В Латвии ненавидят Русских? Толстые не могу похудеть! С… — Transcript

Обсуждение проблем похудения, спорта и отношения к русскому языку в Латвии с личными наблюдениями автора.

Key Takeaways

Похудение и спорт не всегда приносят ожидаемый результат и могут быть вредны при неправильном подходе.
Русский язык в Латвии подвергается дискриминации и вытеснению из официальной сферы.
Марафоны и бег часто воспринимаются как навязанные и неестественные для человека занятия.
Национальные и языковые конфликты влияют на повседневную жизнь и межэтнические отношения.
Здоровый образ жизни не всегда является гарантией счастья и может служить заменой другим зависимостям.

Summary

Автор делится личным опытом борьбы с лишним весом и критикой современных спортивных практик.
Рассказывает о негативном отношении к бегу и марафонам, приводя исторические и биологические аргументы.
Обсуждается влияние спорта и здорового образа жизни на психику и физическое состояние.
Автор затрагивает тему национальных конфликтов и дискриминации русскоязычного населения в Латвии.
Критика запретов на русский язык и попыток его вытеснения из образовательной системы.
Автор выражает мнение о несправедливости и отсутствии поддержки со стороны государственных институтов.
Поднимается тема межэтнических отношений и личных историй из жизни автора и его окружения.
Обсуждается влияние политических и социальных процессов на жизнь русскоязычных в Латвии.
Автор критикует идею, что спорт и здоровый образ жизни всегда приносят пользу, сравнивая их с зависимостями.
Видео содержит много личных наблюдений, юмора и сарказма, что делает его субъективным и эмоциональным.

Chapters

Full Transcript — Download SRT & Markdown

Speaker A

Ты толстый, потому что ты, ну, в детстве много ешь неприродной еды. Вернуться к природному телу я всю жизнь толстяк.

Speaker A

Если любой толстяк, ему дать кнопку похудеть, он сразу нажмёт её сразу же. О хоче это хочет мне удовольствие. Да хочу я есть. Не хочешь. Почему [смех] я хочу есть?

Speaker A

Любому облысевшему челу, который комплексует по этой хуйне, не может этот гро сделать. Дай кнопку, чтобы волосы выросли, сразу дожмёт. Нам поступила информация, жалоба на вас. У вас в зале висит российский флаг. И я говорю, поэтому, говорю, ты, чёрт, на меня

Speaker A

заявление написал. И мне это так задело, что в государственной инстанции мне прямо говорят, что нету справедливости.

Speaker A

Я же не выгнал русских пацанов из зала. Всё, уходите. Вот украинцы пришли. Кавказ коннекшн, как говорится. Все флаги уберу, российские оставлю.

Speaker A

Мы никогда для Лташей не будем своими. И природно. Ну я это понимаю. На их язык латышский, он уйдёт вообще.

Speaker A

Русский язык запрещают и делают всё возможное. Убирают русский язык из программы, чтобы люди даже его специально не знали. Хотя русский язык — это самый распространённый язык в Европе. Это самый выгодный язык именно в Европе по числу носителей. Хотел бы я,

Speaker A

чтобы русский язык был вторым официальным языком в Латвии. Офаль. Да. [музыка] Сегодня, короче, как обычно, с утра со Стрепухи возвращаюсь на своей тачке домой.

Speaker A

Как обычно еду, смотрю полиция стоит, показывает мне туда, типа, нельзя звернуть. Я такой: "О'кей". И вдруг до меня доходит: "Сегодня что, опять эти городские несчастные бегут, типа, опять этот марафон?" И оказалось, да? То есть я доехал, я не смог к дому именно

Speaker A

припарковаться, как обычно. За два квартала поставил машину, пошёл домой. И самый прикол, что где-то два выпуска назад я как раз вот мы про бегунов, да, говорили, и, блин, они опять бегут. Я смотрю на этих несчастных. У меня рядом

Speaker A

с домом стоит у них, знаешь, такой пункт, когда ты бежишь, тебе воду дают, там какой-то углевод, апельсин и скорая тоже рядом стоит сразу же.

Speaker A

Обязательно. То есть челы такие: "Бег — это полезно". [смех] чел, который изобрёл бег без причины, я имею в виду Джим Фикс, который говорил: "Это полезно для сердца" и так далее, умер во время бега от сердечного приступа. Первое. Второе. Любой сейчас

Speaker A

из нас и из зрителей посмотрите марафон, историю марафона, как он появился. Это в Древней Греции добежал и умер.

Speaker A

На войне чел добежал 42 км и сказал: "Мы победили!" И умер, то есть первый марафонец мёртв. Третье, когда я начал дальше эту тему изучать, оказалось, что даже у марафонцев есть, оказывается такое понятие hit the wall, ударить в стену. Оказывается, на тридцатом

Speaker A

километре больше всего смертей статистически, потому что запасы гликогена к этому моменту обычно уходят у людей. Они либо умирают, либо я кину тебе, ты в описание добавишь, есть компиляция на Ютубе, где их [смех] просто трясёт, они они просто раком уже доползают. То есть тебе

Speaker A

организм полностью говорит: "Не надо, мне не нравится, у всех недовольные лица". И они бегут. Почему? Потому что им промыли мозг только из-за этого.

Speaker A

Поэтому, если есть у нас несчастные, психически ненормальные люди, какие-то хотят парады делать или там бежать марафон или так далее, зачем это в центре города делать? Пускай на окраине страны где-то им дадут дорогу. Ну, для дебилов, пробегутся и всё, чтобы я мог

Speaker A

нормально со Стрепухи приехать домой, помыть свои яйки, поспать и прийти на интервью. Даже мы Ложика сегодня ждали.

Speaker A

Мы с тобой договорились час, а я всегда пунктуален. Мы всегда пунктуальны. Да. Мне даже вот из- этого неудобно стало.

Speaker A

Ну, я думаю, ты понимаешь, потому что весь город перекрыт. Моя машина, кстати, до сих пор не у меня во дворе стоит.

Speaker A

Я её поставил за два квартала. Я жду в 6:00 закончится вот полиция типа разрешит всем ездить. Я пойду после его этого интервью после 6:00 возьму машину и привезу домой. Это не, ну по факту, слушай, в марафоне бегают много спортиков. Просто они для

Speaker A

себя бегают. Но есть процент людей, вот реально, которых я знаю, там с зависимостями, которые бросили зависимости плохие, перешли на какие-то хорошие. Есть люди вообще неадекватные.

Speaker A

Я помню, я в ночных клубах, когда работал, чуваки до 5:00 утра колдырили, потом такие: "Всё, я погнал, мне на марафон наше".

Speaker A

Ну то есть, ну такое есть. И, ну там же периодически тоже скорое забирает. Не, подожди, Манвел, ты говоришь пересели с плохих зависимостей. Ну мы понимаем, о чём [смех] на хорошие. На какие? На марафон. Так это то же самое.

Speaker A

В том числе бег. Ну [смех] и ещё ныряние в прорубь. Я знаю амфетаминчиков, которые в проруби потом лежат.

Speaker A

Все мои знакомые, кто нюхают, все в прорубе сидят. Мне мне нравится про проруби и так далее. Это когда грехи, знаешь, типа там все все гангстеры города такие, смотришь на Фейсбуке, они такие: "Всё, окунулся, вылез всё очистился".

Speaker A

Наркоманам первый совет: не марафон, не прорубь. У вас и так здоровье убитое, а вы его ещё сильнее убиваете. Наоборот, отдохнуть, поспать, природную еду поесть и так далее. Ужас. Люди бегут, они промытые. Сейчас постят на Фейсбуке свои вот эти медальки. Всё равно, во-первых,

Speaker A

[ __ ] из Кении победят, как обычно. Да, у меня друг бегает, я каждый раз говорю, он сегодня пробежал, там, побил свой рекорд личный и так далее. Говорю, ты, говорю, Дан, ты каждый раз всё темнее, темнее, говорю, скоро в Эфиопа

Speaker A

превратишься. Ну что, слушай, бегают по кайфу просто людям, кому-то это надо. Ну, кому-то ж приятно. Они чувствуют и фарит. Нет, кому?

Speaker A

Ну, вот, например, другу моему. Он бежит, ему нормально. Он посмотри на его лицо во время бега. Во, э, я тебе покажу его лицо. Он самый счастливый человек в мире. Нет, он счастливый после бега.

Speaker A

Во время бега он счастливый. Он мне прямо кругляшки записывает. Счастливый. [смех] Не, ну это каждому своё. Я говорю, вот он бежит, ему хорошо от не хорошо. Так биохимически ему не может быть хорошо. Никто не хочет бегать без причины. Никто. В природе люди не

Speaker A

бегают. [смех] Как не бегают? А от животных и за животными не бегают. У людей есть оружие.

Speaker A

Посмотри, как люди охотятся в природе. Как стрелами, да? И не бегает никто от тигро. От какого тигра? Какого тигра? Геб стрелы кончились. Ты не попал ни разу. Что дальше? Знаешь, что дальше?

Speaker A

Бежать марафон 42 км без причины с наушниками. Ты обмазываешься говном и стоишь. И тогда тебя тигр не кушает.

Speaker A

Тигр? Тигр. [смех] Ну, люди, которые бегают, записывают кружки, как они счастливы, это же всё, это же всё показушная штука. Они показывают, что им хорошо.

Speaker A

Я когда хожу даже без марафона по утрам, там, я гуляю, я смотрю, как люди бегают по утрам.

Speaker A

Да, у всех несчастные лица, и это логично. Слушай, ну я я опять же не соглашусь, есть разные люди. Вот я говорю про своего, ну, друга, он прямо он сейчас пробежал 90 км. Я думаю, когда он пробежал Не, подожди, он пробежал

Speaker A

неправильно. Он пробежал 42, проехал 90 и проплыл 2 км. Это Iron Man. Что в его жизни не так? Почему он такой несчастный? Ты это спрашивал у него?

Speaker A

У него есть жизнь, конечно, есть моменты, где он может несчастлив из-за этого делать. Поэтому он одно закрывает другим, и это делает его счастливым на какое-то время. Слушай, это то же самое, что лучше туда бухать и метамфетамин нюхать. Ну, тебя тоже на какое-то время

Speaker A

это сделать счастливо разрушл, но раз я да не прошл, а он я ещё в процессе, но это всё равно разрушит твою жизнь. То есть вот в этом и прикол, что челы думают, что типа я сейчас как-то плохо живу, делаю там

Speaker A

вредные привычки и так далее, но как бы компенсирую я тем, что я сейчас здоровье, ну, типа здоровыми какими-то привычками это заменю, но он не понимает, что это нездоровые. Ему промыли мозг, бег, спорт.

Speaker A

прорубь. Никто в природе этого не дела. Ты хочешь сказать, что наркотики и спорт — это одно и то же.

Speaker A

Я скажу так, и то, и то [ __ ] И то, и то возможно связано здоровьем.

Speaker A

Если мы, смотри, если мы говорим о спорте как не о профессиональном, а таком типа как физкультура — это здоровье, ты всё равно становишься крепким, скажем, боевые виды спорта, в которым у тебя там дух и так далее, это есть воспитание. Наркотики, что тебя

Speaker A

учат, как сдохнуть быстрее, как кинуть там друг друга.

Speaker A

Ещё раз говорю тебе, просто наркоту все уже поняли. Мы уже видим много примеров, как это разрушает жизнь человека.

Speaker A

Спорт тоже поняли. Спорт тоже поняли. Любой спортсмен, ты сам спортсмен, скажут тебе: 20 травм, куча переломов.

Speaker A

Угу. Ручка потряхивает, потому что по голове много получали. Моя жена мастер спорта по гимнастике. Да. Не художественный, а вот такой спортивный. Гимнастикана не бывает.

Speaker A

Два титановых импланта, спина болит всю жизнь. То есть ты коллега, да? Наркота - это [ __ ] Мы это осуждаем. Мы против это гимнастика. Гимнастика. Вот у меня племянница занимается гимнастикой.

Speaker A

Гимнастика не бывает такое для себя. Гимнастика она сама по себе- это профессиональный вид спорта.

Speaker A

Спорт. Мы про это и говорим. А я говорю: "Нет, вот профессиональный вид спорта - это никогда не здоровье.

Speaker A

Это реально осмыслено". Ты согласен, что это убивает здоровье? Правильно. Это вопреки, да? Это важно.

Speaker A

Люди это не понимают. Если мы говорим, если ты занимаешься физкультурой, там прожеки приседание отжимание там аккуратненько, там спаринги, не спаринги, если ты на уровне любителя, это, ну, типа ничего плохого нет. Если мы говорим о профессионалах, когда уже многие же тоже думают, знаешь, что вот

Speaker A

вы там занимаетесь нагрузкой и так далее, э, у нас в нашем виде спорта ногой по голове бьют, это уже ненормально, ничего хорошего в этом нету. И когда говорят, да, ну, это осознанный выбор каждого, он не несёт никакого вреда окружающим.

Speaker A

Поэтому я не знаю, ну, если мы говорим о профессиональном спорте, там нету здоровья. Если человек идёт такой: "Я профессиональный спор".

Speaker A

Не, я могу тебе сказать, почему он несёт вред окружающим. Скажи. [откашливается] Ну вот люди, которые занимаются контактными, так называемыми, да, видами спорта, потому что в природе никто не бьёт кулаком по голове и ногой. Это мы рабы, у нас нету оружия, у нас есть

Speaker A

перчатки. Кенгуру боксируют горили. Люди, люди в природе горилы, горилы рвут зубами, разрывают, убивают. Ты что?

Speaker A

Никто не дерётся в природе. Не, вот смотри. [откашливается] В чём? Да он это его выбор, он тут бьётся, но он отобьёт себе голову или у него будут травмы, он пойдёт в поликлинику к врачу и он просто займёт место для того человека, который

Speaker A

получил, может быть, травму или там у него болезнь, ну, не из-за бойцовских видов спорта. То есть очередь он будет длиннее делать, хотя он мог этим не заниматься. Вот этим он нанесёт ущерб другим людям. Понимаешь? Ну так мы можем тогда как к чему угодно

Speaker A

приве. Давайте за руль не садиться тогда. За что? За руль. За руль не садиться. Ты же тоже изначально сколько аварий, люди там.

Speaker A

Давайте вообще тогда ничего не делать и тогда очередь вообще глядишь, очереди не будет. Всё правильно. Так мы про это и топим все наши выпуски ходогея. В природе нету этих болезней. [смех] Нету медицины. Ты всё правильно сказал? Не, ну тогда

Speaker A

скучно жить будет. Что ты? Что, наоборот, веселее. Ну что веселее? Скажи мне развлечение, которые можно заменить. Ну скажи развлечение.

Speaker A

Кроме стрепушников охота? Нет, я говорю в природе как человек. У тебя есть чувства, которые природой тебе даны, и они могут кайфануть только с природного, больше ни с чего.

Speaker A

Прогресс человеческий, что тебе не надо бегать с вилкой за кабаном, можно пойти просто купить и скушать.

Speaker A

Вау. Или ты как добываешь еду? А [вздыхает] я гороской несчастный. Я в магазине покупаю, поэтому я не счастли в лесу бегаешь, а а в природе ты сей в магазин пойдёшь, не дай бог рухнет магазин. О, а такие случаи были,

Speaker A

и будешь очереди занимать потом. Так у нас нужно, чтобы охота, это лицензия, разрешение. Тебе нужно ехать куда-то специально, кому-то что-то платить за это. В это время можно охотиться, нельзя. К тому же мы живём на севере, тут уже неприродные условия.

Speaker A

Хорошо. А рыбу ты ешь? На рыбу тоже нужна лицензия, кстати. Я рыбу ем. [смех] Да. Вон дедушки сидят в речке ловят. Ну подожди, я не понял, а в чём эти вбросы? Я же тебе про другое говорю. Так, в природе,

Speaker A

если ты в природе родился, мы с тобой, у нас уже нет шансов. Мы можем только в городе как-то минимизировать вредный импакт города и чуть-чуть природное чуть-чуть.

Speaker A

Нет, так зачем тогда вот ты же говоришь, что типа бои вот они чю-то там очередь занимают. Ну не, я не говорю это как это не мой просто. Ты мне просто сказал, что если человек для себя занимается, он никому

Speaker A

не мешает. Я тебе показал, почему мешает. Не показал. Почему? Потому что он в очередь занимает в больнице.

Speaker A

Да. То есть он мог не заниматься боями и у него не было бы травм и ну и он бы не Ну может и нету травм, да, если есть.

Speaker A

Ну [смех] так это у любого может быть. Ты сегодня поднимался с этими одно дело я сегодня поднимался с лестницы случайно упал, а другое дело я такой умышленный дубо. Мне кажется, это вообще что такое?

Speaker A

Ну тебе кажется. Ну ты можешь пояснить? Ну нет. Так ты сначала поясни мне объясни.

Speaker A

Нет. А что те? Ну ты не донёс до меня. Ну ты говоришь, что заниматься боями - это типа плохо, потому что велика вероятность травм и потому что занимает чью-то очередь в в больнице.

Speaker A

Я так не сказал. Как я сказал? Ты так и сказал? Нет, я не так сказал.

Speaker A

Ну скажи, как ты сказал. Ты сказал: "Люди занимаются боями. Это их выбор. Это ты?" Да. И он и они ничего плохого другом не делают.

Speaker A

Вот так ты сказал. На это я ответил. Косвенно делают. И привёл пример, почему. Ну скажи, как ты сказал?

Speaker A

Косвенно. Они делают плохо тем, что из-за того, что они занимаются боями, которые им не нужны, которые счастье им всё равно не дадут.

Speaker A

Может быть, у них будет какая-то травма, они обратятся там к врачу. Это только твои, может быть, условия.

Speaker A

Так, это правда. Ты что? Я всех бойцов знаю, всех спортсменов. У всех куча операций, куча переломов. И это нормально, если ты таким спортом занимаешься. Это нормально, это логично.

Speaker A

Но этого этого могло бы не быть, понимаешь? Не могло быть и могло не быть. Это же это только фантазии. Я знаю кучу спортсменов, у которых нету травм, слава богу.

Speaker A

Да, да, да, да. Мы говорим про тех, у кого есть. То есть ты умышленно пошёл на бои, то, что тебе не надо, как бы, понимаешь, ты мог без этого жить.

Speaker A

Я понял. В защиту, может, немножко манувела скажу, что если у человека всё равно есть желание что-то делать, он хочет чем-то заниматься, охоты же нету в городе, вот и тут занимаются, развлекаются в спортзале, тут дерутся, борются и так далее. То есть у человека

Speaker A

есть желание чем-то заниматься, и он хочет какую-то энергию выплеснуть, а за компьютером ты не выплеснешь её никуда.

Speaker A

тоже занимаюсь, допустим, хожу, играю в баскет, хожу на бокс, но я просто любитель, как на хожу как просто размять тело. Я там не спарингую жёстко, просто именно как физкультура такая.

Speaker A

Любое там, скажем, ускорение, даже если ты просто чуть ускорился там, знаешь, ты идёшь там со стрепушника, кушаешь шоколадку и такой надо до мусорника чуть ускориться, чтобы фанти кинуть, ты можешь надорвать себе там, не знаю, икру, знаешьте, а травма это же, ну, это

Speaker A

же везде повсюду. Если ты чуть-чуть активнее, чем обычно, ты уже вероятность травмы себе поднял. Да, но самое главное, то, что Манвел подметил правильно, сказал, что именно профессиональный спорт является опасный для здоровья. То есть, как бы, всё понятно.

Speaker A

Вот опять же мы с тобой даже как-то на эту тему говорили. Многие думают, что вот все тренера, вот я не хочу своим спортсменам профессиональной карьеры, потому что, ну, типа, я на них смотрю, потому что многие мои ученики - это

Speaker A

воспитанники с детства. Я на них где-то иногда смотрю как, ну, не то, что на своих детей, вот я не хочу, чтобы они этот урон получали. Я смотрю вот на реально профессиональных бойцов, на их реальные нагрузки, на тот урон здоровью,

Speaker A

который они получают в спарингах профессиональных. Вот там, ну, типа я, ну, я не желаю. Это первое здоровье. А второе, очень много профессиональных спортсменов после карьеры. Они как слепые котята, они не понимают, что дальше. Вот у него 35 лет закончилась

Speaker A

карьера, у него ни образования нету, потому что очень сложно быть реальным профессионалом и ещё учиться, работать и всё вот это. И вот 35 лет он заканчи Это самое лучшее, если в 35 лет он закончил карьеру чаще, там опять же травмы, ещё

Speaker A

что-то он заканчивает раньше, он вообще не понимает, что делать. Он туда идёт, а у спортсменов, особенно у бойцов, амбиции, самолюбие высокое и всё, им сложно на кого-то работать.

Speaker A

Ну, в итоге телохранитель, охранник или тренер. Ну, ларьки охранят, типа такое, да. Тренер не всем дано, но это у нас это я говорю, это от максимума.

Speaker A

Да, да, и всё. И очень сложно, если ты не успел где-то получить образование или себе имя заработать, которое ты можешь какое-то время ещё продавать, очень тяжело.

Speaker A

Это редкость, то потому что у всех же по-любому, знаешь, во дворе был этот дед, который ходил и такая: "Да, я в своё время там". Он ходит чуть-чуть такой ходит, рассказывает, побухивает такой: "Да я там вот это очень жаль". Я

Speaker A

говорю, поэтому если, ну, у нас, видишь, тоже многие профессиональные спортсмены, они такие им, они думают, что они профессионалы. На самом деле они просто сняли шлем, как говорится, щитки и за 50 евро дерутся. А профессиональный спортсмен - это всё. Это восстановление,

Speaker A

это массажи, это там целая команда тренеров, это не так всё просто. И в профиков надо вкладывать деньги. Нет такого, что вот всё, я два раза в день тренируюсь, я молодец. Ну, это такая целая такая история очень сложная. Хотел

Speaker A

зафиксировать по поводу то, что вы дебатировали, спорили, что твой тайф, что даже вот такой любительский спорт непрофессиональный, что он тоже вреден и могут быть травмы, чтобы попасть потом в больницу и так далее. Верно?

Speaker A

Ну да. И занять что-то очередь. Не, ну да. То есть такое потенциально такой момен ответ. Это был не мой вброс, а именно ответ.

Speaker A

Что даже любительский спорт может быть это всё равно не про здоровье, верно? Абсолютно. Ну да. Ну а если человек спорт - это есть у тебя есть здоровье, ты у тебя есть что потратить. Ну спорт тебе никогда не даёт здоровья. Здесь же

Speaker A

просто элементарная школьная математика. Минус на плюс, он никогда не даст плюс. Если ты убиваешь своё здоровье, там наркотики и так далее, и потом пытаешься его спортом заменить. Ну не заменить, а одновременно. Знаешь, как вот человек там всю ночь куролесил под кокаином,

Speaker A

потом решил марафон пробежать, плюса не будет. Это элементарная арифметика. Так убери даже кокаин и наркотики. Так сам спорт тебе плюс не даст. Спорт только отнимает у тебя здоровье. Ну то есть спортсмены обычно спортсмены обычно - это те люди, которым по природе

Speaker A

изначально просто много здоровья дано и у них есть что потратить. Слушай, они всегда, никогда нету такого. Я занимаюсь спортом и становлюсь здоровее. Это биохимически невозможно.

Speaker A

А если я тебе скажу, что у меня есть мальчишка, который четыре химиотерапии прошёл, и по здоровью у него былой не очень, потом потихоньку спорт, спорт, спорт, сейчас он достаточно успешный спортсмен.

Speaker A

Ну скажи мне и что спорт всё равно это вопреки. Он здоровья не даёт. Он просто пережил эту химиотерапию, потому что у него была такая Потому что у него была такая иммунка, потому что у него было такое здоро спорта. Он окреп за счёт

Speaker A

спорта. Вот он окреп за счёт спорта. Как можно окрепнуть за счёт спорта? Ну, тебе любой нормальный там, ну, ладно, не любой нормальный, здесь это не [откашливается] проканает любой нормальный там врач и так далее. даже элементарно, когда там диабет, когда там

Speaker A

ещё какие-то там болезни такие, ты всё равно за счёт спорта, за счёт того, что разгоняешь кровь, за счёт того, что физические нагрузки, это всё равно улучшает твоё состояние здоровья. Ты конкретную болезнь назвал, ты остальные ты сказал и так далее, но ты конкретно

Speaker A

сказал диабет. Скорее всего, второго типа имеешь в виду, там инсулинорезистентность да спорт тебе ничего не даст. Тебе диабет вспять ревёрснет только природная еда, потому что диабет второго типа, инсулиннорезистентность, это из-за очень много то, что мы потребляем на пищу

Speaker A

сахаров, углеводов, так называемых, и всё. Какой спорт? Тебе нужно сделать ноль упражнений, и тебе ни одно упражнение не реверс диабет. Не одно второго типа, да.

Speaker A

Ли, давай я скажу, я каких-то быстро встаюсь именно по поводу спорта, вот по себе скажу, что даже если мы отсылаемся к природе, профессиональный спорт, понятное дело, что это не про здоровье абсолютно, там только травмы и ничего хорошего, в принципе, ну, вряд ли будет.

Speaker A

Но если отсылается к природе, то мы, как городские люди, я уверен, мы задуманы испытывать какие-то нагрузки. Всё равно мы не мы не должны сидеть дома за компьютером, за диваном. То есть и вот просто ходьбы тоже недостаточно. Это всегда чувствую, что вот, ну, если

Speaker A

просто гуляюш, мне хочется что-то ну что-то руками хочется поделать чуть-чуть быстрее, да. Да. Даже нет спора. Делаем.

Speaker A

Ну да, так я и говорю, что если есть у меня есть желание пойти там, не знаю, размяться, вот как на фитнесе хожу на бокс или там даже в качалку, лёгкие гантели потягать или поподтягиваться, пооджиматься, я чувствую, что тело

Speaker A

просит, что ему нужно разминку по про это даже не было разговора сейс я хочу продолжить. Смотри, вот у меня мне поставили диабет второго типа резистентность. Да.

Speaker A

Да. И вот если я ничего не делаю, но мне реально плохо, мне тяжело вот это всё.

Speaker A

Как только я включаю тренировки, спорт и так далее в свою в свою повседневную же, чувствую себя хорошо. Вот как ты это объяснишь?

Speaker A

Объясню. Объясни. Ты не знаешь, что ты себя чувствуешь хорошо? Да как я не знаю? Ты всё время Что это за это? Ты не знаешь, когда ты себя чувствуешь.

Speaker A

Отлично. Я знаю, когда себя чувствую. Знаешь, [смех] ты сейчас ты ещё так на меня смотришь, как будто гипнотизируешь. Я в моменте такой, ну, потому что я это уже всё проходил, да. Ты просто не знаешь.

Speaker A

Тебе нужно сделать ноль упражнений. Тебе нужно сделать ноль занятий спортом. Спорт тебя никогда не развернёт инсулинорезистентность. Ну, биохимически это невозможно.

Speaker A

Самочувствие, самочувствие элементарно, субъективные ощущения не влияют вообще никак. У тебя всё равно остаётся инсулинорезистентность. Ты просто поменяй свою еду, ты начнешь жрать природно. Смотри, я поменял евронет.

Speaker A

Очевидно, что я поменял еду. Я поменял то, то то. Почему? Поменял. Ну ты поменял не на то. Скорее всего. Я я более, чем ты опять же ты так думаешь, что ты ешь?

Speaker A

Я мясо. И всё больше кроме мяса ничего не есть. Да, сырое каждый день только и больше ничего. Корне что ты ешь? [смех] Ну, в принципе, я ем типа всё. Я ем мясо, овощи. Ты сейчас скажешь, что нет, углеводы это всё равно какую-то часть

Speaker A

овощей и так далее. Сладости почти не ем. Ээ грешу лимонадами. Ну, мне нравится. Но без сахара, кола без сахара. Всё, в принципе, ничего такого.

Speaker A

Рыба, мясо, основная моя еда. Мясо мышечное, типа мышечное мясо ешь или органы жир. Нет, органы я не ем. Ну, ем. Ну, как, ну, типа, ты ешь там чалагаш например.

Speaker A

У тебя белка больше или жира? Мне нужно белка больше есть. Нет, тебе не нужно белка больше есть, если ты хочешь реально.

Speaker A

Ну да, тебе колдуны, я знаю, что тебе рассказали. Это всё [ __ ] Если ты хочешь ревёрснуть реально свой вот этот инсулинорезистентность, которая у тебя есть, и вернуться, вот это тоже это не похудение, вернуться к своему природному телу. Да,

Speaker A

просто больше жира добавь и ешь, как ты правильно ешь, кровь, орган, мясо, и всё, ты вернёшься, и инсулиннорезистентность нужно будет сделать ноль упражнения. Вот всё, как я сейчас живу, у меня последний год сахар в абсолютной норме.

Speaker A

Неважно. То есть всё, у меня не прыгает, ничего, никуда. О'кей. Но это неважно. Мы же не только на глюкозу дрочим, правильно? Мы смотрим ЛПВП, мы смотрим триглицерида. Ты полностью вот остальное знать, но это очень важно, потому что, понимаешь, и

Speaker A

чтобы вернуться к своему природному телу, значить есть просто природную еду. Вернуться [откашливается] к природному телу. Я всю жизнь толстяк. [смех] Я не хочу. Вот. Это моё вообще отличное состояние.

Speaker A

Нет, я смотрел твой интерю. Ты ты всем говоришь, что я с детства толстяк, поэтому и они, потому что кто у тебя интервью брал, они не понимают этого.

Speaker A

Они такие: "Ну да, ты так сложен, это твоё. Мы все одинаково сложены. Я, ты, ты одинаково". Ты толстый, потому что ты, ну, в детстве много неприродной еды, и это нормально, мы понимаем тебя, но нету такого, знаешь, это я от природы

Speaker A

толстый или я от природы худой. Ненене, я от природе все люди одинаковые, как и все животные. Нет, да я не хочу быть как все. Не, я толстый.

Speaker A

Всё, что докопался. Да, но не от природы. От природы и не и не из детства, потому что вот ешь определённо.

Speaker A

Слушай, я не могу сказать, что я как-то по-другому ел в детстве, чем, например, мой брат или моя сестра. Ты ел очень больше просто.

Speaker A

Нет. Да. Нет. Так лишний вес он не может. Да. Мам, кто из нас больше ел, я или брат? Нет. Брат спорим. Ты 100%. Нет, я могу с тобой поспорить.

Speaker A

Откуда момент могу? И это проверялось. И это проверялось у челов Причём в обе стороны. И у анарексиков, и у людей с лишним весом. У них есть понимание того, что анорексики думают: "Ой, я слишком много ем. Но если мы проверим, они очень

Speaker A

мало едят. И у людей с лишним весом у них тоже есть. Я так я мало ем. Не, не, смотри.

Speaker A

Но когда проверяют реально, не субъективно, а реально. Ну ты больше по-другому работство. Чуть подругое, чуть не такое было, как сейчас. Мы не ходили в Макдональдсе. Вот ты кушаешь, смотри, смотри, ты же кушаешь, как вот дома ты кушаешь и вот сидят за столом раздтри ребёнка и

Speaker A

всем вот положили покушать. Нет же такого, что я пошёл и заел там где-то отдельно от своего брата там что-то там шоколад.

Speaker A

Хорошо. Пис в том, что ты, у тебя там брат, сестра, я не знаю, вот дети в семье, вам накладывали одинаково.

Speaker A

Да, но твои другие там, не знаю, брат, сестра, они худые, а толстые. Да биохимически объясни, почему из такой же еды, не знаю. Вот я же тебя хочу послушать.

Speaker A

Так я тебе рассказывал, ты больше ешь. Нет, нет. Да, 100%. Ну нет. Да, потому что биохимически по-другому нет объяснения. Ты не можешь стать больше, если по твоим словам вы идите одинаково. Ну нету биохимически. Это невозможно. Нету процесса такого.

Speaker A

Ну, ну, а как получается? Ну, как я больше ем, если вот одна куриная ножка, вторая куриная ножка, третья куриная ножка.

Speaker A

А манвал любит ещё булоч, хлеб, хлеб, там лагман, не знаю, там хлебобулоч. Не сладкое. Сладкое - это только все люди думают, что углеводы - это только сладкое. Не, углеводы - это и не сладкое. Знаю, знаю, знаю.

Speaker A

Понимаешь, ты никогда не будешь. Я могу тоже таким. Во, я также могу. Я был таким.

Speaker A

Угу. Потому что еда был ты таким. У тебя был момент, когда ты что-то разу это я понял, как Ну так это так и работает.

Speaker A

Знаешь, самый какой лёгкий вот лёгкий способ, чтобы ты просто сам для себя проверил. Ну если ты хочешь, ты не можешь меня не слушать. Какой-то [ __ ] тебе городскую фигню рассказывает.

Speaker A

Даже забудь про коневор. А такое не ем неделю вообще ничего. Если ты говоришь, что ты так сложен над природой, ты не должен уменьшиться ни на грамм. Ничего не ешь, ты уменьшишься.

Speaker A

Не, ну понятно, потому что никто не сложен, брат. Я скинул, я скинул 50 кг.

Speaker A

Ты весил на 50 кг больше с того интервью, которое ты у неё Я я я смотрел это интервью, ты сказал, типа, я 50 кг хочу скинуть.

Speaker A

Я скинул. Я 190 весил и сейчас 140 получается, да? Ну 140 там с копеечками. Туда-сюда.

Speaker A

О'кей. А почему остановился? Просто всё мне не нравится, что растягивается кожа, вот это всё.

Speaker A

То есть, значит, ты урезал питание и начал худеть, получается. Я урезал желудок. [смех] А ты сделал? А мы с сестрой как раз подкаст про это снимали. У, подожди, как это называлось?

Speaker A

Бариатрическая операция. Биатрическая операция. В Грузии это дико популярно. У меня как раз в братве вышло видео, где мы с сестрой, моя сестраврач, про эту операцию рассказываем. Все чела обратно жирнеют потом.

Speaker A

Да. Ну, смотри, там была тема. Ладно, там была тема там, ну, у меня из-за другого на это вышло, там у меня врождённая, короче, не хочу про это долго рассказывать. Ну, такая типа была и всё свелось к тому, потому что мне там

Speaker A

в начале вообще другие диагнозы ставили космические, там и опухоль мозга, и рак надпочечников, и что-то ко мне не ставили. А в итоге вот так казалось, ну не суть. Это частично и борья была. И да, ну как, если ты скидываешь и держишь

Speaker A

вот эту то, как надо питаться, как ты говоришь. Я просто ждал момента, чтобы это сказать.

Speaker A

Я и ждал момента, чтобы тебе сказать, поэтому я угорал. Ээ, да, ты просто питаешься, но мне надо больше белка.

Speaker A

Акцент на белок делается, уменьшаешь углеводы и всё. То, что ты берёшь. [смех] Пау. Вот так.

Speaker A

Тебе нужно было сделать ноль операций. Слушай, ну там Да, это понятно. Это в тот момент, когда когда тебя забирают в больницу вот такого, знаешь, когда всё крут. Ну это понятно, да? Ты себя искусственной жизнью, искусственной едой разъебал, поэтому колдуны искусственно тебе вот

Speaker A

так помогли, но помощи тут нет, стрес, понимаешь? Плюс стрессы. У меня очень много на стрессах строилось, и поэтому, [музыка] братва, мы сняли ещё одно видео, ещё один Хотя, вы знаете, где? В нашем закрытом Telegram-канале, который называется Хотния. Ссылка внизу. Если

Speaker A

хотите нас поддержать, мы будем дико рады. Спасибо всем и каждому, кто поддерживает. Ну а для остальных всё как обычно на Ютубе. Каждое воскресенье хотгение. Пау. Нам же как раз подписчик прислал вопрос интересно на эту тему, которую ты можешь читать вопросы. Мы

Speaker A

продолжим как раз беседу и круто можно к этому будет что-то ответить и сказать. Я тебе скидывал, прочитаешь?

Speaker A

Да. Сопрана у нас спрашивает: "Салютли, Logic. Вопрос к вам двоим. Смотрели ли вы сопрана?" Я не смотрел.

Speaker A

Я тоже нет. Ну я сериал знаю. И ещё вопрос. Каждый раз заставляю себя худеть, но каждый срываюсь. Рост 190, вес 115. Хочу 90 стабильно держаться.

Speaker A

Как себя заставить? Вот это типичная проблема на самом деле людей, которые хотят похудеть, но не понимают, как себя заставить. И на самом деле, как мне кажется, ответ очень простой: абсолютно никак, потому что у человека нет свободы воли. Либо он как-то биохимически сложен

Speaker A

так, что он начинает худеть, он может это сделать, либо он не может. И всё.

Speaker A

Потому что каждый же человек, у кого есть лишний вес, он понимает, что нужно сделать и как питаться, но он почему-то не может. Я топлю за то, что у человека просто нет свободы и воли у любого человека, и он не может просто взять и

Speaker A

сделать это. И всё. Не, всё всё упирается в то, что типа, ну вот я, например, всю жизнь был толстый, да, я такой, мне это не мешало. Я занимался спортом, там общение с дамами, всё. Ну, типа, я всегда в центре внимания такой.

Speaker A

Но в моменте, когда тебе это бьёт по здоровью Угу. и ты такой: "Вау, типа, надо что-то делать". И пока тебя это не трогает. Я знаю, у меня есть куча там знакомых, которые тоже толстые, и и они такие комки, как комок комплексов, знаешь, ему

Speaker A

всё, [ __ ] так всё. Что же делать? Так, соберись и сделай. Если тебе это реально так мешает, соберись и сделай. Вот мне это не мешало, типа, как начало мешать, я начал думать, как решать эту проблему.

Speaker A

И не всегда получать здесь вопрос не столько в воле, ээ, бывает здоровье тебе не позволяет, там разного типа есть моменты, но если тебе это прямо сильно надо, ты берёшь и делаешь это. Вот во всём так, мне кажется. Значит, человеку

Speaker A

не не очень надо. Если он не скидывает вес, значит, ему не сильно это и надо.

Speaker A

Может, стимул не сильный, не знаю. в стимул. Вот спортсменам всегда легко похудеть, потому что они ставят на это работу и жизнь. Им скинуть вес как раз-таки легче.

Speaker A

Слушай, я скидывал вес много раз в жизни там берёшь там я весил 115, такой всё, 83. Бух. Всё такой, бля, мне не нравится. Типа [смех] это, бля, бедолага какой-то, знаешь, там дрищ, типа. Ну это ж каждому своё. И там осуждать кого-то,

Speaker A

да, нравится ему быть толстым, да, и не нравится никому. Если любой толстяк, ему дать кнопку похудеть, он сразу нажмёт её сразу же. Да.

Speaker A

И знаешь, ответ на твой вопрос на самом деле не в то, что сила воли, потому что все люди, которые пытаются похудеть, они сразу в интернет заходят как похудеть.

Speaker A

Они видят только [ __ ] советы: качалочка, спорт и курица с рисом. Ты ни дефицит калорий.

Speaker A

Угу. Ты никогда не сможешь на долгом этапе так питаться. Да, всегда сорвёшься. Единственный вариант, где ты можешь похудеть и вообще не париться, просто начать природную еду жрать, не считать калории. Жрать именно до достаточе и сколько хочешь.

Speaker A

И ты похо никогда. Почему? Да не сорвёшься. Сорвёшь сорвёшься. Нет, ты срываешься только на тех диетах, которые вот это cлори, но ты ешь то же самое, только меньше. Это сложно. А когда ты ешь кровь, органы, мясо, жир, ты можешь есть

Speaker A

сколько хочешь. Ты никогда от этого не растолстеешь. И ты будешь постепенно худеть, и ты не сорвёшься. Да, но по поводу того, что на Корниворе ты похудеешь, понятно. Но мой пизд был в том, что у человека нет свободы воли, потому что ты

Speaker A

на кор свободы воли нет у человека, так это мы и так знаем. Ну да, поэтому он не волен. Вот он поставил себе правила кушать только мясо, кровь органы, мяса, как ты говориш.

Speaker A

А он не поставил, что так он не поставил. Вот именно этот чел, который сейчас этот вопрос задаёт, типа, я вот всё время возвращаюсь к этому весу.

Speaker A

Я на 100% уверен, он именно просто жрёт меньше того же самого. И это, конечно, с ты не сможешь так похудеть и держать.

Speaker A

Ну, а живой пример, допустим, ты был толстый, ты похудел на корневоре, скинул, да, мы все видели, и потом ты опять набрал вес, и сейчас как бы у тебя есть немного лишнего веса. Да, и мы все знаем, почему. И мы все знаем, почему я

Speaker A

всегда про это говорю. Потому что у меня есть вредные привычки, когда я себя разъябываю, я начинаю жрать хуйню. Вот.

Speaker A

Но у многих людей в городе есть, а у челов, у которых их нет, всё выпа чего нет.

Speaker A

Я говорю, у челов, у которых их нет? Кого нет? Вредных привычек. Вот у меня есть вредные привычки.

Speaker A

Всех они есть. Как это? Нету челов, которых нет. Давай я скажу про себя. Какие твои вредные привычки? Мои.

Speaker A

Да, люблю колу пить. Вот я надеюсь, чтобы у всех была такая вредная привычка колу пить.

Speaker A

Ну да, у меня тоже. Ну подожди [смех] у каждого. Ну ладно, у меня может не вредны. У меня стрессовая работа, очень стрессовая. Из-за этого иногда я надеюсь, что у всех такие.

Speaker A

Смотри, вот у меня я когда я когда у меня турнир, например, я весь день не ем, не пью, я всё, я весь вот вот там спортсмены, 50 спортсменов выступают не на следующий день.

Speaker A

Nothing can stop me, как говорится. Я просто, если я дома, я ем всё время. Да.

Speaker A

А ешь быдлокорм. Так ты настап, а ешь природную еду. Так он хочет ралсте удовольствие. Да хочу я есть. Не хочешь?

Speaker A

Почему я хочу есть вкусную еду? Мне это приносит удовольствие. Что такое вкусная еда? Пример вкусной еда скажи.

Speaker A

Шашлычочек хороший. Баклажа. Это природный еда. Баклажан. Это это нету в природе бакла. Какой баклажан?

Speaker A

Тебе не вкусен баклажан? Очень вкусно. Ты ешь сырой баклажан и такой очень вкусно. Зачем кушать сырой баклажан?

Speaker A

А, а какой? А я тебя с чем ты его ешь? С чем ты показала?

Speaker A

На костре. С маслом. С чесноком. Так, с всё. С маслом с кайфом. Сливоч. Сливочным.

Speaker A

[смех] Вот именно. То есть сливочная это животная еда. Это вой-то еде только животно. Сырой баклажан тебе никогда не понравится.

Speaker A

А зачем его сырым есть? Я же не в лесу же. Нет, ты ещё раз не понял.

Speaker A

Да. Ну тебе не нравится баклажан. Тебе нравится сливочное масло на баклажане? Нра. Нет, мне нравится баклажан.

Speaker A

Так. Обычный жареный баклажан, может быть в оливковом масле, в чём угодно. Ты можешь в подсолнечном жарить. Не баклажа есть. Ну так возьми тогда в сливочном масле пожарь палку.

Speaker A

Нет, я просто сырое мясо ям и всё как и есть в природе. Да не так подожди. Давай я скажу только не перебивайтесь. Я хотел сказать тейк про вредные привычки. Да, есть городские вредные привычки, которые заставляют нас кушать вредную, неполезную еду. Вот,

Speaker A

допустим, тоже ты сказал: "Работаешь, стресс срываешься, потом ешь всё, что угодно. Мне это знакомо тоже. Я тоже могу работать, заниматься чем-то и потом ем всё подряд там и пиццу могу заказать, и так далее". И это есть городская искусственная еда, которая сделана

Speaker A

колдунами в лабораториях, которая вот нам даётся и туда специи, всё, что угодно. И мы потом этого хотим. Я бы не у меня, допустим, есть тяга к сладкому, я бы хотел, чтобы её не было, да? У тебя вон другая, допустим, привычка. У

Speaker A

Мановела ещё третья. То есть у нас есть какие-то за привычка, это чернуха какая-то. Ну, если хочет можно сказать, будешь говорить, не будешь?

Speaker A

Что? Какая привычка у тебя? Что за врем? Ну, то, что вот у меня, допустим, у Мавело, он срывается, ест что-то. У меня, допустим, на сладкое срываешь.

Speaker A

Прямо срываю. Оно спрашивать, что у тебя, почему ты срываешься играешь? Это чем связано хотя бы, чтобы с редными привычками конкретными, когда я начинаю там упарываться какой-то хернёй, я начинаю забывать там, что я там корневор и так далее. Ну то есть у

Speaker A

тебя даже нет сил, знаешь, это вспоминать, и ты начинаешь жрать вот просто вот быдлокорм. Из-за этого только ты толстеешь.

Speaker A

Но это всё равно работает. Я сколько раз даже, [ __ ] показывал. Я опять жирнею, я могу легко с каждый по-своему улетает в космос. Ты вот так улетаешь в космос.

Speaker A

Я вот Да, никто не должен улетать в космос. тренировками [фыркает] ухожу вот в это, знаеш, мы не хотим улетать в космос, понимаешь?

Speaker A

Ты тоже не хочешь. Я не хочу улетаю в космос в свой. Ли, я скажу так, я когда, допустим, срываюсь на сладкое, я бы хотел, чтобы мне этого не хотелось, но я всё равно как будто себя не сдерживаю этот момент,

Speaker A

я чувствую, как будто у меня нет свободы воли, что организм просто, ну вот этот тортик, короче, тебе сейчас нужен с кофейком. Я такой просто нужен, и ты забываешь про то, что ты на диете, хотя у меня тоже есть лишний вес. Я хотел бы

Speaker A

похудеть но что, у тебя лишний вес есть, да? [смех] Вау. У меня вот так на трезвую я никогда так не сдела. Вот у меня на трезвы всегда так было с детства, что я могу срываться и хочу, чтоб, ну, чтобы этого

Speaker A

не было. Я знаю, что захо, если ты не ешь целый торт, что кусочек тортика ски закинул, психологически себя успокоился.

Speaker A

Это паники, чтобы себя успокаивать. Это у тебя пройдёт. Ты начнёшь есть природную еду. Угу.

Speaker A

Ну, тяжело. Может, первые 2 недели переживи. Ну, если ты такой я там боец. Вот, вот это бой.

Speaker A

Что там? Э, клетка перчатка. Нет, так он же ничего не решает. Что этот бой? Зачем?

Speaker A

Короче, вопрос есть момент. Да, здоровьем. Пошёл и решил их. Нет, ну по сути ты всё равно не должен отказывать себя в каких-то удовольствиях. Вот типа всё, я боец спортсмен да, отлично. Ну, ну у тебя нет, а ты такой садишься такой, берёшь это

Speaker A

королены такую [смех] и такой хорошо, как же жить хорошо, вкусненько, замечательно. Потому что вкусная еда - это такая же наркота, на которой сидят люди. Дальше продолжаем. Зачем тебе королена? Если мы такие бадланы и такие: "Я [ __ ] там хочу

Speaker A

удовольствие". Какая королена там дофамина? Вот столько мне там ебаш. Зачем? [смех] В смысле зачем?

Speaker A

Сильнее разъебёшь чем саха. Так это [ __ ] Нет, я продолжаю твою логику. Почему на короле остановились?

Speaker A

Да потому что мне этого достаточно. Тортика съел и всё. Зачем? Я тоже раньше зачем мне?

Speaker A

А потому что ты его не пробовал. Ты не знаешь почему? Слава богу, что я не пробовал.

Speaker A

А вот именно. Вот ты такой же, как я. Тортик. Я раньше тоже был против Макдональдса, но когда я попробовал этот двойной чизбургер сочный, я понял, что я ошибался. Поэтому челы говорят: "Я метаамфетамин мне не нужен". А ты пробовал? Нет.

Speaker A

Как ты можешь говорить? Такая же тема. Ну это же разные вещи. Ну да, всё-таки еду и с наркотой мешать, мне кажется, слишком много.

Speaker A

Какую еду? Короле - это не еда. Тебе мужики на фабрике это придумали. Как мемфетамин? Тебя тоже сварили просто на районе чуваки.

Speaker A

Ну, короче, доступ к тортику куда легче. В магазине. В природе нету ни метамфетамина, ни королены.

Speaker A

Ну, тортик в магазине продаётся. Тортик в магазине продаётся. Бадланы тебе в пиджаке разрешили, что по закону это можно, тогда да, всё нормально. [смех] Законопослушные люди, конечно.

Speaker A

Так, давайте зафиксируем. Вопрос подписчика был о том, что как сделать так, чтобы не срываться, потому что мы все знаем, любой человек, кото Подожди, не перебивай, каждый каждый человек, который с лишним весом, он прекрасно знает, что нужно делать и что нужно

Speaker A

есть, чтобы похудеть. Особенно, который работает тренером. Уж точно знает. Да, конечно. Хотя бы на самом деле любая диета даже заключается в том, человек будет худеть, если будет худеть, если он исключит просто вредные продукты, там сладкое, коло, мучное, ты уже будешь

Speaker A

худеть. Даже если ты будешь кушать, как ты сказал, гречку с рисом и грудкой, ты всё равно будешь худеть. Не, ты же накеты дети, сам похудел.

Speaker A

Тебе не надо гречку есть. Нет, я к тому, что срываться, это всё равно сахар. Но фишка в том, что всё равно люди, которые дети, они всё рано или поздно срываются все. Я не знаю человека, который всю жизнь такую ем

Speaker A

природную еду целиком и всё в порядке. Всё равно будут какие-то из-за того, что нам уже город дал сахар, все эти искусственные продукты, мы всё равно срываемся. Поэтому мой тек в том, что, ну, никак себя не заставить, просто это

Speaker A

внутри либо есть, либо нету. То есть какой-то совет дать, который на человеку, который написал вопрос, как вот заставить себя? Ну, не знаю, как.

Speaker A

Вот если есть сила воли, как-то у тебя сложилось в жизни, что у тебя разум так работает и ты можешь похудеть, но ты похудеешь. Если нет, то не, если ты не худеешь, когда сопрано было, если ты не худеешь, то тебе,

Speaker A

наверное, это не сильно надо. Вот если тебе сильно понадобится, ты просто возьмёшь и сделаешь.

Speaker A

Люди, которые хотят похудеть, им это сильно надо, они заходят в интернет и как похудеть, и они видят только такие советы: дефицит калорий. Угу.

Speaker A

И спорт. Вот так очень сложно похудеть. Ты сорвёшься. Они не видят совета: "Ешь природную еду и делай ноль упражнений".

Speaker A

И вот ты реально похудеешь. И ты будешь сыт всегда. И у тебя не будет тяги.

Speaker A

Ну [ __ ] под рук тамм. Вот я знаю ли, все твои советы, почему вот я хочу скин, допустим, 5 кг. Мне всё равно не получается охудеть, потому что всё время какие-то вкусняшки мне залетают, там тортики, пироженые и так

Speaker A

далее. То есть я бы хотел, чтобы у меня не было этой ты уже это делал. Я даже видел, как ты похудел.

Speaker A

Что именно? Ты ел природную. Так тяжело слышать, что тебе надо похудеть. [смех] Для меня это просто как-то ухо режет. Реально челы не могут похудеть, потому что именно быдлосоветы из интернета видят дефицит калорий. Куриная грудка с рисом.

Speaker A

Да, это сложно, ты сорвёшься. Так, нет, я же говорю, что я же знаю, как похудеть. И всё, что нужно делать, и питаться. Почему вот я вот, допустим, 2-3 месяца хочу скинуть пару килограмм и не могу всё равно сорвась на какие-то

Speaker A

сладости, хотя я знаю, что нужно делать. И тек в том, что у человека нет свободы воли. У него как-то биохимически он настроен и всё равно, допустим, если он захочет торт, он будет его есть. Либо должен быть такой стимул, что если он не

Speaker A

похудеет, то как-то жизнь у него под откоспадёт совсем. То есть я привёл пример спортсменов, которые готовятся соревнованиям, у них там сушка, у них на это поставлено, им легко похудеть, у них стимул хороший есть. А человек, который просто живёт в городе, живёт такой, он

Speaker A

худеет. Спортсмены кидают по 20 кг, да, там есть диетолог, который ему расписал пошагово. Он понимает, что если он не будет это соблюдать, он не скинет, не войдёт в вес, не получит бой. будет, во-первых отбросом знаешь ну так грубо говоря, что ты не профессиональный

Speaker A

спортсмен и не получит свой гонорар. Цель есть, он просто вот кушает то, что надо, там всё идёт, идёт, идёт, идёт.

Speaker A

Да, абсолютно хороший стимул есть, который заставляет его сделать. Или там у чувака, он пойдёт в качалку или хочет пухреть, чтобы девчонку впечатлить, которая его обозвала как-то. Он такой: "Вот, я ей докажу, и тогда есть стимул".

Speaker A

А у кого стимула нет? Он вроде хочет похудеть, но такой: "Да, вроде и нормально всё". И живёт, но такой думает, что хотело бы, было бы круто не иметь этот лишний вес. Я думаю, каждый человек хотел бы быть более

Speaker A

идеальном теледом, да, но вот усилия как-то всё равно мы люди всё-таки от природы ленивые, мы не особо хотим что-то делать и усилия прилагать и всё. Поэтому совет как-то, ну чток написал вопрос, пытайся, как-то делаю, но если не получится, то не

Speaker A

получится. Все, в принципе, прими себя таким, какой ты есть, да, если так можно сказать. Лике это не нравится. [смех] Знаю. Так, это ложь.

Speaker A

До первой кнопки. Кнопки? Да не про кнопку. Любому толстому. Дай кнопку. Нажимаешь без усилий похудеть сразу нажмёт.

Speaker A

Конечно, сразу же. Сколько бы он не говорил, что он себя принимает. Любому анарексику, дай кнопку вернуться к своему весу, сразу нажмёт. Любому облысевшему челу, который комплексует по этой хуйне, не может этот гро сделать. Дай кнопку, чтобы волосы выросли, сразу нажмёт. Да.

Speaker A

А что не вот смотримы с тобой, мы с тобой лысые, да? А почему ты не отстишь все волосы?

Speaker A

[смех] Я отращивал уже. Да, отращивал и всё. Хуёво выглядит. комплексую. Если мне дадут кнопку, я сразу нажму. Сразу же.

Speaker A

Так, а почему? Подожди, ты отрастил? Да, я имею в виду у меня здесь больше, здесь меньше. Хуёво выгля, как у Ленина. Но я имею в виду искусственно нарастить волосы.

Speaker A

А пересадку сделал? Пересадку, да. Почему ты не дела? Не, не хочу. Почему? Это же по финастерит надо есть.

Speaker A

Что? Финастерит надо потом есть всю жизнь. А фестерит у тебя фальфаредуктазу блокирует и у тебя тестостерон не превращается в дегидрах. Тестостерон.

Speaker A

Я всё. Ты взорвал мне голову. И у тебя начинается депрессия, [ __ ] вся [ __ ] Зато три волосика здесь есть, чтобы кому-то.

Speaker A

Поэтому любой чел со своими вот приколами, если кнопку дадут, сразу начнёт. Ну, у каждой кнопке есть своя цена. Вот твоя кнопка, иди нарасти, но ты не нажимаешь, потому что у тебя есть повод на него не нажимать, типа, и всё.

Speaker A

Нет, ну я же тебе объяснил, почему ты пересадка подразумевает, что ты должен будешь финастерит потом жрать, и у тебя будет депрессия, у тебя будет очень много побочек. Я не хочу этого. Но если [фыркает] бы мне дали кнопку, вырастают волосы и финастерит не надо

Speaker A

жрать, я бы сразу наш Подожди. То есть ты хочешь сказать, все, кто нарастили себе волосы, они все несчастные депрессионные типы?

Speaker A

Да. В смысле? Я хочу [смех] сказать, они тебе это скажут, потому что они финастерит едят. Ты думаешь, ты сделал пересадку и больше ничего делать не надо?

Speaker A

Не, ну у тебя они выпадут. Они у тебя выпадут, если ты финалит не будешь.

Speaker A

А что они такие все счастливые кажутся? Кто счастливые? Они кажутся вот именно. Ты где ты видел? В инстаграме. Ребята, потом он перестал снимать такой ё.

Speaker A

У тебя в окружении есть люди, кто пересаживали? У меня есть. У меня есть. Я не сказал. Ну у меня человек, который зако пересажива, он говорит: "Лучше бы на этого не делал, потому что тебе нужно какие-то вот препараты все эти пись". Он говорит:

Speaker A

"Они влияют на тебя очень хреново". У меня один человек есть знакомый. Кто-то сделал такой: "Блин, лучше бы я не делал, он пожалел".

Speaker A

Не знаю, потому что все думают, что так, ты сделал пересадку и больше ничего жрать не надо. Надо.

Speaker A

Окей. Не, у меня вообще никогда не было мысли делать пересятно. Я настолько с Я тому, что мы бы все нажали, короче.

Speaker A

Да я нет. Да, нажал бы 100%. Нажал [смех] бы. И мы даже не виним.

Speaker A

Правильно бы сделал. Наоборот, если бы не нажал. Ну хорошо, если бы у меня было две кнопки, одну похудеть, одну нарастить волос.

Speaker A

Похудеть ты бы нажал 100%. Думаеь 100%. Ну я думаю, что из этих двух точно.

Speaker A

Да, конечно, я бы тоже нажал. Правильно. Всё. Да. А какую бы третью нажал бы?

Speaker A

[откашливается] Вот третью какую хотел бы кнопку прибить. [смех] Сохранить бюджет. Я понял. Да. И к тому же пересадка волос всегда видно, когда человек делает. Это вы ураем всегда, знаешь, там выкла тык-тык-тык-тык такой я говорю в Турции был.

Speaker A

Чуваку 41 год, такая прямания здесь ниже, чем в 20 лет. [музыка] Ты гражданин Латвии?

Speaker A

Да. Ты сдавал на гражданство или как? Да. Недавно, я так понимаю. Верно. 2 года назад сдал.

Speaker A

И до этого у тебя было гражданство Армении или как? Нет, не гражданин Латвии был всегда.

Speaker A

Мне казалось, что ты родился в Армении, а потом в Латвию переехал. Да. Я родился в Армении в пятом году. И отец переехал сюда в школу милиции учиться. И всё, мы переехали. Вся семья сюда переехала.

Speaker A

А почему армянского гражданства нету? Я никогда не жил и ничего. Вот как я, честно говоря, даже не знаю.

Speaker A

Я думал, кто рождается в Армении, сразу получает гражданство. Нет, я могу получить. Я могу даже сейчас поехать отказаться от латвийского, и мне там дадут. У нас очень любят своих.

Speaker A

А не, а почему сразу не дали? Придился там. То ты родился и не знаю. Не будет гражданства или как?

Speaker A

Я честно не углублялся. Може, может и дали, знаешь, потом. Я не знаю, я маленький был, но так я вс жизались, я думаю, или как я вс жиз не гражданин, не гражданин, не гражданин, и мне как бы о'кей было всегда. Ээ тем более мы там

Speaker A

на соревнования раньше ездили в Россию, в Белоруссию, как-то так попроще было. А потом была такая ситуация, даже вот чисто вот в Китай, когда полетел, я стою в аэропорту, и мы на соревнования ездили, и со мной спортсменка была, ну,

Speaker A

моя ученица, и мы стоим, подходим этом в Гонконге, я ещё в такой этой вьетнамской шляпе, такой весь весёлый. И она проходит, даёт свой паспорт. И я, и этот таможенник говорит: "А вы из одной страны?" Я говорю: "Да". Говорит: "А

Speaker A

почему у него красный паспорт, а у тебя синий?" Угу. Я говорю: "Ну, потому что она девочка, а я мальчик". Знаешь, типа начинаешь смеяться [смех] и он такой, а он просто с каменным лицом открывает, говорит: "Вы гражданин какой страны?" Я говорю: "Никакой". "Но вы

Speaker A

откуда?" Я говорю: "Из Латвии. Вы гражданин Латвии?" Я говорю: "Нет". А гражданин какой страны? Я говорю: "Мой статус не гражданин Латвии". Говорит: "Я понимаю". А какой страны вы гражданин? Я говорю: "Никакой".

Speaker A

О'кей, говорит: "А национальности?" А у меня где националити 3 икса. Я говорю: "По национальности дизель, говорю, мне это кажется смешным". А он просто он просто вот так он вот так вот смотрит такой: "А, о'кей, говорит: "То есть у вас нет

Speaker A

гражданства и национальности?" Я говорю: "Ну, по паспорту", да. Такой хорошо, ушёл, вернулся с военными, с автоматами меня просто увели. Яю думаю, в Китае, знаешь, я им начинаю объяснять, что у нас в Латвии есть там 300.000 людей. Нас очень много таких. Он говорит: "300.000-

Speaker A

это много". Я говорю: "Это у вас?" Я говорю: "немного, а у нас это много". Типа 1/5 население там, грубо говоря. Ну, короче, туда-сюда, ну, всё, они разобрались. И он мне потом объяснил, говорит, у нас на юге, это сейчас я знаю, у меня уйгур

Speaker A

занимается, у них есть на юге мусульмане, и они очень ограничены в передвижении по Китаю. Они их могут сопровождать, их надо военное сопровождение их просто так никуда не пускают. Вот сейчас у меня паренёк у Игур ездил, чтобы ты понимал, он по

Speaker A

гостям ходил с местными кгбэшниками. То есть с ним всегда два человека ходят там и вот так, типа, ты в гости пришёл, он сидит, чтобы ты лишнего не базарил, ничего там. Ну такое типа есть. Он говорит: "Ты похож на Турка, говорит".

Speaker A

Поэтому мы подумали, говорю: "Ну, ну не на турка, по-братски. Говорю, я же армянин". Ну, ну такое, да. И после этого я что-то меня так засело. Это думаю, блин, 40 лет там, знаешь, почти, ну, когда я сдавал, там 39 было. И не

Speaker A

гражданин никакой страны, как будто такой типа бесхозный тип. И пошёл сдал. Причём я так сидел такой: "Пойду, сдам".

Speaker A

Пошёл, сдал. Знаешь, там, когда я сейчас слышу, что это тяжело сдавать, там, о, это нереа. Вот я недавно слушал интервью твоего товарища Росликова. где он рассказывал этом Луке, что там в Латвии нереально сложно сдать экзамен. Я такой: "Бля, чувак, это очень легко сдать, если

Speaker A

ты здесь живёшь, там сидят эти бабушки, которые принимают такие, они настолько хотят, чтобы ты сдал этот экзамен", и такие: "Вот, давай, ты молодец, давай".

Speaker A

Там так, а я очень легко его сдал вообще с первого раза без каких-либо этих.

Speaker A

Ну, если ты знаешь латыжский, ты знаешь, конечно. Я думаю, бесле. Слушай, там латыжский на таком низком уровне надо знать.

Speaker A

Очень легко сдать. У меня, я вот когда сдал, у меня куча моих знакомых, они сказали: "Ну, если ты сдал". Я говорю: "В смысле, если я что, тупой какой-то?" У меня очень много ребят из зала пошли, сдали. Кто были не граждане вообще легко

Speaker A

с первого раза. Многие не сдают, потому что принципиальная позиция, не хотят отвать. Да. Да. Но мне тоже задавали вопрос: "Тебе не унизительно это делать?" Я говорю: "Слушай, я чуть по-другому мир вижу. У меня нет такого. Если мне что-то

Speaker A

надо, опять же, пошёл сделать. А зачем ты пошёл сдавать? Какая выгода от этого?" Слушай, я и говорю, что вот у меня в голове засело то, что человек не гражданин никакой страны, типа вот такое. А выгода? Какая выгода? Никакой.

Speaker A

То есть просто потому что какая-то выдуманная вот эта вот бумажка, что-то придуманное. Ну ты ты же думаешь бы, знаешь, вот вот принадлежность какой-то стране. Ну слушай, это одно. Второе, я всё-таки из спорта, да?

Speaker A

Ты каждый раз выходишь с флагом страны, национальный костюм, типа, ну надо, наверное, надо. Плюс, если ты хочешь там государственную какой-то структуре работать и так далее, надо быть гражданином.

Speaker A

Опять же, согласен я с этим или не согласен, это разное, да, там насчёт выборов и так далее. Я пошёл первый раз в жизни, проголосовал в 40 лет, да, там типа а за кого голосовал?

Speaker A

Ээ, слушай, я голосовал за своего братишку. А кто кебабы, который делает асиф? Он же в ЛПВ со Шлесерсом, да?

Speaker A

Да. И только потому, что он там. Да. А Шлесерс, как тебе? Слушай, я не знаю. Я вот честно очень не политический человек. Мне мне вообще никто не нравится.

Speaker A

Ну ладно. Он лидер партии - это самое главное. Го я понимаю. И в тот момент мне казалось, что я вообще не понимаю, как можно голосовать за маленькие партии, которые ничего не решают. Ты просто сливаешь свой голос и всё. Или за

Speaker A

партии, которые там 500.000 лет в оппозиции сидят и даже если куда-то попадают, ты им говоришь: "А что вы?" Такие: "Да мы же ничего не можем". Ну а что ты тогда там сидишь? Просто уволься, иди и занимайся делами. Знаешь, если ты

Speaker A

на каждые на каждый вопрос отвечаешь: "Я в оппозиции ничего не могу". Ну мне кажется, надо вообще две, чтобы было партии. Вот одни вот такие, одни такие.

Speaker A

И всё. Там 500 партий, там пять русскоязычных партий, 10 националистов, эти какие-то ещё там вообще все против всех, типа такое. Не поэтому вот сейчас мы сидим, ну, с товарищем такие: "А за кого голосовать? Вообще не за кого". Ну

Speaker A

вот я не знаю, за кого голосовать. В этот раз не будешь за Шаферса голосовать?

Speaker A

Нет, нет. А твой? А я не знаю. Если Асив будет, то буду за то неважно за какую партию он пойдёт.

Speaker A

Да, да, я чисто за него голосую, даже если он пойдёт с националистами. Слушай, знаешь, я, кстати, националисты.

Speaker A

Вот я один раз, наверное, пару выборов назад, вот типа партий, куча партий, мы с другом сим такие: "А за кого голосовать? Давай убирать". Типа я когда начал убирать, они у меня и остались единственные националисты.

Speaker A

Ну потому что мне мне вообще никто не нравится. Ну как бы, я не знаю, вот они последними остались, потому что, ну, все вот опять же такие там традиционные ценности, не ценности какие-то, ли, эти либералы эти вроде говорят: "Мы там за русский язык там и

Speaker A

так далее". При этом голосуют за какие-то вещи, за которые я точно нет. Ну опять же, какие-то там я не сильно толерантный человек. И то есть ты такой: "Эти, эти уже пробалоболили, эти то, то то, то то, то то". Как бы это не лучший

Speaker A

выбор, но как будто бы они остались одни. Поэтому я говорю, я ни за кого не хочу голосовать. Я не знаю, за кого буду голосовать.

Speaker A

Короче, никто тебе не нравится? Да, вообще мне никто не нравится. Ну, интересно, что у тебя остались именно националисты, которые как раз-таки они мне тоже не нравятся. Мне все не нравятся.

Speaker A

Но они типа ближе к тому, что возможно к тебе придвинулись, да? Ну типа да. [смех] Это вообще и это удивительно.

Speaker A

Ну вообще да ладно. Ну мы сможем это потом ещё чуть попозже пообсуждать. А у тебя же русский родной язык, верно?

Speaker A

Язык родной, армянский. Я же армянин. Ну у меня все мы по-армянски говорим. Конечно. Я когда пришёл здесь в садик, я вообще русского не знал.

Speaker A

А ни фига себе. Просто у тебя ты очень свободно говоришь, как будто у тебя русский родной.

Speaker A

Ну, ну я по-русски хорошо очень говорю, да. Ну я по-русски сейчас говорю лучше, чем по-армянски.

Speaker A

Армянский уже чуть хуже, да? Ну не чуть хуже, просто я на русском, я в школу русскую ходил, в садик русский ходил, и окружение у меня всегда более русскоязычное было. И там и ездил везде.

Speaker A

Я говорю на четырёх языках в целом. И недавно понял, что я и немецкий не так плохо знаю. Ну, потому что я в школе немецкий ещё учил. И когда ученику там помогал домашнее задание делать, проверял, точнее, я такой: "О, так я ещё

Speaker A

и немецкий, но я на нём не говорю и не так, а вот так. Четыре: армянский: русский латышский английский".

Speaker A

А ты с мамой по-армянски говоришь? Да. Да. Ну, мы можем и по-русски говорить, и по-армянски. Ну, но в целом больше армянский язык дома больше поармянски. Да.

Speaker A

Я почему-то думал, что у тебя именно русский родной язык. Не знаю, потому что ты так свободно говоришь, как будто он у тебя, ну, сейчас ты говоришь, что он у тебя в принципе уже главнее стал, да, понимае.

Speaker A

Лучше всего я говорю по-русски, потому что чаще говорю в языках же так и есть.

Speaker A

Ну нет такого, что ты начинаешь армянский язык подзабывать, поскольку, наверное ты если долго не общаюсь. Вот я сейчас, я 30 лет не был в Армении, в детстве посл в Армению и вся моя родня удивилась, как я хорошо по-армянски говорю. Я такой:

Speaker A

"Нифига". Мы думали, ты так не говоришь. И с ними только по-армянски, да, разговор, да? Как они не знают других. Я бы по-латыски сни. Ну, говорят, но плохо.

Speaker A

Ага. Они его понимают, но говорят, как будто стесняются. Так, чуть-чуть там БМ там. Расскажи про историю в зале. Что у тебя с флагами было? Ты рассказывал, у тебя раньше висели флаги всех бойцов, которые занимались. Да.

Speaker A

У меня всегда в залах, во всех самого первого там зала, у меня висели флаги.

Speaker A

Ну, типа, вот там русские пацаны занимаются. Ну, типа, понятное дело, у нас в Латвии русские пацаны, всё понятно. Там российский висит, латвийский украинский белорусский там, ээ, все узбеки, таджики, все вот эти 15 флагов висело всегда.

Speaker A

Ну и что? Война началась. И как никогда ни у кого Вот я армянин, мы всю жизнь воюем с азербайджанцами. У меня азербайджанский флаг висел, и мне с армянами периодически приходилось эту тему затрагивать. Говорит: "Как такое может быть?" Я говорю: "У меня в зале

Speaker A

трнутся азербайджанцы. Мы с ними вообще как братья сидим за столом, кушаем, пьём с одной бутылки, как говорится. Всё, я говорю: "Это спорт, это моя команда, мне вообще по барабану". Ну и когда война началась, понятное дело, всё там началась, это Буча. И просто чувак брал

Speaker A

и писал заявление на меня всё время. Ээ, короче, мы всегда фоткались на фоне логотипа и там сверху флаги. Ну, и каждый раз, когда пацаны фоткаются, куда-то выкладывают флаг, флаг, флаг, он виден. Он так Угу.

Speaker A

И чувак просто делал скрины, скидывал в полицию и всё время на меня жаловался, типа. Ну и один прекрасный день, суббота, мы тренируемся, и пацаны кто-то уходит и мне звонят такие: "Тренер, полиция поднимается в зал".

Speaker A

Полиция поднимается в зал, да? А я думаю, а я думаю: "Ну кто-то из Новго у меня же куча полицейских занимается, у меня друзей много полицейских". Я говорю: "А, нурмально".

Speaker A

Это кто-то из пацанов, типа, и заходит, смотрю, нет, незнакомые. Я встречаю, такие полицейские стоят, говорят: "Ну, там есть кто-то из руководства". Говорю: "Я". Говорит: "Ну, нам поступила информация, жалоба на вас". Я думаю, какая жалоба на меня, что вообще мирный человек. Такие: "У вас в

Speaker A

зале висит российский флаг". Я говорю: "Так, я уже понимаю, что так". Он говорит: "Ну, это правда". Я говорю: "Правда". Он говорит: "А можно, ну, зафиксировать там?" Я говорю: "Да, конечно". Заходят. А у меня тут пацаны такие уже после тренинки валяются, хоп,

Speaker A

полиция заходит, все такие смотрят на них. И они так заходят, у них камеры включены всё заходят, я говорю: "Вот висит". Он говорит: "А почему?" Я говорю: "Потому что здесь?" Ну, и начинаю вот это объяснять. Потом пацаны тренируются, то

Speaker A

всё. А, понятно. Я говорю, если вы хотите к политике привязать, вот соседний украинский висит флаг. Я говорю, у меня украинцы, пацаны, занимаются там. Я говорю: "Вот азербайджанский флаг висит". Ну и так он такой: "Всё зафиксировал, всё хорошо". И потом меня

Speaker A

пригласили в участок, позвонил этому честко, говорит, они там что-то попыхах забыли объяснительную взять. Я говорю: "Я сейчас приеду, напишу". Приехал, написал и говорит: "Ну, так и так". Там вот человек там 30 заявлений написал. Я говорю: "Нифига себе". Ну, потом через

Speaker A

там оказался это мой подписчик один был. Ну, для меня удивительно было, честно. Вот неприятно вообще, что я очень не политический человек. Чем закончилось?

Speaker A

Ты удалил эти фла флаг убрал сейчас. Дальше дальше было так, что это чел, я узнал, кто это писал, потому что я думал, что анонимно человек пишет.

Speaker A

Угу. Но я узнал, кто это был. Для меня было удивительно, потому что мы лично не знакомы, но он один из моих подписчиков, который всегда мне там и и после этого, через неделю было, я захожу в эфир, что-то там рассказываю, и заходит этот

Speaker A

чел, и я вижу, что он зашёл. Я думаю: "Так, держи себя в руках". Угу. И он мне начинает писать: "Побольше бы таких людей, как ты, ты такой молодец, там вот такое". И я так сижу, у меня вот этот градус. Я говорю:

Speaker A

"Поэтому, говорю, ты, чёрт, на меня заявление написал". Я просто вот так не сдержался. Я говорю: "А как ты вот пишешь?" Я говорю: "Вот ты такой хамелеон", говорю: "Всё". И, ну, сейчас у него не лучшие времена в жизни. Я

Speaker A

сказал: "Бумеранг всегда прилетает". Ну, это понятно, если у него такие мозги, то там он далеко не вый, да. Самое интересное, что в паспорте Кревс, у него человек, да, у него русское имя, фамилия.

Speaker A

Не, только тоже может быть ты убрал. Потом потом меня пригласили в одну инстанцию, [смех] серый домик, да, и со мной поговорили.

Speaker A

Ну так типа, ну объяснили, знаешь, я сначала такой типа, я говорю: "А как?" Я говорю: "Я, ну как я могу снять какие-то фги?" Это нечестно к пацанам будет. Как это у меня в зале, где мы как одна семья, просто я убираю чей-то флаг? Я

Speaker A

говорю: "Вы должны тот же". Он такой сначала там человек говорит: "Что ты там хочешь со мной о честности, о справедливости поговорить что, 12 лет такой". Мне это так задело, что в государственной инстанции мне прямо говорят, что нету справедливости. Да,

Speaker A

[смех] да, да, я это понимаю, но как бы мог бы. А потом он когда то есть никакой закон не нарушил в целом, да, нет. У нас же нету закона, что ты не можешь российский флаг повесить. Нету, да. Но но он потом начал мне нормально

Speaker A

объяснять. Он говорит: "Понимаешь, говорит, я я говорю, я знаю, мы отлично знаем, кто ты. Ты большой молодец, ты делаешь большую работу, ты хороший парень, говорит, но каждый раз, когда появляются фото, у нас начинаются волнения в комментариях. Кто-то за,

Speaker A

кто-то против, всё вот этот шумгам, говорит, вот нам это не надо. Просто, говорит, очень строго тебе рекомендуем.

Speaker A

Рекомендуем. То есть не по закону. Да. Да. Я сказал: "Тогда уберу все флаги". Мне вообще типа похрен. И у меня поэтому там теперь такая на Короче, ты не нарушил ни один закон, но но убрал.

Speaker A

Ну, как бы да. А что было бы, если бы не убрал? А я не знаю. Не хочу проверять, что было бы, вот, честно. Знаешь, можно, если бы, если бы это, кстати, наверное, при этом это не по закону.

Speaker A

Нет ни одного закона, что русский можешь повесить у себя, когда ты [смех] один, когда ты один типа такой, и от тебя никто не зависит и так далее.

Speaker A

Нет, тоже не справедливости не справедливости нет. Это мы знаем. Это ты нового ничего не рассказываеш.

Speaker A

Мы это всё знаем. Это вот есть челы, которые думают, что справедливость есть. И вот вам ещё один пример. Человек не нарушил. Вы же там дрочите на законы, что вам на бумажке написали. Ни одного закона не нарушил, но флаг убрал.

Speaker A

Законы. Угу. Да. [смех] Флаг убрал на всякий случай, понимаешь? Но по закону всё о'кей.

Speaker A

Да. Слушай, у меня есть ээ я не хочу там никого. У меня есть и в семье люди, которые работают там в госучреждениях, у меня есть ученики, у меня есть много людей, от которых, которые от меня зависят, и я не хочу никого там начинать

Speaker A

там резаться с кем-то. У меня такая жизнь, она не, ну скажу тебе так, жизнь меня научила здесь и сейчас. Вот я не хочу ни с кем войны никакой там тягаться законно, незаконно. Мне так о'кей, я всё равно делаю своё дело, у меня всё равно.

Speaker A

Я же не выгнал русских пацанов из зала. Всё, ходите. Вот украинцы пришли. [откашливается] Вы даже не поверите, насколько они дружат между Это знаешь как вот мне всегда говорят: "Вот вы там с азербайджанцами и так далее". Ну, это я образно говорю, да, когда мне говорят:

Speaker A

"Вот там Армения, азербайджанцы, туда-сюда". Говорю: "Вот мы когда в детстве, ты видишь чёрненький мальчик из всех белых мальчиков, ты с ним дружишь, ты такой: "О, это наш черни". И такой и ты с ним растёшь. И у меня там друзья с детства

Speaker A

азербайджанцы, грузины, с ними как-то вот коннект такой, этот Кавказ коннекшн, как говорится. То же самое здесь.

Speaker A

Украинцы с русскими очень нормально здесь общаются. Нет такого, что о, я при том, что там есть кто приехал оттуда и оттуда.

Speaker A

Белорусы у нас есть, и они такие: "Какая нахер, вот всё вот реальность". У нас самый жёсткий момент был в политике, когда у нас там Ливанец дверь открыл и еврею там бух ударил его, и мы такие: "Ой, Ливан ударил по Израилю, всё, вот

Speaker A

это беда". Знаешь, это всё такое. Поэтому я говорю, и когда тебе там сверху говорят так, ну, типа сверху говорят: "Давай не хулигань, друг, ты молодец, но потише буде". Так, это про то, что мы говорим всегда, конечно. Никакой справедливости нет.

Speaker A

БДЛУ написали закон. Они думают, что у нас демократическое типа государство. Мы понимаем, что ты сделал. Ты всё правильно сделал. Я бы то же самое сделал. Но сам пример, да, то вот для тех, кто дрочит на законы.

Speaker A

Ещё вчера на таки на такие цвета на флаге, вчера, например, всем пофиг, произошли события популярные в нашей местности, и теперь такие вот цвета вот так относятся. Но при этом никакой закон не нарушается. Мне прямо сказали, он просто такую фразу сказал.

Speaker A

Да, будут проблемы. Хотя это всё незаконно, да, мы всё понимаем. Мы для техри правила игры, есть правила игры, которые ты должен, да, а не законы.

Speaker A

Нравится тебе это, не нравится, ты, ну, типа, чувак, давай. Он мне, знаешь, как он сказал, он такой говорит, я такой, знаешь, я так развалился в кресле, я говорю, такой, знаешь, нахмурился. Он говорит: "Не нравится". Да, я говорю: "Конечно, не нравится". Он говорит:

Speaker A

"Потерпишь [фыркает] меня? Это, знаешь, как будто в меня закроем зал, всё будет неудобно, налоговая проверка. Сказали, мне говорят: "Ну мы же тебя пригласили, мы же можем и сами приехать". Ну и такой, ну, знаешь, такое-то давление. Я кино смотрел, знаешь, я знаю, когда

Speaker A

работа и происходит. Всем плевать на законы. И ты сидишь в такой комнатке два на два и спокойненько тебе, ну, типа и я тебе скажу, что вначале у них такое давление, а потом так типа ну мы тебя понимаем, мы тебя ты нормальный чувак,

Speaker A

мы тебя понимаем, ты молодец. И такой сидишь такой, ну спасибо. Они тоже рабы, конечно, полные.

Speaker A

Спасибо, конечно, и ты видишь, что он нормальный чел. Он просто делает он не нормальный чел. [смех] Я понимаю, почемуто ты говоришь, он нормальный чел. Да, там есть такая проблема, что почему есть рассинхрон у того, кто даёт приказ убивать, например, там или что-то делать

Speaker A

по беспределу. И у того, кто его исполняет, что каждый не чувствует вины, потому что тот, кто даёт приказ, он не видит последствий, потому что он не участвует в этом, и он не чувствует вины. А тот, кто исполняет какую-то

Speaker A

несправедливую херню, даже незаконную, он такой: "Так, мне так сказали, я просто исполняю". А какие ко мне претензии? Я исполняющий. И все друг с друга ответственность снимают. Но оба рабы. Два раба.

Speaker A

Слушай, в целом по такому ты против своих же [смех] рабы. Все рабы. Ты я все рабы. Всё равно есть правила. Нету, но нету, но нету безнадёжней, знаешь какой ситуации у рабов, которые сами себя считают свободной от таков: "Я не раб".

Speaker A

Вот это самое. Мы хотя бы поняли, что мы рабы, да? Мы ничего не можем сделать, играем по этим правилам. Но это мы специально. Вот я поэтому я хотел, чтобы ты это рассказал, чтобы чуваки, у нас есть чуваки, да,

Speaker A

которые реально верят, что так всё же по закону в Латвии. Всё же по закону.

Speaker A

И выборы честные. Нет, а у нас демократическая [смех] респуб Нет, нет, пока паяни в жопу не засунули.

Speaker A

Кстати, у нас одну женщину, по-моему, посадили на пару лет. У неё висел из окна, то ли виделся флаг латвийский, российский рядом.

Speaker A

Её, по-моему, судили. Она сидит сейчас, если не ошибаюсь. То есть тут по ходу без предупреждения было. Либо предупреждали, она не слушалась, я не знаю, но тебя могут привести по как символика типа агрессора, что таконика. Я таких много историй тоже

Speaker A

знаю. Вот там мальчик какой-то с флагом пришёл, там у памятника его арестовали. Чувак, ну ты знал, что не надо идти туда с флагом. Тоже это такие провокационные моменты там, ну тоже, знаешь, многие заигрываются с этим. Вот если бы мне там

Speaker A

раз сказали, два, три, пришла проверка, то всё, я бы там бегал бы, я такой все флаги уберу, российски оставлю. Вот там мне бы сказали: "Дружок, посиди". Я бы ходил бы, говорил бы: "Меня посадили за флаг". Тебя посадили не за флаг, а за

Speaker A

то, что ты просто вот, ну, типа, пошёл вот не прикол в том, что тебя если бы Нет, прикол в том, что если бы тебя посадили, мы бы остались с ним на свободе и подумали: "Полиция хорошо работает, день спасён, опасный преступник сейчас

Speaker A

посажен, мы теперь в безопасности". Тоже говорю. И весь народ безопасности, потому что у чувака ткань ткань в определённый год, не в 2021, а после какого-то какого-то числа вот эти цвета на ткани [ __ ] правительства не разрешает, хотя

Speaker A

незаконно. 15 лет, говорю, висел этот флаг. Я говорю, никому ничего абсолютно после определённого числа я выйду с с флагом Камеруна на 9 мая.

Speaker A

Полиция даже не подойдёт. Нет, хотя тоже это не Лаза. Если ты придёшь сумкой сумкой Томи Хилфигер, тебя поругают.

Speaker A

О точно я сегодня одел. Жди заяву, короче, [смех] как раз. Ну вот у меня кроссовки тоже в три колод.

Speaker A

И вот мы слеке недавно обсуждали как раз флаги и думали, что флаг как бы по сути представляет типа людей и страну, верно?

Speaker A

Угу. Но в обсуждении мы поняли, что на самом деле флаг представляет не страну и не людей, а представляет именно государство. Согласен с этим в целом? Да. Но люди и представляют тоже государство. ты свою принадлежность какую-то, если ты не выбрал там, ну,

Speaker A

смотри, вот у нас в спорте, да, там всё спортсмены там выступают под флагами. Честно скажу, я мега мультинациональный человек. Для меня нету такого, что для меня, короче, вся земля общая и все люди одинаковые. Вот так. Но когда есть

Speaker A

соревнования, для меня это как команды, знаешь, типа есть команды, есть коммуные люди, они собрались, да, вот у них территорию расчертил кто-то, и они вот живут так и там со Ну такое. Плюс, если там культуры, вот вся вот эта языковая

Speaker A

тема мне не нравится. Причём с одной и с другой стороны, когда там люди, ох, там языки эти, блин, язык для чего? Чтобы мы друг друга понимали. Ко мне сейчас привели мальчика шестилетнего, вьетнамца.

Speaker A

Он вообще никаких языков не знает. На второй тренировке со всеми уже нормально общается. А как он это? Это природно.

Speaker A

Природно. И для этого не надо тысячи языков на планета общаться, общаться [смех] общаться с людьми. Грати он появился задолго до нашей эры.

Speaker A

Про про языки мы ещё поговорим. Именно про флаг. Вот про флаг интересны твои мысли. Я всё-таки вот вижу, как считаю по твоему примеру, мы видим, что флаг представляет не народ, не страну, а представляет именно государство. И как только государство делает что-то не так,

Speaker A

его флаг из зала убирается. При этом люди не виноваты ни в чём. И эти люди не выбирали, допустим, эту власть.

Speaker A

Есть вопрос вопрос, насколько люди готовы представлять это государство. Потому что опять же, если мы говорим сейчас про Россию, да, многие же там за Путина, многие против Пути.

Speaker A

Не знаю, сколько за, сколько против, но это же не команда. Они же есть, да? Они же есть. И вот в этом и есть. Они хотят представлять. Я знаю очень много белорусов, которые говорят: "Это не наш флаг. Это флаг Лукашенко, наш

Speaker A

бело-красно-белый". Угу. Да. То есть это зависит от отношения человека, как он относится. Нет, при том, что на международной арене мы видим просто примеры, как будто остальные тоже вот государства, они флаг воспринимают как именно государство. Потому что, например, если со стороны каких-то

Speaker A

определённых стран какая-то другая страна типа плохое сделала, то, например, на олимпиаде спортсмены не могут со своим флагом выйти. То есть, значит, это подразумевается, что это а государство.

Speaker A

Вот, мне кажется, это самое глупое, что можно делать. Это лишать типа вот все знают, что это сборная России.

Speaker A

Угу. У всех российские фамилии, но флаг не свети. Значит, пример, что это флаг - это всё-таки государство. Раз запрещают флаг, а не людей, а не людей. Ты можешь выйти под нейтральным флагом. Почему?

Speaker A

Значит, флаг - это государство всё-таки. Але мне кажется, что это всё-таки даже не в этом вопрос. Вопрос в тупости и наказания. Что за тупое наказание? Типа будешь без флаговы. Ладно, это сидим, обсуждаем. А почему так делают? Не, наверное, пому что всё-таки флаг

Speaker A

представляет государство. Ну, наверное, так тогда, да, если в таком ракурсе смотреть, да. Ну, знаешь, каждый человек сам себе флаг выбирает.

Speaker A

Тоже такое есть. Ну, если ты там топишь, если ты родился в России, чувствуешь себя русским, то же самое с Латвией. Вот я, например, я родился в Армении, говорю на армянском и там говорю на русском.

Speaker A

Даже вот приведу хороший пример. Когда в хоккей играл, играли, сейчас не играют сборная России, сборная Латвии, я русскоязычный, я там по большей части, ну, русская, ну, русскоязычное окружение, но болею я за Латвию в таком матче.

Speaker A

Да, ну, ты не латыш. Я не латыш, но болею я за Латвию. Не, не потому, что у них лучше хоккей, а [откашливается] потому, что это страна, в которой я живу. Я сам выступаю под латвийским флагом. И я бы не хотел, что

Speaker A

когда наши пацаны едут на чемпионат мира по панкратиону и дерутся с россиянином, здесь русскиязыч такие: "Давай, Вася какой-то, а не наш чувак, который вот отсюда".

Speaker A

Да. Но если Латвия на так называемой международной арене что-то не то сделает, твоим спортсменам запретят под этим флагом выходить. Значит, флаг - это государство всё-таки, а не люди и не народ.

Speaker A

Для официальных лиц и так далее. Да, да, да. Для государст Угу. Я Лике тоже рассказывал, что у меня в детстве было такое, поскольку я тоже родился и вырос Латвии. Он в основном общался с русскими, с латышами редко было, но тоже

Speaker A

общались, то у меня всё время я природно чувствовал, что в любом случае, когда выходит какой-то спорт и, допустим, там условно Россия или против Латвии и, допустим, и в латвийской команде только латыши, допустим, если я знаю и они выступают или я смотрю, допустим, на

Speaker A

Гетабаскете, там вот русские ребята против латышей играют. Если я знаком с этими латышами условно, то я буду за них болеть. Да, но если там какие-то русские ребята из России, и они против ребят из Латвии, латыши, которых я не знаю, то у меня

Speaker A

инстинктивно, природно почему-то тянусь больше к русским людям, которые говорят со мной на одном языке. Я к ним как-то ближе всё равно себя чувствую, хотя я не связан никак. Просто сам не представлял страну никогда. Так для ЛШ тоже своим не

Speaker A

будет никогда. И ты тоже это знаешь, когда мне говорят то, что мы болеем за кого-то, неважно для латышей, и я их понимаю тоже природно. Ты не будешь своим, конечно. И мне много раз, когда говорили, мне когда много раз говорили, я говорю: "Пацаны,

Speaker A

вот я признаю себя латышом, не латвийцем, а латышом. Когда вы признаете меня латышом?" Когда кто-то увидит меня, скажет: "О, Чалс, ты с Латвия, тысь?" Я скажу: "Да, всё, ну я же даже визуально не похож на латыше".

Speaker A

Главный язык и не будет, да. И поэтому для латышей. Но и в то же время меня оченьочень редко типа называют там, знаешь, типа чемодан вокзал России. Мне один раз сказали, я говорю: "Почему Россия-то? Я вообще армянин". Я говорю:

Speaker A

"У нас, ну, железной дороги такой нету". И мне говорит, и мне говорят: "Ты ты чурка". Я говорю: "Почему?" Да вы малообразованны. Я говорю: "Почитай историю моей страны и потом расскажешь мне, кто из нас чурка".

Speaker A

А зачем историю страны читать? Я этого долбоёба уберу по уму сразу же. Но не в этом же всё.

Speaker A

Там чуваку там 70 лет, и он такой старый, знаешь, который а так такие челы, кто вот так говорит, они сами из себя ничего не представляют.

Speaker A

сво жизть концов. Ну да, мы мы никогда не станем своими. У нас есть этот чел, этот Блажевич. Он, короче, ну он на русском. А его он разоблачил его. Он всё обосрался. Он сейчас мы про это расскажем. Сначала я

Speaker A

скажу то, что я хотел. Он сделал один раз видео. Если будет война там в Латвии, я встану за Латвию и буду воевать. Все комменты от латышей. валя отсюда нахер.

Speaker A

Кому ты нахер ну, кого ты будешь защищать? Тебе тут ничего не Да, и это я это понимаю. Поэтому как бы ты тоже там не болел там за Латвию или что-то, мы всё это понимаем, но мы никогда для ЛТше

Speaker A

не будем своими. И природно, ну я это понимаю, но я и не чужой. Меня вот знаешь, я когда с рус с русскими друзьями начинаю спорить, я очень такой, я очень люблю Латвию, да. Я такой, я и ребят учу, вот

Speaker A

любите страну, там всё. Латвия - это классная страна, на самом деле. Не знаю, вы, наверное, по-другому думаете, но я вот прямо сильно люблю Латвию. Но мне мои русские друзья часто говорят: "Ты не поймёшь, они любят именно не любят

Speaker A

именно русских". Я говорю: "Возможно, но я никогда не чувствовал такого ущемления конкретного лично меня из-за того, что я типа русскоязычный". То, что какой-то старый дед мне говорит: "Браус до ускревию". Ну, бля, он просто старый больной дурак.

Speaker A

Таких немало. Таких немало, но они никак на меня не влияют, конечно. И наоборот, знаешь, когда там мне люди вот там сейчас, бля, там бывшие, всё заберём там. Мне это тоже неприятно слушать. Поэтому такой: "Чуваки, давайте, жизнь очень короткая,

Speaker A

она ещё свойственна вот так заканчиваться, непонятно из-за чего. Поэтому давайте-ка вот что-то полезное поделаем, а не будем сраться из-за на каком языке говорить и так далее. Надо выучить латышский". Ну я, например, опять же, я очень я армянин, я очень

Speaker A

легко интегрируюсь. Надо выучить язык, выучим. Так что едем дальше. Вот это нету такого, что ты типа вот как мне говорят: "А тебе не унизительно?" [ __ ] мне вообще ничего не унизительно из того, что сделает мою жизнь лучше, если это какие-то моральные

Speaker A

моменты мои не не задевает. Выучить язык? Да, конечно, я его выучу. Я тут 30 лет живу. Как я могу на нём не говорить?

Speaker A

Да я не говорю так, как по-русски. Возможно, я бы хотел говорить по-латышски. Слушай, у меня когда на латышском берёт интервью, я говорю: "Бля, чуваки, я буду как третий брат Кличко сейчас разговаривать. Я не могу так красиво говорить, но

Speaker A

выучил и даю интервью на латышском. И я тебе скажу, что много от латышей такой респект сразу летит. О, ни фига, чёрненький мужичок, молодец, выучил наш язык. Красавчик. Ну такое. Поэтому для меня ничего не сложно. Я не хочу, знаешь, уходить вот в эти дебри вот со

Speaker A

всеми. Бля, сейчас всем всё докажу. Ничего не хочу. Я уже всем всё доказал, как сделать, чтобы было проще и легче мне ребятам там передать что-то, научить чему-то и условия улучшить. Общий для всех.

Speaker A

Интересно, кстати, когда люди говорят вот это вот наш язык, вот не не особо мне иногда слух режет, потому что язык не принадлежит никому. Нету у него владельца какого-то, что он говорит себе вот это назыликов говорил наш язык. Как он сказал?

Speaker A

Нет, я понимаю с точки зрения так говорят, да, это всё понятно, но было бы прикольно, если бы в языке было другое слово, когда говорят: "Вот наш язык как будто у неё есть какой-то владелец". Они приписывают, что он кому-то принадлежит.

Speaker A

Не, вот мне вот буквально на днях в комментариях какой-то дед очередной написал ты говоришь на языке агрессора. Я говорю: "Послушай".

Speaker A

Я говорю: "Я по-русски говорить и думать начал раньше, чем Путин пришёл к власти. Почему это его язык, если ты его считаешь, Ну вот мы в этой парадигме рассуждаем". Он вообще никому не принадлежитниму.

Speaker A

Никому, слава богу. Я всегда говорю слава богу, я знаю русский язык, который на котором я могу говорить на востоке от Латвии, и меня почти везде поймут. Я знаю английский, на котором я могу на Западе говорить: "От Латвии меня все поймут". Я

Speaker A

знаю армянский, на котором я могу со своей семьёй говорить и хрен меня кто из вас поймёт. И я знаю язык латышский, который знает миллион человек по всему миру. Я хожу по Бразилии и по-латыски с пацанами говорю и говорю, что хочу. И

Speaker A

нас никто не поймёт. Это же наоборот. Чем больше, это прямо богатство. Нет, ты должен забыть английский.

Speaker A

Английский - это язык агрессора. Да, я тоже это говорю. Как забудь его. Да всё.

Speaker A

Это же принадлежит Трампу язык. А ведь когдато это же принадлежит Великобритании. Ну, смотри, ну ведь когда-то же было почётно знать язык врага.

Speaker A

Так нету языка врага. Ну вот в том-то и дело. Нету этого. Это какие-то бадланы, которые к власти пришли, используют наследие предков и просто говорят вот такими вибрациями звуковыми.

Speaker A

Да. Они это не запретали. Когда я слышу, что говорят, что надо запретить, ну это, мне кажется вообще просто, когда говорят нельзя. Вот то же самое Росликова.

Speaker A

Почему я сегодня вспоминаю? Потому что интервью его смотрел. Вот нам везде запрещают на нём говорить: "Блин, да не запрещают, нам сейчас запрещают, нам запрещают". Я могу привести тебе даже пример закона, где запрещают.

Speaker A

Ну вот сейчас вот мы сидим на каком говори. Нет, пока что не могут. Пока таких законов не принято пока что.

Speaker A

А где запрещают? Предвыборный агитации ты не имеешь права использовать русский язык. Я рекламу. Почему? Потому что тебе оплачивают рекламу с госдеег. Правильно? Из этого тебе даётся государственный бюджет и тебе даётся рекламу.

Speaker A

Да. Ну это госденьги тогда. О'кей. Да. Почему тогда на латышском? Почему там регулировать в смысле? О'кей.

Speaker A

А человек хочет с избирателями. Вот русские избиратели, он хочет с ними по-русски общаться. И ну тогда на свои пусть говорит. Ну, ну не знаю. Ну, а как? На рус, ну подожди. Я же говорю, я же говорю о том, что нам же не запрещают на

Speaker A

нём говорить в этом помещении. Нет, в парламенте. Латвию нам нельзя. В парламенте нельзя. В школах нельзя. Ну преподавать нельзя. Люди же общаются.

Speaker A

Нет, преподавать нельзя. Посмотри, зайди в русскую школу, где все на русском. Зайди на последний звонок. Все на латышском. Говорят, всем не удобно. Даже когда я учился, уже было типа учиты и всё равно все учили там. Вот не всем

Speaker A

неудобно. Я помню, как наша классуха говорила на латыском. Всем не удобно. Тяжело, да, но почему ну что изменилось с тех пор?

Speaker A

Почему в то время тоже должны были преподавать на латышском? Не должны были. Должны были. Я же тебе говорю, когда я учился, они должны были преподавать на латыжском. Да, но почему тогда это не было так актуально, а сейчас актуально?

Speaker A

Было актуально. Я сидел, думал, что мы сейчас делаем. [смех] И моя математичка тоже с акцентом говорит. И, ну, все, все понимают, как сейчас можно на русском быстрее, ну, изучать типа математику.

Speaker A

Ну, просто тогда на неё не стучали, как поэтому вот примеры, да, нез только это только первый пример. Давай разберём его, мне будет интересно. Послушайте, вот у человека есть, допустим, он ориентируется на русскоязычных избирателей. Русская давай возьмём не русских, а армян. Давай

Speaker A

возьмём например. Нет, я давай мой пример размотрим, потом твой рассмотрим. Допустим, вот он хочет предвыборную агитацию сделать. Плакат, что вот я такой-то, голосуйте за меня.

Speaker A

Такая-то программа в русском городе, допустим, где большинство Даугов. Каком русском городе? Ну, в Риге, допустим, дав в рускоязычном городе, типа.

Speaker A

Ну, можно русскоязычный гороский город, как он русский. Русские города в России. Не, не обязательно. Это там российские города могут быть русские, могут быть дагестанские города, чеченские. Это я говорю по языку. То есть я могу назвать, почему если в Латвии в этом городе

Speaker A

говорят на русском, там же вот русский начит, ну вот русский голбов пился жеж тоже по-латыски говорят.

Speaker A

Ну, большинство говорят, ну, мы можем знать, большинство или нет, но по факту это же латвийский город.

Speaker A

Латышский город. Латвийский. Нет, нет, латвийский. Не латыжский. Я могу назвать его русскоговорящим либо русским городом. Это не меняя статистики того, что там большинство людей говорит по-русски, как и в Риге. Большинство людей говорят по-русски. Это вот, когда кто-то говорит про статистику, вот для

Speaker A

меня всегда вот очень странно это звучит. Ну какую статистику? Государственную. Я могу тебе ссылка будет в описании, можешь посмотреть.

Speaker A

Государственная официальная статистика, которая говорит, что большинство людей в Риге говорят по-русски и в Дагопилсе тоже большинство людей говорят по-русски. В двух самых крупных городах Латвии большинство.

Speaker A

И государство это говорит, да, официально говорит, ну, есть такая ссылка государственная на государственный сайт. Да, я не понимаю, почему почему тогда вообще какие-то вопросы есть, если есть государственный государственная статистика, подтверждённа государством, что в Риге больше людей говорят по-русски,

Speaker A

да, и так есть агитация на русском запрещается. Вот вот в чём да это странно, если они сами говорят, что здесь русских больше. Но так даже если бы их и было меньше, какая разница, зачем вообще принимать законы, которые запрещающие на каком-то языке

Speaker A

общаться с избирателями и агитировать любой корес. Ну как они не смотрят. Смотри, опять же, мы говорим о вещах, которые моё мнение и как должно быть, это же разные вещи. И как я хотел бы, чтобы было, это тоже разные вещи.

Speaker A

Говори, как ты чувствуешь, да? Скажем, ээ, сейчас, как они смотрят, вот страной управляют, ну, больше там латыши правильно?

Speaker A

Все латыши, да, управляют целиком, да, и они видят вот так. Опять же, мы говорим о правилах игры, которые они создают, чтобы меньше шумели русские, они вот выносят такой закон.

Speaker A

Не так это понятно. Справедливо это или несправедливо, да? Это другой вопрос. Так вот, про это и хотим про тебя поговорить. Не то, что они там приняли, это мы знаем. А как ты считаешь? Ты просто сказал, что как будто это о'кей.

Speaker A

Ты считаешь, [откашливается] это разве нормально или нет? Что нельзя агитировать за рус на русском языке? Используя, да, русскую рекламу и так далее.

Speaker A

На сегодняшний день глазами типа латвийского правительства это нормально. Моими. Я вообще хочу, чтобы на армянском всё говорили.

Speaker A

А так кто армянский мало кто знает. Зачем. Почему не Мы тоже согласны. Кстати, на армянском тоже нельзя. Тоже кстати, на армянском тоже нельзя. Да, но смотри, вот я против, я против. Почему нас не считают тогда, если мы меньшинство,

Speaker A

тогда уж мы говорим, если там русских запрещают, почему армян никто никогда не слушает, если мы говорим о том, что типа потому что ненавидят только русских, о чём я тебе до этого говорил? Меня не считают здесь за своего врага. Армяне

Speaker A

типа о'кей, но типа те, кто не понимают, что я армянин. Ну да. понимаешь эти законы они созданы не из-за логики тамзыковой а именно изза ненависти конкрет для тебя это открытие открытия ника открытия нет никакого это очевидно что сегодня ещё раз возвращаемся что

Speaker A

сегодня направилено на то чтобы типа меньше русского здесь было и так далее и я понимаю почему они это делают чтобы здесь меньше вот русским было свободы и так далее нет это мы тоже понимаем чтоб так я не хочу опять же я говорю повторюсь третий

Speaker A

раз. Я не хочу, чтобы так было. Я не считаю, что языки могут как-то там влиять, агитации и так далее. Если человек чёрт, [фыркает] то ты говори вот чертом на латышском или на русском агитируй, не агитируй. И и люди же тоже, ну как, ну если тебе

Speaker A

говорят: "Не может это стать причиной то, что тебе не по-русски рассказали, это не может стать причиной того, что ты за него не проголосовал. Ты что-то не допонял, возьми переводчик.

Speaker A

Зачем? Я кажется, Зачем? Подожди, зачем? Так на русском пусть агитация будет. Почему? Зачем запрещать? Е, зачем запрещать? Лишнее движение.

Speaker A

Ну, так ли это лишнее движение. Так лишнее движение переводить тогда. Все начнут по-русски. Всё, пускай. И что? А что плохого? Что зачем? Подожди, если чел политик и он понимает, что электорат есть, он будет на этом языке говорить, а его запрещают,

Speaker A

чтобы меньше конкуренция была. Это нечестно. Смотри, большая часть русскоязычных избирателей, они вообще не граждане.

Speaker A

Они не избиратели. Граждане не могут голосовать. большая часть тех, кто голосует за росли, то не голосуют, а поддерживают его в комментариях. Вот я ошибся, те, кто его поддерживают, у них нет И когда мне говорят И когда мне говорят, что за

Speaker A

Алексея там ох, сейчас мы захватим планету, так эти люди, которые его поддерживают в комментариях, они просто не граждане, так они не могут голосовать вопросто-то в другом. Вопрос, почему надо запрещать агитацию на русском? Что плохого?

Speaker A

Если даже русский не выгоден, ну так я сам проиграю. Да. Так и всё. Нет, если это типа мне ничего не даст, так разрешите, а это уже мои проблемы.

Speaker A

Если ты спрашиваешь моё мнение, я за то, чтобы Да, я за то, чтобы на всех языках можно было на английском, на русском, на китайском. Лишь бы вот людям донести, что я хороший парень и чтобы меня все поняли.

Speaker A

Запрещать агитацию на русском языке неправильно. Правильно. Нет, почему мы тоже понимаем. По моему видению, не не только это неправильно. По моему видению конкретно про это. Да. Ой, да, Мавел, давай зафиксируем, что мы не будем говорить для чего делает

Speaker A

государство. Мы всё прекрасно понимаем, почему они это делают. Мы хотим узнать именно не, чтобы ты оправдывал их действия, а как ты мыслишь. То есть, если мы задаём вопрос, допустим, как ты считаешь вот это вот и такой: "Тут согласен, тут не согласен, тут надо, не

Speaker A

надо". То есть их не обсуждаем, мы знаем, почему они это делают прекрасно. Да. Если меня, как типа вот я, например, избиратель, смотри, вот я избиратель, и я такой иду и там, ну, не знаю, возьмём, кто политик, там, Вася какой-то там,

Speaker A

но я такой читаю по-латышски, и я понимаю, что он от меня хочет, ну, что он мне хочет донести. Я читаю по-русски, я понимаю, что он может до меня донести. И как будто бы, когда ты гражданин этой страны, ну, ты должен

Speaker A

понять. И то, что по-латышски написано. Ничего не должен ты никому. Как ты может быть должен кому-то опре? Ты родился, нахуй, у тебя кому-то чтото нет. Тогда мы можем говорить во что тогда я вообще никому ничего не должен.

Speaker A

Ну да, продолжай. Как это хорошо, если смотри, я не должен соблюдать никакие нормы этики, ничего. Нет такой фразы, ты никому ничего не должен.

Speaker A

Есть. Продолжай. Так, я тебе могу по-любому только задай конкретный вопрос, я тебе по-любому вопросу отвечу.

Speaker A

Хорошо. Вот смотри, я физически сильнее многих там, что я не должен соблюдать какие-то определённые рамки закона. И вот я сейчас нападу на тебя и кепку твою отберу. Это справедливо?

Speaker A

Подожди, только что обсуждали. Отвечаю на вопрос. Задал вопрос отвечаю. Единственные законы, которые ты действительно физически не сможешь нарушить- это законы природы. Да. Это [откашливается] единственные законы.

Speaker A

Остальные вот тоже даже ты привёр меня привёл. Я сильнее тебя. Вот ты меня можешь там избить сейчас, например? Можешь. Ну можешь. А что тебя остановят? Только законы природы. То есть если бы я физически природно был бы тебя сильнее,

Speaker A

я бы тебя остановил. Ты меня ничего, ты меня изобьёшь, но ты знаешь, что есть быдлозаконы городские, и ты из-за этого только меня не бьёшь, потому что тебя полиция может арестовать. Почему? Нет, не из-за этого.

Speaker A

Ты думаешь так мне ты мне за Если ты захотел его избить. Ты бы если бы захотел именно захотел я бы какой-то Слушай, если бы я хотел бить всех, кого я хочу бить, я бы уже давно бы всех побил.

Speaker A

Ты бы и побил. Не, Мал, ты не понял, гипотетическая ситуация. Если мы рассматриваем ситуацию, что если ты, допустим, хочешь ударить Ликея, ты бы ты захотел вот гипотетически, да, только законы природы тебе могут помешать, да? Тебе могут помешать только законы

Speaker A

природы. Остальные законы, писанные людьми, ты можешь сам выбрать, соблюдать их или нет. Или мама тебя воспитала, хочешь соблюдай то, что она тебе сказала про мораль. Это твой выбор.

Speaker A

Единственные законы, которые, ну, невозможно нарушить физически - это законы природы. А вот писанные, где тебе говорят на латышском говорить, ну, это такое вызл-вызл. Сейчас такая, такие челы у власти, такая писанная бумажка.

Speaker A

Понимаешь, о чём я? Ну да. Ну так а что? Ну вот я говорил про латышский русский.

Speaker A

Да ну подожди. Я запутался. Ты очень вот так вот всё ты задал вопрос. Задал вопрос.

Speaker A

Есть государственный язык. Тебе сказали. Нет, нет, я задал тебе другой вопрос. Я тебя спросил по поводу того, что ты говоришь, никто никому ничего не должен.

Speaker A

По факту значит каждый делает, что хочет. Нет. Ну почему нет? Подожди. Нет. Вот теперь ты говоришь: "Да" и нет.

Speaker A

Ну ты у меня спрашиваешь или у него спроси у кого спрашиваю. Каждый делает, что хочет. Получается, да? В законах природы. Но это да или нет? Уже послушай в законах природы. Но так как мы живём в [ __ ] городе,

Speaker A

да? Угу. тебя нас ограничивают. Мы не можем делать то, что мы хотим. Угу. Тебе приходится подчиняться.

Speaker A

Всё-таки должен. Не должен. У тебя есть выбор. Наружь и сиди. Да ну получается, что ты логически природа тебе подсказывает, что ты не должен на Нет. Природа те Нет. Природа тебе подсказывает делать, что хочешь.

Speaker A

Терпеть. Кто тебя останавливает? Кто ты сам? Тебе сказали, что за это будут посветь. Сам это подожди, а ты сам это не природа твоё природное? Да, вот именно.

Speaker A

И ты природный. Городе мы несчастны, потому что нас ограничивают. Соответственно, природа тебя ограничивает всё-таки.

Speaker A

Нет, бадланы, которые написали на Давай ещё раз вернись назад на минутку. Получается, ты говоришь, что природа тебе всё разрешает, и это единственное, что может тебя остана.

Speaker A

Я сказал, что ты не можешь нарушить только законы природы. Ты их не можешь нарушить никак.

Speaker A

А кто тебе советует? Твой разум - это природный или нет? Твой разум - это природный или нет?

Speaker A

Что такое разум? Ну вот твоё, не знаю, мысли твои, решения какие-то, они на что. Это природно или нет?

Speaker A

Ну это, наверное, опыт жизненный. Он тебе подсказывает, это природно или нет? Ну город не природно абсолютно.

Speaker A

Ненене не, я же не про город говорю. Вот ты в целом, вот ты принимаешь все природные изначально, да? Мы все природные.

Speaker A

И ты когда делаешь выбор убить и сесть или не убить и не сесть, это природное решение или какое природное решение? Если я хочу убить, я беру и убиваю.

Speaker A

Ненене, ты опять. Ты говоришь, я хочу убить. Нет. Само принятие решение. Делать или не делать. Терпение - это природное или неприродное?

Speaker A

Нет, абсолютно нет. Терпение неприродное. А что те, да, а что тебе советуют? Нарушить или не нарушить? Вот не не убить и не убить, а именно вот нарушать или не нарушать. Это природно тебе советуют или нет? Вот не природно.

Speaker A

То есть получается, что тебя ограничивают, то есть тебя ограничивает что-то неприродное. Получается абсолютно, да, писанные законы. Так ты, получается противоречишь себе?

Speaker A

Нет. Да. Ну а как тебе тогда? Ты говоришь, ограничить тебя может только природное, да?

Speaker A

И теперь ты говоришь, что это неприродное тебя ограничивает. Только что это сказал? Ты не можешь. Я тебе ещё раз говорю, я так не говорил. Я сказал, ты не можешь нарушить. Нарушить только законы природы. Ну как бы ты не

Speaker A

старался, прыгни 5 м, не можешь нарушить эти законы. Но неприродные писанные законы можешь нарушить легко.

Speaker A

Но там есть выгода. Смотри, а что тебя сохраняет от того, чтобы не нарушить? Твой природный инстинкт, что, ну, не надо, наверное, сейчас убивать коринском. Нет, говори про русский.

Speaker A

Наш какой инстинкт? Тебе, [ __ ] написали русский запрещён. Что за [ __ ] Какие-то временные бадланы тебе написали русский запрещён. Нет, мы с этого начали. Ты ушёл. Мы с этого начали.

Speaker A

Да я ушёл. Нет, я никуда не уходи. Давай, давай вернёмся. Я вспомнил, с чего с этого начали. Я вспомню, с чего началось всё. Угу. Ты сказал, что вот читаеса на русском и ты же в Латвии должен типа это понимать. Я вот сечас

Speaker A

скажу, что ты никому ничего не должен. Ты нету какого-то даже закона, который говорит: "Тебе нужно понимать эту надпись". Нету. Хочешь, не понимай, можешь учить другие языки.

Speaker A

Мне кажется, это очевидно, что ты должен понимать, почему ничего ты не должен. Как это вот я свободу человека скажу, почему должен есть есть страна, есть в нём язык и есть там типа, ну, не знаю, флаг. Ты должен его понимать и уважать, наверное. Мы

Speaker A

можем про всё, смотри. Ну опять же мы можем про всё говорить, что никто никому ничего не долго.

Speaker A

Почему ты решил, что я должен что-то знать, понимать, читать? Почему? Кто кто судья и говорит мне, что я должен что-то делать? Вот кто кто кого я должен, если ты гражданин, да неважно гражданин. Мы же говорим про граждан, мы же про голосующих людей

Speaker A

говорим. Про Нет, нет, нет, нет. Ты опять видишь, расширяешь. Я говорю, если ты гражданин, тебе говорят вот по-латышски, мы же мы же до этого про это говорили. Если гражданин странны, ты должен понимать латышский.

Speaker A

Почему? Кто сказал чьей это право? Кто сказал? Это у тебя, когда ты подписываешь бумажку, когда паспорт тебе выдают, ты говоришь, что ты чтишь там законы страны, тогда не подписывай и не принимай гражданст.

Speaker A

Там нету знака. Я обязуюсь понимать латыский язык. Я обязуюсь сохранять единственный язык. Ты плохо читал. Значит, я не сдавал на граждан. Я гражданин Латвии с рождением не нужно сдавать. Вот если ты конституцию почитаешь, что одно из главных прав человека,

Speaker A

так это писано закона каких-то людей. Завтра другие чуваки кладут. Опять же вы всегда будете говорить, что это кто-то написал и можно не соблюдать.

Speaker A

Тогда возвращаемся к убийствам. Давайте убивать. Нет, давай конкретно вот эти вот. Подожди. Про убийство тебе даже про убийство мы тоже можем поговорить.

Speaker A

Там то же самое будет. Рассмотрим именно момент про язык. Ты говорил про язык и не уходим в сторону.

Speaker A

Ты говоришь, что человек должен что-то понимать, какие-то надписи на каком-то языке. Я говорю, что почему никто никому не должен. И ты имеешь право даже не понимать. Понимай. Ты не понимай и не понимай.

Speaker A

Ну вот. Но не надо говорить мне, что я должен это понимать. Нет. Так ты не понимаешь и ты не понимаешь, о чём говорят. И ты остаёшься где-то в стороне, не понимая.

Speaker A

О'кей. Да, это мой выбор. Хорошо. Да. Ну так а зачем? А зачем тогда тебе должны? Как будто бы ээ не должны вот они там, кто хочет до тебя донести. Вот я себе говорю, чтобы меня поняли, я должен донести, да, вот я должен

Speaker A

правильно донести, но я не должен это делать на двадцати языках и каждому объяснять, чтобы он понял.

Speaker A

Ты не переделать то, что хочешь по поэтому я там, вот, например, человек, будучи латышом, он по-латыски говорит. и в стране, в Латвии, как будто вот я опять же, я знаю, что вы против этого, но я не считаю, я не считаю, что русский

Speaker A

должен быть вторым государственным. А против чего мы это сказали? Ну вот против того, что типа латыжский единственный государственный. Мне вообще так кажется.

Speaker A

Я не против. Мы ни разу не говорили, что мы против латыжского единственного государственного. Ни разу не было у нас стейка такого. Мы никогда против латыского языка ни одного. Ты же ты же за то, чтобы русский стал вторым государственным.

Speaker A

Я считаю, за того будут только плюсы. Почему нет? Конечно, потому что это дабы отображало реальность. Можно даже делать не государственным, а просто официальным признание, что официальны. Не государственным. Я же про это спрашиваю.

Speaker A

Да, почему нет? Я не вижу ничего плохого в этом. Если бы русский был официальный, было бы только больше плюсов от этого.

Speaker A

Не, ну а если ещё плюс английский, подожди, если ещё английский был бы ещё рус именно, если вы хотите реальность отобразить, никакого закона про языка не должно быть. И реальность сама покажет, какие языки выживут, да, и всё. Люди сами будут общаться, как им

Speaker A

удобно, и реальность покажет. Вот я смотрю глазами латыша, я их понимаю. Почему они так пытаются? Мы все понимаем, да? Но зачем тогда им мешать? Ну они сохраняют.

Speaker A

А мы ничего не можем. Как мы можем помешать? Вот я тебе больше скажу. У меня вот пацаны латыши молодые, вот они в раздевалке переодеваются. Я сижу и слышу на английском говорят.

Speaker A

Да ты на английском говорят молод. Я думаю, кто там пришёл? Какой-то иностранец, наверное пришёл, потому что их было трое. И выхожу, они между собой говорят: "Так поли пройде 10%, ты сам знаешь. Я латышского не слышу.

Speaker A

Но есть же латыши, которые, ну, прям, ну, там, тоже не со злом, да, не надо всегда с негативной стороны смотреть.

Speaker A

Они реально хотят этот язык сохранить другого пути, но добавляя сюда русский, английский и так далее на официальном уровне, их язык латышский, он уйдёт вообще.

Speaker A

Это просто ускорит исчезновение неизбежно. Но они пытаются сохранить его. Так, подожди. Они сохраняют свой язык, на котором они говорят, запрещая нам говорить на нашем языке.

Speaker A

Не запрещая тебе говорить просто. Запреща смотри опять же гори нельзя учиться на русском. Нельзя учиться на русско.

Speaker A

Нельзя агитацию на русском. В парламенте нельзя на русском говорить. Русские СМИ убирают. Они пытаются нас всех, чтобы все учили латышский, чтобы он сохранился. Тебе же не говорят дома там не разговарива и так далее. Много тебе не говорит. Потому что

Speaker A

из-за того, что мы вот я тебе честно скажу, вот я сейчас понимаю, что лучше бы я латышский учил бы в детстве получше и на нём общался всю же сеча мне бы сегодня было бы проще. И сейчас, когда если допустить всё ещё больше русского

Speaker A

языка, опять же, я говорю с их глаз, это больше русского языка, латышский ещё быстрее пропадёт. Ты и так говоришь, что на государственном уровне говорят, что русский язык в Риге основной.

Speaker A

Большой солё говорят на русском Риге, да. Официальная статистика Латвии. Да. Вот мне кажется, нет официально они написали всё работает само по себе без законов. Смотри. Угу.

Speaker A

Английский язык нигде не навязывается, но многие люди изучают язык, потому что он выгоден, в нём есть польза.

Speaker A

Твой язык, он не мёртвый, он умирающий, но ты как патриот, как представитель этого языка, ты же пытаешься сохранить.

Speaker A

Да всё равно, если твой родственник умирает и ты это понимаешь, ты всё равно пытаешься его спасать.

Speaker A

Ну, ничего не даст. жив свое се общаешся любом языке се такой хочу его сохранить а что сохранить ты говоришь на нём вот у тебя твоё племя твои не знаю друзья говорите я бы на их месте ну на их почему-то я всё время их

Speaker A

как-то отделяю я бы на месте латышей я бы чуть по-другому всё сделал я бы не запрещал бы русский язык я бы лучше своим латышам молодым бы вот этот патриотизм я в зале всем вот только вот это наш флаг вот это надо уважать

Speaker A

вот Манвел, так это не работает. Знаешь, как Вот ничего не надо вообще навязывать. Если человек понимает, что выгоден язык, так он его выучит, да, как и всё. Не надо даже ничего делать, как английский. Не надо даже навязывать.

Speaker A

Ну хорошо, ты хочешь сказать, что на планете должно остаться два языка, русский и английский? Получается, я [смех] хочу ска Подожди, я хочу, я хочу сказать то, что я сейчас скажу.

Speaker A

Спроси у меня, какой язык я хочу, чтобы остался на планете. Какой язык ты хочешь, чтобы какой science? Чтобы люди вот так только разговаривали. Никакой язык устный словами. Да.

Speaker A

Окей. Давай с тобой буду говорить. Вот и всё. Поэтому ты спроси, а не говори, что я хочу сказать. Но мы же есть вещи, которые надо сохрани.

Speaker A

Природе нет языка. Язык нас разделяет. Да, да, да. Это для тебя открытие. Что ты так говоришь? Язык разделяет. Это же понятно. И границы разделяют страны.

Speaker A

Это всё понятно. И когда ты хочешь сохранить я лотышей понимаю, почему они пытаются. Мы все понимаем природно. И ненависть мы тоже их понимаем природно. Но у нас же на бумаге написано, что мы не природно живём, а по законам. А по законам всё

Speaker A

противоречит, [ __ ] свободам. Понимаешь? Если природно, мы все понимаем, конечно, ты что? Мы это все выпуски говорим.

Speaker A

Судненько, да? Но они же по бумаге нам как бы говорят, что мы должны жить. А по бумаге, потому что мне кажется, это единственный инструмент, который у них остался.

Speaker A

Я думаю, что на самом деле дело не столько, что люди говорят, что, допустим, небольшие народы по всему миру хотят, говорят, сохранить язык. На самом деле они просто хотят унизить и запретить вот людей, которые им не нравятся. Они такие: "Блин, а мы вот

Speaker A

сделаем всё по нашиму". Да. То есть тут дело даже потому что, ну вот смотри, вот, допустим, даже мы живём, допустим, в стране, допустим, какой-то два языка, условно, да, группа говорит на одном языке, это на другом такой: "Я хочу

Speaker A

сохранить язык". Так ты говоришь в своей семье, твои дети будут говорить на этом языке, ты в школе будешь говорить на этом языке. Как он может исчезнуть? Вот, допустим, даже в теории сохранить, да и какая разница, что будет через 1.000 лет

Speaker A

условно, может, вообще этих языков не будет. Нужно думать о том, что вот ты живёшь сейчас, дети говорят на твоём языке в школе, на твоём языке. Мы же никогда не выступаем против там латыжского языка, не дай бог, вообще против другого языка. Сейчас, секунду,

Speaker A

секунду. Мы же не выступаем против никакого языка. Раньше было в Латвии русские школы, латышские школы, все учились, никто никому ничего не навязывал. Каждый вот живёт, говорит на своём языке, а уже когда встречаются там и вот говорят как угодно, кто хочет. Но

Speaker A

не было такого, что русские приходят в латыжские школы и говорят: "Рлатыжский под запретом, мы хотим убрать его, чтобы языка не было". Такого не было. Но с другой стороны, мы видим, что происходит обратное, что как разтаки латышские политики русский язык запрещают и делают

Speaker A

всё возможное, убирают русский язык из программы, чтобы люди даже его специально не знали. Хотя русский язык - это самый распространённый язык в Европе, это самый выгодный язык именно в Европе по числу носителей.

Speaker A

И этот язык gang science, да. Ну вот, то есть тут дело не в том, что они как-то вот рационально правильно мыслят, нет. Они хотят именно как-то подавить это всё. К тому же мы все знаем, что Европа уже перекрасилась, и мы только следующие на

Speaker A

подходи русский не язык. Как раз таки именно английские и другие языки могут даже быть угрозой. Вообще не может быть угрозой.

Speaker A

Да. Ну вот если ты согласен, что язык не может быть угрозой, то почему тогда не сделать русский, допустим, официальным языком Латвии? Это как раз-таки отображало бы реальность того, что тут происходит, а его наоборот запрещает отображала бы реальность. Но опять же ты

Speaker A

говоришь, если мы живём здесь и сейчас, то вот язык - это самое последнее, наверное, что меня заботит здесь и сейчас сегодня. И что будет через 100 лет и через 200? Вот язык меня меньше всего волнует.

Speaker A

Не, ну то, что тебя волнует, нет, но мы же обсуждаем эту тему именно сейчас. То есть ты всё-таки, ну, понимаешь, что латышский язык, разве русские как-то нападает на латышский язык? И вот как-то они вот мы живём, допустим, вот я

Speaker A

родился, гасит, конечно. Каким образом? Вот объясни мне, каким? Что? Смотри, ну, приведи пример. Ээ, приведу пример.

Speaker A

Ээ, здесь же очень много людей, которые учат русский язык, и он для них типа приме при при, ну, primarри ээ учат русский язык. У нас в школе не преподадут русский язык, даже вот дома там и так далее. Ну, вот

Speaker A

русскоязычных жела говорит, весь город, весь город говорит по-русски. Ну, там большая часть города говорит по-русски.

Speaker A

А как им сохранить латышский, если вот люди не хотят учить латыш? Вот есть закон природа, ты не попрёшь против них. Вот реальность такая.

Speaker A

Так, подожди. Просто законами ты неудобно неудобно закон ты неудобно законами просто определённому поколению делаешь ты не остановишь поди не поколени здесь уже вопрос не поколений здесь ещё уже идёт вопрос что русский это даже не угроза для латышского е

Speaker A

русские люди русские люди не хотят учить латыжский получается почему подожди подожди почему тогда они не понимают подожди извини ты сказал что вот в Риге, допустим, условно вот в Риге, в Латвии большинство людей по статистике говорят по-русски в Риге так же само эти люди

Speaker A

сказал это не я сказал сказал да это официальная статистика я честно не верю в эту статистику. Вот.

Speaker A

Ну ты можешь не верить. Я не думаю, что государство такая латвийская такая. Напишем, что русских больше в Риге, как будто. Ну зачем вам это делать?

Speaker A

Для меня странно это слышать. Ну о'кей. Особенно в том, особенно в том, э-э, в той парадигме, в которой мы сейчас живём да даже если бы это была правда, вряд ли бы они об этом написали.

Speaker A

Ну это есть на официальном латвийском сайте. Я тебе даже, ну, ты ссылку видишь под выпуска вообще есть. Я в каждом выпуске всем гостям это говорю. Для многих это новость почему-то.

Speaker A

Ну вот и ты говоришь про латышский язык. Вот латыши в Риге, русские в Риге и русских как будто по-русски больше говорят. Да.

Speaker A

Да. И ты говоришь, как им защить свой А что защищать? Ты говоришь на нём: "Латышские школы никто не запрещает, да?

Speaker A

Латышский язык реклама везде. В парламенте, в Думе игра по латышскому". А кто его запрещает?

Speaker A

Ну когда ты даёшь право выбора и больше выбирают русский, соответственно гасится латышский. Ну выбирают это. Значит, родился парень в Риге в латышской семье, он идёт в латышскую школу. Русский паре в русскую школу.

Speaker A

Для государства это же неприемлемо. Слышь, давай говорить не про государство, а про тебя, про твои взгляды. То есть именно как ты мыслишь.

Speaker A

Мои взгляды. Я же тебе ещё раз говорю, мне вообще языки плевать на них. Я выучил. Смотри, ты сказал сначала плевать, но изначально ты сказал государственны латышский, значит, не плевать. Госдарствен латы живём в Латвии, государственно латы каких-то людей.

Speaker A

В России какой государственный язык? Не знаю, что. А в камиру, русский, французский. В России, кстати, в федерациях много государственных официальных языков.

Speaker A

Республика Давай и не бегать опять. В России какой государственный язык? Ты бегаешь права дагестанский? Нет, нет, нет, нет. Про Латвии латыский государственный. Всё.

Speaker A

Какой ещё может быть государственный? Так, это же просто люди собрались, на бумаге написали, верно?

Speaker A

А в других странах не так. Подожди, в каждых странах по-разному. Вот в некоторых странах три-четыре официальных языка.

Speaker A

В Швейцарии, да. В Финляндии 5%. В Африке, во всей в раз Финляндии буквально, по-моему, 5-10% готве.

Speaker A

Какая разница, что у них и это ты уходишь туда. Так мы не уходим, мы только про Латвию говорим. Если хочешь про другие страны, можем любую разобрать. Камерун. Начнём с него. Зачем нам Камерун? Вы про Латвию. Так вот, то есть мужики в пиджаках навязали один

Speaker A

язык, хотя мы смотрим, э, я просто мне иногда кажется, что вы как как эти, да, очевидно, что мужики в костюмах, и ты будешь последний человек, предпоследний против после меня, который вообще спросит, что в мире происходит и что они будут делать. Мужики в костюмах

Speaker A

придумали. Конечно, все законы придумали мужики в костюмах. Ты с ними согласился. Ты такой так: "В Латвии, конечно, я максимум живу 70 лет и Ну, это же дело каждого.

Speaker A

Каждый ты не защищаешь мужиков. Ты не за них сейчас говоришь, а за себя. Поэтому себя в Латвии надо знать латышский язык.

Speaker A

Зачем? В смысле зачем? Это как минимум уважение к к стране. Фамилией называй. Что такое страна?

Speaker A

Фамилией. Кто у нас сейчас президент? Я его так я его не знаю. Я своего отца знаю свою мать. У меня у меня есть много латышей, коренных друзей и так далее.

Speaker A

Вот считаю, что вот знание их языка латышка это моё уважение к ним. Хорошо. То я и к флагу так не обяза вашему размышлению вообще никто никому ничего не должен. Только то, что мы говорим. Вот только эти вопросы. Только

Speaker A

эти вопросы мы проходим. Задай мне ещё раз прямо вопрос, я тебе прямо отвечу. Я могу задать, если не будем отходить.

Speaker A

Только не говорить именно законы писанные оправдывать их. Именно как вот Манвел мысли - это твои мысли.

Speaker A

Ты бы хотел, чтобы русский был официальным языком в Латвии? Я бы хотел, потому что это отображало бы реальность, потому что тут огромное количество людей говорит на русском языке и хотели бы учиться и развивать этот язык и общаться на нём. Ты бы хотел или нет?

Speaker A

Я хотел бы я, чтобы русский язык был вторым официальным языком вла. Официальный, да, ровно как и английский, армянский, индийский и все языки, которые Потому что я не хочу. Ну вот так, да, вот все языки, чтобы были официальными в Латвии. Вот

Speaker A

все, которые мировые языки или только индийские, все на которых жители здесь есть, хотя бы три жителя есть, пусть будут официальными, чтобы им, особенно если они граждане, как ты говоришь, русскоязычные граждане, поэтому русский язык должен быть, если гражданин, вот я

Speaker A

гражданин, я армянин, гражданин Латвии, я хочу, чтобы армянский был государственным языком здесь, потому что нас тут 5.000, и мы хотим тоже понимать по-армянски, чтобы нам объясняли за кого голосовать.

Speaker A

Хорошо, без проблем. Это может, если будет какая-то партия, которая захочет на армянском это сделать, это было бы круто. Сейчас это, кстати, незаконно.

Speaker A

Они не могут это сделать. Только языки Евросоюза должны быть. Очень жаль. Кто Евросоюза? Да, можно агитацию только делать на языках Евросоюза. Специально.

Speaker A

А русский разве не язык Евросоюза? Нет, он в е он в Европе. Ну, часть России входит, и русский язык как бы в Европе он есть, но это не язык Евросоюза. Я понимаю, что ты говоришь, но мне кажется, что русский был в списке

Speaker A

языков русского. Евросоюза. Нет. Пока что нету, к сожалению. А какие входят немецкие? Ну, все, кто в Евросоюзе. А ну, как ты считаешь, должны ли какие-то вот законы и язык, должен ли он отображать реальность того, что происходит? То есть, условно, если в городе, допустим,

Speaker A

большинство людей говорит по-русски, а на территории Латвии, допустим, плюс-минус половина говорит по-русски, то как будто не признавать и запрещать русский язык, как будто это вообще запрещать вообще что-либо запрещать, по мне, это так себе идея. Ну, это же и

Speaker A

есть дискриминация. Какш? А если бы вот нужно было принять ещё один следующий язык после латыжского сделать официальным, какой бы это язык было бы лучше сейчас сделать?

Speaker A

Так, меня ты меня спрашиваешь армянский, да? Разве это отображало бы реальность страны? Нет. А почему? Подожди, ты меня спрашиваешь или реальность страны?

Speaker A

Ну, да. Не, ну да, ты живёшь в стране, да представляешь? Ну разве ты это отображал? Не, я смотрю реально, как ты смотришь, отображала ли бы эта реальность армянский, цыганский язык?

Speaker A

Нет, ты, ну, это же очевидный вопрос, что русский второй должен быть. Если мы говорим, что его надо признать, то это русский, потому что русскоязычных русскоязыч не русских, а русскоязычных больше всего, да? А как ты думаешь, если бы русские

Speaker A

сделали официальным языком в Латвии, от этого было больше плюсов или минусов? Для кого? Ну, для страны в целом, для людей, для жителей.

Speaker A

Для латышей минусов, наверное, было. Они бы, это повысило бы вероятность потери их родного языка.

Speaker A

Так, а для экономики, для страны, для людей, для проста. Для экономики очевидно, чем больше границы, тем, ну, это же, по-моему, логично.

Speaker A

То есть если был бы русский официальный языком, стал официальным языком бы открыли бы, если бы не было войны, мы открыли бы границы железнодорожные, мореходные. Латвия она вообще находится между Россией и Европой. Это же банальные вещи. Мы можем это рассуждать,

Speaker A

но это как будто слишком по-детски. Мы могли бы быть второй Швейцарии, у нас было бы три языка. Там четыре государственных плюс армянский. Это всё понятно. Но правила игры сегодня они чуть другие. К сожалению, к моему.

Speaker A

Да. Поэтому правила игры мы знаем, но мы их не обсуждаем. Я именно хотел твои мысли понять. То есть ты признаёшь, что если бы русский был официальным языком, то это было бы лучше.

Speaker A

Когда ты спрашиваешь, ты признаёшь, как будто звучит, что я на допросе сижу и мне надо что-то признать.

Speaker A

Не, ну ты согласен с незначем. С чем? С чем ты согласен с чем? Что если бы русский был официальным языком в Латвии, то для Латвии это было бы больше плюсов.

Speaker A

Для жителей для страны. Нет, для Латвии, для страны, в целом, для проценя. Давай, давай. Ты же сам разделяешь, типа, латыши. Лытыши. Для латышей нет. И я понимаю, почему. Для общей страны, конечно, да. Я ещё раз повторюсь, чем больше народов, чем больше границ

Speaker A

раскрытых, чем больше с соседями дружбы, это же очевидные вещи. А что, почему для латышей это было бы плохо?

Speaker A

Потому что они теряют свой язык. И как те? Вот, допустим, я латыш, я в семье говорю по-латышски, в школу хожу по-латыски, дети по-латышски говорят, в компании общаюсь по-латышски, признают русский официальным языком. И я такой, что что я теряю сейчас? Вот я пытаюсь

Speaker A

мне объяснить как пятилет. Ты теряешь вот люди, которые уезжают. Ну опять же ни для кого не секрет. Очень много латышей уе именно латышей уезжает.

Speaker A

Да. О'кей. И это влияет на тех, кто остаётся. Каким образом? Объясни. Вот я латыш. Я говорю сегодня пору.

Speaker A

Латиская культура уходит в Англию образно и становится английской. Потому что уходит это не без русского языка она сейчас уходит.

Speaker A

Подожди вопрос. Вот я говорю, мы признаёем просто на бумаге. Сейчас вот живёт есть латыжские школы, латыжские районы, города, всё в порядке. Латыжская семья, латыжские друзья, да. Подожди, они просто подписывают бумагу, что русский официальный язык в Латвии.

Speaker A

И вот он жёт. Как это на него плохо? Ну, будет вот вот он жёт. Как он почувствуе, что ему сейчас плохо? Что будет плохого?

Speaker A

Объясня. На сегодняшний день много русскоязычных, да, вынуждены учить латышский. В школах дети ходят, вот русско русскоязычные дети ходят в школу, учат латышский и далее говорят по-латыски, тем самым сохраняя этот язык и неся его дальше.

Speaker A

Так мы так его и учили. Только в русской школе. Рутыски говоришь? Подожди, Мавел, давай не пони вопроса. Я же спросил, как вот я, допустим, латыш, латышка семья, латыжская школа, признали бумажку, подписали, что русский официальный язык. Теперь можно делать

Speaker A

агитацию, можно там плакаты на русском снимать и так далечи на русском. Сейчас ещё раз сейчас дети вынуждены учить латышский, чтобы там то-то, то-то и то, чтобы вообще у них вот вот всё они живут здесь, учат латышский. Так мы и так учили.

Speaker A

Подожди, ну дослушай. Вот они учат латышский, они не учат русский. Их родным языком становится латышский.

Speaker A

Не станет. Нет. Родной язык, который говорит рождения. Как он в школе станет? Вы что знаете мало стоп. Вы знаете мало латышей, которые только говорят. Вот даже среди детей. У нас даже вот в баскетбол играют, в футбол играют латышские латышские дети с русскими

Speaker A

фамилиями. Там Ивановс вообще по-русски не отдупляет. Ну и что такое может быть? А как так получилось тогда? В смысле, ну и что? А как так получилось? Он из русской семьи, он стал латышом. Он не понимает русский.

Speaker A

Как так получилось? Он же русский был. Он же был русский. Язык определяет. Ты для Латыша будешь русским.

Speaker A

Смотри, его предки были русские. Это никого не интересует. Мы же про это говорим. Так, через 20 лет то же самое будет с теми русскими. Так, ты говоришь, что было, а сейчас не будет.

Speaker A

Нет. О'кей. Подожди, Маэла, я всё равно не понимаю. Вот я, допустим, латыш. Я в латышской семье, в латышской школе, в латыжском районе. Подписывают, подписывают бумагу, что русский теперь официальный язык, даже не государственный, просто они признут: "Вот тут живёт, теперь можно

Speaker A

русский язык учить, в школах преподают и так далее". Как я, как латыш, почувствую какую-то угрозу? Почему мне плохо от этого должностать? Вот я не понимаю, почему я как-то должен от этого страдать или что? Вот ты сказал, что латыши

Speaker A

третий раз говорю, потому что потому что уменьшается количество латышей. Они же природно природно они вымирают. Их мало рождается, а больше умирает. Да. Так и становится меньше, меньше. Смотри, и если сюда допустить русский язык как официальный, русским семьям Иванову, он

Speaker A

уже не станет ивановцем. Опять же, это в их глазах. Ты спрашиваешь, почему. По-моему, угроза. Да, по-моему, угроз вообще нету. О чём? Я тебе уже раз пять сказал.

Speaker A

А не, ты сказал, что как раз есть угроза латышам что для латышей, да, их глазами, конечно, есть. Они же так не понимаю, как что детям, русским детям позволено говорить по-русски, они останутся русскими. А так они поменяются и превратятся в ивановцев, смирновцев,

Speaker A

которые не понимают. Они просто превратятся в латышей. Каким образом? Они всё равно будут ходить в русскую школу, в русский район.

Speaker A

Ещё раз. Да, они будут ходить в какую русскую школу будут ходить. Ну я тебе скажу так. Вот, допустим, у меня на районе в Иманте, по-моему, одна латыжская школа и три русских.

Speaker A

Сейчас, ну, это условно, ну, это типа они бывшие русские школы, всё равно все понимают.

Speaker A

Там всё равно все дети русские и учителя всё равно говорят, пытаются с ними иногда на русском общаться. Вот. Ну, насколько вот я спрашивал, есть одна латыжская школа, и всё равно в русской школе, которая раньше типа была русская, сейчас типа она не русская, хотя всё

Speaker A

равно то же самое абсолютно ничего не поменялось. Через 20 лет-то она будет такая или не будет?

Speaker A

Если если убрать русский язык, она же превратится реально в латышскую. Так нет, русский язык не угроза. Европа будет другого цвета, даже не, ну, не русского.

Speaker A

Ну, смотри, ты уже ушёл в другой цвет. Мы сейчас говорим про русский, латышский. Вы сами как-то вот я Нет, ты уходишь на 20 лет, а я тебе говорю, это неправда. Через 20 лет даже не русский или латы.

Speaker A

ировторы воощеру неворят, а е через 20 лет по практике тех 20 лет и остальные перестанут говорить. И для латышей это хорошо, потому что у них будет много латышей.

Speaker A

Так тут будут пакистанцы одни и арабы. Это же другой вообще это же вообще другая тема. Ты сейчас добавляешь со стороны соуса пакистанской и индусского. Да, ты на 20 лет вперёд уходишь. Мы говорим про сейчас, но если ты хочешь уходить на 20 лет,

Speaker A

я тебе объясняю на практике Иванова, который превратился в Ивановса и как они рассчитывают, что будет дальше, так и будет.

Speaker A

Такого нет. Что ты говоришь? Просто этого нет. Какой воно наты будут у нас индусы все тогда. И русских здесь не будет. Так и русских не будет. А как ты сохранишь? Дада. Тут будут индус. Го ты не можешь природу

Speaker A

остановить. Ты бы лично не вот тот, а вот ты бы хотел, чтобы детям в Латвии, в Риге, в школах разрешили учиться на русском, как это было раньше. Они такие: "Вот мы хотим учиться на русском". Вот твой ты президент, твой закон разрешаешь

Speaker A

или такой нет? Будете на латышском учиться, как бы ты поступил? Слушай, смотри, я ещё раз скажу, я не хочу никому ничего запрещать, да, но для развития типа вот Латвии, латвийскости в Латвии, пусть лучше учат латышский.

Speaker A

Не хорошо, они говорят: "Манвел, вот приходим к тебе, нас очень много людей в Риге, большинство говорит по-русскому.

Speaker A

Мы вот хотим, чтобы школа была на русском языке и чтобы мы учились на русском. Русская литература, русский язык там и так далее". Ты им говоришь: "Ладно, учитесь на русском". Такой нет, учитесь на ласко. Смотри, вот в идеале в

Speaker A

моём понимании вы учитесь все на латышском, но русский язык он остаётся. Вы учите русский язык, русскую литературу, как как ну пусть будет как там второй язык или я не знаю как что. Пусть учат. Я Я не хочу запрещать русскую литературу в

Speaker A

первую очередь, потому что она реально крутая, да. То есть мы все понимаем, что там когда сносят памятник Пушкину, это что-то вообще космос какой-то непонятный для меня. Ээ пусть учат, но язык обучения пусть латышский будет, чтобы им проще было дальше жить. То есть на

Speaker A

русском не разрешал бы им учиться, да? То есть они говорят: "Мы хотим учиться на русском, а ты вот президент страны".

Speaker A

Я бы сдел бы не вот так я бы сделал бы русскую школу какую-нибудь и пусть учится вот как французская есть вот отдельно, но не все не такое большое количество. И мне кажется, на сегодняшний день очень многие родители, я же очень общаюсь и с детьми, и с

Speaker A

родителями, и они та я бы не сказал, что все там ломятся от бы нам русскую школу.

Speaker A

Всё-таки в латышскую спокойно ходят и учатся. Я считаю, что вот ребёнку лучше с детства учиться на латышском, если он планирует жить в Латвии и так далее.

Speaker A

Если он планирует уехать, параллельно пусть ходит в английскую школу, курсы и так далее. Вот только вот честно вот не слышал, чтобы кто-то хотел прямо в большом количестве уехать в Россию.

Speaker A

Не знаю, насколько кто хочет, не хочет. Может быть, хоте много из окружения латвийцев, кто живёт, такие: "Поеду в Россию жить".

Speaker A

На самом деле многие бы, может быть, и хотели поехать. Это дорого стоит. И не всегда тебя могут принять. Там ты же не можешь просто уехать туда. Переехать в другую страну. Нужно быть довольно богатым человеком, чтобы переехать жить.

Speaker A

Ну, уезжают же не очень. В Беларусь уезжают много можно уехать. Либо должны быть обстоятельства, либо какое-то преследование. Само желание у многих есть уехать в Россию.

Speaker A

Я думаю, что да. И в Беларуси, и в Россию, и в другие страны тоже уезжать.

Speaker A

Или в Америку, или в Австралию. Да, именно в Россию. Вопрос в другом. Кто хочет остаться в Латвии? Вот этот вопрос.

Speaker A

Я. Аним вообще никогда мыслей не было, потому что мы видим, что у нас государственный латышский, а люди уезжают в Ирландию, там, в Германию, в Британию почему-то. Оказывается язык не главное а лаве. Так, может русский разрешим для лаве тоже

Speaker A

будут радоваться. Почему армянин русскоязычный не хочет отсюда уехать? Потому что лав у тебя есть течёт лав.

Speaker A

Тут всё у тебя хорошо, всё тебе всё нравится. Эй, какие у меня доходы? Сколько, Сколько ты зарабатываешь месяц?

Speaker A

Меньше, чем трачу. Арменинский ответский. Ты говоришь про русский. Ты говоришь про русский, а ты на нём плохо говоришь.

Speaker A

Ты не попался. Молодец. Старая полицейская уловка. Надеюсь, это не вырежет. Да, [смех] поэтому, да, на самом деле, если так само смотри, в любой стране, в любой стране можно крутиться, работать. Вот я, вот ты говоришь о доходах лов, здесь нет

Speaker A

лов у меня. Угу. Но у меня нет потребностей космических, да. Я там я не хочу.

Speaker A

Ты удовлетворяешь свою потребность. Спокойно. Я понимаю, что я полезен для страны. У нас просто у армян такой патриотизм, он в крови. И даже вот сейчас, да, я живу всю жизнь в Латвии, но для меня Армения.

Speaker A

Я сейчас хожу под латвийским флагом. Паспорт у меня латвийский. Я очень люблю Латвию, но я никогда не забываю, что армянин. И у нас каждой стране, которой мы имеем принадлежность, а нас очень много вне Армении, да, мы испытываем.

Speaker A

Вот у латышей очень низкий уровень вот этого патриотизма. У русских, кстати, тоже патриотизм не природно, это искусственно навязали кому-то. Вроде нет патриотизма такой патриотиз.

Speaker A

А зачем ты тогда топишь за русский язык? Это что? Смысле? Я не топлю за русский язык. Я никогда не топил за него. Я топлю за реальностью, чтобы в городе и в законах она отображалась. То есть, если я вижу,

Speaker A

что какое-то происходит, по моему мнению, как я вижу, беспредел это неправильно. Я просто говорю об этом. Я же не топлю там ни за какую-то страну, не за язык какой-то, я просто смотрю так было. Так, ты всё время за русский язык

Speaker A

топишь. Почему тогда ты меня спрашивал про русский, а не про индусов? Мы не топили вообще.

Speaker A

Мы ничего не нам ещё говорят, там рашисты, путинисты. Ноль раз. [смех] Мы это говорили вслух. Ноль. Люди почему-то думают, что если мы говорим про русский язык и вот то, что нас заботят, то мы почему-то поддержим. Люди не хотят думать. Слуша для меня очень

Speaker A

странно было, когда вы пригласили эту интришу и начали ей задавать вопросы про памятники. Я начал задавать, да.

Speaker A

Вот для меня я просто смотрел вот когда я тебе сказал, я был крайне вот типа у меня есть к тебе вопрос, типа вот этот, ну не вопрос, ну вопрос, да. Вот типа в чём прикол? сидит такая девочка, которая, ну, сорри, если она это будет

Speaker A

смотреть. Ну, может, не самая умная на планете, и как будто бы ты её гасил ровно так же, как и гасят вот в кабинетах, куда нас приглашают и где тебя не оставляют варианты ответа.

Speaker A

Я её угасил. Я же просто задавал вопросы, а она как отвечала, так отвечала. Ну то есть я задаю прямой вопрос, как она может вообще не отвечать, сказать: "Не хочу отвечать".

Speaker A

Смотри, когда вот у тебя государство наше спрашивает, милиционер зовёт и говорит: "Виктор, да а за кого в этой войне? За Россию или за Украину? Ты можешь сказать, что ты за Россию?

Speaker A

Так я ни за кого. Я не смотри, я же говорю, ну типа я тебя спрашиваю, вот тебя спрашивают, да, и у тебя как будто бы нет двух вариантов, правильно? Ты не можешь сказать: "Да я за Россию топлю".

Speaker A

Это тебе сразу запрещено. А ты её сажаешь девочку? Сажаю. Ну так она сидит вот перед тобой, я имею в виду, сажаешь на крес и задаёшь вопросы, на которые ответ на который может повлиять на её какую-то дальнейшую жизнь. Да нет,

Speaker A

насколько ты не такой же полицай, как вот эти, которые приглашают? Не, как он повлияет? Подожди, я спрашиваю допустим интриша ты празднуешь 9 мая? Она такая: "Нет, не праздную". Или: "Да, я праздную". Так и что? Как это может её чтошфуют за это?

Speaker A

Как? Ну это же, ну это же очевидно, что при её публике и так далее. Ну как бы ей надо так очень аккурат, она не может тебе от души ответить, что она хочет.

Speaker A

Так это её уже дело. Она может сказать вообще, допустим, найти окончено. Следующий вопрос. Отвечать встаёшь и уходишь. Ну ты мне херовые вопросы задаёшь, [ __ ] Пошёл нахер. Всё, уважаем. Ну как бы вы же тоже не первый день в

Speaker A

пространстве каком-то интернетовском. Вы же понимаете, что это было бы максимально тупо и глупо ей так ответить.

Speaker A

Ну я не знаю, что был. Нет, мы всем, кстати, гостям тоже говорим, потому что мы уже сталкивались несколько раз с такими моментами.

Speaker A

Человек до интервью может сказать: "Давай вот это не обсуждаем, это не обсуждаем, это всё, нет проблем. Мы всегда это уважаем".

Speaker A

Да. Или даже наоборот, даже во время съёмки, вот если там мы тебе задаём вопрос, ты вот нам сейчас скажешь: "Ребята, давайте это вообще не будем вставлять, я не буду отвечать, мы это уважим и мы это сделаем".

Speaker A

У меня всегда можно всё вставить. И то не, подожди, и там то же самое. Если бы она ему сказала: "Слушай, что ты мне задаёшь? Давай это не будем вставлять".

Speaker A

Он бы так и сделал. Не там не было. Не, если бы ты ей сказал: "Слушай, может там после интервью может что-то не вставлять". Я думаю, она бы сказала, что тот момент не надо сам такое очень это очень такое.

Speaker A

Нет, значит, она согласна. Она рада своим ответом. Да ну, она ответила. А ты думаешь, а почему ты за неё тоже думаешь? Не, почему ты за неё так думаешь? Она же отвечала.

Speaker A

Слушай, ну я не сексист, но мне кажется, что с дамами надо чуть по-другому общаться. Ну я общаюсь, поэтому я максимально с ней уважительно был. То есть если бы там был другой человек по-другому бы базарил.

Speaker A

Так нет, я же задаю спокойно обычные вопросы. Если она просто в своих ответах как-то пытается увельнуть и не ответить, то я буду притягивать назад её за это.

Speaker A

Без какого-либо хейта к Патриции абсолютно. То есть я спросил, она может не отвечать, может уйти, могла не приходить, могла сразу же сказать: "Ой, я говорилась, может это вырезать, я бы вырезал. Всё о'кей".

Speaker A

У нас даже самих, мы когда снимаем с тобой подкасты, можем оговориться такие сами вырезаем какую-то фразу.

Speaker A

Вот то, что ты говоришь, что не всё можно сказать вслух. Так мы сами это знаем. Есть моменты, когда мы обсуждаем и мы чуть-чуть улетаем и такие: "Не, за это нас притянуть могут". Поэтому мы это вырежем, мы сами это знаем.

Speaker A

Ну да. Но если человек к нам приходит как гость, но я не говорил, что не нельзя всё вслух говорить. Я так не говорил. Просто сейчас звучало так, как будто я сказал так. Я так не говорил.

Speaker A

Ты сказал, что Ты сказал, что типа Ну я правильно понял, что ты сказал, что она а что ты от неё ожидал? Вот в этой стране можно только определённо сказать, правильно? Ты же это имел в виду. То есть в другой стране определённо только

Speaker A

можно сказать без последствий. И как будто бы девочку подводить под такое было, ну, так себе.

Speaker A

А я ни по что не подводил. Она могла спокойно сказать, что да, я отмечаю 9 мая, кладу цветы к памятнику или на могилу куда на меморял. Это незаконно.

Speaker A

А, то есть, то есть это закон, она спокойно вопрос про снос памятников. Ну, о'кей.

Speaker A

А, ну так это так она может сказать: "Я согласна со сносом или не согласна". Это всё законно абсолютно. Тебе ничего не будет за это.

Speaker A

Ну да, как и висеть флагом российски. Нет, серьёзно. То есть если я скажу, что я, допустим, я не согласен, что снесли памятник, я не нарушил ни одно висеть было тоже законно, но последствия по-любому, ну, не совсем. С лагом что-то другое,

Speaker A

потому что тут уже, понимаешь, они это берут как символику, они говорят, как там агрессор или поддержка.

Speaker A

Памятник. Памятник же тоже это символика агрессора. Нет, нет, это один в один. одна и та же ситуация.

Speaker A

Реально не, ну смотри, то есть, но ты можешь спокойно сказать, и многие политики говорят, что это типа было неправильное действие, что они снесли, и это не является проти им за это ничего нету. То есть сказать, что я не согласен сонсным

Speaker A

памятником, не нарушаешь и тебе ничего за это не будет. То есть вот согласен, не согласен.

Speaker A

Флаг тоже же ничего не будет. Вот у нас у нас был у нас был этот Калинин тоже там тоже про памятник был Биф.

Speaker A

Так он тоже сказал, да, правильно, что снесли там. А мы вот он сказал: "А почему?" Ну и всё всё нормально. Все говорили, что хотели.

Speaker A

Я сказал, что неправильно, что снесли. Неправильно. Ну такое мнение. Всё о'кейокей. Абсолютно, конечно, разумеется, службы госбезопасности нас слушают. Это мы знаем. Мы ничего противода. Сегодня ты, по-моему, выкладывал кусочек с Росликовым, где он про вас там упомянул.

Speaker A

Я такой смотрю, думаю, мне сегодня к ним идти ещё. [смех] Ну не Манвеэл, ты главное, если что-то ты хочешь, чтобы мы не вставляли, ты сразу скажи.

Speaker A

Латвия, что Латвия. Латвия, конечно. Я, блин, я иногда думаю, что я больше патриот, чем латыши.

Speaker A

Так же самое я больше патриот. Я хотел бы, чтобы тут было всё офигенно и круто, но, к сожалению, мужики пиджаках захватили власть. Делаю правила, которые мне не нравятся. Я бы хотел, чтобы было за кого голосовать? О'кей. За кого голо?

Speaker A

Кто из людей, кто из людей не хочет точнее, хочет уезжать из дома? Да никто.

Speaker A

Никто не хочет. Да, все хотят, чтобы всё было круто здесь. Армяне армяне едут и осчастливят весь мир. По что?

Speaker A

Слушай, если бы в Армении всё было круто, все бы армяне остались в Армении. Вообще не так. Ты это неправильное мышление. В Армении 3 млн 3 млн человек живёт. Вне Армении 10 млн. Я знаю.

Speaker A

Если бы не приезжали мы по вашим странам, другим, чужим, вы были бы грустные все.

Speaker A

Да, но армяне бы хотели, как и любой человек, как любой человек, любой армянин, он бы хотел у себя жить. Изза нужды мы уезжаем. У нас маленькая земля, мало места. Ты знаешь какая Армения, она вот такая. Нам негде жить.

Speaker A

И мы едем по миру, открываем рестораны, делаем изобретение, чтобы ты кушал баклажан. [смех] Спасибо. Поэтому я люблю армян. Да.

Speaker A

Салют. Салют, Элвис. Салют всем. Всем. Да, люди, которые переезжают из-за нужды. Вот вот это, вот это и херово. То есть все хотели бы у себя дома жить.

Speaker A

Все, вообще любая национальность. Но из-за экономики, из-за капитализма, мир денег, люди вот приходится эмигрировать, это печально.

Speaker A

Угу. Поэтому, да, тут нет такого, что Латвия - это плохо. Так все хотят, чтобы всё было хорошо, чтобы тут удобно было жить всем понимаешь?

Speaker A

В первую очередь латышам и армянам. Армянам везде удобно. Вот реально везде удобно. Даже армя. Красава. Красава.

Speaker A

Ты говоришь, в первую очередь латышам удобно, чтобы было жить? Конечно. А русским в Латвии? Нет.

Speaker A

Тоже. Ну в первую очередь латышам. А почему они на первом месте стоят? Как это так поёт?

Speaker A

Потому что они латыши в Латвии. Ну а я русский в Латвии родился. И все мои родственники тоже из Латвии.

Speaker A

Ты должен хорошо здесь жить, но ты выделяешь их почему-то как что-то почему-то они главнее являются.

Speaker A

Потому что они латыши в Латвии. Я бы хотел бы, чтобы в Армении армяне лучше всех жили, а остальные как были люди второго сорта.

Speaker A

Хорошо жили. Второй сорт. Ну если ты выделяешь кого-то первого, значит кто-то типа лучше получается в чём-то. Нет.

Speaker A

Нет. Ну а почему? Зачем тогда выделять кого-то? Ты маму или папу больше любишь одинаково?

Speaker A

Да. Ну я же не говорю, что хочу, чтобы мама только жила. Ма главный в семье.

Speaker A

А ты сказал, что именно латыши почему-то. Ну потому что латыши в Латвии и русские в Латвии. Латвия многонациональная страна и всегда была многонациональной страной.

Speaker A

Ну то есть ты хочешь сказать, что здесь русские должны жить лучше, чем латышини? Не будет такого, что все одинаковы.

Speaker A

Знаешь почему не будет? Потому что есть разногласия. У русских и латыше есть же разногласия.

Speaker A

Соответственно, кто-то будет чуть-чуть впереди, кто-то чуть позади. Соревнователь. Ты выделил Латыше почему-то. Потому что латыше в Латвии, если ты мне скажешь, в России, кому лучше жить?

Speaker A

Русским, потом чеченцам, дагестанцам, всем национальностям, которые россий в России входят и потом латышам и армянам.

Speaker A

Считаешь, это правильная такая вот политика и мышление. Вот так вот мыслиш, что кто-то должен, что ты должен у себя дома чувствовать себя хорошо.

Speaker A

Какого дома? Какого дома? Вот мы дома так же само. Да. Что отличает меня, который русский родился в Латвии, от Лтыша, который родился в Латвии? Одинаково одинаково улице мы чувствуем своими только звуковые волны изопа, которые без акцента.

Speaker A

И почему-то у кого-то какая-то исторически по корням он такой: "Ну я вот типа как будто тут главнее или что".

Speaker A

Это не так я же не говорю, что ты здесь должен плохо жить. Я ещё раз говорю, если у тебя не будет разногласий с коренными латышами, у тебя и не будет.

Speaker A

Ты будешь спокойненько себе жить. Так я и живу спокойно. Меня с кем разногласия абсолютно нету и никогда не было споко?

Speaker A

Зачем тебе тогда какие-то языки добавлять, ещё что-то? Всё же хорошо у тебя в жизни. Так я уже говорил, потому что если у тебя хорошо всё в жизни, нет, что не так?

Speaker A

Мне не нравятся законы и правила в стране, где я родился, и то, что, ну, так это я не могу повлиять никако.

Speaker A

Мне нет власти для этого. Именно. Ну, а зачем ты занимаешься тем, на что ты не можешь повлиять?

Speaker A

Мне хотя бы есть желание доносить и разговаривать об этом. Ты тратишь время зря. Ну, меня по крайне мере ты тратишь свою жизнь зря. Ты занимаешься тем, на что ты не имеешь влияния.

Speaker A

Да, но я не могу. Я имею. Вот это мой главный. Запишите вот это в ролике, где не тратьте свою жизнь на то, на что не имеете влияния. Потрать жизнь она быстро заканчивается. Она может мгновенно закончиться, и ты просто

Speaker A

прожил ничего не сделав. Тратьте жизнь на то, на что имеете влияние, и делайте какие-то нормальные вещи.

Speaker A

А теперь я скажу [фыркает] чела, которые, знаешь, вот так говорят: "Я просто ещё не умер".

Speaker A

Угу. Ему будет 70 лет, он будет президентом Латвии, и будут вот другие правила. Это начало. Да.

Speaker A

А кто из челов, который сейчас президент или там чего-то достиг высокого, он всегда начинал с чего-то. Сидим, сотрясаем воздух пока что. Пока что на кого-то влияем. Соратники, бам, бам, никто не знает.

Speaker A

Моя речь была после какой его фразы, что я на это [фыркает] не влияю. Он сам пока [откашливается] не верит на то, он сам не верит в то, чем он занимается. Он говорит: "Я не влияю на это". И это вот

Speaker A

чисто оппозиция, которая вроде что-то делает, но типа при вопросе типа: "А что ты можешь сделать?" Ты говоришь: "Я ничего не могу пока сделать". Так, я в моменте говорю, у меня нет власти, чтобы это сделать. Но сейчас я делаюсь

Speaker A

появится появится. Так, надо всё равно что-то делать для этого. А какой надо шаг сделать? Ты сегодня никто, а завтра президент. Так не будет.

Speaker A

Будет. Пока что сидим, общаемся. Пробуем так. Не знаю, не знаю, что это. Сейчас власти нету, признаём. Пока что нету.

Speaker A

Или наоборот, есть ещё типа челы, которые делают, а есть кто сотрясает, но типа поставляет идей типа меня или его челы нас послушали и такие: "О, да". И он стал президентом через нас.

Speaker A

Акая вероятность больше, что он станет президентом или его посадят? Слушай, все президенты трушные, они все отсидели. Ты всегда должен отсидеть. [смех] Если ты реально реально против, ты всегда отсидишь. Да. Да.

Speaker A

Ну это реально так. Если ты не осидел, ну ты просто, значит, продался или там зассал. Или кто есть изных президентов?

Speaker A

Слушай, Нельсон Мандела. Первондела топ. Да, уже отсидел. Фри. Нельсон Мандела. Потом из сидящих, кто ещё был? Давай вспомним.

Speaker A

Порошенко. А этот Чагива, кстати, он не был президентом Каста, да? Он не был, он был этим революционером.

Speaker A

Угу. Именно вот кто сидел и потом, ну, точно Нельсон Мандела, я помню, да? Кто ещё? Давай вспомним.

Speaker A

То есть тебе никто власть не отдаст, да? Её надо взять всегда. Мы [фыркает] против этого.

Speaker A

Угу. [смех] Мы за мир, за демократически. Я вообще здесь случайно, честно. Я Я вообще случайно я себе сидел в зале, тренировал. Пришли с диванами, с камерами. [смех] Отвечаю. Не знаю. Ко мне так только полиция заходит и они.

Speaker A

Угу. Да. Оста. Пришли пришли какие-то два отморозка. Сначала что-то корневор. Да, что-то про еду, про всё. Вообще на самом деле очень всё это сложно. Очень много мыслей, мыслей. Мне кажется, попроще вся жизнь и слишком закручивать.

Speaker A

Городская городская никак. Ты понятно, ты никогда не говоришь согласен. Такого от него вы не услышите.

Speaker A

Никогда. Никогда он не скажет согласен. Он седа скажет, он скажет человек врощение. [смех] Он сам тебя подтвердит. Да, он, сколько мы с ним общались, были моменты, где я такой: "Бля, вау, да ты что, думаешь, я какой-то типа упёртый

Speaker A

отморозок?" Нет, нигелист. Угу. Нет, это не так. По поводу вообще общения, то, что вот обсуждать эти темы, рассказывать, дебатировать, по крайней мере, мы всё равно это делаем, даже если мы там не станем президентами или что-то такое. Мы хотим это делать, мы общаемся, нам это

Speaker A

нравится. Нравится дискутировать, и ради этого мы тоже делаем. И мы подаваем вопросы, которые нас волнуют, и пытаемся при конце концов, мы делаем то, что нам нравится. Просто развлекательный контент. Нам нравится про это общаться.

Speaker A

Мы себя не напрягаем. Всё. Да, да. Не, ну, а в конце концов, когда ты видишь, что в твоей стране, как ты говорил, вот мы тебя патриоты, и когда видишь, что в твоей стране происходит какая-то несправедливость и что-то вот кого-то

Speaker A

там, не знаю, ущемляют, трогают, бьют и так далее, ты не можешь пройти мимо, и ты хочешь об этом сказать абсолютно.

Speaker A

Вот. И то же самое дела. Ну, мы знаем, что мы не мы ничего не поменяем, но мы с тобой тоже как просто с жить просто с человеком. Манвел, ты лично не законы. Кто там написал? Просто у тебя спрашиваю: "А как ты думаешь? Вот

Speaker A

я думаю: "Так, он так всё." Да. И когда ты нам говоришь так: "Вы на ничто не влияете". Так, мы знаем, ну, мы просто обсуждаем. Мы же мы же не пришли к тебе, слышишь, Манвел, мы тут сейчас на всё влияем.

Speaker A

Давай, [смех] что будем делать? Мы сейчас тебе такое скажем, и ты должен с нами согласи. Нет, не, ну если я вдоли, то погнали. Что?

Speaker A

Давайте. Слушай, мы всегда это говорим. Если нам говорят: "Вы продались". Так мы хотим. Кому? Вот мы хотим.

Speaker A

А кому продались? Ну вот кто кто там говорит, там Кремль платят. Да ещё [смех] не платят. Вот ты так любые политики из любой страны, если вы хотите, чтобы мы вашу пропаганду говорили за деньги, мы открыты. Несилав.

Speaker A

Я скажу всё, что ты мне скажешь. Это это бомжи. Это бомжи. Это бомжи. У них нет денег. Они [смех] готовы продаться абсолютно.

Speaker A

Тот ээ [ __ ] кто говорит, что я честный, а потом продаётся. А что тут? В чём тут сволочёвство? Если я честный, я тебе честно говорю, я продамся. Манвел, мне не доверяй. Это же, Это же по-пацански. Честно тебе говорю.

Speaker A

Не по-пацански. Это все эти: "Брат, да я тебя никогда не заложу, да идеи". А потом у тебя при первом же шухере предаёт. Я наоборот говорю, братва, если 20 баксов нарисуется, когда сейчас ко мне приходит, ну, знаешь, ээ ко мне приходят там из

Speaker A

партии, периодически предлагают дружбу перед выборами, я говорю: "30.000". Да. 130. Я говорю: "Мне 30.000 надо".

Speaker A

Да вот за 30.000 готов с вами [откашливается] идти куда хотите. Не, ну это же, ну, много. Я говорю, ну тогда сорри, 30.000 хочу. 30.000 всегда.

Speaker A

30.000. О'кей. А кто предлагает какие партии? А почему? Почти все. Почти все. Почти все. Да. почти из всех партий ко мне в течение лет слушай многих сейчас и не знаю кто остался давай буду национальное объединение предлагало деньги не денег сотрудничествотрудничество

Speaker A

сотрудничество все предлагали вот все вот и да в том числе то что ты думаешь у меня среди националистов нет друзей у меня прямо сильно друзья среди националистов с которыми мы в политических каких-то моментах не сходимся но это не делает его плохим

Speaker A

человеком и так далее а почему не может сказать кто приходил что-то плохого, да? Все вот всех перечислили, все обращались. Кто-то напрямую, кто-то через людей, кто-то там какой-то мой знакомый есть в этой партии на низких каких-то местах приходил и так далее.

Speaker A

Это А недавно, допустим, кто-то из стабильности приходил к тебе? Я всё время стабильность как-то для меня вот это была альтернатива. Угу.

Speaker A

Потом стабильность. Ээ, слушай, я их всех ещё из Саска не знаю. Я чуть-чуть там прикасался к Сасконе какой-то много лет назад, и я многих из них оттуда знаю. И мы все на контакте. И я росликого помню ещё в

Speaker A

Саскани и так далее. Поэтому периодически мы общаемся. Я со многими общаюсь тесно, но вот так, когда мне там, братан, иду там Угу.

Speaker A

на выборы туда-сюда, я такой: "Давай без меня". Я знаю, что многие пытаются через моих спортсменов зайти тоже. О, там туда-сюда. Тренер там чувак там предлагает. Говорю, что он тебе предлагает?

Speaker A

Ну там когда всё будет. Вот когда всё будет. Подожди, а что они к тебе приходят? Что они через тебя хотят добиться? Э-э, многие предлагали мне, у меня раньше был этот, как его, защитный щит, что я не гражданин.

Speaker A

Да, и когда я всем говорил об этом, они такие: "На, ну всё, кандидатом, ну, нельзя его сделать. Сейчас я гражданин, да? Хотят, чтобы я или кандидатом шёл в списках, да, или в списках, да, или же агитировал.

Speaker A

Типа думаю, что я тебе могу сказать, что заходит и говорит: "О, у тебя ремонт в зале, давай тебе мешки новые купим, повесим, что там, как". Я говорю: "Братан, давай в ноябре пообщаемся про мешки".

Speaker A

Не, а тебя они что хотят, что типа у тебя есть какое-то влияние, что у тебя будут голоса типа за них? Какие-то люди придут про дадут.

Speaker A

Даже в целом хороший парень, знаешь, типа такой положительный персонаж, у которого есть большая база там людей живых, которые тони идут за выгодой вот голосовать, что будут понял. Но они явно не приходят.

Speaker A

А если 30к бы дали, ты бы пошёл, да? С кайфом вообще. 30к. 30к заносить. И нам тоже.

Speaker A

Да, [смех] слушай, сумма завышена. Да, 20 евро уже хватило бы. Вот так. Дешёвки, они дешевле готовы. Не, на самом деле, я от политики открестился, когда чуть-чуть так близко был к ней. Я видел, как люди вот, ну, совсем, знаешь,

Speaker A

как в мафию играют в игру. То есть им даже не стыдно обманывать друг друга. То есть они настолько, типа, ты о чём-то договариваешь с человеком, он тебя обманывает, ты говоришь: "А как так может быть?" Он говорит: "Это политика,

Speaker A

ты что?" Угу. И для меня это вообще неприемлемо, ну, в моём понимании. Мы с тобой же были на сотке одной партии. Вот эта Сасканя была, да?

Speaker A

Помнишь, мы, по-моему, там с тобой познакомились. Может, я тоже когда снимал проект каза, ко мне партия обратилась, вот не помню название. И потом мы пришли, я пришёл вот с Костиком на сходку.

Speaker A

Угу. Тебя я там видел, мы пообщались, по-моему, там познакомились ещё там в Лёшевидел. И тогда я тоже офигел, что я такой: "А вот так политика работает".

Speaker A

Там был какой-то кандидат то ли в мэры, и, ну, я не помню, это какая конкретно должность. И там было такое. О, он говорит у своих этих советников, что сейчас народ латвийский, рижский беспокоит. Ну вот сейчас секты, проблема сект. Он говорит: "Во всех газетах

Speaker A

напишите, что я против сект". Всё. Он даже ничего не делал для этого. Я когда это увидел, я такой: "Я как бы понимал, что политика такое грязное [ __ ] а когда я такое увидел, такой: "Не, мы валим отсюда вот этом и вот всё вот

Speaker A

это". И, во-первых, меня это отталкивает. Я такой, я ближе к земле нахожусь, мне вот делать проще, творить, создавать что-то. А вот эти разговоры поэтому мне очень много политиков не нравится, потому что там лозунгами разговаривать. Ано, это грязное дело. У

Speaker A

меня кориш тоже. Я с ним в универе учился. Он пошёл в политику, ну, нашу латвийскую. Я когда это узнал, я говорю: "Слушай брат ну ты же понимаешь, ты загрязнишься". Он такой: "Не, у меня там хорошие помыслы".

Speaker A

Я говорю: "Даже если у тебя хорошие помыслы, сама система настолько грязная, тебя либо посадят, либо ты прогнёшься".

Speaker A

Другого варианта не будет. И то, что я сейчас замечаю, что Ну да, да, не поэтому говорю. И когда я видел, как там один встал на другого, я часто про это говорю, встал такой: "Ты вор, ты украл Том". Я думаю, бля, если бы мне

Speaker A

сейчас кто-то встал и мне так сказал, я бы как разревелся бы. Блин, я в жизни ничего не украл, знаешь, типа я такой: "Блин, а как, почему?" Потом взял бы стулом просто вот так бы убил бы его там и всё.

Speaker A

Поэтому манвал- это и забавно. Например, для меня, слушайте, я вот за Виктора не скажу, но за себя точно скажу, когда вот какие-то вот мои там речи или там его послушают и сделают вывод, что я за кого-то. Так я всегда говорю, я

Speaker A

ненавижу, я лично я всех политиков мира одинаково. Да, и я много раз показывал, почему политическая система, где человек правит человеком именно вот в капитализме, это [ __ ] которую я не принимаю.

Speaker A

Угу. Но люди думают, что если я что-то не осудил, что я за это, я всех политиков ненавижу одинаково. Это я про себя говорю, если что.

Speaker A

Го, я говорю, поэтому я для себя вычеркал. У меня периодически там вот там вот бы ты пошёл. Ох, давай. Я недавно выложил пост, я такой типа иишки сделался, а я в сей стою такой и написал: "Ну что, пора?" И мне там в

Speaker A

комментах: "Всё, наконец-то ты правильно написал". Вот. Да. Не лезь там что-то такое написал. Он написал: "А оставь это правильно".

Speaker A

И все, потому что там моя мама сразу: "Сынок, давай перестань шутить, типа, потому что все, кто меня знает, они знают, что меня там не будет, потому что я открыто всё.

Speaker A

А все, кто написал, у них есть иллюзия". Они думают, что если Манвел в жизни добрый, вот такой, что он будет, что ему позво что ему позволят вот там в политике таким уже быть не позволят.

Speaker A

100%. И я говорю, вот там спортсмены идут в политику, там я сделаю бесплатный бокс. Я это думаю, блин, там сейчас нам что, тренер по боксу в политике, никто спрашивать не будет.

Speaker A

Там нужны экономисты, ну более, ну люди вот специальностей вот этих. И там хотя бы кто-то политик хотя бы вот учился там, я не знаю, на то, что ты можешь повлиять. Вот как говоришь. Не могу повлиять. Вот люди, которые должны на

Speaker A

экономику влять, но туда придёт тренер по боксу. Ну зачем? Кто же ты говоришь, там нужны люди, там никто не нужен, там уже всё есть. Там никогда не пустят людей со стороны. Если бы мы были у власти, кого бы мы пустили?

Speaker A

Расстрелять нахер пожизненно. Не, ну так слушай, когда блогеры становятся депутатами сойма, для меня это странно, честно. Вот странно просто.

Speaker A

Это ээ надо надо вопервых вести, надо нет надо ввести, чтобы было высшее образование у человека и какие-то определи потом не ну серьёзной президент футболист, девять классов образования, а кто управляет, он вообще у него даже должности нету.

Speaker A

Во-первых, не он не президент тамр Тбилиси. Каха Каладзе да не говори плохо про Каху. Каха красавчик. Да, ну правят Грузии этот Иванешвили, у которого даже должности нет. [смех] Типа того. А здесь, ну, типа вот сделай там кандидатом Спанчбоба, ну мы все про

Speaker A

него проголосуем, знаешь, должен всё-таки быть какой-то отбор и на башку проверять. Я бы наркологичку ещё всем бы там прописал бы.

Speaker A

Они все ули бы. Ну я не скажу все, ну Юль юрмальские точно все в ноль.

Speaker A

Поэтому 5 евро сейчас въезд. Многие отлетели бы. Многие лабораторный, а пацанов за уличные сажают на 10 лет, а эти лабораторные фигачат. И тогда мы поняли, закон не одинаков для всех.

Speaker A

Только сейчас поняли. Это всегнали. Да. Да. Поэтому такое шляпа-шляпное. Не надо нам никуда идти. Надо каждому заниматься своим делом.

Speaker A

Да. Вот мы с ним занимаемся контент. Я буду тренировать людей. Ман тренирует людей. Пока 30к не занесут и в политику не пойдёшь. Такой передумал пацаны.

Speaker A

30.000. Ну это же мне 150 евро. Я готов даже завышено. Кстати, Манвел, у тебя в зале большинство людей говорит по-русски?

Speaker A

Слушай, у меня больше русскоязычных за счёт того, что у меня много узбеков, таджиков, украинцев, русских белорусов.

Speaker A

Ээ, я веду, особенно последние несколько лет, стал по-латышски вести, потому что очень много мы всегда были как, ну, знаешь, как в Риге, типа есть русскоязычный клуб латышки, и раньше нас позиционировали как более русскоязычный клуб, но в последнее время очень много латышей

Speaker A

приходит, у нас опять же какие-то достижения и так далее. там и так далее. И приходит очень много латышей. Я в основном на латышском веду тренировку.

Speaker A

Серьёзно? Да. А то есть раньше вёл на русском, теперь на латышском, чтобы они поняли. Да, я вообще я могу и поузбекски начать говорить, но по-большому я веду типа на латыжском. Сейчас.

Speaker A

Беги, давай. [смех] Это займу. Оп. У меня тоже в зале, кстати, плотшей практически нету. Бывает одит, может быть, но в основном тренировки на русских все русские. Да, я тебе скажу так, что по большей части в бойцовских клубах более русскоязычная атмосфера. Во

Speaker A

всех есть отдельно взятые прямо латышские клубы вот там типа да. Но опять же раньше их почти вообще не было.

Speaker A

И когда мы, скажем, 13 лет назад сборная Латвии ехала на чемпионат мира, мы взяли с собой одного латыша, чтобы хотя бы из 2пти человек один латыш был. Ну реально, это без приколов. А в этом году мы на Европу ехали, очень много латышей. Это

Speaker A

это тоже, кстати, вот меняется, очень меняется. Мы с Гача, знаете, рэпер Гача как-то в интервью с ним разговаривали. Я говорю: "Вот в моём детстве мы прямо ходили, там латышские школы гоняли, знаешь, там просто заваливаешь туда, начинаешь со всеми драться". Сейчас

Speaker A

такого нету. Ты дрался? Я никогда не дрался. Ну вот так вот, особенно е, ну ты дрался стушами? Не знаю. Не было такого, что русские латыские школы дрались. Ты в какой школе учился?

Speaker A

В двадцать третьей. Алломовская гимназия бывшая. У меня было такое, что мой друг ну одноклассник написал дис на Лтышей со своим коришем и к нему служба безопасности к его родителям приехала.

Speaker A

Вот такое. А драку? Ну мы все. Не у нас было. Мы когда там в восьмой класс, девятый, мы прямо ходили в сорок первую школу, залетали и там дрались с ними, и это было типа и сейчас я сейчас я понимаю зачем, но

Speaker A

очень большое отделение вот это было русских и латышей. И как будто русскоязычные они были.

Speaker A

А ты какого года? Восемьдесят пятого. А на один год меня старше. О, младше. Ладно. Ну мы с тобой учились в параллели, грубо говоря, потому что я я раньше пошёл в школу.

Speaker A

Двадца третий тоже был. Нет, я в шестьдесят восьмой. Воймо. Если я был в двадцать третьей, мы бы друга со школы к тому. что я раньше пошёл в школу и учился с четвёртым и третьим годом.

Speaker A

Не, у нас я такого не помню. У нас было такое двор на двор. У меня во дворе у меня во дворе и латыши были русские. Ну и мы армяне, понятно. И мы больше с русскими дружили, но латыши были наши такие кинты, но мы с ними так

Speaker A

не си, ну типа делилось. Мы футбол друг против друг. Слушай, я вообще вот когда я в школе учился, я с лашами, ну даже особо, ну как бы не было у меня друзей. У меня лично не замечал просто.

Speaker A

Не, у меня просто лично не было друзей. То есть у меня все в школе на русском говорят. Во дворе у меня тоже все на русском говорили Ролом только вот цыган такой он на латышском и на цыганском говорил и ещё такой Дима был он на немом

Speaker A

говорил и на латышском, ну и на русском тоже, но у меня не было как бы такого вот прямо общения вот плотно.

Speaker A

Чем он на ним говорил, если он мог, а у него там много роднят глухонимые.

Speaker A

[откашливается] Вот так что, да. У меня, у меня лично такого не было. У меня, я знаю, там пацаны двор на двор гасились, а именно что вот такое? Идёмтышами пиздится. У нас такого не было. Ну у нас тоже у нас всё время было. У нас очень

Speaker A

делилось. Ну и смотри, опять же, смотри, ты говоришь, что у тебя в детстве не было вообще, ты их не замечал простой, как будто их не было вокруг.

Speaker A

Не были. У меня друзей не было. Ну были. У меня сосед Ренерс латыш. В футбол мы с ним играли, но я не назову его другом.

Speaker A

И он меня не зовёт другом. И всё нормально. Они чисто друзей, да? То есть, конечно, я всё виделшее там общался, но типа такой друг вот постоянный, ну у меня лично, у меня лично, у моего туловища меня не было. Всё, всё нормально.

Speaker A

А сейчас есть? Нет. Нет, нет. А как так получилось? Ну у меня нету друга корейца. Тоже не знаю. Там так просто корейца в Латвии.

Speaker A

Ну как в Латвии? Те не у меня нету. Ну у меня тоже нету. И ничего тут такого.

Speaker A

У меня на даче на Гауе мы росли малые. И там были вся на даче целиком все русские там, не знаю, 20000 человек. И было два парня. Айгор, Артис, салют. Они были, ну, латыши есть. И они по-русски не говорили, начали с нами общаться и

Speaker A

выучили русский язык. Но их было всего двое, остальные всего русские были. У меня такой Ролт был друг, типа, он потом, нам было там по 13 лет, он повесился, но он тоже, он был латыш, но он потом не мог

Speaker A

по-латышски говорить, потому что он с нами всё время тусил, дружил и как бы как будто у него вылетело это, знаешь, с головы.

Speaker A

Латыский язык был, он чисто по-русски говорил. Ну да, ну как твой кореша тоже. Именно поэтому латыши не хотят, чтобы так было.

Speaker A

Не, на самом деле, не поэтому абсолютно. Я думаю, мы с ликим уже говорили, не нас не раз тут дело не в том, что защитте какого-то языка или что такого. Просто у людей есть ненависть определённая, и это природно мы понимаем по-человечески. Вот

Speaker A

так вот. Потому что если бы они хотели защитить язык и защить страну, они бы такие: "Оставляем свою валюту, захраняем границы. Английские не допускаем, то латыки". Случаю, мне лад очень нравился.

Speaker A

Да. Ну вот видишь, то есть если бы они хотели сохранить, они бы, смотри, что получается. Была страна Латвия, в девяностых годах получила независимость, потом вступ вступает в Евросоюз, треть населения уезжает.

Speaker A

Минус. была своя валюта очень сильная и крепкая, потеряли евро. Сейчас что у нас получается? Завозят мигранты, население не размножается, люди говорят на английском или на других языках. То есть как будто защита языка, а они берут только именно как раз-таки

Speaker A

пытаются ущемлять именно русский язык, который как бы тут уже можно сказать, что коренной в Латвиигу.

Speaker A

И они берут именно этот язык. То есть тут дело не в языке. Либо тра ты запрещаешь и удаляешь все языки и только латыжский говоришь, всем говорить, но тут именно борьба именно с русским языком, и его в школах убираеш, чтобы

Speaker A

дети его специально не знали. Хотя на работе, кстати, интересно, что когда устраивай язык сильный, потому что он поглощает всё вокруг.

Speaker A

Выгодный так это выгодно. Это язык бизнеса. Это очень круто. Мы живём в Европе, где самый распространённый язык русский.

Speaker A

Сам по себе, сам по себе русский язык он очень, ну, типа сильный. Он покаже, знаешь, как если ты в латышский садик приведёшь русского ребёнка, все будут по-русски говорить. Это же, ну, типа, такое есть.

Speaker A

Ну, не знаю. Ну, есть, есть. У меня знакомый русский пошёл с первого класса в латыскую школу и говорил с ним по-латыски, не по-русски.

Speaker A

То есть такое, ну, по-всякому бывает. Обычно получается так, что, кстати, забавно, что люди, которые примерно латыши твоего года рождения, вот восемьдесят пятый, вот эти года, там как раз-таки все поколения латышек знают хорошо русский язык.

Speaker A

Да. Да. Потому что они боль иногда прикидываются, что они знают. Ну, может быть такое, да. Но по мне так, не знаю, русский язык очень крутой, перспективный, его выгодно знать и в Латвии, в Прибалтике, в Европе, а государство наоборот его убирает,

Speaker A

запрещает и хотят, чтобы люди его как раз-таки не знали. И это как будто вообще супер, как будто выстрел в ногу самим себе.

Speaker A

Да. Ну да. А знаешь, первый такой выстрел был, когда чемпионат мира по хоккею был здесь в Риге, это какой-то 2000 какой-то год, и продавались флажки всех стран, которые участвуют, кроме российского. Я думаю, а как? Ну вот нарваса не дабы было. Ну это

Speaker A

же чисто с точки зрения бизнеса. Ну что у тебя финских флажков больше купят, чем российских? Ну типа камон, знаешь? Ну да. Часто стреляют себе в ногу. И это какая-то идея, философия у них есть. Ну, для власти ещё выгодно разделять людей,

Speaker A

чтобы они не исплочались, потому что если бы я стал президентом, я бы сделал такое. Вот у нас латыши русские, все дружно живём, учим друг друга языки общаемся. Никто никого не дискриминирует, не оскорбляет, не говорит, на каком языке говорить.

Speaker A

Пришёл в магазин, продаёт апельсины. Что говорит по-латыски? Говори с ним по-латыски. Пришёл к русскому, ну, ходишь, говори по-русски, либо через первочек общайтесь. Ну, понимать друг друга. А когда приходи сейчас работу моего зала описал. Ну вот, а когда приходят люди

Speaker A

такие, знаешь, вот это вот очень, это очень плохо, когда ты живёшь как бы, допустим, живёшь в русскоязычном или в русском городе, допустим, в Латвии, там, Дагав, впился, в Риге, неважно, и у тебя, допустим, магазин на райончике, и заходит какая-нибудь такая: "А говори со

Speaker A

мной на этом языке, потому что этот язык бумажкой подписано, что он официальный. Вот это вот, знаешь, что это ненужноя, это неправильно". Да. То есть а вот когда люди этим злоупотребляют, они злоупотребляют типа подписанной бумагой, что мой язык главнее твоего, это

Speaker A

нехорошо. Нужно жить как бы наравне. Ещё тут ещё вот от интеллектуально развитых людей, вот нормальных, которые умеют общаться, коммуницировать. Ну ты не услышишь такого, когда ты начинаешь человека давить, ну вот типа какими-то фактами, и он такой: "Говори со мной на

Speaker A

латышском". Ну это такой последний шанс его, знаешь, тебя и ты такой раз на латышский переходишь, он такой: "Опа, типа со мной знаешь сколько раз был?" Ну опять же, я не похож на латыша. И там я на велике еду, у меня ещё такой велик,

Speaker A

как у этих доставщиков толстые колёса, знаешь, такой фигачу и бомж реально. Я такой останавливаюсь, и бомж собирает бутылки пустые. Я так остановился, чтоб в него не врезаться, и жду. И он такой что-то так смотрит на меня, говорит: "Дебил черножопый".

Speaker A

Я говорю: "Эй, я, говорю, понимаю по-русски". Он такой же испугался. Я говорю: "Я понимаю по-русски". И то же самое у них бывает часто, знаешь, там начинают про тебе что-то по-латышски говорить, и ты такой: "Эуу". Я, кстати, думаю, что если бы политики государства

Speaker A

в Латвии хотела бы, чтобы в Латвии всё было дружно и не было никакого конфликта, это могло быть сделать вот так вот. Если нужный политик выйдет к микрофону и скажет нужные вещи, то, как нам нужно жить дружно и всё делать и

Speaker A

уважать друг друга и не запрещать ничего, тут было бы всё круто. И, кстати, самые богатые страны Евросоюза, это давно поняли. Если ты посмотришь на список самых богатых стран Евросоюза, там практически у всех первые места - это страны, где несколько официальных

Speaker A

государственных языков. А вниз много стран таких есть, да? Бельгия, там, по-моему, три-четыре официальных языка. А Швейцария, блин, Бельгия - это, конечно, такая сестра, да. На даже на севере Италии есть город, где живут и говорят по-немецки, и там официальный немецкий, итальянский язык.

Speaker A

В Финляндии тоже шведский официальный язык и учатся на этом языке. Богатые страны, которые знают, что язык Ирландия два два языка. Нене, ну это очевидно, что вот для меня вообще любое запреще запрещённость вот по национальному признаку вот это дискриминация, о

Speaker A

которые говорят: "Вот там то всёё". Ну вот это и есть дискриминация. Ну языковая дискриминация тоже присутствует. И короче мой тайк в том, что богатые страны успешные поняли, что для успеха и выгоды и то, чтобы граждане жили в мире и процветали, все уважают

Speaker A

друг друга языки. Ни один ни главнее, никакой не запрещаем. Все учим языки, общаемся и всё круто. Я сейчас на тебя смотрю, и мне кажется, что ты такой в костюме этого единорога, такой добрый, говоришь: "Да, конечно".

Speaker A

Ну да. Не, ну так в принципе и должно работать. То есть так никогда не будет будет. Почему? У них же есть у них у них раньше, если ты посмотришь историю, например, вот на севере Италии, где город, я не помню, как называется,

Speaker A

вставлю сейчас название, у них были бифы и то итальянские запрещали, то немецкие запрещали, а потом они пришли к тому, что, блин, херовые, у нас постоянно какие-то конфликты. И они сделали два официальных языка. И теперь в этом городе на севере Италии по-немецки и

Speaker A

по-итальянски. Но не суть. В других странах так же само, как и в Канаде тоже два языка. Вот Финляндия, я сейчас сказал а Швейцария Бельгия по-моему Люксембург или ещё какие-то страны, где тоже несколько официальных языков. Они поняли, что не надо ничего запрещать,

Speaker A

надо наоборот. Вот мыли, мы уважаем друг друга, общаемся, а когда вот начинается один язык главнее, особенно когда, знаешь, в стране, где, ну, камон, в Латвии огромное количество людей, кто говорит по-русски, в Риге вообще большинство. И большинство людей, кто

Speaker A

живу в Риге, они не не ездят по всей Латвии. Они максимум съездят такие один раз в Венспилс, влепую куда-то и всё. То есть все живут вот в этом центре, в Риге, условно, и они хотят, чтобы как бы тут было всё круто и всё уважали друга.

Speaker A

Никто никому не говорил, где, что, как говорить. А когда государство в это вмешивается и начинает это делать, ну, всегда будут какие-то конфликты. Ну, это нехорошо.

Speaker A

Ну, мне просто кажется, что вот эта вся проблема из-за того, что русскоязычные как-то очень сильно агрессивно пытаются вот это так, если их запрещает язык, как им не агрессивно быть? Хотя я считаю, что они не агрессивны. Мне кажется, что

Speaker A

запрещать начали как раз после, ну, фиг знает, я не знаю, после того, как начали. Вот, ну, например, знаешь, когда говорят, что вот там ээ представитель русскоязычных в Латвии, кто вот нас представляет всех? Ну вот общепринято вот здесь представляем сами.

Speaker A

Ну нет, ну вот в политике кто русский? Ну есть несколько партий русских. Ну какая русский союз Латвия раньше была?

Speaker A

Это вообще б отлетевшие самые. Почему? Ну, могу тебе на примере даже ситуацию привести, когда был была пандемия, да, и я сижу, я как всегда такой, знаешь, самый гений такой: "Так, нам не разрешают тренировать, да, но разрешают тренироваться на улице по

Speaker A

10 человек". Помните, такая акция была прямо у министра кабинетов. Я на этой аллее делал тренировки.

Speaker A

Я не видел, но может быть. Короче, есть такое. Я там организовал с Зутисом, не знаете, Кристоп Зутыс. Я ему говорю: "Кристоп, ты подтягивай латышскую аудиторию. я русскоязычную, и мы сделаем тренировки, мы расчертим и покажем, что мы можем тренироваться.

Speaker A

Дайте нам тренироваться, мы будем соблюдать всё. И сделали чисто вот я и он это сделали. Короче, всё идёт. Там куча полиции приехала до и подошли к нам полицейские с нашими фотографиями. Ну я смотрю, я говорю: "Кристина, это по

Speaker A

по-любому под нашу душу". Мы подходим, я говорю: "Короче, я говорю, мы хотим организовать сегодня, будем организовать". Всё, он мне показыват с Фейсбука, с моей страницы ра, ну, то, что я расчертил, какая какой клуб где занимается всё это. И такие, я говорю:

Speaker A

"Мы не будем шуметь, всё будет нормально". И этот полицейский говорит: "Ну это не митинг". Я говорю: "Не, не, мы, это открытая тренировка, дети будут трениваться". То всё просто мы по 10 человек расчертим. Это такая акция.

Speaker A

Нам сказали, что придёт 300 бойцов и будут здесь. Я говорю: "Нет". Я говорю, вообще просто, говорю, поставьте нам чуваков пару муниципалов, чтобы мало ли что какие-то непонятные действия, чтобы мы могли вместе там пресечь, всё о'кей, всё там, всё классно, чётко, мы всё

Speaker A

сделали, убрали. Но фишка была в чём? Организовал я. Чисто не политическая тема абсолютно. И вот мы с товарищем на следующий день на Фейсбуке Русский союз Латвии, чувак стоит на фоне всего. Вот мы организовали какой-то из их депутатов. Вот мы сегодня приняли

Speaker A

участие в организации такого миро. Я просто охренел. И они были не одни такие. И там куча, я не помню, как его зовать. Он такой какой-то я имя не скажу тебе.

Speaker A

Ну, а ты сможешь этот видос показать нам интересно ставить, если будет, мы сейчас покажем, потому что я такого не видел.

Speaker A

Интересно. Дадада. И там чувак такой вот мы, он стоит прямо на фоне, говорит: "Вот сегодня мы вышли показать всем". А я, когда говорил всем тренерам, я говорю: "Это не политическая акция, ничего". мне потом. Ты говорил, что это не политическая, а посмотри, мне начали

Speaker A

скидывать со мной латыши. Я такой: "Какой русский союз Латвии? Господи, хуже их русских людей здесь никто не представлял". Вот честно, вот потому что я смотрел то, только из-за этого случая.

Speaker A

Ну не только, в целом много всего. Слушай, ну там вот эти старческие видео какие-то, как там какое-то, знаешь, видео из серии там тридцатилетней давности и так далее. Ну как-то очень Ну я так как тебе привести в пример? Ну

Speaker A

зайди, посмотри, какие эти агитационные видяшки были. Ну такоя шляпа. Ну не знаю. Не, ну какой-то пример. Ты говоришь, хуже их никто не представлял.

Speaker A

Вот такая ситуация есть. Пока не знаем. Ну а кто кто? Какой-то пример такой плохой есть.

Speaker A

О, блин, сейчас видео мы посмотрим, если ты найдёшь в сайт. Да. Да. Так они есть вообще, существуют до сих пор?

Speaker A

Русских есть партия? Да, конечно, да, есть. Ну не знаю. Мне все их лозунги вот эти вот, которые вот я помню там Жданог оттуда же была, правильно? Вот она как была 30 лет назад, вот когда я ещё в школе учился. И мне всегда казалось, что

Speaker A

для них нет цели добиться победы где-то. У них есть процесс. И вот когда вот, дай бог ей здоровье, конечно, но когда у неё признают русский язык вторым языком, она просто сядет вот так: "А что теперь делать?" Ну, типа, вот мне всегда

Speaker A

казалось, что они не борятся за то, чтобы победить, они борются, чтобы бороться, типа, и вот мы боремся, боремся. Вот. Ну, такое впечатление, опять же, это чисто моё мнение.

Speaker A

И поэтому они плохие, мне кажется, да, что мы же работаем на результат. Не, ну они всё-таки тоже нужно понимать, что у этой партии к томуже не ошибаюсь, забрали финансирование. Их не финансируют никак государство именно. Но если финансирует, ну, государство, то есть они, по-моему,

Speaker A

не получают, насколько я знаю, от государство кэш, хотя они как партия должны получать на содержание пар они там очень мало набирали голосов и поэтому им не полагалось финанси.

Speaker A

Они сейчас объединились с уверенной властью. Ян латвийшей партии, они втроём идут как одна партия.

Speaker A

Не, ну просто ты сказал пример, ну, какой-то вот такой яркой штуки я не заметил. Ты слышал что-то лете?

Speaker A

У меня у меня вот такое всегда впечатление них было, что это просто какой-томешный ужас.

Speaker A

Пример ты не мог пока что привести какого-то ужаса. То есть ты сказал как-то вот я сейчас ходу так не скажу.

Speaker A

Знаешь, вот у меня сложилось, если я сейчас сяду такой задумаюсь и начну искать эти видяшки, ну типа я тебя найду.

Speaker A

Не, ну ладно, если просто понимаешь, у тебя тоже сложилось впечатление, так как у людей, которые смотрят наши видосы, думают, что мы почему-то пророссийские какие-то пропагандисты там или что-то такое, думают, что мы за кого-то топим, хотя это не так. Мы просто общаемся. Они

Speaker A

ко мне тоже обращались. Ко мне обращались. Вот. То есть впечатление, то, что у человека есть, оно может быть ошибочно по каким-то чувствам, а как бы по факту.

Speaker A

Вот круто бы услышать, если тебе что-то что-то не нравится, то есть я вот сейчас я попробую тебя вспомнить. Не, не прямо сейчас, но вот после эфира скину какую-нибудь ссылку и скажу, чтобы ты мог, чтобы ты мог вставить, потому что,

Speaker A

ну, я всегда на них смотрел вот так вот, типа, господи, почему? Слушай, Росликов тоже.

Speaker A

А что с ним не так? Он мне вообще не нравится. Почему? Что он сделал так?

Speaker A

Ну, не знаю. Вот то, как он себя ведёт, вот это всё. А популист. Ну, пример какой-то. Тебе он не нравится именно потому, что он говорит популистические лозунги, только поэтому и всё. То есть этого достаточно, чтобы Не нравится.

Speaker A

Слушай, ну его действия поочерёдность. Вот сейчас что он там уехал в Белоруссию, что-то там ходит с какими-то дедами встречается электричество купим сейчас там. Вот мы же очевидно понимаем, что ничего не будет, пока он не встретится с Лукашенко. Вот встретиться с Лукашенко,

Speaker A

возможно, какие-то сдвиги у кого-то будут, но не в Латвию. Но это же чушь собачья. Вот он сейчас там сидит и говорит, что вот я пробил за 1 евро электричество или что он там говорит. Ну да, следующий шаг какой должен быть же?

Speaker A

Ходит и орёт везде там по каким-то блогерам, недоблогерам и так далее. Мне не нравится популизм. Вот возьми, сделай. Вот что он сделал?

Speaker A

А как он может сделать, если он, во-первых, в оппозиции? Это раз. Опять мы вернулись к этому. Он в оппозиции. Так всё, иди занимайся такси или чем он там занимался до этого.

Speaker A

Так, подожди, если он попал в парламент, их там было, по-моему, сначала 11 человек. Вот. Но они в оппозиции.

Speaker A

А почему все от него отвернулись? Вот для меня это у меня и знакомые были там люди, которые с этой партии.

Speaker A

Они отвернулись. А ты спрашивал, почему? Нет. Вот я тебя спрашиваю. Ну вот я фишка в том, что я тоже спрашивал, никто какого-то чёткого ответа дать не может. Они все как-то отвечают вокруг до около ходят, но никто не может сказать: "Я отвернулся, потому

Speaker A

что так у всех такое что-то". Да. Он знаешь, как мне сказал один, он говорит: "Он сошёл с ума". Рослик он, да, он сошёл с ума. Он вообще всё, что он делает - это самодурство. Он с нами даже не советуется. Вот он делает,

Speaker A

что хочет. Типа мы партия, мы должны советоваться. Типа он лидер партии. Все попали в партию благодаря ему. Если бы ни росликов, ни коптам не сидело. Как в каждой партии есть лидер, который принимает решение в принципе за всех. А они как бы должны

Speaker A

его слушаться относительно, потому что если бы не он их, их бы там не было. Он он только только они там и не нужны, если честно. Судя по тому, что на каждый вопрос они отвечают, что мы в оппозиции ничего не можем делать, ну тогда и не

Speaker A

сидите там. Ну что не, ну подожди, ты всё равно должен давать какое-то противодействие. То есть ты сходил на выборы, вот теперь их было, допустим, 11 человек, будут следующие выборы, потом может быть 15-20. То есть нет такого, что они понимаю.

Speaker A

А сколько будет в следующем выборе? Их вообще не будет их. Не, они. Почему они идут в списках?

Speaker A

Стабильность идёт. Они будут, да. А кто там остался? Мне кажется, вобщеё все посваливали. Светлана Челкова будет точно. Может, росликов будет, я не знаю точно. Ну, надо уточнить.

Speaker A

Я думаю, что росликов не будет. Ну, это уже Ты думаешь, он вернётся вообще? Давай.

Speaker A

Вот он вернётся. Надеюсь, что да, что всё будет в порядке, всё будет хорошо, что снимут все эти обвинения, которые мы так понимаем, что это всё такое. А ты не считаешь, что он сам на себя там Потому что у меня в жизни практики в моей было

Speaker A

в политической, околополитической, что люди сами на себя вызывали полицию безопасности, сами себе делали там подставы.

Speaker A

Знаешь, когда типа политики очень такие оппозиционные, когда про них начинали забывать, они собирались в Верманском парке, друг с другом встречались, звонили в полицию безопасности и сами на себя жаловались и приезжали их там забирать.

Speaker A

Вот мне кажется, что росликов из такой серии типа, ну нет такого. Не знаю, я про это у меня нет никаких фактов. Мне кажется, что меня ещё всегда веселит, когда он про православие начинает говорить с номерами 66 на машине. Ну такое тоже.

Speaker A

А это нельзя так делать, да? Ну я не знаю. Мне кажется, типа, если ты такой прямо православный человек, почему у тебя на машине три шестёрки дьявольская? Ну это же символ. Смотри, ты сейчас начнёшь мне говорить, что и радуга это.

Speaker A

Нет, я тебе начну говорить, что 66 в Библии нету. Я понимаю, но общепринято, что это дьявол.

Speaker A

Это на всё можно так говорить. Нет, только на это мы говорим не что там у кого-то принято, кто вообще Библию не читал. Нету никакого 66шеб.

Speaker A

Я тебе ещё раз говорю, ты можешь говорить, что и радуга она теперь гейская или не точнее не гейская, гейская и так далее, но мы же понимаем симво.

Speaker A

Ты можешь говорить, что 66 - это число дьявола. Ну так это сам придумал. Это все знают, что это так это никто. Это как раз Да, никто ничего не читал. Поверили в мифы. Подожди. Ну я же не говорю, что

Speaker A

это Библии. Подожди, я не говорю, что это в Библии написано число дьявола. Вот когда тебе говорят число дьявола, ты какое называешь?

Speaker A

Никакого его нету. О'кей, хорошо. Ну мы можем включать вот такого типа. А это не Нет, мы должны факты включать, а не такое. Я верю в миф. Ну веришь ещё ещё миллион человек верит в этот миф. Мы это знаем.

Speaker A

А если число дьявола, число бога число дьявола даже. Не, ну просто я не знаю, если так говорят. Я не знаю. Да, да, но все же говорят. Вы первый раз слышите это?

Speaker A

Нет, я слышал про то, что люди. Я слышал про то, что люди ему используются, а он типа решил, ну, это знаешь как, типа, он решил всем сказать, что нет, смотрите, я хороший и 666 с этого дня - это число

Speaker A

Росликов. Я не знаю, что Росликов решил. Я говорю 666 про него говорю. Это число дьявола.

Speaker A

Это общепринято. И все это знают. И можно отрицать. Говорит, что в Библии это неписано и так далее.

Speaker A

Ещё общепринято, что ты можешь с орбиты увидеть китайскую стену, не увидишь. Первый раз такое слышу. Чест.

Speaker A

Ну вот так. Это тоже многие верят. Сколько херни ещё люди верят в то, чтолышь ли ты первый раз природная еда - это клетчатка. Ну слыши, [смех] слышишь ли ты первый раз люди, люди в природе едят бананы.

Speaker A

Слышишь ли ты первый раз, что 66 - это число дьявола? Ну так я Да, конечно, не первый. Так я поэтому это знаю. Это ошибка. Я тебе даю новое знание.

Speaker A

Правильно. Нет, это не новые знания. Вау. Вот так вот челы у нас и живут.

Speaker A

Как? Ну верят в заблуждение. Ну не заблуждение. Есть общепринятые ве. Так. Какая разница, что БДЛО что-то приняла? Угу.

Speaker A

В Библии нету никакого числа 666. А куда ещё ссылаться, если ты веришь в православие, кроме Библии?

Speaker A

Не, если ты православный, только Библия. Всё, а не то, что там какие-то будланы сказали 666. Такого нету. И знаешь, сколько таких мифов, которые люди верят?

Speaker A

Столько и все только держатся на этом. Так многие же верят. Значит, это правда. [смех] Это не так.

Speaker A

О'кей. Нет, это вообще не так. Вот вообще нет. Вообще не так. Что то, что в Библии нету числа 66 что?

Speaker A

Да там его нету. Я же не говорю, что это там есть. Но общепринято людьми, что число дьяво.

Speaker A

Почему нами не принято? Вот именно. Ну вот вами двумя. Может ещё кто-то не зна.

Speaker A

Все православные христиане те это скажут. Кто реально Библию знает. Ну это правда. Это то же самое. Знаешь, как говорят там вот я смотрю там на радикальных мусульман, у них там в Коране написано вот бошки отрезать. Вот они отрезают.

Speaker A

Так нет. Нормальный мусульманин тебе скажет, кто изучает Коран. Такого нет. Тут то же самое.

Speaker A

Вообще нет. Просто лучше всего сказать так: я Библию не читал, не знаю, слышал такое 666, вроде число дьявола. Так мне сказали, поняли? Я же тоже, я же тоже, я же тоже этого не знаю. Но именно этот момент, это ещё знаешь, как типа, а

Speaker A

змейкуситель дал яблоко вкусить. Да какое яблоко? Тоже этого нет. А многие думают яблоко, потому что нарисовали, знаешь, картина есть популярная. Это где типа грех, там именно яблоко нарисовано.

Speaker A

Но в самой Библии, где сказано яблоко. Хорошо. Угу. 666 - это число дьявола. Нет. Да.

Speaker A

Нет, конечно, это число или нет? Ну, для тебя нет. Но обще принято. Вот он же политик. Вот давай спросим его всех избирателей, да?

Speaker A

Считают ли они число 666 числом дьявола. И как ты думаешь, сколько процентов? Так, ты один так скажешь.

Speaker A

Мы же отталкиваемся. Да, я прав. А они нет. Да ну тогда смотри, тебе показывают реальность тогда. Да, реальность показывает то, что челы неверующие.

Speaker A

Тогда реальность показывает то, что не должен управлять этой страной. [откашливается] Правильно тогда, потому что все понимают, что он вообще не депутат. За него 11% или сколько там проголосова?

Speaker A

11 человек у него было в парламенте. 15% проголосовала, получается, плюс-минус. Ну, 15%. Соответственно, он не должен управлять ничем.

Speaker A

А кто должен? Потому что общепринято так. Потому что 85% умных людей, как вот наш замечательный друг Ликей, говорят: "Нет". А 17 поверили ему в его популизм.

Speaker A

И получается, как общее принято, как все зная, голосуя в кикаут. Я говорю, что бадланы верят в какие-то мифы, ничего не проверяя. И это ещё не опасный миф. Ладно, веришь в число 666 дьявола, это не опасно. Хотя бы верь в

Speaker A

заблуждение. Ре, а ты просто Но вы также верите в заблуждения, которые именно опасные. Скажи пример.

Speaker A

Опасные. А полез. Клетчатка полезна. Люди верят. Как тебе такой вброс? Не знаю. Я не хочу о таких вещах думать, честно. Ну, конечно, не хочешь. А мы в этом А мы в нашей передаче как раз думаем о неудобных вещах.

Speaker A

То же самое спорт полезен. То, что вот спорт полезен, пробежка полезна. Спорт полезен. Вот. Да. Всё правильно.

Speaker A

И вот именно, что если чел верит, что 666 там это число дьявола, это хотя бы ну безопасное заблуждение. Угу.

Speaker A

А типа такое: "Спорт полезен, вот это уже опасное заблуждение. Профессиональный спорт не полезен, спорт полезен".

Speaker A

Вот поэтому вот я тебе привожу примеры. Ты спросил примеры, я тебя привожу. Ты можешь мне, да, сказать: "Я с тобой не согласен, всё о'кей". Но ты же меня спросил привести пример.

Speaker A

Чисто мнение. Это же не ты выдаёшь всё как правда. Ещё раз ты говоришь у меня у туловища Ливана. Я я номер паспорта могу тебя свой [смех] назвать.

Speaker A

У меня есть фамилию. Ты же у меня спрашиваешь. Всё. У меня даже твой номер счёта есть.

Speaker A

Лаве, засылайте, братва. У Манвала есть, поэтому у Манвел, ты же у меня спрашиваешь правильно?

Speaker A

Да. Всё, я тебя же тебя я не ушёл. вообще не спрашивал про 666. Ты говоришь, это заблуждение.

Speaker A

Ты у меня спросил какие ещё заблуждения? Ну я вот рассказывал, ты сказал: "Я с тобой не согласен". Всё, что надо кушать.

Speaker A

Кишки, подожди, я же не ушёл от ответа. Да я тебя нал конкретно. Говорю, я же не говорю, что ты загасился.

Speaker A

Да, я тебе говорю, всё отлично. Ну да, то поэтому мы Я всегда я всегда открыт.

Speaker A

Говорить можно что угодно. Да, да, я это доказываю. [музыка] Yeah.

Topics:похудениеспортмарафонрусский языкЛатвиянациональные конфликтыздоровьебегдискриминацияздоровый образ жизни

Frequently Asked Questions

Почему автор считает бег и марафоны вредными?

Автор приводит исторические примеры и биологические факты, указывая на высокую смертность на марафонах и утверждая, что бег без причины неестественен для человека.

Каково отношение автора к русскому языку в Латвии?

Автор критикует запреты и вытеснение русского языка из образовательной системы и общественной жизни, считая это несправедливым и вредным для русскоязычного населения.

Что говорит автор о связи спорта и зависимостей?

Автор считает, что спорт, особенно в виде марафонов и экстремальных практик, может быть заменой вредным привычкам и зависимостям, но при этом не всегда полезен и может быть вреден.

Get More with the Söz AI App

Transcribe recordings, audio files, and YouTube videos — with AI summaries, speaker detection, and unlimited transcriptions.

App Store Google Play

Or transcribe another YouTube video here →