Видео объясняет, почему россияне не бунтуют, анализируя негласный договор между государством и обществом в России.
Key Takeaways
- Негласный договор между государством и обществом объясняет пассивность россиян в политике.
- Государство предоставляет социальные гарантии в обмен на политическую пассивность граждан.
- Видимость выборов и демократии поддерживает стабильность, но реальная власть контролируется узким кругом.
- Исторические и социальные факторы формируют уникальные условия общественного договора в России.
- Оппозиция существует, но часто действует в рамках системы, не нарушая основного договора.
What the video covers
- Между властью и обществом в России существует негласный договор, который регулирует их отношения без формального подписания.
- Этот договор подразумевает, что государство обеспечивает социальные гарантии и порядок, а граждане не вмешиваются в политику.
- В других странах, например во Франции и США, условия общественного договора и ожидания граждан отличаются.
- Выборы и демократические институты часто создают видимость участия и выбора, но реальная система отбора кандидатов сложнее.
- Люди в России предпочитают быть невиноватыми и непричастными, что снижает мотивацию к протестам и бунтам.
- Оппозиционеры часто действуют в рамках негласного договора, создавая видимость несогласия без реальной угрозы системе.
- Исторический контекст и социально-экономические условия формируют уникальный российский общественный договор.
- Стабильность и социальные гарантии важны для большинства граждан, что удерживает их от массовых протестов.
- Власть заинтересована в сохранении такого порядка, так как это минимизирует политическую конкуренцию и протесты.
- Видео подчеркивает сложность и многогранность отношений между государством и обществом в России.
Chapters
- 00:00Введение: почему россияне принимают систему
- 01:23Негласный договор и выборы как оферта
- 02:42Пример с Волдемортом и видимость власти
- 03:45Актуальность темы перед выборами в Госдуму
- 05:07Социальные гарантии и порядок в России
- 06:21Принцип разделения и отсутствие политического участия
- 07:29История оппозиции и её роль в системе
- 09:28Заключение: стабильность и причины отсутствия бунтов
Full Transcript — Download SRT & Markdown
Speaker A
Почему миллионы людей готовы жить в такой стране, как Россия? Почему они соглашаются с этой системой: платить налоги, ходить на работу, соблюдать законы, голосовать или не голосовать, вообще принимать все эти правила? Между властью и людьми в любой стране существует негласный договор. Никто его
Speaker A
не подписывал, нигде он не записан, но он есть. Именно он определяет, почему люди в одной стране молча принимают то, за что в другой выходят на улицы. Меня зовут Дмитрий Мигачёв. Вы на моём канале, где мы разбираемся, как жить в
Speaker A
России. Сейчас узнаем, какой договор сложился между нашей властью и нашим народом, откуда он взялся, как менялся и что с ним происходит прямо сейчас.
Speaker A
[музыка] Что вообще такое этот негласный договор? Давайте объясню на пальцах. Когда вы устраиваетесь на работу, вы подписываете трудовой договор. Там написано: "Вы делаете вот это, мы платим вот столько".
Speaker A
Всё прозрачно. Если работодатель не платит, вы уходите. Если вы не работаете, вас увольняют. С государством так не получится. Никто вам не давал на подпись бумагу, где сказано: "Мы вам это, а вы нам то". Но при этом отношения с государством у вас есть. Вы что-то
Speaker A
ждёте от него, оно что-то ждёт от вас. Обе стороны примерно понимают, что входит в условия, а что нет. Это и есть неформальный договор, молчаливое соглашение между властью и обществом о том, как существовать вместе. Точнее, можно назвать это офертой. Получаешь
Speaker A
пользовательское соглашение, ну, как в айфоне. А кнопка отклонить — это выборы. Я догадываюсь, о чём сейчас многие подумали. Но давайте честно, в любой абсолютно стране эта кнопка работает, ну, не совсем так, как написано в учебниках. Во Франции миллиарды тратятся
Speaker A
на лоббизм и медиа задолго до того, как избиратель придёт на участок. Иммануэль Макрон, например, был чиновником французского министерства финансов, а потом ушёл работать в банк Ротшильда, где, кстати, очень быстро дослужился до статуса управляющего партнёра. Потом он стал советником Франсуа Оланда, министром
Speaker A
экономики, президентом Франции. Весь этот путь занял около 10 лет. Это сухие факты, а не теория заговора. В США партийные машины решают, кто вообще попадёт на бюллетень задолго до голосования. Нигде простой человек с улицы не приходит и не выигрывает просто
Speaker A
потому, что его полюбили люди. Везде есть система отбора, везде есть правила, кто может играть, а кто нет. Так зачем тогда вообще эти общественные договоры, выборы? Зачем поддерживают эту видимость? Помните, как в Гарри Поттере Волдеморт подчинил министерство магии?
Speaker A
Он мог открыто захватить его и объявить себя победителем публично. Силы тогда позволяли, но тогда был риск, что волшебники взбунтуются, потому что такой резкий перформанс создаёт ситуацию, когда надо решать: принять или восстать.
Speaker A
Вместо этого он поставил марионетку министром, расставил своих людей на ключевые посты, и внешне всё выглядело как обычная работа правительства.
Speaker A
Волшебники продолжали трудиться по своим направлениям. И очень показательная деталь: Волдеморт даже формально оставался врагом государства. Зачем?
Speaker A
Потому что пока он враг, можно делать вид, что всё нормально, жить, работать дальше и при этом чувствовать себя непричастным. Ну, я же не за него, он враг. Ну а это просто моя работа в министерстве. А дальше всё просто. Когда
Speaker A
большинство адаптировалось, можно было тихо и постепенно выйти из тени. Смотрите, при мне всё работает.
Speaker A
Министерство стоит, законы принимаются. Может, я и не такой уж и страшный враг, как вам говорили. К этому моменту бунтовать уже странно. Против чего?
Speaker A
Против того, что давно стало привычным. Вот поэтому договоры, выборы и прочие игры в демократию важны для поддержания видимой нормальности. Людям надо чувствовать, что всё стабильно, а они могут решать, выбирать, соглашаться. И напомню ещё один интересный момент про оферту в том же айфоне. Если в
Speaker A
пользовательском соглашении не нажать принять, то сервисы будут недоступны. Друзья, чаты в комментариях вижу: зачем вообще ходить на выборы в России, если и так всё решено? Подробный разбор этого вопроса я сделал в Telegram-канале.
Speaker A
Особенно это актуально в преддверии выборов в Госдуму, потому что на самом деле всё намного сложнее, чем кажется на первый взгляд. Ссылочка в описании.
Speaker A
Такой договор есть не только у нас. Он опять же есть в любой стране. Просто условия везде разные. Возьмём ту же Францию. Там договор примерно такой: государство — это огромная социальная подушка. Бесплатная медицина, длинные отпуска, пенсии, пособия, защита работников. Французы это всё получают и
Speaker A
за это терпят высокие налоги, неповоротливую бюрократию и сильное вмешательство государства в экономику. Когда правительство пытается урезать соцгарантии, люди выходят на улицы. Не потому, что французы агрессивные, а потому, что это нарушение договора. Вы обещали, а теперь не отдаёте. Ну а что в
Speaker A
США? Там договор другой. Государство почти ничего тебе не должно. Медицина за свои, образование за свои, пенсии, ну как накопил. Зато тебе дают шанс открыть бизнес, разбогатеть, переехать в любой штат, выбрать свою жизнь, потому что там минимум барьеров и бюрократии для
Speaker A
открытия бизнеса. Доступные кредиты, открытый рынок. Американец редко жалуется на то, что государство не помогает. Это и не входит в договор. А вот если государство вмешается в его свободу, он придёт с ружьём отстаивать поправку конституции, потому что договор нарушился. А в России как? У нас договор
Speaker A
объёмный. С одной стороны, государство даёт огромную социалку: бесплатная медицина, бесплатное образование, пенсии, материнский капитал, дешёвые ЖКХ, льготные ипотеки, выплаты семьям.
Speaker A
По мировым меркам это серьёзный пакет. Многие страны так не вытягивают. С другой стороны, государство гарантирует порядок, защиту от хаоса, чтобы не было как в девяностые, чтобы можно было жить, работать, растить детей. Не думать каждый день о выживании. В обмен на это от тебя
Speaker A
ждут одного: не лезь в политику. Государство занимается государством. Ты занимаешься своей жизнью. У нас две разные зоны. Ты к нам не приходишь, мы к тебе не приходим. Каждый при своём.
Speaker A
Звучит немного странно для человека, выросшего на современных учебниках обществознания. Там написано, что граждане участвуют в управлении страной через выборы, партии и общественные движения. В реальности всё иначе.
Speaker A
Большинство людей вообще не хотят участвовать в управлении страной. Им главное, чтобы их не трогали, чтобы зарплата приходила вовремя. В магазинах были продукты, а на улице было безопасно. Всё, этого достаточно. Быть невиноватым и непричастным гораздо легче. Я бы даже сказал, что люди скорее
Speaker A
хотят быть невиноватыми, чем счастливыми. Но об этом как-нибудь в другой раз. Когда что-то идёт не так в жизни, на работе, в отношениях с деньгами, что мы делаем в первую очередь? Ищем виноватого. Начальник, жена не такая. Америка нам гадит. Это
Speaker A
успокаивает, потому что если виноват кто-то снаружи, значит я сам не виноват. И, естественно, делать ничего не надо.
Speaker A
Можно дальше сидеть и страдать. По этой причине сюда идеально подходит принцип разделения. Страной управляет кто-то другой, поэтому он и виноват в происходящем. Война и кризис — не моих рук дело, и я в этом не участвую. Я просто живу своей жизнью, хожу на работу,
Speaker A
вожу сына в школу, налоги плачу. Поэтому и вины в этом моей нет. И второй стороне, то есть государству, это тоже удобно, потому что никто не лезет в политику. Конкуренции нет, привычный порядок вещей не меняется. Ну а как же
Speaker A
те, кто реально не согласны? Неужели всем так удобно? Есть же оппозиционеры. Расскажу интересную историю. Как-то был я на дне рождения у своего товарища.
Speaker A
Несколько его друзей приехали только поздно вечером. Причина такого опоздания была в том, что в тот день они ходили на митинг в поддержку Алексея Навального.
Speaker A
Это когда его посадили в двадцать первом году. Я их спросил: "Какой был смысл жертвовать днём рождения друга ради этого митинга? Его, чтобы без вас бы не провели. Там был важен каждый человек, чтобы нас было много, чтобы нас была
Speaker A
толпа. И все это видели". Вот примерно что-то такое они мне ответили. Интересно здесь то, что это и есть...
Speaker A
можно будет найти спокойно оправдание. Я был в толпе. Я старался, даже опоздал на день рождения друга, поэтому я точно не виноват, что ничего не работает. Очень удобно. Такие оппозиционеры нашли для себя комфортный способ соблюдать договоры с государством. Хотя всем видам
Speaker A
они стараются демонстрировать своё несогласие. Просто так им легче воспринимать реальность, чтобы со спокойной душой можно было слушать Нойза и Оксимирона. Дальше посмотрим, как этот договор менялся за последние 25 лет.
Speaker A
[музыка] Договор не появился из воздуха, он сложился постепенно в очень конкретных обстоятельствах, и его условия менялись со временем. Начнём с того, откуда вообще выросла нынешняя модель. К 2000 году сторона вышла из 10 лет хаоса. В девяностые никто не понимал, кто за что
Speaker A
отвечает. Зарплаты не платили, братки делили улицы, а государство как институт почти не работало. Бешеный рост цен, дефолт, безработица. Люди привыкли выживать сами, потому что больше было не на кого опереться. Чтобы выйти из хаоса, нужно, чтобы государственные механизмы заработали. А для этого должен быть
Speaker A
мощный центр. Потому что по результатам перестройки и развала Советского Союза сложилась следующая картина. Регионы живут отдельно от Москвы, олигархи живут отдельно от государства, а силовики работают на тех, кто больше платит. Ещё и какие-то темщики суют туда-сюда свой нос. Вопросы решают ещё чуть-чуть и
Speaker A
будет Северная Сомали. Поэтому страну стали собирать обратно. Основные налоги в центр, а потом обратно по регионам, но уже централизовано. Большой бизнес по понятным правилам. Силовики должны быть при государстве, а не при частных хозяевах. Логика была одна: нужно возвращать управляемость. Понятно,
Speaker A
кому-то это не понравилось. Зато страна вышла из девяностых, и тогда сформировался договор. Вот видите, мы навели порядок, теперь будем его сохранять. Хаоса и беспредела больше нет. Спите спокойно, работайте, живите, но в политику не лезьте, иначе опять будет как раньше. Вы что, хотите, как в
Speaker A
девяностых? Дураков нет. Этот договор начинает работать, потому что жизнь и правда стала улучшаться. Цены на нефть пошли вверх. Доходы стали расти, зарплаты начали платиться вовремя.
Speaker A
Появились ипотеки, новые машины, поездки за границу. Открылись магазины с изобилием товаров. Люди впервые за долгое время почувствовали: "Да, сейчас можно жить". Параллельно государство стало давать всё больше социальных гарантий: материнский капитал, льготная ипотека, выплаты, повышение зарплат бюджетников. Социалка росла каждый год.
Speaker A
Это было частью договора. Политику действительно мало кто лез. Оппозиция, конечно, была. Немцов, Лимонов, Каспаров. Только вот их нельзя назвать теми, кто не согласился с курсом и стаял особняком со своим уникальным планом.
Speaker A
Сам Немцов был частью системы в девяностых, вице-премьер при Ельцине. Рассматривался как преемник, но проиграл аппаратную борьбу. Лимонов слишком радикальный, неуправляемый. Кстати, иронично, что 90% того, что он говорил об отношениях России и Запада и Украины и внешней политики, вообще всё это стало
Speaker A
официальной позицией современной России. Каспаров интеллектуал, но без партийной базы. без электората внутри страны. Зато с большим количеством интервью на западных каналах. Тех троих не пустили к столу. Тогда они стали несистемной оппозиции. Подчёркиваю, несистемной. Это была не принципиальность, а
Speaker A
безысходность и единственная оставшаяся стратегия орать с трибуны. Выходили, что-то говорили, организовывали. И с того мы видим удобный способ соблюдать договор, создать видимость несогласия от обиды. Политику вроде как лезут, но реальной угрозы не создают, договор не нарушают. Тем более большинство их не
Speaker A
слушало. Не потому, что боялись, а потому, что незачем было. Жизнь и так налаживалась. Зачем что-то менять?
Speaker A
Оппозиция казалась чем-то из девяностых, про которые все хотели забыть. А власть, наоборот, проявляла себя адекватно.
Speaker A
Договор работал, всех всё устраивало. Это и есть тот самый период, который потом назовут тучные годы с нулевого примерно до 2013 года. 13 лет, в который договор работал на полную, а потом случился четырнадцатый год. Крым. Тут важно сказать одну вещь, которую часто
Speaker A
игнорируют в разговорах про четырнадцатый год. Россия существует не в вакууме. Старужи тоже были игроки со своими интересами. Крупные компании делят между собой рынок, так и сверхдержавы делят между собой мир.
Speaker A
Советский Союз можно критиковать, и, конечно, есть за что, но он был самодостаточной системой, закрытой, тяжёлой, не гибкой, но своей. Распался он не только из-за внутренней проблемы.
Speaker A
Внешние игроки отлично работали. Да кому вы нужны, любят говорить многие. Мы не нужны. нужен был огромный рынок, и он открылся после распада. Новые территории, новые потребители, новые возможности для захода. Запад, естественно, сразу этим воспользовался.
Speaker A
Это нормальная логика любого игрока. Потом Россия начала отрящиваться от девяностых, собирать страну, выстраивать свои интересы, становиться самостоятельным игроком и снова стала обретать очертание кости в горле. Почему на Западе так ненавидят Россию?
Speaker A
Спрашивают многие. Всё просто. Самостоятельный игрок с ресурсами - это конкурент. Он зарабатывает деньги ещё и делает это на твоих глазах. Поэтому с конкурентами борется. До тринадцатого года, в те самые наши тучные годы, это происходило тихо, по чуть-чуть. Внешний
Speaker A
игрок работал своими методами: уколол раз, уколол два, копил, копил, а потом случился майдан, и под угрозой оказался газовый транзит, главное - денежная артерия стороны. Тогда центр отреагировал. И вот тут договор обновился. Многие на Западе тогда писали: "Всё, в России теперь будет
Speaker A
диктатура. Людей загонь стоило. Экономика рухнет, общество расколится. Но этого не произошло. Договор просто пересобрался под новые обстоятельства. А что произошло с точки зрения людей? До четырнадцатого года Россия была одной из многих стран. Большая, конечно, зато с богатой историей. Но тогда в глазах
Speaker A
всего мира мы были одной из постепенно у нас росли амбиции полноценного игрока. каким участвовать в рынке, зарабатывать больше и ни у кого не спрашивать для этого разрешения. И вот именно после Крыма Россия стала снова этим полноценным игроком. Этот факт
Speaker A
всколыхнул что-то глубокое, то, что люди носили в себе с девяностых. И тут важно понять, что не пропаганда забила всем головы. Россия исторически была сверхдержавой, мощным игроком. При Николае I Россия была жандармом Европы, а в середине 1970 года вообще почти
Speaker A
половина мира была в орбите Советского Союза. Мы все изучали это ещё за школьные партыи в учебниках. А после девяностых, когда нас перестали воспринимать всерьёз, появилось желание снова быть кем-то, самодостаточной великой державой, а не бензоколонкой или рынком. Условия договора немного
Speaker A
сдвинулись. Раньше было: "Мы вам стабильность, вы нам не вмешательству". Теперь стало бы вам стабильность плюс [откашливается] величие плюс какие-то нюансы, а вы на мне вмешательство.
Speaker A
Величие добавилось как новая составляющая, и большинство это приняла. У большинства людей есть конкретная психологическая потребность. Когда тебе плохо живётся, помогает чувству, что твоя сторона великая. Я сам, может быть, ну, ничего особенного, но зато у нас Гагарин, победа, ядерное оружие. Но и
Speaker A
Крым наш - это рабочая компенсация, заёмный пенис, если можно так сказать. А что по поводу нюансов? Но это санкции.
Speaker A
стало чуть менее удобно с импортом, с поездками, но в целом жизнь продолжилась. Магазины работали, зарплаты платились, социалка не урезалась, стабильность не пропала, и не добавилось ощущение, что мы снова на карте. И при этом большинство не пострадало. Вырос доллар, подорожал
Speaker A
импорт, но большинству не надо ездить на Майорку в отпуск. Большинство не заметят, что на полках подорожал Хамон.
Speaker A
Короче говоря, было терпимо. Логика разделения при этом сохранилась. Государство продолжает заниматься своими большими делами, а ты работаешь, бизнесом занимаешься, в бар ходишь.
Speaker A
Просто фон чуточку поменялся. И в этой конфигурации договор спокойно работал ещё несколько лет. Потом наступил двадцать второй год.
Speaker A
Но прежде чем это говорить, важно не пропустить то, что было между. Договор продолжал работать и даже больше. Многие говорят, что тот период самый счастливый в жизни, и с улыбкой его вспоминают.
Speaker A
Например, чемпионат мира по футболу восемнадцатого года. Из-за Крыма шли разговоры, что Россию лишат возможности на его проведение. Но всё состоялось.
Speaker A
Это был сигнал, что Россия всё ещё игрок на международной арене. Крым был воспринят в мировой политике как дерзость. Все, конечно, поморщились, покричали что-то, санкции вели, но в итоге всё более-менее устаканилось. В Минске что-то подписали, случился негласный компромисс. Мы делаем вид, что
Speaker A
не заметили. Вы делаете вид, что всё нормально. Только мы всё равно стали для всех выскочками. И проблема никуда не делась. Её потушили сверху, но в глубине она продолжала тлеть. Россия продолжала вести себя как крупный самостоятельный игрок. Сирия, северные потоки,
Speaker A
конкуренция за газовые рынки в Европе, влияние в Африке каждый раз чуть дальше. Мы сели за стол со всеми на равных, перестали спрашивать разрешения, стали вынуждать с нами считаться. А потом наступил двадцать второй год, и то, что тлело в глубине, вспыхнуло с ещё большей
Speaker A
силой. Началась спецоперация. И вот тут договор впервые за время стал реально пересобираться, не обновляться, как в четырнадцатом году, а именно пересобираться. Объясню, в чём разница.
Speaker A
До двадцать второго года договор держался на одном фундаментальном принципе разделения. Государство не трогает меня, я не трогаю государство.
Speaker A
Но с началом СВО это поменялось, потому что когда начинается мобилизация, государство впервые за десятилетия приходит в твою личную жизнь. Налоги и ЖКХ - это косвенно, а тут уже напрямую стучит в дверь, зовёт тебя или твоего сына, брата, мужа. Это совсем другой
Speaker A
уровень присутствия. И тут происходит интересное. У большинства людей договор не сломался. Они нашли способа, как это принять. Часть людей пошла добровольно за идею или за деньгами. Часть смирилась с фактом. Часть нашла обходные пути.
Speaker A
Кто-то уехал. Но в целом массового сопротивления не было, потому что договор всё ещё работает в своей базовой части. Государство продолжает делать то, что обещало, платят зарплаты, держит магазины открытыми, не даёт стране развалиться, а значит, и свою часть люди
Speaker A
продолжают выполнять. Есть ещё одна зона, где разделение ломается- это интернет. Последние пару лет государство всё активнее заходит в то пространство, которое ещё недавно было личной территорией каждого. Замедляют YouTube, блокируют какие-то приложения, обсуждают платный иностранный трафик, геолокацию вырубают, и постепенно всё это
Speaker A
усиливается. Раньше интернет был отдельным миром. Государство туда почти не лезло. YouTube, Instagram. Делай, что хочешь. Это твоя зона. Теперь не так.
Speaker A
Границы и тут сдвинулись. Одним словом, общая планка того, что государство может с тебя спросить, поднялась. Но параллельно государство тоже наращивает свою часть сделки. Социалка не урезается, а расширяется. Огромные выплаты семьям военных, списание кредитов, новые программы для ветеранов.
Speaker A
Так государство добирает то, что забирает. Если я могу прийти к тебе и забрать тебя или твоего сына, я должен дать тебе или твоей семье намного больше, чем раньше, иначе договор не выдержит. Важно понять одну вещь.
Speaker A
Государство тоже заинтересовано, чтобы стабильность договора сохранялась. Помните про видимую нормальность, без которой всё рухнет. Отдельная роль отведена чиновникам, которые выходят и говорят: "У нас нет планов убивать VPN, он не вредит. YouTube и Instagram просто не хотят соблюдать наше
Speaker A
законодательство, поэтому мы их вырубаем. Пользуйтесь Максом, потому что в Телеграме нет защиты от мошенников.
Speaker A
Государство буквально говорит народу: "Нам, конечно, пришлось вас трогать, но вы нас тоже поймите в данную ситуацию.
Speaker A
Зато стараемся дать хотя бы тот комфорт, который можем. Пока всё происходит так, людям не надо принимать решения или пытаться лезть в политику. Можно просто жить дальше. Почему вообще государство старается? Потому что сторона, как ни крути, держится на людях, на сварщиках,
Speaker A
на простых строителях, которые поднимают новые регионы, на работягах, которые нажимают кнопки и стоят у станка в оборонных заводах, на врачах, учителях, водителях, на всех, кто просто каждый день делает своё дело. Без этих людей шестерёнки страны перестанут крутиться.
Speaker A
Сломаешь их, сломаешь всё. Поэтому стараются держать баланс. Берут столько, сколько могут взять, не переломав полностью. Мобилизация дозированная, налоги повышает, но не до предела.
Speaker A
Интернет закручивают, но не отрубают окончательно. Дают альтернативы. Это такой инженерный расчёт. [музыка] Так почему русские не бунтуют? Причин несколько. Первое: просто терпимо. Зайди в любой магазин, полки забиты. А раз всё это разбирают, значит у людей есть на это деньги. Кафе по вечерам полный.
Speaker A
Летом в аэропортах не протолкнутся. Кто-то скажет: "Да всё это в кредит". Так это только усиливает мысли. Человек с ипотекой и техникой в рассрочку, на баррикады не собирается. Он завязан на стабильность, ему есть что терять.
Speaker A
Бунтует, никогда раздражает, а когда в холодильнике пусто и терять уже нечего. Пока есть, что положить на тарелку, на площади никто не пойдёт. Второе. Все помнят девяностые. Люди уже видели, что бывает, когда государство перестаёт работать, зарплаты не платят, на улицах
Speaker A
стреляют. Выживаем, как хочешь. Любой бунт - это шаг обратно в тот хаос. Лучше уж как сейчас. Третье. Пар можно спустить, но только словами. Ругаться в комментариях на Ютбе, в баре, пожалуйста. А собираться на площади без согласование, это уже штраф, а то и
Speaker A
уголовка. Болтать ртом дёшево, выйти ногами дорого. Поэтому злость уходит в комментарии и там же гаснет. До улицы не доходит. Четвёртое. Никто не хочет быть первым. Чтобы выйти, надо быть уверенным, чтобы остальные. А такой уверенности нет ни у кого. И дороже
Speaker A
всего это тому, кто вышел первым и кто позвал других. Их выбивают в первую очередь. Поэтому ждут все, а не выходит никто. Ну и пятое. Многие люди, честь им и хвала, несмотря ни на что, всегда будут со своей стороной и против бардака
Speaker A
в ней. Я наше государство не защищаю и не идеализирую. Я показал вам только механику. Кто-то любит говорить, что в России диктатура, а на деле у нас рабочий договор между властью и обществом, как и в любой другой стране, а иметь выгодный договор с хорошими
Speaker A
условиями. Кто от этого будет отказываться? Это и есть единственный полезный вывод из всего, что мы обсудили. Не всё пропало, а вот так это работает. И когда вам в следующий раз скажут, что в России всех запугали, вы уже будете знать, как всё обстоит на
Speaker A
самом деле.
Topics:Россиянегласный договоргосударство и обществополитикавыборысоциальные гарантиипротестыоппозициядемократиястабильность











