить. Ну, возможно, какой-то, да, действительно, не хватает дисциплины.
Speaker A
Как-то в одном учебнике, что легко пишется, то трудно читается. Ну, может быть, да. Да. У меня было на радио после презентации, меня было на радио Радниш приехал, меня пригласили и опаздывал мой соведущий интервьюер и по телефону говорит своим помощникам:
Speaker A
"Дайте ему его книгу, пускай он читает, потом мы обрежем и как-нибудь в эфир выпустим, чтобы просто так не сидел". И мне дали мою книгу, и я начал её читать.
Speaker A
Ужас. Как вы её читаете? Какой кошмар, [смех] какой ужас. Вообще, конечно, если я начинаю перечитывать то, что я написал, вот у меня, если обратить внимание, из архива, я когда у себя в блоге пишу какой-то, она всегда переписанная, она из архива, но это всегда новые
Speaker A
заново истории написанные, потому что я не могу это читать. Какой кошмар, как так можно было писать? Это надо вычеркнуть, это убрать.
Speaker A
Да, если бы это я бы книгу, наверное, эту переписал всё раз 10 уже точно.
Speaker A
Поэтому так вот, ну, не знаю, как как-то вот так вот про про творчеством самоче спаси, Господи. Это это очень это очень так вот мотивирует, да, что ждёте это по-честному серьёзно, [фыркает] потому что мотивируют ваши рассказы, они очень такие оптимистичные. Если это нужно
Speaker A
кому-то, меня это мотивирует. Если это просто я занимаюсь баловством, иногда вот начинаешь думать: "Я же баловством занимаюсь". Что я балуюсь? Я же взрослый дядька. Да. Вот и ну вот взрослым детикам очень. [смех] Спасибо, Господи.
Speaker A
Спасибо. Да. Так, ну что, есть ещё комментарии, вопросы? Конструктивная критика. А вот есть, вижу. Ага.
Speaker A
Там сзади ещё за вами. Можно работать? А давайте. Да, сейчас многие жалуются, что не хватает времени с вопросом. Время вообще всё-таки гонки, гонки, годки год. А знаете, мне кажется, откуда это самое нехват времени? От того что мы стали
Speaker A
поздно выходить замуж, диться, поздно рождать детей. И поэтому вот эта полноценная жизнь, она слишком поздно приходит. Поэтому действительно мы не успеваем много чего сделать. Опять же к трёхпокоенной семье возвращаясь.
Speaker A
Трёхпоколеная семья, она, видимо, создаёт условия для вот раньше раннего создания себе. Так, ну тут опять же вот вы вы сводите всё к семейной жизни, это хорошо, правильно, что человек семейный, но ээ знаете, как вот есть такое выражение обычное
Speaker A
невольник, не богомольник, оно народное, да? Вот, наверное, и в семье такая же история получится. Невозможно как-то, да, это, может быть, сформировалось бы, если бы человек как-то себя заставлял в какую-то семейную ячейку там. [фыркает] Ну, на самом деле, как-то для меня, как
Speaker A
для отца, например, да, вот воспринимать то, что я кого-нибуд, например, из своих дочек сейчас приеду, скажу: "Вот ты выйдешь за неё замуж". У меня бы сердце лопнуло. Я бы не смог такое, чтобы мне это она его не любит и какой-то это, ну,
Speaker A
он мне нравится. Ну, так же не может быть. Поэтому тут семья, она как-то тоже должна быть органичной в этом плане.
Speaker A
Как-то раньше, может быть, в каких-то таких условиях эти исторические, если вспомнить, да, когда как там женили таких молодых девочек, на каких-то там родители выбрали жениха и там родители выбрали невесту. Ну там, может быть, это как-то ещё работало, то не знаю, как-то представить сложно,
Speaker A
но сейчас всё-таки как нынешнее время, по-моему, такое невозможно. Раньше детей готовили к пра лет. Вотдева Мария в храм - это как раз это посвящение Бога. Это это воспитывать ребёнка в в нормальном состоянии семьи. Это необходимо, конечно, чтобы ты, чтобы ребёнок видел,
Speaker A
во-первых же, здоровую семью. Один из самых главных моментов - это пример семейной жизни. Это очень важно. Но вот так вот как-то стремиться какой-то карьерный рост относительно семьи и многодетности, по-моему, на мой взгляд.
Speaker A
Вот для меня просто как-то, когда человек карьерно стремится куда-то, это для меня как-то странно немножечко. Вот, э, [фыркает] как-то вот карьерно стреми какое-то. У него прямо есть какой-то план на 10.000 тыся лет вперёд. И тут, а тут получается, по-моему, на семью такая
Speaker A
же история. Ну, я не утверждаю, что мои какие-то мысли правильные и что я здраво тут сейчас смыслю, но может быть просто иногда человеку в этих уж моментах надо предоставить возможность самому решать.
Speaker A
Угу. Спасибо, батюшка. Да, пожалуйста. Отец Давид. Отец Давид, вот есть такое мнение, что воля Божия - это вот то, что написано в Евангелии. То есть человек живёт по Евангелию, вот это вся воля Божяще.
Speaker A
Соблюдаешь заповеди, живёшь по по Евангелию и вот это воля Божя. Или как вы считаете, может быть, какие-то знаки надо искать или молиться перед каким-то делом?
Speaker A
Каким образом? Вот относительно Евангелия, я могу сказать, что знаки искать Евангелие, это как-то боюсь страшное какое-то действие может случиться. Вот относительно перед сложным моментом человеку ээ есть такая, это, кстати, очень очень древняя традиция. Человек перед сложным решением сидел и читал Евангелие.
Speaker A
Вот это да. Я согласен. Вполне человек может Господь дать вот ответ. И у меня не раз такое было ээ в жизни, что вот ты каждый день читаешь Евангелие, какое-нибудь открываешь момент, и Господь тебе отвечает на твой вопрос.
Speaker A
Вот у тебя есть внутренние переживания, и Господь отвечает, и тебе даже стыдно. Так как ты вроде жизнь знаешь этот текст. Вот. Ну вот он тебе сейчас ответил. И вот это да. А вот так, чтобы как-то знаки сказать, ну не знаю.
Speaker A
Нет, я имею в виду, что вот просто живёшь по Евангелию. Вот воля Божья. Вот в этом и заключается. Ну, тут тут просто по Евангелию это такой тоже очень обширный чело момент. Вот у нас Филари Дрослова вспомнить, да? Вот у нас благая
Speaker A
весть от Господа, она даётся в Писании и в предании. А мы же не можем только писание, да? Вот и Флари Доздов. Очень интересно, кстати, почитайте.
Speaker A
Православный катехист это опять Константину Ефимовичу Скурат вспоминая. Он так ласково просил нас почитать катехидис. Посмотрите, как учитель должен сказать там, чтобы к следующему знали от сих до сих. Он так ласково просил, говорит: "Это такая интересная книга, пожалуйста, почитайте". Вот я вас
Speaker A
го, пожалуйста, почитайте катехиз Свитель Филорета. Э, очень объёмно и интересно расписано о предании в самом начале. Кстати, вот даже можете не до конца читать в самом начале о предании и о писании. Очень очень объёмно и интересно. Вот у неё
Speaker A
такой интересный такой стиль написания. Э думаю, вам вам будет и полезно, и и приятно.
Speaker A
Угу. Спасибо. Ну и заключительный вопрос уже потом. Здравствуйте. Здравствуйте. Спасибо за лекцию вам. Скажите, пожалуйста, тоже хотел сказать про поинтересоваться, вернее, про поручение вот божье. Вот, особенно в экстремальных ситуациях это проявлялось, бывало, в военных действиях вот люди видели, как, знаете, знак божий и меняли
Speaker A
своё вероисповедание. То есть христиане приходили в ислам, либо там мусульмане принимали православие. И они обосновывали свою позицию тем, что это было как, знаете, как что Всевышним направил их на это. Как вот вы к этому относитесь? Потому что такая двойка,
Speaker A
точка зрения вроде как и может быть и правильно Всевышний их привёл. С другой стороны, ведь смена религии - это ведь один из больших грехов. Спасибо, я понял вопрос, но я отвечу таким, наверное, простым общим ответом. Я не вной религии не потому, что я там не
Speaker A
родился, а потому, что я там не узнаю своего Бога. Вот Господь - это очень такое личное отношение. Господь - личность.
Speaker A
Я Бога в иных религиях своего не узнаю. Они говорят о каких-то богах, но не про моего Бога. Я его там не знаю.
Speaker A
Вот поэтому, если когда говорят такие моменты, что там увидел что-то и он ушёл, ну он до этого не знал того, о ком говорит христианство. Он с ним не был знаком. Он познакомился с другим каким-то богом и к нему ушёл. Ну ладно,
Speaker A
ушёл, ушёл, что же сделаешь. Поэтому я Бога в иных религиях своего не узнаю. того, кто любовь, того, кто ради меня распялся на кресте, того, кто все мои поступки даже вот он он готов оправдать.
Speaker A
Он меня любит, да, я вот в его ладошках постоянно нахожусь. Вот я его узнаю только в христианстве.
Speaker A
Вот мой мой Бог тут. Поэтому вот, наверное, так общий вот такой ответ. Спасибо, отец Давид, за эту беседу.
Speaker A
Помоги вам, Бог, в трудах. Действительно, ждём новые книги. Спасибо. за блогом и благодарим за труды.
Speaker A
Спаси, Господи. Помолимся. Спасибо, Господи.
Topics:промысл БожийСретенский монастырьДавид Проскуряковбогословиевераправославиелюбовь Богадуховная жизньсвобода волиГоворим
