Speaker A
А вы знали, что первого сезона саги о Винленде вообще не должно существовать? Всё, что принято считать сердцем этой истории, так-то не входило в планы Юкимуры. Он хотел начать вот отсюда, с человека, который потерял абсолютно всё.
Анализ сюжета и идей манги «Сага о Винланде»: насилие, месть и поиск истинного мира через призму персонажей.
Ask about this video. Answers come from its transcript only — with the timestamp, so you can check them.
Generated from the transcript and can be wrong — check the timestamp.
Key Takeaways
- Насилие в «Саге о Винланде» показано как привычка и рефлекс, а не просто жестокость.
- Главный герой проходит путь от мести к поиску мира и отказу от меча.
- Юкимура намеренно избегает клише героических войн, показывая реальную жестокость и безразличие.
- Каждый персонаж имеет свои мотивы для насилия, что делает конфликт многогранным.
- История поднимает вопрос, возможно ли вообще избавиться от насилия и как это сделать.
What the video covers
- Первый сезон «Саги о Винланде» изначально не планировался, Юкимура хотел начать с истории раба, потерявшего всё.
- Манга показывает, как насилие и война ломают человека, превращая Торфина из мечтателя в мстителя.
- Второй сезон меняет акценты: насилие становится фоном, а не зрелищем, подчеркивая его привычность и рефлексивность.
- Торфин задаётся вопросом, возможно ли избавиться от насилия, что является центральной темой саги.
- Юкимура показывает, что даже враги имеют свои оправдания для насилия, и никто не считает себя злодеем.
- Война и насилие представлены как бессмысленные и бесконечные, наследуемые привычки, а не героические подвиги.
- Торфин сталкивается с внутренним конфликтом между необходимостью меча и стремлением к миру.
- История развивается от мести и войны к жизни на ферме и поиску нового смысла через общение и труд.
- Встреча Торфина с Эйнером подчеркивает сложность отношений и противоречия в мире насилия.
- Сага исследует тему отказа от насилия не как сказку, а как сложный и болезненный процесс.
Chapters
- 00:00Введение и планы Юкимуры на первый сезон
- 03:11Интервью Макоты Юкимуры о жестокости
- 05:41Привычка к насилию и бессмысленность войны
- 08:23Встреча Торфина и Эйнера: конфликт и противоречия
- 11:09Ответственность и мотивация персонажей
- 13:51Внутренний конфликт Торфина и отказ от меча
- 15:37Переход к жизни на ферме и новый смысл
- 17:00Заключение: поиск мира и надежды
Full Transcript — Download SRT & Markdown
Speaker A
Сильные всегда убивают слабого, с обычного раба. Так устроен наш мир. Всё его прошлое принималось как данность. Эта манга спокойно рассказывала о том, как угнетённый и озлобленный на мир человек способен измениться, стать по-настоящему добрым. Но довольно быстро стало очевидно, что такая история не
Speaker A
будет продаваться. Нужен контекст. Нужно показать, почему человек вообще хочет изменить жизнь в лучшую сторону. Вместо нескольких воспоминаний о прошлой жизни мы получили почти 50 глав, в которых Юкимура без всяких прекрас показывал войну, сожжённые деревни, повсеместное рабство, бессмысленные [музыка]
Speaker A
смерти и то, как война постепенно стирает в людях всё человеческое, ломая самого Торфина. Порву на куски.
Speaker A
Он всего лишь ребёнок, но у него глаза зверя. Из любознательного мальчика, мечтавшего увидеть Винленд, он превращается в человека, который живёт исключительно ради мести. И чем глубже он погружается в собственную ненависть, тем сложнее становится представить, что однажды именно он окажется человеком, что
Speaker A
напрочь откажется отвечать на насилие насилием. Сбежишь прочь. Почти 50 глав Юкимура убеждал нас, что мир устроен именно так. Он сталкивал Торфина с людьми, которых невозможно переубедить, показывал ситуации, где любой здравомыслящий человек первым делом схватится за оружие, чтобы сохранить как минимум свою жизнь, а
Speaker A
потом в этом же мире заставляет Торса повторять: "Истинному воину не нужен меч". Серьёзно? Разве это не звучит как издевательство? По сравнению с первым сезоном второй словно отказывается от того, за что сагу и полюбили. Вместо бесконечных сражений — разговоры в поле.
Speaker A
Вместо войны — работа на ферме. Вместо харизматичного Аскилада [музыка] — скучный Кетель. Кажется, будто насилие просто исчезло из этой истории.
Speaker A
Так странно. Но чем дольше я об этом думал, тем сильнее понимал, что Юкимура вообще не отказывался от насилия. Он лишь перестал делать его зрелищным. Теперь ему уже не нужны великие битвы, ненависть или идеологии. [музыка] Оно становится привычкой, почти что
Speaker A
рефлексом. Вот здесь отказаться от меча уже невозможно. Вот здесь насилие действительно становится [музыка] единственным выходом. И каждый раз Торфин задаёт один и тот же вопрос: а мы вообще сможем избавиться от насилия?
Speaker A
Выходит, если что-то звучит как сказка, [музыка] сказкой оно и останется. Именно поэтому мне нравится сага о Винленде. Мы уже знаем, что, конечно, избавиться от насилия возможно, но то, как именно герои пытаются воплотить это в реальность, и делает сагу настолько
Speaker A
интересной. Ведь самое удивительное в истории Торфина — это отказ от Винланда. Это и есть твоя настоящая битва?
Speaker A
В одном из своих интервью Макота Юкимура рассказал следующее: "Если вы хотите жестокости, то лучше почитайте атаку титанов, чтобы ваша смерть была как можно мучительнее."
Speaker A
И давайте будем честны, он вообще не прав. Даже на фоне всего того ужаса, что творил каждый из этих [музыка] уплюдков, я и представить не могу, чтобы хоть кто-то из них сидел и спокойно отмечал победу, пока рядом валяются тела мирных
Speaker A
жителей. Понимаете, это уже не просто жестокость. Жестокость хотя бы подразумевает какую-то ненависть, а здесь же показано абсолютное безразличие.
Speaker A
Ладно, кто возражает, значит, никто. Весь первый сезон Винленда, каждая новая серия оставляет чувство настолько чудовищной несправедливости, что хочется поскорее увидеть, как всех этих бедолак защищают какие-нибудь герои. Но Юкимура намеренно не рассказывает такую историю.
Speaker A
Вместо этого он берёт мальчика, у которого только что убили отца, и отправляет его жить среди этих же убийц.
Speaker A
Торфин не спасает деревни, не защищает мирных жителей. Он идёт за Аскидом только ради пресловутой мести, а по пути встречает людей, которые уже давно нашли для себя оправдание насилию. Аскит убивает ради Уэльса, Торкель — ради удовольствия, Бьёрн — ради чести, король
Speaker A
Свен — ради процветания своего королевства. И самое страшное, что каждого из них можно понять. [музыка] Никто не считает себя злодеем. Каждый уверен, что именно его причина достаточно веская, чтобы продолжать убивать. Даже эпоха выбрана не случайно.
Speaker A
Сложно найти время, которое сильнее ассоциируется с героическими битвами и воинской славой. Только вместо красивой легенды [музыка] Юкимура показывает реальность.
Speaker A
В них нет ничего, кроме животных инстинктов. Им нет конца, сколько [музыка] не убивай. Путешествуя вместе с отрядом Аскилада, Торфин постепенно замечал странную вещь, что франки, [музыка] что англичане, что даны и все другие почти никто уже не помнит, из-за
Speaker A
чего вообще продолжается война. Солдаты переходили из одной битвы в другую так же обыденно, как крестьяне выходили работать в поле. Ведь главным наследством становилась не земля, не оружие и не слава, а самая тупая привычка — [музыка] жить через насилие.
Speaker A
И чем дольше Торфин наблюдал за этим миром, тем сильнее его раздражал не только Аскилад, но и вообще все вокруг.
Speaker A
Что ж, вы все так помешаны на войне? Воины смеются во время грабежей, спорят о [музыка] том, кому достанется очередной противник. Мечтают о новой войне сразу после окончания предыдущей.
Speaker A
Они убивают уже не потому, что ненавидят и даже не потому, что хотят чего-то добиться. Они убивают, потому что всегда так жили. Никто из нас не умеет ценить жизнь и не [музыка] понимает смысла смерти. Никто даже не знает, в чём смысл
Speaker A
его сражений. Но если мир настолько жесток, если каждый встречный готов убить тебя за еду, за пару монет, косой взгляд или просто ради забавы? Если [музыка] любой человек не против поработить тебя в рабство только потому, что ты оказался слабее, а если ты ему не
Speaker A
понравишься, то избить или зарубить, то как вообще можно выжить, не имея при себе меча? Порой нет выбора, кроме как сражаться, если хочешь защитить своих близких.
Speaker A
Перед таким вопросом даже Торс находится в безвыходном положении. Он может сколько угодно повторять Торфину, что истинному воину меч не нужен. Но одних слов будет недостаточно.
Speaker A
Наверное, ты должен понять это сам. Нельзя просто объяснить ребёнку, каким должен быть идеальный мир, если все окружающие живут по совершенно другим правилам. Ведь он и сам до последнего хранил дома оружие, прекрасно [музыка] понимая, что отказаться от меча внутри
Speaker A
себя намного проще, чем жить без него среди людей, которые готовы воспользоваться своим в любую секунду.
Speaker A
Я полагаюсь на этот меч, потому что ещё не достиг мастерства. Если даже Торс окончательно отказаться от меча невозможно, значит, искать ответ нужно не в том, как однажды отбросить оружие, а в том, как сделать так, чтобы оно вообще не понадобилось.
Speaker A
Знаю, но я на [музыка] это не согласен. После финала первого сезона, последних слов Аскилада и осознания, к чему привела ненависть, Торфин оказывается человеком, который совершенно не знает ответа. Все эти годы, каждое утро он просыпался с желанием однажды убить
Speaker A
Аскилада. Но стоило Кнуду сделать это первым, как вместе с врагом исчезла и единственная причина жить дальше.
Speaker A
Как ты собираешься жить дальше? И пока он застрял в этой мёртвой точке, чтобы наполнить его чем-то новым, меняется сама история. Вместо войны и поля, вместо ежедневной борьбы за жизнь — недели, в которых впервые за долгие годы ничего не происходит. Торфин рубит
Speaker A
деревья, пашет землю, разговаривает с окружающими и постепенно учится делать то, [музыка] чего почти не умел раньше — жить. И где-то в это время он встречает Эйнора.
Speaker A
Торфин, мне что совсем себя не жаль? На первый взгляд кажется, что они вообще не должны были встретиться. Эйнер ненавидит воинов куда больше самого Торфина. На его глазах убили мать и сестру, сожгли родную деревню, продали его в рабство. Всё, из чего строилась
Speaker A
его жизнь, уничтожили люди с оружием в руках. И казалось бы, если кто-то и должен стать для Эйнера воплощением всего, что он ненавидит, то именно Торфин. Он не защищал деревни, не спасал мирных жителей. Он грабил, убивал и жил среди тех, кто...
Speaker A
же самое. Для любой другой истории это был бы идеальный момент превратить их во врагов. Не, ты убил моих родных, дубина.
Speaker A
Только всё начинает складываться совсем иначе. Много на себя берёшь. Да, поначалу Эйнер боится Торфина, не понимает его злиться на равнодушие, но постепенно начинает замечать странную вещь. Торфин вовсе не пытается оправдаться и не просит прощения, и уж тем более не говорит, что был прав. Он
Speaker A
вообще не ищет слов, способных облегчить собственную вину. Будто единственный человек, которого Торфин ненавидит сильнее всех остальных, он сам. А если ты и правда хочешь убить их за пшеницу, то и меня должен жаждать убить куда сильнее, чем их.
Speaker A
После этого Эйнер уже не смотрит на Торфина, как на бывшего воина. [музыка] Перед ним человек, который не пытается спрятаться от собственного прошлого и не перекладывает ответственность на обстоятельства. Он продолжает жить с тем, что однажды натворил.
Speaker A
Я много убивал. Своими руками я сгубил сотни людей. Именно тогда становится понятно, чему на самом деле учил Торс.
Speaker A
Отказаться от меча вовсе не значит отказаться защищать людей. Это значит перестать искать в насилии первое решение. Перестать хвататься за оружие раньше, чем попробовал всё остальное.
Speaker A
Перестать заранее превращать каждого встречного в будущего врага. Я не ищу твоего прощения. Ты волен меня ненавидеть. Ведь только представьте, если бы Эйнер позволил взять свои ненависти вверх, он бы никогда не назвал Торфина своим братом.
Speaker A
Или что? Не веришь брату своему? Брату? Нет. А значит, важнее всего и самому перестать становиться угрозой.
Speaker A
Драться будешь, Торфин. Ну а как иначе? Тут по-другому уже никак. Только жизнь довольно быстро ставит убеждение Торфина под сомнение. Пытаясь защитить Гордара от змея, он впервые сталкивается с ситуацией, где одного желания избежать насилия уже недостаточно, и кажется, будто ответ
Speaker A
наконец найден. Перед нами человек, который защищает чужую жизнь, а напротив, тот, кто пришёл её отнять. Всё выглядит предельно ясно. Насилие может быть не только во зло, но и во благо, пока змей не произносит всего несколько слов.
Speaker A
Илиардар достоин жить, не взирая ни на что. Достоин больше, чем мои парни. В чём же между ними разница? [музыка] Он тоже оказывается прав. Перед ним стоит человек, который уже лишил жизни его товарищей. Если сейчас отпустить Гордара, погибнуть могут уже и другие.
Speaker A
Для змея это не месть и даже не справедливость [музыка] это ответственность. Раз молчите, то её точно нет.
Speaker A
Друг напротив друга оказываются те, кто лишь пытаются сохранить чужие жизни. Здесь [музыка] нет хороших и плохих. Они просто понимают ситуацию по-своему. И я думаю, именно здесь Торфин окончательно перестаёт искать победу в подобных конфликтах и убеждается в том, что
Speaker A
насилие никогда не отвечает на вопрос, кто прав. Оно лишь решает, чья правда останется стоять на ногах, а значит, единственный шанс [музыка] начать говорить: "Нет это свете человека, которого можно ранить".
Speaker A
К сожалению, это правило не универсальное. Мы все прекрасно понимаем, что существуют ситуации, в которых никакой разговор уже невозможен.
Speaker A
Арнхейт не может победить Кетеля, не может переубедить или доказать, что заслуживает свободы. Вся её жизнь зависит исключительно от того, в каком настроении сегодня окажется хозяин.
Speaker A
Понравишься, посадят на цепь, возненавидят, начнут измываться, чего вообще стоит наша жизнь. Перед такой несправедливостью слова Торса оказываются просто бесполезны. Как отказаться от насилию тому, кто даже не способен его проявить? И в таком случае [музыка] единственная возможность - бежать.
Speaker A
Справедливо ли это? Так, конечно, нет. Любой насильник заслуживает как минимум того же. А за попытку побега тебя ещё могут и убить. Только Винленд не обещает справедливых решений. Он раз за разом показывает, что зарубить своего врага ради справедливости проще всего.
Speaker A
Настоящее испытание начинается, когда за это приходится отвечать. Разве в жизни есть что-то хорошее? У меня не было ничего. Поэтому Винленд всё ещё остаётся местом, которого не существует. Пока Торфин знает лишь одно: если войну нельзя закончить чужим убийством и нельзя закончить собственной
Speaker A
смертью, значит, придётся найти способ закончить её без смертей. Вообще нет смысла воевать во имя мира, иначе же никак потом не вырваться из водоворота вечной войны.
Speaker A
Да, звучит как абсолютная фантастика. Вот только решение уже есть. Сделать так, чтобы врагов даже не появлялось, звучит как ещё большая фантастика. Хотя, а кто вообще такие эти враги? Ведь, размышляя над тем, о чём рассказать в своей саге, больше всего времени Юкимура
Speaker A
потратил на вопрос не кто такой истинный воин, а кто такой настоящий враг. Ответ уже есть. С самого начала манги и до её финала он примерно таков.
Speaker A
У тебя нет врагов. У тебя нет врагов. Нет у тебя никаких врагов. У меня нет никаких врагов.
Speaker A
Но если воспринимать эти слова буквально, то звучат они как полная идиотия. Как это нет врагов? Перед Торфином стоял скилат, убивший его отца.
Speaker A
Перед Эйнером люди, уничтожившие его деревню. Перед Кнудом отец, готовый пожертвовать собственным сыном. Перед Торсом целый мир, измеряющий честь количеством убитых. Разве можно сказать, что у них не было врагов? Ведь если и так, то сага в Финленде превращается в
Speaker A
наивную сказку о том, что плохих людей просто не существует. Мы уже видели тех, кого невозможно переубедить, кто готов убить тебя просто потому, что оказался сильнее. Видели, что отказаться от насилия невероятно сложно. Значит, проблема вовсе не в существовании таких
Speaker A
людей. Проблема в другом. Что вообще делает человека твоим врагом? Скорее всего, у твоего оппонента своя справедливость имеется. На первый взгляд всё кажется предельно простым. Враг - это человек, который хочет тебя убить, отнять близких, лишить дома, сделать твою жизнь хуже. Только чем дальше
Speaker A
развивается сага о Винленде, тем сложнее становится смотреть на её конфликты именно так. Взять хотя бы Торкеля. Он живёт войной, смеётся во время сражений, мечтает встретить достойного противника и готов броситься в бой при любой возможности. Если во всей истории
Speaker A
существует человек, которого можно безоговорочно назвать врагом, то это именно он. И всё же, встретив Торса, Торкель приходит не из ненависти. Он приходит за человеком, которым искренне восхищается, за самым сильным воином, которого когда-либо встречал, а затем слышит слова, которые перечёркивают всё,
Speaker A
во что он верил всю свою [музыка] жизнь. Где твой меч? Он не нужен. С этого момента их поединок уже не выглядит столкновением добра и зла, скорее встречей двух людей, которые по-разному отвечают на один и тот же вопрос: ради чего вообще стоит жить?
Speaker A
Только на поле боя воин является воином. И чем дальше движется жизнь Торфина, тем чаще подобная встреча начинает повторяться.
Speaker A
Нет такого отца, который не любил бы своего сына. Появляясь в истории, Кнут кажется полной противоположностью торфина. Пока один без раздумий бросается в бой, другой даже не способен самостоятельно принять ни единого решения. Но постепенно их жизни начинают сходиться в попытках
Speaker A
найти способ остановить насилие. [музыка] Осознав, что Господь не собирается создавать рай на земле, Кнут решает сделать это собственными [музыка] руками. Если ради этого придётся убивать, предавать и развязывать новые войны, ну, простите, такова цена будущего мира. Торфин же понимает, что
Speaker A
именно эта логика и рождает каждую новую войну. А поэтому рай нужно построить там, где о войне и не слышали.
Speaker A
Пока мне есть куда бежать, я за оружие не возьмусь. Они уже не спорят о власти, [музыка] территории или о том, кто сильнее и кто имеет право жить. Они спорят о самом способе существования человека. [музыка] Хорошо это или плохо, я рассудить не в
Speaker A
силах. Да и бронить тебя за [музыка] жестокость не вправе. Что Торфин, что Кнут и все другие, кроме чёртового Торкеля, мечтают об одном и том же. И чем дальше движется история, тем труднее назвать кого-то из них настоящим врагом. Остаётся только один
Speaker A
человек, который подходит на эту роль без всяких оговорок. Если ты не можешь убить меня, Торфин, хотя прошло уже 10 лет, [музыка] значит ты идиот.
Speaker A
Аскелат виновен в смерти Торса. Он превратил детство Торфина в бесконечную погоню за местью. Больше 10 лет оставался единственной причиной, по которой Торфин вообще продолжал жить. Но чем внимательнее за ним наблюдаешь, тем сложнее понять, кем он вообще был для
Speaker A
Торфина: врагом, учителем или человеком, который в каком-то смысле заменил ему отца. Как поступишь, [музыка] Торфин?
Speaker A
Ответ начинается с того, кем оказался сам Маскилат. Ведь ради спасения Уэльса сын некогда знатной валийки, выросший на легендах о справедливом королезащитнике, осознанно выбрал наследие того, кого ненавидел сильнее всего, собственного отца викинга, который не ждёт чуда, а просто забирает всё с помощью силы. И
Speaker A
делает это не потому, что считает такую жизнь правильной, а потому, что другого способа защитить родную землю он просто не видит.
Speaker A
Не герой, ни бог, а человек. И прожив такую жизнь, Аскилат полностью осознал цену собственного выбора. В этом мире благородные защитники долго не живут. В один момент неизбежно появляется тот, чья сила сможет превзойти твою собственную. Его осознанный выбор ненависти к себе - это ненависть не
Speaker A
только варварской крови в своих венах, но и того, что именно эта кровь и сделала его сильнее. И поэтому к Торфину он относится настолько же честно, как к самому себе. Как ты собираешься жить дальше?
Speaker A
За всю историю Аскилат ни разу не пытается убедить Торфина, что Торс ошибался, не пытается заменить его идеалы собственными.
Speaker A
Я убью тебя, несмотря ни на что. Наоборот, надо же. Прекрасно понимая на своём же примере, во что превращается человек, который позволяет ненависти определять каждое своё решение, аскелат пытается научить Торфина отказаться от ненависти. Он позволяет ему пройти через те же ошибки,
Speaker A
надеясь, что однажды Торфин всё-таки сумеет остановиться там, где сам Аскилат уже не смог. Таскила, [музыка] Торфен, не подходи.
Speaker A
И в какой-то момент становится невозможно смотреть на Аскелада только как на врага. Понимаете, насколько это шедеврально раскрыта идея Винленда?
Speaker A
Человек, которого Торфин ненавидел больше 10 лет, не только сделал его сильнее, но и шаг за шагом подводил его к наследию. собственного отца.
Speaker A
Никто ведь не рождается врагом, чтобы потом просто явиться к нам в таком качестве. Врагами становятся уже в процессе отношений, а значит, нужно просто строить хорошие отношения.
Speaker A
Врагов от рождения, абсолютных врагов, не существует вовсе. Это же очевидно. Но всё же. Сам Юкимура однажды и сказал, что Аскелат стал для Торфина одновременно и врагом, и фигурой Эдокова Папаши. Ведь пока ненависть оставалась единственным смыслом его жизни, ему был необходим
Speaker A
человек, на которого её можно было направить. Не настоящий враг, а оправдание своего же существования. А поэтому смерть Аскилада ничего и не решила. Если бы настоящим врагом был он, история закончилась бы в тот же момент, когда Кнут пронзил его мечом. Но
Speaker A
происходит обратное. Только тогда для Торфина всё и начинается. А значит, все эти годы, больше 10 лет, он воевал совсем не с человеком. Да я и не ненавижу его сейчас.
Speaker A
Это-то меня и смущает. Вот зачем Торс постоянно повторял, что у никого нет никаких врагов. Он не отрицал само существование того, что есть люди, готовые тебя убить. Он отрицал привычку превращать человека во врага только потому, что тот оказался по другую
Speaker A
сторону. А возможно, у него даже ровно такие же убеждения, [музыка] как и у тебя. Интересно, какой из путей сделает тебя настоящим воином?
Speaker A
Но если настоящий враг далеко не всегда является человеком, то ради чего вообще продолжать жить в мире, где эти столкновения никогда не закончатся? А попытавшись их предотвратить, ты лишь создашь новое.
Speaker A
Если я убегу, убегу далеко-далеко за моря, что меня там ждёт? Наверняка ничего. После смерти Аскелада Торфин оказывается в странном положении. Почти во всех историях победа над главным врагом означает конец пути. Герой либо получает счастливую жизнь, либо погибает вместе
Speaker A
со своей целью. Но Юкимуру всегда интересовал совсем другой вопрос: что делать человеку, если врага не существовало?
Speaker A
Ведь если [музыка] забрать ненависть, то я окажусь пустым. Именно поэтому второй сезон почти полностью отказывается от привычной драматургии. Здесь нет новой великой мести, нет очередного злодея. которого необходимо остановить. Торфин вообще ничего не хочет, и в этом заключается его самая главная проблема. В нём не
Speaker A
осталось ни [музыка] ненависти, ни чувства вины, а лишь полное отсутствие причины проснуться следующим утром.
Speaker A
За все годы, что живу, ни разу хорошего не случилось. Понятное дело, новой цели просто так у него не появится. Потеряв смысл жизни, редко можно просто выбрать себе другой.
Speaker A
Сначала нужно вообще вспомнить, ради чего стоит жить, кроме собственной боли. И здесь рядом с Торфеном оказывается человек, который проходит противоположный путь. Эйнер не потерял смысл жизни, он потерял жизнь, ради которой этот смысл вообще существовал: дом, мать, сестру и свободу. У него
Speaker A
отняли абсолютно всё. Но, оказавшись на ферме, он всё равно продолжает говорить о будущем, о свободе и о поле, которое однажды станет их собственным. Он строит планы не потому, что уверен в успехе, а потому, что без этих планов жить
Speaker A
невозможно. Мы вырастим свою пшеницу, продадим её и купим у хозяина свободу. И если для Эйнера это всего лишь разговор о будущем, то для Торфина первые слова за долгие годы, в которых нет ни войны, ни мести. Он почти не отвечает, не
Speaker A
строит планов вместе с Эйнором и, кажется, вообще не понимает, зачем думать о завтрашнем дне. Но именно такие простые разговоры понемногу вытаскивают его из этой пустоты, в которой он жил после смерти Аскилада.
Speaker A
Мы что, живём из желание не умирать? Зачем сажать деревья? Зачем собирать урожай? Ради чего строить дома или есть в конце тяжёлого рабочего дня? И так ли нужно для жизни смеяться вместе с другом?
Speaker A
Сам не уверен, что ли? Кто бы говорил. После десятков серий, где жизнь измерялась количеством убитых, всё это вдруг начинает казаться не менее важным.
Speaker A
И здесь в истории появляется Арнхейт. Эйнер, вы очень хороший человек, хоть сами и не осознаёте.
Speaker A
На первый взгляд Арнхейт кажется полной противоположности Торфина. Пока эти двое хотя бы пытаются построить какое-то там будущее, она словно давно перестала жить настоящим. Почти всегда улыбается, спокойно выполняет свою работу, ни с кем не спорит и редко показывает свои
Speaker A
настоящие чувства. Кажется, будто она просто смирилась со своей судьбой. Но Юкимура настолько шедеврально обманывает этот образ, что лично у меня от истории Арнхейт впервые пошли мурашки. В один момент становится очевидно, что это вовсе не смирение, это ожидание.
Speaker A
Наверное, я просто замечталась о несбыточном. Она живёт воспоминаниями о той жизни, которую у неё [музыка] однажды отняли, когда у неё был муж, сын и собственный дом. И хотя всего этого больше не существует, именно эти воспоминания становятся единственным местом, где она
Speaker A
до сих пор остаётся свободной. А поэтому появление Гордара - это [музыка] не просто неожиданная встреча с любимым человеком. Это буквально возвращение её прошлого.
Speaker A
Решила, что снова будет, как раньше, [смех] что муж вернулся. Если это ещё легко понять, то многие начинают задаваться вопросом: "А почему это Аронхейт вообще продолжает любить Гордара? Он ведь приходит [музыка] весь в крови, убивает людей, втягивает её в
Speaker A
побег и в итоге становится причиной не [музыка] только её собственной смерти, но и смерти её ребёнка уже во второй раз. Всё, что видит окружающее обезумевшего от [музыка] отчаяния человека. Но Арнхейт продолжает смотреть на него так, словно перед ней всё ещё
Speaker A
тот самый мужчина, с которым они когда-то строили дом и растили сына, человека, которого она потеряла задолго до этой встречи, из-за чего сцена, где она говорит Гордару, что их сын всё ещё жив, ощущается просто как кромешный ужас.
Speaker A
Арнхейт, где наш сын? Он у Вилки. Твой брат сейчас [музыка] за ним присматривает. Так вот она, значит, как.
Speaker A
Мы ведь знаем, что это ложь. Арнхейт тоже прекрасно это знает и всё равно продолжает её произносить, но не ради себя, а ради человека, который столько лет выдерживал рабство, побои и бесконечные поиски только потому, что верил, где-то его всё ещё ждут жена и
Speaker A
сын. Никогда не оставлю я вас, Ялте, одних в доме. Для Гордара эта надежда давно перестала быть мечтой. Она стала единственной причиной жить дальше. Стоило разрушить её сейчас, и вместе с ней исчезло бы всё, ради чего он столько лет продолжал
Speaker A
идти вперёд. Ведь иногда надежда оказывается важнее самой реальности. Вот я и дома. [вздыхает] Вот почему [ __ ] лишённая права распоряжаться собственной жизнью, мечтает снова стать матерью. Ей хочется вернуть то чувство, когда у человека есть кто-то, ради кого стоит просыпаться
Speaker A
утром. Кто-то, ради кого хочется жить дальше, а не просто доживать своё прошлое. С появлением Гордара впервые за долгие годы у неё появляется возможность снова сделать свой выбор, сбежать. И можете не сомневаться, она прекрасно понимает, что впереди их не ждёт
Speaker A
какое-то удивительное безопасное место. Возможно, они погибнут уже завтра, но когда у человека уже отняли всё, что делала жизнь жизнью, шанс перестаёт измеряться. вероятности успеха. Иногда он существует просто потому, что отказаться от него значит умереть ещё до собственной смерти. И куда же мы
Speaker A
отправимся? Умирая, Аронхит передал Торфину собственную несбывшуюся мечту, показав, что человека может убить не только меч, но и исчезновение будущего.
Speaker A
У меня больше ничего не осталось. Ради чего мне вообще жить? Недостаточно просто отказаться от насилия, недостаточно перестать мстить.
Speaker A
Недостаточно больше не видеть в окружающих врагов. Если человеку больше не к чему идти, то рано или поздно он снова начинает оглядываться назад туда, откуда так долго пытался сбежать. Ведь всё это время, где-то далеко продолжает жить Лейв, который уже больше 10 лет
Speaker A
плавает от одного порта к другому в поисках сына своего лучшего друга. Он давно мог признать Торфина погибшим. мог остаться дома, перестать надеяться и прожить остаток жизни спокойно. Но не делает этого, потому что иногда сама надежда становится причиной жить дальше.
Speaker A
Пока существует хотя бы малейший шанс найти торфина, у Лейфа есть и будущее, которому он продолжает идти.
Speaker A
Пареньку, которого он разыскивает, несказанно повезло. Винленд - это уже совсем не та мечта, с которой когда-то жил маленький мальчик, слушавший рассказы Лейфа. Тогда это был далёкий райский остров. существующий где-то за океаном. Теперь он становится не местом, а направлением, тем, что и
Speaker A
позволяет жить дальше. Вряд ли Торфин всерьёз верит, что однажды сможет построить идеальный мир. Ему гораздо важнее другое. Впервые в жизни перед ним появляется мечта, ради которой не нужно никого убивать.
Speaker A
Так вступай же скорей и притвори мечту в жизнь. Мой Торфин, сын Торса. Это красивый финал сезона. Герои наконец обрели надежду, осознали, чего хотят добиться и готовы отправиться навстречу в Винленду. Только красивые финалы всегда заставляют задать один неудобный вопрос: а кто вообще на них заслуживает?
Speaker A
Я убивал и убил очень многих. Битва за битвой, село за селом. Я убивал людей.
Speaker A
Я был уверен, что Торфин идеальный человек, чтобы ответить на этот вопрос. Он же всю историю только и учился прощению. По-настоящему заговорил, что у него нет врагов, приняв аж сотню ударов.
Speaker A
Казалось, простив Аскилада, он наконец завершил свой путь. Только чем дольше я об этом думал, тем сильнее понимал, что Торфин даже не заслуживает прощать Аскилада. Да, с точки зрения справедливости Аскилат тот ещё выродок.
Speaker A
Он убил Торса, превратил детство Торфина в ужас и оставил за собой горы трупов. И прощение такого человека выглядит великодушно. Только за все эти годы сам Торфин успел сделать с чужими семьями то же самое, что когда-то сделали с его
Speaker A
собственной. Он сжигал деревни, участвовал в набегах, убивал людей, которые никогда не слышали имени Торса и которым было совершенно безразлично, почему маленький мальчик оказался среди викингов. Для них он не был жертвой. Он был тем самым человеком, который однажды пришёл разрушить их мир. Понимаете,
Speaker A
здесь просто нет привычного разделения на хороших и плохих. Когда-то Торфин сам был ребёнком, у которого всё отняли.
Speaker A
Потом вырос и стал тем, кого ещё вчера ненавидел. Точно также когда-то поступила Скилат. И если однажды эту границу смогли переступить они, то кто вообще способен с уверенностью сказать, что никогда не окажется по другую сторону меча?
Speaker A
Рабами становятся лишь слабые, кому [музыка] и суждено прислуживать. Вот только я с этим не согласен. Сложись, для нас с тобой [музыка] судьба хоть немного иначе. Возможно, сами бы трелами оказались.
Speaker A
Торфин одним из первых понимает, что он не имеет никакого права злиться на остальных просто потому, что сам когда-то был ровно таким же. И даже несмотря на это, когда я впервые посмотрел сагу о Винленде, это осознание не заставило меня сильнее сопереживать
Speaker A
торфину. Скорее, наоборот, я почувствовал к нему ещё большее отвращение. А я не могу представить, как ты кого-то убиваешь.
Speaker A
[вздыхает] За все эти годы он так и не понял, что Винлаленд существовал задолго до того, как он решил его найти, а Торс отказался от оружия. Он был в каждом доме, где семья спокойно собиралась за ужином, в каждом поле, где крестьянин выращивал
Speaker A
хлеб, в каждой матери, что укладывало ребёнка спать, не ожидая рано утром увидеть на горизонте корабли.
Speaker A
Что сейчас за жизнь? В Винланде вы уже разбили там поселение. Люди не называли это Винлендом, но жили они именно в нём. И в какой-то момент Торфин становился тем человеком, который этот Винленд и разрушал.
Speaker A
Мало просто отказаться от [музыка] убийств и грабежей. Я должен сделать что-то ещё. Я должен вырастить гораздо [музыка] больше пшеницы, чем прежде втоптал в землю. Должен отстроить куда больше домов, чем успел сжечь своими [музыка] руками. Так, заслуживает ли он
Speaker A
прощения, если вместо месте он теперь пытается построить новый Вин? Становится ли от этого легче тем, чьи дома однажды сгорели по его вине? Если человек уничтожил десятки чужих семей, способен ли он это искупить, создав одну новую?
Speaker A
Если отнял сотни жизней, становится ли мир справедливее только потому, что теперь никого не убивают? А что [музыка] делать с теми, кто всё ещё живёт с последствиями его прошлого? Можно ли вообще уравновесить смерть созиданием?
Speaker A
Или добро и зло никогда не были весами, где одно действие способно отменить другое? Всё это время Торфин сожалел лишь о случившемся, и, зная об опасности буквально [музыка] от первого лица, он просто бросает сотни винлендов на произвол, надея, что они спасут себя
Speaker A
сами. Хотя прекрасно понимает, что этого не произойдёт. Порой нет выбора, [музыка] кроме как сражаться, если хочешь защитить своих близких.
Speaker A
Да. брать в руки оружие и продолжать цикл насилия. Возможно, оно того и не стоит. Но разве бездействие не является таким же отвратительным поступком, [музыка] как и действие? Я думаю, что ответа просто не существует. Ведь если бы искупление было настолько простым, любой
Speaker A
завоеватель после войны мог бы построить город, посадить несколько деревьев и назвать себя хорошим человеком, как это собирался сделать Кнут. [музыка] Но человеческая совесть так не работает.
Speaker A
Сорванный ещё до нашего рождения запретный плод вынуждает жить в мире, где каждое решение имеет необратимые последствия. И пока Торфин жил ради мести, всё было удивительно просто. Есть враг, есть цель, есть меч. Но стоило этой цели исчезнуть, как оказалось, что
Speaker A
цена прошлого определяет не только будущее, но и настоящее. Опять дальше носа своего не видишь. Ну и дела. Ты и раньше был слепцом, но пора бы тебе прозреть.
Speaker A
Нельзя снова стать человеком. который никогда не убивал. Нельзя забыть лица тех, кто приходит к тебе во снах. Нельзя вернуть чужие жизни. И нельзя сорвать ещё одно яблоко, сделав вид, что первого никогда не существовало. Ведь как бы страшно не [музыка] закончилась ночь,
Speaker A
утром солнце всё равно поднимается над теми же полями, где ещё вчера были дома, семьи и люди.
Speaker A
Тебе не нужно беспокоиться о том, как пережить эту зиму. Я лично позабочусь об этом. Прощение - это настоящий запретный плод. Не потому, что его нельзя дарить другим, а потому, что гораздо труднее позволить его самому себе. За [музыка] душегубов молятся идиоты. Если истинный
Speaker A
воин действительно не имеет врагов, то, возможно, последний враг Торфина - это вовсе не человек по другую сторону меча и не его убеждения, а надежда [музыка] однажды проснуться и поверить, что прошлое наконец перестало существовать.
Speaker A
Так, это всё был сон. О, приснится же такое. [музыка] Хорошо, что сон. После всего, через что прошёл Торфин, он снова и снова возвращается к одному и тому же вопросу. На ферме Кетеля в разговорах с Эйнером, даже спустя долгое время после того, как
Speaker A
отказался от меча, он продолжает спрашивать себя: "Что стоило попробовать в первую [музыка] очередь?" Всю свою жизнь Торфин искал ответ на вопрос: кого нужно убить. Теперь его волнует совсем другое. Можно ли было сделать так, чтобы до самой битвы вообще
Speaker A
не дошло? Порой просто никак не избежать боя. Именно этот вопрос когда-то впервые задал Торс. Мы привыкли вспоминать его как истинного воина, что всё же нашёл ответ. Только сам Торс совсем не похож на человека, который однажды просто решил больше не убивать.
Speaker A
Я полагаюсь на этот меч, потому что ещё не достиг мастерства. По легенде, он не сбежал и не был побеждён. Чтобы исчезнуть с поля боя, Тор сын инсценировал собственную смерть в одиночку перебив столько врагов, что все решили, будто он погиб вместе с ними. И
Speaker A
лишь после этого, объявленный мёртвым, он смог уехать в Исландию, где попытался построить жизнь вдали от войны.
Speaker A
Ты сильно изменился за эти годы, Торс. Понимаете, насколько это странно в самом смысле становление истинным воином? Он сначала понял, как им стать, а потом, чтобы навсегда отказаться от меча, взял его в руки снова.
Speaker A
Я теперь наконец-то понял. И сделал это даже не для защиты невинных, а буквально ради собственной будущей мирной жизни, уничтожив десятки других.
Speaker A
Что значит быть истинным воином? И чем тогда Торс отличается от всех остальных? Ведь у любого, кого не возьми, кроме Торкеля, была как минимум понятная причина. Гордар тоже убивал ради семьи, аскилат убивал ради Уэльса.
Speaker A
Кнут решил объявить войну всему миру ради будущего процветания. Даже сам Торфин посвятил свою жизнь месте за отца. Каждый искренне верил, что сегодняшнее насилие последнее, что после этой битвы всё наконец закончится, меч можно будет повесить на стену, а впереди
Speaker A
начнётся настоящая жизнь. Я и слышать не хочу, какие цели. Двигали ими. И даже если предположить, что Торс уже ненавидел войну в момент своего последнего боя, для людей, которых он тогда убивал, это ничего не меняло. На поле боя невозможно увидеть намерение
Speaker A
человека. Там видно только меч. Никто из его противников не мог понять, что перед ними стоит человек, который завтра великодушно навсегда откажется от насилия. А сегодня, уж простите, вам нужно умереть.
Speaker A
Сильные [музыка] всегда убивают слабого. Так устроен наш мир. Вот оно. Если сила неизбежно превращает человека в убийцу, то почему единственный, кого Торфин считал по-настоящему сильным, всю жизнь пытался отказаться именно от этого? Неужели он считал Торса слабым?
Speaker A
Я лишь хотел тебя защитить. Именно поэтому Юкимура намеренно не показывает момента, где Тор становится истинным воином, потому что он им так и не стал.
Speaker A
Для того была нужна моя сила. Отказ от насилия сам по себе ещё ничего не меняет. Можно перестать убивать, можно выбросить меч, прожить остаток жизни вдали от войны. Но разве от этого мир вокруг становится хоть немного другим? Войны же продолжаются, викинги
Speaker A
продолжают существовать, дети продолжают рождаться в мире, где меч по-прежнему считается единственным способом решить проблему. Просто стать хорошим человеком недостаточно. Нужно понять, способен ли ты сделать лучше кого-то ещё.
Speaker A
Нет у тебя никаких врагов. Ни у кого нет никаких врагов. Гордар нёс с собой только новые смерти.
Speaker A
Кетель, в конце концов оказался тем ещё ублюдком. Змею нравилось его положение в обществе. Кнут хоть и изменил целое королевство, но сделал это страхом.
Speaker A
[музыка] А страх никогда не меняет убеждений. Он лишь откладывает их к лучшему случаю. Даже аскелат, умеющий видеть людей насквозь, [музыка] приходит к той же самой проблеме. Больше никогда в жизни не бери в руки меч.
Speaker A
И на первый взгляд кажется, что Аски действительно спас [музыка] этого бедолагу, отпустил домой, ещё и денег сверху накинул большой души человек. Но если серьёзно, почему тот действительно перестанет убивать? Потому что понял бессмысленность насилия. Да нет, потому что сам захотел измениться. Тоже нет. Он
Speaker A
ушёл только потому, что боится Аскилада [музыка] сильнее, чем очередной битвы. Увижу на поле боя убью. А то в противном случае Торкеля тоже можно назвать истинным воином.
Speaker A
Кажется, я перестарался. Даже аскелат, прекрасно понимающий разрушительную силу насилия, в решающий момент снова использует насилие. И тогда слова Торфина начинают звучать совершенно иначе.
Speaker A
Посмотри, сколько [музыка] людей пострадало. Разве никак? Нельзя было сохранить им всем жизнь. Он говорит не только о людях, которых можно было не убивать. Он спрашивает себя совсем о другом, что способно заставить человека отказаться от меча.
Speaker A
[музыка] Ведь заставить сложить оружие силой можно всегда, а вот убедить больше никогда не захотеть брать его в руки - это уже совсем другое дело.
Speaker A
Так весь наш чёртов мир и устроен. Всегда побеждает правда того, кто сильнее. Кто вообще такой истинный воин? Не человек, [музыка] который не убивает, тогда торсм не был. Ведь даже всё осознав, чтобы отказаться от меча, он оставил после себя гору трупов. Не
Speaker A
человек, который построил мир, тогда кнутым тоже не стал. Его рая ещё просто не существует. Не человек, который готов умереть за других. Но тогда такими же истинными воинами становятся Бьёрна, Скилат, Гордар и Кнут. Каждый из них готов был пожертвовать собой ради
Speaker A
чего-то большего. Мы вернём то, чего лишились, даже если придётся стать демоном. [музыка] Получается, ни одно определение толком не работает. И тогда Макотекира, один из главных авторов манг, где развитие персонажей можно обсуждать часами, оставляет ответни в словах Торса, ни в
Speaker A
философии Кнуда, ни в мечте Торфина и Эйнера в Винленде и даже не в мотивации шедеврального аскелада, а в человеке, которого вообще невозможно было представить в этой роли. Вольмаре.
Speaker A
Хотел было помочь тебе в кое-то веки, а ты своим нытьём все уши мне прожужал.
Speaker A
Когда он впервые появляется, кажется, что Юкимура специально собрал в одном человеке всё, что раздражает сильнее всего. Ленивый, избалованный и наглый.
Speaker A
Он постоянно мечится между желанием выглядеть настоящим мужчиной и страхом перед настоящей ответственностью, завидует тем, кто умеет держать меч.
Speaker A
Ведь в его мире уважение начинается с первой победы, а взрослым становится тот, кто способен кого-нибудь убить. По сути, перед нами тот же маленький торфин, только без трагедии, которая однажды заставила бы его действительно взять в руки меч.
Speaker A
Настоящий воитель отвечает на оскорбление железом. Давай. Почти весь сезон Ольмар живёт этой идеей. Он хочет стать воином, но ни разу не видел, чем на самом деле заканчивается война.
Speaker A
Ха-ха-ха. Хочу, конечно же, на войну и готов показать, чего стою. Только очень быстро становится понятно, что настоящая война совсем не похожа на те истории, которыми он восхищался.
Speaker A
Здесь никто не ищет славы и не проверяет, насколько ты достоин называться мужчиной. Перед ним люди, для которых убийство давно стало абсолютной нормой. Никого не волнует, насколько ты храбрый, благородный или справедливый.
Speaker A
Война вообще не интересуется человеком. Она лишь каждый раз решает, кто сегодня останется жить. И хуже всего то, что теперь она добралась до его собственного дома. Ещё вчера Ольмар мечтал однажды пойти на войну и доказать всем, чего он стоит. Теперь ему впервые приходится
Speaker A
смотреть не на себя, а на тех, кто окажется рядом, если мечи всё-таки обнажатся. Давайте сдадимся. [музыка] Перед ним отец, работники фермы, люди, которые вообще не имеют отношения к этому конфликту, и поэтому ему уже неважно, каким его запомнят. Гораздо
Speaker A
страшнее оказывается мысль, что из-за него могут погибнуть другие. В обмен на это имение твой сын и преемник стал настоящим мужчиной.
Speaker A
Ольр прошёл путь Торфина на десяток лет быстрее, и для него выбор уже сделан. Чтобы предотвратить насилие, кто-то должен пожертвовать собой ради остальных. Это тот же выбор между смертью врага и смертью собственной.
Speaker A
Всегда кто-то, но оказывается в минусе. Страшно, несправедливо, но другого выхода Ольмар не видит. Да и вся сага о Винленде до этого момента будто бы подтверждала именно такую логику. Торс пожертвовал собой ради семьи, Аскелат ради Уэльса, Бьёрн ради Аскелада, Гордар
Speaker A
ради Арнхейт. Даже Кнут готов был пожертвовать тысячами людей ради будущего мира. Любой конфликт неизбежно заканчивается одним и тем же.
Speaker A
Какая мера была бы тогда наилучшей? Как следовало поступить? И тогда Торфин отказывается принимать этот выбор как единственно возможный.
Speaker A
Что стоило? А попробовать в первую очередь. Вместо того, чтобы искать человека, который должен умереть, он начинает искать способ, при котором не умрёт вообще никто. Далеко не лучший, явно не гарантированный, просто ещё один. Лишь бы он оказался лучше, чем неизбежность
Speaker A
смерти. Это твоя первейшая из мир. Не бить в ответ, только терпеть. И дело даже не в самом способе. Перед Ольмаром стоит человек, которому происходящее вообще никак не должно быть важно. Это не его ферма, не его отец, не его ответственность. [музыка]
Speaker A
Торфин мог спокойно уйти в сторону и позволить Ольмару принять собственное решение. Никто бы даже не осудил его.
Speaker A
Он помрёт, если так продолжит. Но он остаётся. Не рассчитывает получить благодарность, уважение или признание.
Speaker A
Он вообще не пытается никого переубедить словами. Он просто поступает так, как считает правильным. Совсем как Торс, который отдал последнее, чтобы спасти беглого раба, даже не задаваясь вопросом, заслуживает ли тот помощи.
Speaker A
Нельзя ведь быть таким беспросветным добряком. Если б всё можно было уладить словами, мы бы давно справились.
Speaker A
Понимаете, даже несмотря на то, что Ольмар сам пришёл к осознанию ужасу насилия, он впервые видит перед собой человека, который живёт по принципам и где насилия не существует, где человек отказывается считать врагом хоть кого-то, сильного настолько, что ему больше не нужно решать проблемы с
Speaker A
помощью насилия. Раз [музыка] ты делаешь ставку на силу, чтобы творить беззаконие, тогда [музыка] я сбегу прочь. Даже в разговоре с Кнудом Торфин, конечно, надеется, что его поймут, но если договориться не получится, он просто уйдёт. Не потому, что ему безразличны люди на ферме, а
Speaker A
потому, что взять в руки меч ради победы означает проиграть самому себе. Из-за того, что они обнажили мечи, вы ответили тем же.
Speaker A
А больше ни о чём мы не думали. Вот оно. Никто на этом свете не хочет отдавать жизнь просто так. Умирая, все умоляют врага, друга или бога о выполнении их последней просьбы.
Speaker A
[музыка] Христос молил о прощении грешников. Торс отбросить меч. Мирные люди уничтожить их врагов. Бьёрн стать другом Аскелада. Сам Аскелат просил сохранить Уэльст. В мире, где сила и слабость существуют только для того, чтобы заставить другого подчиниться, человек, который вообще никого не
Speaker A
принуждает, не требует, не запугивает, не обещает награду, а просто остаётся верен тому, во что верит, позволяя другим самостоятельно сделать свой выбор, становится истинным воином.
Speaker A
Торфен, я хочу стать таким же мужем, что и ты, [музыка] подобным тебе, сильным и добрым, настоящим мужчиной.
Speaker A
И когда Ольмар произносит эти слова, истинным воином становится не только Торфин. В этот момент ими становится и Торс, который когда-то начал этот путь, и сам Макотукимура, который сумел передать его нам.
Speaker A
Я просто ненавижу войну. [музыка] Мне очень страшно. Ага. Поэтому мне хочется, чтобы стало как можно больше людей, которые, как и я, ненавидят [музыка] войну, боятся её и хотят держаться от неё подальше. В этом и есть цель моей манги.
Speaker A
Да, как таковой, Винлен, скорее всего существовать не может. Пока люди остаются такими, какие они есть, любое мирное место однажды окажется захвачено, уничтожено или втянуто в новую войну.
Speaker A
[музыка] Ещё безумнее звучит мысль убедить всех отказаться от насилия. И Ютики Тимура прекрасно это понимает. На протяжении всей истории он сталкивает Торфина с ситуациями, в которых любой здравомыслящий человек первым делом возьмётся за меч. Если Торфин знает ответ, как это прекратить, но не
Speaker A
[музыка] знает, как к нему прийти, то Кнут оказывается намного убедительнее, практичнее. Ведь если уничтожить тех, кто продолжает жить войной, мир действительно может наступить гораздо раньше. Только этот мир снова придётся поддерживать насилием. Торфин же выбирает тысячелетний путь, который может никогда и не закончиться, ведь он
Speaker A
не собирается заставлять каждого встречного отказываться от оружия. Он хочет доказать, что однажды оно вообще окажется ненужным. И да, звучит это невозможно, наверное, потому что так оно и есть. И Ютимура даже не утверждает, что сам смог бы ровно так же поступить.
Speaker A
Он просто не знает, как построить идеальный мир. Но хотя бы на мгновение. Он хочет поверить, что однажды меч действительно может стать ненужен.
Speaker A
Если бы сегодня мне нужен был враг и я случайно встретил вас, я мог бы придраться к любой мелочи, решить, что вы плохие люди и и напасть [музыка] на вас.
Speaker A
Но я этого не сделаю. Вы есть хорошие люди. С вами приятно встретиться. и поговорить. [музыка] Враг ведь не явится перед вами со словами: "Я твой враг". На самом деле мы сами создаём врагов тем, как относимся к людям.
Speaker A
Прекрасный человек. Удачи.
Topics:Сага о ВинландеЮкимураТорфиннасилиеместьвойнамангаанализ сюжетаотказ от насилияфилософия
